Пердюмонокль

Ранним утром мы с мерином покинули гостеприимную столицу. Небо затягивало тучками, однако солнышко пока светило. К полудню я рассчитывал оказаться в Ступах, так что была возможность не застать дождь в пути. Жалко, что транспорт у меня такой тихоходный, всё равно, что пешком идти. Но на все мои попытки перевести конягу на галоп, у него через пять минут развивалась одышка. Чувствовал я себя хорошо, настраивался на успех. Здесь ведь тоже жить можно. За последние сутки никто ни разу не изнасиловал. Самое главное, не пренебрегать теми же правилами безопасности, что и в моем мире: задом не крутить, бдительности не терять. Никому не доверять, ни с кем не сближаться. А то лезут всякие в мысли и душу, очаровывают… а потом ни девственности, ни литра крови. Очень бы хотелось увидеть этого гада ещё раз, сказать ему в глаза всё, что о нем думаю. Только днем. А вообще-то, это всё блажь, не надо мне ни встреч, ни объяснений. - Да пошел он, - сказал я коняге. Мерин согласно махнул головой. Во, вот мерин у меня – настоящий друг. Не предаст, и уж точно не изнасилует. Слава богу, нечем. Прошло не более трёх часов в пути. Я не устал, солнышко не пекло. Тогда совершенно не понятно, откуда в моей голове возник голос: «Иди ко мне». Я оглянулся. Естественно никого, я один на дороге до самого горизонта. «Иди ко мне», повторил голос. Тьфу, пропасть! Не на все глюки стоит обращать внимание. «Иди ко мне». - Куда идти-то? – крикнул я. Молчание. Ну и хрен с вами. Хорошо накатанная дорога дала ответвление к видневшимся вдали башням средневекового замка. Меня потянуло туда. Наверное, там хорошо. Только мне туда не надо. «Иди ко мне!» - явно нервничая, сказал голос. - Иди на хуй, - буркнул я себе под нос и проехал мимо поворота. Через двадцать минут меня нагнали. Два всадника на черных конях, с виду очень похожие на обычных людей, но я особо на их вид не полагался. Еще с ними был кобольд в серой ливрее, верхом на метле. - Остановитесь, сударь! - крикнул один из всадников. Я остановился, куда ж деться-то? Их кони одышкой не страдают… Кобольд вежливо склонил голову и не без пафоса сказал: - Сударь, мой хозяин, маркиз Ультмейт Ветример Сагди, просит Вас быть гостем в его доме. Его замок вы можете видеть вот за этой рощей. Прошу Вас последовать за нами. Ультмейт… Обожаю это имечко! Правда, мой Ультмейт маркизом не был. Совсем недавно я считал своего мерина самым лучшим и преданным другом. А вот с фига ли? Скотина неповоротливая, почему ты сразу не сдох от своего сапа? Был бы у меня нормальный конь, я б ещё попробовал уйти от всадников (малютку кобольда я в расчет не брал). Мне очень, очень не хотелось к маркизу в гости. Знаем мы этих маркизов! То есть, ни с одним не знаком, но общее представление о гостеприимстве в Хрестории уже имею. А аристократам я априори не доверяю. - Господа, увы, но я должен отклонить приглашение маркиза, - сказал я. – У меня срочные дела в Ступах, ну совершенно неотложные. Прошу передать мои извинения… - Сам поедешь, или тебя перекинутым через седло везти? – спросил всадник. Глаза у него были желтые, а зрачки… А, вон оно что - оборотень. Я попал! - Ну, раз вы так настаиваете. Что ж, заглянем на минуточку к вашему маркизу, - сказал я с кислой улыбкой. Замок был великолепен. Нет, если б я был вольным туристом, и меня не тащили сюда под стражей, я, пожалуй, был бы только рад сюда наведаться. Каменное строение поражало своей мощью и красотой, и было окружено рвом с водой. К воротам вел подъемный мост с каменными горгульями по обе стороны. На воротах болталось тело повешенного кобольда. Если припомнить хресторианские традиции, можно предположить, что замок недавно сменил хозяина. При таких обстоятельствах кобольды сами вешались на воротах, и три дня тело полагалось не снимать. «Всё нормально, - успокаивал я себя, - повода для паники нет», а всё же поджилки у меня тряслись, и очень тянуло истерично завопить и дать деру. Оборотни заставили меня спешиться и отстали, а кобольд с поклонами повел дальше. Внутри замка всё было солидно и дорого, в стиле Классицизм. Больше трупов не было, зато было полно дорогущего антиквариата. Если б мой любезный дядюшка, большой ценитель старины, увидел всё это, удавился бы от зависти. Нервное напряжение моё всё нарастало, и, когда кобольд ввел меня в гостевую залу, стало проявляться несколько необычно – я вдруг ни с того ни с сего стал давиться смехом, который уже не смог сдерживать, когда в залу из дверей напротив вошел мой распрекрасный Ультмейт. - Я тоже рад тебя видеть, - серьезным тоном сказал он. Я ржал. Но вы бы его видели! Весь важный из себя, расфуфыренный. В красном, как кровь, бархатном камзоле, расшитым золотом, в таких же панталонах, пальчики в перстнях, на груди какой-то орден болтается, сплошь из самоцветов. Еще и в ушах брюлики. - Так ты маркиз? – смеюсь я, тыча в него пальцем. - Со вчерашнего дня – да. - А чё не принц? Или герцог, на худой конец. Герцог мира! – я уже начал подхрюкивать от смеха. Вряд ли эвфемизм был ему знаком, но вампир нахмурился. - В чем дело, душа моя? Какая-то странная реакция на меня. Ты вообще странный: на зов не реагируешь, встрече не радуешься. Только не говори, что твой идиотский хохот – это проявление радости. - Не скажу. (Гы-гы-гы) - Эй, Филтек, - вампир щелкнул пальчиками. Тут же из ниоткуда материализовался кобольд со стаканом воды и поднес его мне с неизменным поклоном. Я послушно выпил. Вроде, полегчало. Стоило признать, что мой срыв был вызван банальным страхом. Сначала неизвестности, потом страхом перед Ультмейтом. Я боялся его. Да, он притягивал меня, но гораздо больше пугал. Теперь я знал его подлую сущность. - Ты успокоился? – спросил вампир. - Ага. Маркиз, мой прекрасный и нарядный господин Ультмейт, а скажите, ради бога, зачем меня к вам притащили? Не всю кровь из меня выпили, да? - Ты обиделся? – проницательно заметил он. - Да что вы, как можно? Подумаешь, едва не убили! - Ты утрируешь. Ну, куснул слегка, всего-то пару глоточков сделал… - Пару глоточков?! - Ладно, признаю, слегка увлекся. В жизни не пил такой вкусной крови. Но, лапочка моя, всё это было необходимо для установления связи между нами, - виновато улыбнувшись, сказал он. - Ааа, - начал вникать я, - для установления КОНТРОЛЯ надо мной? Так вот откуда голос! И так и тянуло свернуть с дороги. - Почему не свернул? – голос вампира заледенел. – Ты, мой ангел, сильно занизил мне самооценку. - Я очень рад. Вот что, маркиз, я тобой не очарован, у меня нет желания поить тебя своей кровью, Я НЕ ХОЧУ видеть и общаться с таким гнусным обманщиком, кровососом, и вдобавок, насильником! – гордо сказал я. - Обиделся, - вздохнул Ультмейт. – Звездочка моя, я покинул тебя не по своей воле, и я просто вынужден был оставить на тебе свою метку. Давай попробуем начать наше знакомство с нуля? - Давай попробуем мирно разойтись, - сделал я контрпредложение. Ультмейт вновь щелкнул пальцами. - Филтек, проводи гостя в ванную комнату, он у нас чистюля, - обратился он к слуге. -Потом подашь приготовленную для него одежду. Прежде чем я успел что либо сказать, кобольд схватил меня за рукав куртки и потащил за собой. Куда девалась его учтивость? Кобольды чувствуют настроение хозяина и перенимают его. Пока у Ультмейта было настроение со мной расшаркиваться, Филтек был сама услужливость. А теперь хозяин разозлился, я и сам это чувствовал. Это не ванная была, а небольшой мраморный бассейн. Вода была самой приятной температуры, а ещё наверное наполовину состояла из разных ароматических добавок. Филтек вдруг стал проявлять заботу, придержал меня, пока я лез в бассейн, а потом своими мягкими лапками растирал мне плечи и намыливал голову. В воде я немного расслабился. Попробовал разговорить слугу, но он либо уходил от ответа, либо отвечал весьма односложно. После купания я позволил напялить на себя подобие хозяйского прикида. Хотя белые подштанники с кружевами снова вызвали у меня нервный смех. Камзол был темно-коричневым, а рубашка из воздушного шёлка – цвета жженого сахара. Волосы мне расчесали и собрали в коротенький хвостик, перехватив чёрной лентой. - Вы красавец! – восхитился кобольд. Ультмейт дожидался меня за роскошно сервированным столом. Таких изысканных блюд я никогда не видел. Надо сказать, я всегда был не дурак поесть, дядька по этому поводу на говно исходил, всё переживал, что я его объедаю. - Прошу к столу, мой дорогой, - сказал Ультмейт, с удовлетворением оглядев меня. Я потер ладони и плюхнулся в подставленное кобольдом кресло. - Ну, и что из этого не отравлено? Вампир обиженно надул губки. - Сладкий мой, давай поговорим без нервов. С первых мгновений нашей встречи я испытывал к тебе самые чистые и горячие чувства. Я искренне ценю то, что ты подарил мне свою девственность. Но что я тебе мог предложить взамен на тот момент? Я был беден: ни родового гнезда, ни титула. Всё это в обход меня перешло к моему дяде, Ветримеру Сагди. Я направлялся к нему, просить помочь мне по родственному, когда встретил тебя и на время забыл обо всем на свете. Но когда мы сидели за столом гостиницы, посыльный из имения сообщил мне, что мой дядя находится при смерти, и неизвестно, как долго он протянет… - Постой, разве вампиры болеют? – перебил я его. - О, разумеется! Если, к примеру, наткнутся на серебряный штырь, или попьют кровь мертвеца. От этого очень часто может случиться смерть. В случае моего дядюшки, это было под вопросом, так как мертвой крови он выпил недостаточно много. Пойми, любовь моя, считанные часы решали исход болезни, поэтому я поторопился своим укусом пометить тебя, дабы защитить от посягательств других вампиров, ну и… да, привязать к себе! Как видишь, я честен с тобой. А потом немедленно отправился в замок проследить, чтобы дядюшка вместо спасительной крови живого существа допил таки бутылочку с мертвой кровью. Я поперхнулся канапе с креветкой. - Да, блин, ты очень честен со мной. А не боишься, что я донесу на тебя? - Что ты, милый мой, - улыбнулся Ультмейт. – Есть официальное заключение, что маркиз Ветример на старости лет нюх потерял и по ошибке тяпнул почившего орка, приняв его за спящего. Тому и свидетель был, его преданный кобольд. Он спешил повеситься, но все же успел оставить свои показания, заверенные нотариусом. - А наши миры на самом деле не так уж и отличаются друг от друга, - со вздохом сказал я. - Теперь хотелось бы знать свою участь. Хотя и так понятно, - я взглянул в окно: - смеркается! Глаза вампира сверкнули пурпуром. - А ты весьма упрям. Но я знаю, как с этим бороться. Под конвоем из вампира и кобольда меня сопроводили в спальню. Я еле переставлял ноги, они отказывались служить мне. Так чувствует себя человек, поднимаясь на эшафот. К черту чувство собственного достоинства, я не хочу облегчать им задачу - если приспичило трахать и кровь из меня сосать, пусть сам меня тащит на место расправы! Однако, думая так, я покорно шел, сам разделся, сам улегся на роскошную кровать. - Любовь моя, как же ты прекрасен, - прошептал вампир, подползая ко мне. Тело его по-змеиному изгибалось, лучи заходящего солнца придали его коже почти живой розово-перламутровый оттенок. Волосы черным шелком рассыпались по плечам и накрыли нас обоих, когда он потянулся за поцелуем. Я не хотел отвечать ему… Ни за что не хотел! Но, дьявол, сколько нежности было в его прикосновениях! Губы его ласкали моё лицо, руки блуждали по телу, гладя там, где эти касания вырывали из меня стоны и вздохи. Вампир улыбался, красивое лицо его выражало насмешку над моей слабостью. - Поцелуй меня, ну же! – потребовал он. - Только если позволишь себя трахнуть, - выпалил я. - Упрямый мальчишшшка, забудь об этом. По-крайней мере до тех пор, пока я не буду уверен, что ты мой до последней капли крови, и не станешь хвастать о наших постельных утехах в высшем свете. Я с удивлением уставился на вампира. О чем он? Что за планы он строит на мой счет? Ультмейт улыбнулся лукаво и легонько чмокнул меня в нос. - Глупенький, тебе не уйти от своей судьбы. Догадываешься, кто твоя судьба? Он медленно сполз по мне, скользя своим гладким телом по моей коже. Я задрожал от предчувствия. Жаркая влажность охватила мой член, язык маркиза забавлялся с крайней плотью, щекотал уздечку и гладил бороздку. Я изо всех сил стискивал челюсти, чтобы сдержать пошлые стоны. О мою голень терся возбужденный член вампира, закрыв глаза, я представил себе это совершенство в обрамлении мягких темных завитков. О-о, я хочу его! Это гипноз, мой разум мне отказывает, но я ХОЧУ его! - О, мой сладкий мальчик, скажи мне, что ты мой, - выпуская меня изо рта, велел вампир. - Нет, нет… Он снова наделся ртом на мой член, вобрал его очень глубоко и пососал, словно толстый леденец. Я не сдержал придушенного крика. - А теперь, мой маленький упрямец? - Нет! Рука его нежно сжала мои яйца, член вновь погрузился в горячую глубину его рта. Я заплакал, так как больше не мог сдерживаться. Руки мои сами собой опустились на его затылок, бедра ритмично задергались. Пусть это выглядит, как поражение, но преодолеть этот соблазн мне не по силам. ОН слишком хорош, слишком опытен, а я… А я закричал и содрогнулся, кончая ему в рот. Ультмейт ещё какое-то время не отпускал меня, посасывая и лаская языком, нега расползлась по моему телу. Я ни о чем не думал, кроме того, что мне хорошо, и что бороться с этим – значит идти против самого себя. - Тебе было хорошо, мой милый? - вкрадчиво сказал Ультмейт. – Пришло время позаботиться о моем удовольствии. Я покорно подставил ему горло. Вампир усмехнулся, широко развел мне бедра и пристроил головку ко входу в меня. - Не закрывай глаза, - сказал он, - хочу видеть их выражение. Хочу, чтоб ты видел меня, только меня, осознавал, что происходит. Да, кстати, кончим мы вместе. Горячая плоть проникла в меня, в глазах потемнело, комната погрузилась во мрак, но лицо Ультмейта я видел до последнего. Наверное, стоит давать некоторые пояснения. Например, что кобольд - это обычный домовой, но поскольку эти домовые на территорию Хрестории пришли с севера континента вместе с ётунами (скандинавскими великанами, ныне обмельчавшими), то и вместе с ними пришло и их скандинавское название.