Пердюмонокль

Утро я застал в постели один. Не смотря на то, что меня полночи имели в разных позах, выспался я отлично. Самое главное, вампир меня так и не тяпнул. А то, что зад слегка тянуло, так это мелочи, я уже стал привыкать. Однако пора было завязывать с игрой «трахнись с вампиром и выживи». Спасибо вашему дому, как говорится, но пора и честь знать. Я решил немедленно разыскать Ультмейта и поговорить по душам. Пока день на дворе. Из моей одежды отыскались только джинсы. И то лишь потому, что вчера я долго совал кулак под нос кобольда, требуя понюхать. За пришитые к поясу золотые отвечать должен был именно он. Но мои боксеры, моя рубашка, куртка и кроссовки бесследно исчезли. Гадливо покрутив в руке кружевные панталоны, я натянул джинсы прямо на голый зад. Готическую блузку пришлось надеть, как и туфли с алмазными пряжками. Весь замок словно вымер, я даже покричал немного, но мне никто не отозвался. Промелькнула мысль, что новый маркиз ухайдокал весь прежний штат прислуги и только кобольда подвесил, чтя традиции. С полчаса я проблуждал по анфиладам комнат, прежде чем набрел на кабинет хозяина. Из-за неплотно прикрытой двери доносились голоса. Я тут же замер, подобрался, как мышка, и на цыпочках подкрался ближе: полюбопытствовать, о чем толкуют. - Друг мой, что тебе стоит ненадолго у меня задержаться? – сказал бархатный голос моего вампирчика. – Церемонию думаю провести уже завтра. После мы устроим роскошное празднество, чтобы у бедного крошки окончательно раскисли мозги, и он стал покладистей ягненка. Оставайся, будет весело! - Было бы весело, если б после церемонии ты надумал поделиться со старым другом, - ответил кто-то низким и хриплым голосом. Вампир захихикал. - Не так сразу, милый мой, имей терпение. - Вот ты прям-таки сияешь, как начищенный сольтин, - укоризненно сказал хрипатый, - а мне по-прежнему всё это кажется очередной твоей блажью, которая долго не продлится. - Ты прав, это ненадолго, - засмеялся Ультмейт, - хотя бы потому, что обыкновенники долго не живут. Но знал бы ты, какая конфетка мне в руки попалась! Мне просто не терпится похвастаться им в свете. Знаешь, после стольких лет нищеты и полной безызвестности мне просто полагается немного поблажить. Ну же, не будь таким букой, Роланд, разве ты не получил, что хотел? Или, скажешь, я был недостаточно щедр? - Не в этом дело. Но в твоей затее я не нахожу ничего веселого. Не стоит затевать этот фарс. Не стоит показывать его обществу. Если уж тебе так повезло… - хрипатый оборвал свою речь на полуслове. – Ультмейт, а тебе не кажется, что пахнет конфеткой? – спросил он. - Да-а, а ведь ты прав. Непроизвольно я тоже принюхался, а потом испуганно вздрогнул. Но смысла отступать и прятаться уже не было. Поэтому я нерешительно поскребся в дверь. - Входи, моя радость, - сказал маркиз. – С добрым утром! Собеседником Ультмейта оказался один из тех оборотней, что вчера загнал меня в замок. Мощный такой детина, с черной кудрявой шевелюрой и смуглым лицом. Глаза его сейчас были непримечательного серого цвета, с человеческим зрачком. Одет он был в кожаные штаны, белую рубашку простого покроя и черную куртку, отороченную мехом. Рядом с моим ослепительным вампиром он казался плебеем, но держался с ним, как равный. - Познакомься, милый, с моим компаньоном и давним другом Роландом, - проворковал вампир, - не думаю, что они с братцем вчера представились тебе, они такие невежи! - Здрасти, - буркнул я, исподлобья глядя на оборотня. - Признайся, что тебя тянет к невежам, Ультмейт, - сказал оборотень. - Роланд согласился остаться на нашу свадьбу, - лучезарно улыбнулся вампир. - О?! Я счастлив! - В самом деле? – не поверил оборотень. - Свадьба завтра, - мурлыкал вампир, - мне самому неприятна задержка, но ведь на воротах кобольд болтается, вроде как траур у нас. Но завтра он закончится. Кстати, сладенький мой, я считаю, что надо представить тебя прислуге, всё-таки, ты их будущий хозяин, а еще не все тебя видели. - Хорошая мысль, дорогой, - поддержал я его. Вампир напрочь отказывался замечать мой сарказм. Роланд разглядывал меня и насмешливо скалился. Меня вывели во внутренний двор замка, где два здоровенных тролля в одних кожаных фартуках смолили дикого вепря пучками соломы. Знакомый мне кобольд миловался неподалеку с фисташкового цвета гоблиншой, судя по одежде – поварихой. По-своему гоблинша была очень даже недурна, с кокетливой челкой, выглядывающей из-под белоснежного чепца, и золотистой косой, перекинутой через плечо на арбузного размера груди. Заметив нашу группу, кобольд строгим окликом велел слугам построиться. Тролли бросили солому, вытянулись во фрунт и уставились преданным и тупым взглядом сначала на хозяина, потом скосили глаза на меня. - Это Орм и Горги, тролли. Но Орм лесной тролль, я назначил его егерем, а Горги отвечает за подъемный мост. Ремонтные работы в замке тоже на нем, - сказал маркиз. Горги, не сводя с меня взгляда, медленно сунул руку под фартук и ритмично задвигал там ею. - Это Лея, будет ублажать нас своими кулинарными изысками, - продолжил маркиз. Щеки поварихи густо зазеленели, она потупила глазки и стала теребить кончик своей косы. - Тебе ведь понравился вчерашний ужин, любовь моя? А тебе, милочка, стоит позвать из деревни помощниц, завтра у вас будет много работы. Ну, и наконец, мой любезный дворецкий Филтек, с ним ты уже знаком. Филтек, мне кажется, кого-то не хватает? В этот момент из конюшни вывалилось отвратительное существо с морщинистой физиономией и красным мясистым носом, изрядно пьяное. Я с негодованием отметил, что на его костлявых плечах болтается моя почти новенькая куртка. Да он даже боксеры мои не постеснялся надеть поверх своих зеленых бриджей! - Сир, - закричало существо, - как прикажете поступить с гнедым мерином, который в данный момент подъедает ваши запасы овса? А не пустить ли его под нож, дабы накормить челядь, что съедется сюда завтра вместе со своими господами? Меня затрясло от возмущения. - Что это? – сквозь зубы сказал я, указывая на пьянчугу. - Смотритель моего винного погреба, - смутился маркиз, - признаю, не очень удачная идея назначить на такую должность лепрекона… - Да мне плевать на его должность! – не выдержал я, - почему на нем мои трусы и куртка?! И он, кажется, моего коня вознамерился сожрать?! В чем дело, Ультмейт, что за самоуправство?! - Сладкий мой, не будь таким мелочным, - с нежной укоризной сказал вампир, - для чего тебе старая одежда? Да и лошадку я тебе подарю, хочешь породистого рысака? Игнорируя слова маркиза, я подошел к лепрекону, вытряхнул его из моей куртки и сказал, вернее, прорычал в его морщинистое личико: - Трусы можешь оставить себе. Но если тронешь мерина – убью! Уродец испуганно сжался, у него даже взгляд протрезвел. Вампир с оборотнем благодушно улыбались. Это еще больше взбесило меня, я схватил Ультмейта за руку и затащил обратно в помещение. Роланд увязался за нами, да и хрен с ним! - Вот что, ДОРОГОЙ, - не пытаясь скрыть злости, сказал я, - никакой свадьбы не будет! Ни свадьбы, ни фуршета, ни-че-го! - Как же так? – удивился вампир. - А так! Я уезжаю немедленно. Наша встреча была ошибкой. - Снова-здорово! – искренне возмутился Ультмейт. – Роланд, ты только посмотри на него! Нет, вот ты объясни мне, почему ночью он ласковый и послушный, а днем на него меланхолия находит, и всё ему не угодно? - Видимо, мой друг, днем твои чары слабеют, - сказал оборотень. - Нет никаких чар! – зарычал я, - да, ты красив, и в сексе толк знаешь, но вот и все твои достоинства! Мне плевать на то, что ты богат, плевать, что у тебя стокомнатная квартирка, и даже то, что у твоей поварихи бюст седьмого размера меня к тебе не привяжет. Понял, Ультмейт? Зато мне важно, что тебе самому плевать на мои желания, что ты самоуверенный и высокомерный и планируешь в скором времени развлекать мной своих гостей! - Ничего такого я не планировал, - замороженным тоном сказал вампир. Глаза его быстро наливались пурпуром. – Как же ты дерзок! Плебей, обыкновенник, а гонор, как у принца. Да ты должен трепетать передо мной и радоваться, что я обратил на тебя внимание. А ты осуждаешь меня, унижаешь в присутствии моего друга? Неблагодарный щенок! И, представьте, он меня ударил! Влепил пощечину! Мало меня дядька бил, да от кузенов-придурков разве мало я вытерпел? Но что бы еще этот… паразит, москит красноглазый?!... Короче, я ему тоже врезал. Он вдруг подскочил и вырос на метр, как-то некрасиво весь раздулся и личиком на вурдалака походить стал. Зрачок пурпурный, белки кровью налились, клыки на полметра вытянулись. Дьявол, чисто дьявол! Я струхнул, зад к стенке прижал и зажмурился. - О нет, нет-нет-нет, Ультмейт, не надо, приди в себя! – заволновался Роланд. Где-то через минутку я решился приоткрыть один глаз. Ультмейт вернулся в прежнюю форму, только глаза были красными, и клыки немного торчали. Он смотрел на меня. - Не хочешь извиниться? – спросил он. Из горла моего вырвался невнятный писк. Понимая, что идентифицировать такое с отказом трудно, я усердно помотал головой. Маркиз вздохнул и щелкнул пальцами. - В холодную его! – велел он выросшему из-под земли Филтеку. Тот тоже щелкнул пальцами, и в комнату ввалились Орм и Горги. Филтек указал им на меня. - В холодную. Холодной у маркиза служил подвал с зарешеченной щелью под потолком. И там действительно было холодно. Я поплотнее закутался в куртку. А ещё там были крысы. Они высовывали свои усатые подвижные рыльца из щелей каменной кладки и попискивали. Я заорал: с детства боюсь крыс, змей и мохнатых пауков. Но крыс особенно сильно. Они переносят заразу и, если их много, могут напасть на человека. Интересно, много ли их в этом подвале? Меня крысы не стеснялись, бегали от щели к щели, я насчитал их не меньше пяти. - Не смейте приближаться, твари! – дрожа, сказал я. – Я сам вас сожру! Я еще не завтракал. Крысы восприняли угрозу всерьез и смылись. Ну, это я так понадеялся, что восприняли. На самом деле они очень скоро вернулись, при этом подошли совсем близко и бросили к моим ногам огрызок яблока и корку хлеба. Ага, всё же испугались и решили откупиться? Я погрозил им кулаком, сел в уголок и принялся гипнотизировать взглядом крысиные ходы. Беда! Я прям совсем нехорошо попал, по-настоящему. Меня могут, А: съесть крысы. Б: Ультмейт повесит меня рядом с кобольдом. В: Ультмейт выпьет мою кровь, Роланд сожрет тело, а нету тела – нету дела. Я вспомнил чету Браунов - милые были люди, хорошие соседи, да вот приспичило им на застенный мир посмотреть. И никто их больше не видел. Хотя искали, полиция на ушах стояла. А про меня никто и не вспомнит. Хотя вру - дядя Дорнан очень расстроится из-за золота. И Джессика расстроится до слез. Единственный добрый человек в этом семействе. Она всегда любила меня и защищала от дяди Дорнана и его сволочных сынков. Хотя её любовь не помешала ей два года назад продать меня своему дружку из колледжа. Да-да, она выменяла свидание со мной на вип-билет в престижный ночной клуб. Мне от свидания с этим прыщавым юнцом было не отвертеться, Джесс пригрозила, что в случае моего отказа она донесет дядьке, что я проворачиваю свои делишки в его букинистическом магазине. Я стоял там за кассой после школы и продавал из-под полы порно-журналы. На свидание я пошел и даже качественно оприходовал прыщавую задницу парня. А потом послал его. Господи боже, как потом орала на меня кузина: «Дебил, да ты знаешь, кто его отец? У них денег в сто раз больше, чем у па! Стю ничего не стоило бы выплатить па твой долг, тебе что, кретин, свобода не нужна?» (Я случайно стукнул дядькин Роrsche, дядя поначалу едва не пришиб меня, но потом заставил отрабатывать долг). Джесс орала долго и убежденно, будто вовсе не понимала, что так я из одной кабалы перейду в другую, да ещё и в сексуальную. Всегда считал, что унизительнее этого ничего и быть не может. Вот, теперь погибну из-за своих убеждений во цвете лет. - Крысы, - громко велел я, - принесите мне воды! Я хочу пить! Крысы переглянулись. В умных глазках их было недоумение. - Что не ясно, тупорылые? Господин заказал воды! Крысы развернулись и поползли к своим щелям. Мне даже казалось, что они идут и на ходу пожимают плечами. Больше я этих крыс не видел. Я попробовал собрать влагу с холодных стен, подышав на них. Но влаги было слишком мало, и языку было не очень приятно лизать шершавый камень. Так я провел много лет. Наверное, даже десятилетий. Пока однажды за мной в подвал не спустился оборотень Роланд. - Пойдем уже, - сказал он. - А что Ультмейт? - Да он просто в бешенстве был, ты его здорово разозлил. Обычно душка Улли за час отходит, а тут целые сутки дулся, я еле уговорил выпустить тебя. - Спасибо, - искренне поблагодарил я, стараясь поспевать за его широким шагом. - Не за что. Жаль, что он отказался обсуждать моё предложение трахнуть тебя в два смычка, а потом полакомиться твоим нежным мяском. Но ты всё ж таки думай, если снова решишь его выбесить. Мы с детства с Улли дружны, и он обычно всегда прислушивался к моему мнению. Маркиз сидел за накрытым к завтраку столом. В одной изящной руке он держал кофейную чашку, пальцы другой выбивали дробь по столешнице. Лицо у него было хмурым. - Ну, ты одумался? – спросил он. Я поджал губы и повернул голову к окну. День обещал быть солнечным. - Забирай своего мерина и убирайся из замка. Знать тебя больше не желаю. Я выпучил на него глаза. Однако… Он что, так легко отступится? Где долгие уговоры, угрозы, пытки, наконец? Или я не стою таких усилий? Даже как-то обидно… - Возможно, если когда-нибудь твое раскаяние станет полным и очевидным, - продолжил вампир, - я приму тебя обратно. Но это лишь в том случае, если осознание своих ошибок не займет у тебя слишком много времени. Роланд, друг мой, проводи господина Валентина до конюшен. Только не задерживайся, завтрак ждет. Мерин встретил меня радостным ржанием. Он был сытым и довольным, в отличии от меня. Но стоило нам выехать за ворота, как он по собственной инициативе ударился в галоп и скакал так до тех пор, пока шпили замковых башен не скрыла от наших глаз дубовая роща.