Сирена? Кто? Я?

      По протянувшемуся вдоль набережной парку между общежитием дев флота и зданием адмиралтейства в сопровождении двух супердредноутов и одного лёгкого крейсера шла Девастатор. Впереди небольшой группы, гордо и с размашистым шагом, будто на марше, шагала королева Элизабет. Всем своим видом её величество показывала то, что всем довольна и с некоторой торопливостью двигалась в сторону намеченной цели — адмиралтейству.       Остальным двум девам флота и сирене приходилось поспевать за энергичным символом Королевского военно-морского флота. Уорспайт, с укрытым в ножнах мечом за спиной, иногда переходила на небыстрый бег, чтобы нагнать её величество. Не то чтобы она была этим очень недовольна, но будь её воля, рыцарь бы явно заставила Элизабет немного притормозить.       Белфаст же никуда так быстро не торопилась. Ей было важно оставаться вблизи сирены, так как она вторая кансен, которой адмирал поручил наблюдать за пленницей. Потому она двигалась в нескольких шагах чуть позади от врага человечества, так, чтобы она была в поле зрения. Ко всему этому ей было необходимо сопроводить её в здание адмиралтейства по просьбе адмирала, который желал поговорить с ней. Вернее, что-то предложить. Так что лёгкий крейсер считала, что не они идут с королевой Элизабет и Уорспайт, а они с Девастатор и с ней.       У Сирены не было вообще каких-либо причин возражать. Она следовала своей идее подчиняться управлению базы до тех пор, пока что-нибудь не пойдёт не так. К тому же она тоже хотела узнать, что хотел ей предложить господин адмирал и даже сделать встречное предложение, которое она озвучит при нём. Конечно, то, что хочет предложить гостья из другого мира, несколько не вписывается в нынешнюю мировую ситуацию, но попробовать стоило. Тем более, Девастатор казалось, что адмирал тоже не откажет ей после такого предложения. Но об этом стоит ещё подумать. А сейчас вся голова была забита мыслями о том, что, возможно, ей предстоит примерить на себе костюм британской горничной. Ну и прилично заданием от Арбитражного совета.       — Ваше величество, подождите! — Уорспайт быстро топала за своей королевой и всячески старалась замедлить её темп.       Головной дредноут серии «Королева Элизабет» с неохотой остановилась, обернулась и одарила своего рыцаря неприятно тяжёлым взглядом.       — Ну же, скорее, а то вдруг адмирал уйдёт! — быстро протараторила королева, топнув ножкой. Всем послышался довольно звонкий и громкий хлопок от соприкосновения красной туфельки её величества и мощёного покрытия дорожки парка. От этого Уорспайт остановилась.       — Простите ваше величество, я не подумала об этом. Вы, наверное, как всегда, правы, — сказала верный рыцарь, почтительно склонив голову. Подыгрывала или говорила правду Уорспайт было сложно догаться. Сирена же подумала, что у Уорспайт великолепный актёрский талант обыгрывать эту явно зазнавшуюся кансен.       — Не стоит торопиться, ваше величество, — старшая горничная королевского флота подняла правую руку, облачённую в тонкую белоснежную перчатку до локтя, поверх которой был стальной толстый наруч. На тыльной стороне ладони, что также была закрыта стальной пластиной, красовалась миниатюрная башенка с двумя 102-мм орудиями QF Mark XVI выполненных в облегчённой спаренной установке. — Думаю, что господин адмирал никуда не ушёл. На него в последнее время свалилось очень много работы. Так что, он вероятно, ночевал в кабинете.       Уорспайт и королева с вопросом и еле заметным беспокойством посмотрели на горничную, будто бы ожидая каких-нибудь дополнительных пояснений. Лёгкий крейсер прошла ещё несколько шагов и остановилась в нескольких шагах от дредноутов. Сирена, заметив, что все прекратили двигаться, также остановилась и с непониманием оглядела каждую присутствующую деву флота.       — Что-то случилось? — спросила Девастатор, остановившись, но не подходя к Уорспайт слишком близко. События прошлой ночи всё ещё пугали сирену.       — Вот видите! — королева резко указала пальцем на гостью из другого мира, которая от громкого писклявого возгласа чуть не подпрыгнула. — Ей тоже не терпится скорее стать моей собств… кхм, горничной!       — Я почему-то в этом не уверена. Да нет же, даже знаю причину этого, ваше величество, — Уорспайт всё ещё пыталась намекнуть своей госпоже, что становление сирены горничной Королевского флота — это не лучшая в её непродолжительной жизни идея.       — Да что ты заладила, Уорспайт! Сирена то, сирена это, сирена не может быть… Я как-никак… — она коснулась пальцами своей груди, указывая именно на себя любимую, — королева! Так что я смогу договориться с адмиралом.       — Вот именно, ваше величество. Как и говорила госпожа Уорспайт, этот вопрос может быть решён только адмиралом. Да к тому же ему придётся об этом разговаривать со своим начальством, — спокойно объяснила Белфаст, вступившая в разговор.       — Ух… с тем самым руководством? Бе-е, там одни противные ребята, — Элизабет брезгливо насупилась, по всей видимости, вспомнив что-то неприятное и явно связанное именно с высшим руководством флота и государством.       — Да, ваше величество, именно с тем самым начальством, которое вам так не нравится. Оно в действительности ни одной нашей кансен не по душе, даже нашему адмиралу. Так что может вы не будете беспокоить его этим, заставляя его снова обращаться к начальству?       — Ну раз так… ну я только спрошу, и только это, понимаешь? — всё же Элизабет никак не хотела отказываться от перспективы получить в своё распоряжение сирену-горничную.       Уорспайт и Белфаст безнадёжно вздохнули, окончательно бросив попытки переубедить вредную королеву. Девастатор же не лезла в разговор, полагаясь на Белфаст и благоразумие адмирала, который сам решит, что с ней делать. Вернее, решит не он, а люди, что выше его по статусу и положению. Но там, наверху, господа чиновники и военные с высокими чинами не дураки и отказываться от сирены вот так просто, не получив от этого какой-то материальной пользы, вряд ли будут. Так казалось самой гостье из другого мира. Не может же быть так, что государственные служащие из другого мира вдруг окажутся хоть на порядок лучше тех, что из её. Возможно, что горничной она не станет, да и не очень горит желанием, но проживать в относительно неплохих условиях тут сможет. Тем более тут есть с кем поговорить, и это не даст одной из убийц сотен миллионов сойти с ума от одиночества.       — Я так понимаю, что у меня вы ничего спросить на этот счёт не хотите? — сирена мигом обратила на себя внимание. Все на неё посмотрели, как она этого и хотела.       — Мы и не должны. Ты, если не забыла, вообще-то, наша пленная, — ответила Уорспайт, хмуро смотря на Девастатор.       — Ну да, ты права, простите.       От того, что всё это было больше похоже на цирк, а не пленение особо опасного врага мира сего, гостья из другого мира несколько позабыла в каком статусе сейчас находится. Ей стало немного неловко.       — Пожалуйста, госпожа Уорспайт и… — горничная запнулась, так как не знала каким образом лучше обратиться к сирене, несмотря на договорённости об этом пятнадцать минут назад. Однако старшая горничная моментально собралась с мыслями, — Девастатор, не надо ссориться.       — Так я и не ссорилась, — рыцарь посмотрела на кансен крейсера.       — Вот и славно. Теперь же думаю, нам стоит продолжить свой путь к господину адмиралу, — Белфаст мягко улыбнулась, переведя свой взгляд с Уорспайт на сирену. — Однако…       Все вновь обратили внимание на горничную. Уорспайт, как всегда, готова была выслушать её, так как уважала. Сирена никуда не торопилась, а Королева Элизабет от нетерпения готова была взорваться! Ей так хотелось скорее попасть к адмиралу, что вот-вот у неё начнёт дёргаться правый глаз.        — Я вот считаю, что Девастатор не стоит демонстрировать всем полученные вчера раны, — Белфаст посмотрела прямо на открытую ссадину Девастатор располагавшуюся на правом боку.       Теперь все перевели свой взгляд на гостью из другого мира. Даже Элизабет позабыла о своём стремлении и резко изменилась в лице. Прекратив злиться на задерживавшую их старшую горничную, она с серьёзным видом показалась из-за спины своего рыцаря и посмотрела на сирену.       — Не такая уж и сильная рана, — спокойно произнесла Девастатор, — скоро заживёт.       Вперёд, с возмущённым видом выскочила королева Элизабет. Протопав к гостье из другого мира несколько громких шагов, она грубо ткнула своим пальцем ей в грудь. На удивление головного супердредноута та оказалась очень мягкой, от чего символ Королевского флота опешила и забыла, что сейчас хотела сказать. Вернее, объявить, ведь её говор настолько громкий, что всем скорее покажется, что она хочет донести свои мысли до всех вокруг, нежели кому-то конкретному поблизости.       Прошло несколько секунд, в течение которых на неё со всё большим непониманием смотрели Уорспайт и Белфаст, а она всё ещё не убрала свой палец. С каким-то задумчивым и даже отрешённым видом продолжала изучать мягкость её шариков, приближённых к четвёртому размеру.        — Ваше величество? — кансен лёгкого крейсера осмотрелась на присутствие в парке других дев флота.        — Хех… — Девастатор специально подала голос. Ничего другого она не решалась сделать.       — Ваше величество! — все успели что-то сказать, но Уорспайт сделала это громче всех, что и отвлекло королеву от наслаждения прелестями сирены.       Элизабет резко убрала правую руку в сторону, посмотрела в глаза сирене, а затем аккуратно взглянула на свою защитницу. Однако после этого она внезапно будто ожила и вернулась к своему горделивому состоянию: приняв эпическую позу и уперев руки в бока, она обратилась к сирене с намереньями требовать:       — Ты, сирена! Я приказываю тебе забыть всё, что сейчас случилось!       Первые несколько секунд Девастатор даже не могла сообразить, что стоит сказать, чтобы конфликт не разгорелся, а потом она и вовсе подумала, что ничего страшного не будет, если немного поспорит. Может для королевы это даже на пользу пойдёт. Не всё же ей должно сходить с рук.       Остальные сопровождающие кансен пока молча наблюдали.       — Нет, не забуду. Буду всегда помнить, припоминать тебе при всех и даже шантажировать по возможности, — с нотами сарказма заговорила гостья из другого мира. — Да-да, так и будет!       — Нет! Не смей, хочешь я взамен дам потрогать свои?       Вот от такого Белфаст и Уорспайт сильно разволновались. Они всё больше не хотели стоять в стороне, особенно горничная, которая уже стала приподнимать левую руку, чтобы заговорить. Только Девастатор не обратила на неё никакого внимания и продолжила свой диалог.       — Нет, с меня хватит грудей маленьких девочек, — ей вспомнился случай с Джавелин. Девастатор посмотрела на королеву, — а у тебя её так вообще нет.       — Что ты… — не успела возмутиться королева, как в диалог вмешалась Белфаст всё прекратив.       — Так-так, попрошу внимания, — Девастатор и Элизабет прекратили грызться, посмотрев на лёгкий крейсер. — Вы не забыли, что мы должны были пойти к господину адмиралу? Мне, между прочим, поручили привести туда сирену. А вас, ваше величество, туда не звали.       — Может зайдём позже, ваше величество? — предложила Уорспайт, разведя руками. Ей, по всей видимости, было неприятно оттого, что они мешали выполнять Белфаст свою работу, которую тем более поручил лично адмирал.       — Нет! Мы пойдём сейчас! Хватит бездельничать! Вперёд, к господину адмиралу!       Королева повернулась в сторону адмиралтейства и зашагала по дорожке в его сторону. Уорспайт сразу же не стала отставать и поторопилась за ней, идя чуть позади, как ей и было когда-то велено.       Те отошли на десять метров, и Девастатор тихо обратилась к Белфаст, что стояла совсем рядом:       — Спасибо за то, что прервала этот неприятный разговор. Зря я стала с ней спорить. Нужно было просто согласиться и ничего бы всё равно не было, — сирена вздохнула.       — И вам спасибо за то, что не разнесли тут всё, — также тихо и с фирменной улыбкой ответила горничная, глядя на замершую от удивления Девастатор.       Белфаст сделала несколько шагов, намекая что пора было направляться к господину адмиралу. Сирена всё поняла и пошла за горничной.       — А так вы поступили несколько глупо. Лучше было бы, если вы согласились, но правда так не всегда. К её величеству трудно найти подход. Даже у меня это не всегда получается, — объяснила кансен, — а вот у госпожи Уорспайт какой-то талант.       Белфаст краем глаза посмотрела на сирену и, убедившись в том, что она слушает, собиралась продолжить. А сирена не просто слушала, а ей даже было интересно узнать, почему Элизабет была такой и почему Уорспайт всё время была с ней. Виделись всего несколько раз, но гостье из другого мира стало быстро ясно, что рыцарь была очень привязана к своей госпоже.       — Вероятно, это из-за того, что они сёстры.       — Да?       — Они оба супердредноуты типа «Королева Элизабет». Как не трудно догадаться, её величество головной корабль в серии. Всего их, кстати, было построено пять, но сейчас в данный момент в строю только три. Остальных кансен ещё не призвали, — рассказала горничная.       — Вот насчёт этого, а как, собственно, вы появляетесь на свет? Я так понимаю, вы не люди? — спросила гостья из другого мира.       Лёгкий крейсер с сиреной ступили на ступеньки и стали не торопясь подниматься на холм, где был выход из парка. Двух супердредноутов не было видно. Они так спешили, что оторвались вперёд.       — Простите, Девастатор, но я этим не увлекалась и с неохотой об этом разговариваю, так что мои познания в этой области очень скудны. Да я и не должна с вами об этом говорить, — горничная негативно изменилась в лице. Её добрый голос сейчас сменился на холодный тон. Она будто вспомнила, что та всё же враг, а не хороший друг, с которым можно было мило побеседовать. Наверное, так было даже более правильным. Вот только горничная сама замечает, что поведение сирены не так уж и сильно соответствует описанию из курсов, которые ей и другим девушкам приходится проходить сразу после рождения.       Девастатор стало неприятно от такой смены настроения. Она вновь почувствовала себя не в своей тарелке. Ну, найти с ними что-то общее было сделать довольно трудно, принимая во внимание то, кем она является.       — Прошу прощения, — извинилась сирена.       Горничная плавно выдохнула, приготовившись продолжить разговор.       — Нет, это вы меня простите, Девастатор, — девушка посмотрела на арочные стальные ворота ведущие к зданию адмиралтейства, показавшиеся впереди, как только они поднялись наверх по ступенькам.       У открытых нараспашку врат, крепившихся к красным кирпичным столбам, стояли в ожидании отстающих королева Элизабет и Уорспайт. Как и ожидала того сирена, её величество Королевского военно-морского флота была вне себя от того, что её посмели задержать. Она в томительном ожидании постукивала носком правой ноги по мощёной дорожке, сложив руки под грудью и глядя куда-то в небеса. Уорспайт была спокойна и стояла как статуя, смотря прямо на только что показавшихся.       — Я правда не знаю про это много. Те, кто нас призывает, обычно ничего про это не рассказывают, только говорят, кто мы есть и что мы должны сделать. Затем осознание того, кто мы есть само закрадывается в голову, и мы уже ничего не можем с этим поделать. Ну, это уже немного другой разговор. А так мне не симпатизирует идея о том, что я военный корабль. Мне больше всего нравится осознавать то, что я человек или по крайней мере нечто очень похожее на человека, — судя по голосу, старшая горничная правда не хотела об этом с кем-то говорить.       Сирена снова почувствовала себя виноватой, и это стало её нервировать. Ей всё больше казалось, что она портит всем жизнь. Хотя её появление тут и правда взбаламутило базу, что она прекрасно понимала. Впредь ей бы не хотелось больше являться большой занозой в неприличном месте. Хотя пока она ею и является, да ещё и довольно болезненной.       — Я почему-то уверена, что ты не одна такая… — Девастатор хотела ещё добавить что-то для того, чтобы как-то «утешить» горничную. Возможно, что даже упомянуть себя, вероятно, это показало бы сирену с более человечной стороны, что точно бы не повредило, но воспользоваться моментом не дала королева Элизабет, когда заметила, что к ней подошла Белфаст с кандидаткой на роль горничной.       Супердредноут, названный в честь монаршей особы, была в не лучшем расположении духа. Она, стиснув зубы, повернулась лицом к горничной и чуть ли не шипя вывалила на неё свои обвинения по поводу скорости их хода и всевозможные угрозы наказаниями для горничной и Девастатор, когда та по её планам станет ею.       Уорспайт, как обычно, попыталась поумерить пыл её величества, но ей это не слишком удавалось. Белфаст оставалось только извиняться, а сирена молча и с большим осуждением смотрела на происходящее и прожигала взглядом королеву.       Так длилось не очень долго. Где-то через пару минут выслушивания недовольства гордости флота Великобритании группа кансен с сиреной направились к зданию адмиралтейства, которое было почти через дорогу.       Через пять минут они пришли на широкую площадь. Девастатор, оглядев её взглядом, вспомнила, что вчера тут было довольно много народу, включая солдат, сопровождавших её. Сейчас же на площади была лишь группа маленьких девочек, которым на вид можно было дать от силы лет семь. Другими словами, они были похожи на девочек начальной школы. Они бегали друг за другом, смеялись, веселились и бросали какой-то свёрток бумаги, замотанный скотчем — импровизированный мячик. Игра, в которую они играли скорее напоминала догонялки, но, чтобы «догнать» оппонента нужно было бросить в него мячик, остальные правила были полностью идентичны классическим догонялкам.       Девастатор посмотрела на детишек, когда они стали подходить ближе. Тут же сразу Белфаст окликнула её величество и Уорспайт, плавным движением руки намекнув им, что всем нужно обойти детей и не мешать играть. В действительности же сама горничная не хотела подпускать сирену близко к маленьким эсминцам. Уорспайт поняла всё сразу же, как только лёгкий крейсер пронзительно посмотрела на неё, а та после уже своим убедительным взглядом направила королеву куда нужно, хотя та и не понимала, почему они не могли пройти там, где короче.       Пока Белфаст умудрялась секретничать с рыцарем при помощи одних простейших жестов и взглядов, Девастатор, идя, поглядывала на резвящихся детей. Тут же она приметила их ярко-красную ауру, дающую ей понять, что перед ней была свора кансен в обличии детей ещё младше чем Джавелин, Лаффи или та же Юникорн. Факт того, что оружием являются даже дети оказал на сирену большое впечатление и заставил задаться некоторыми вопросами. Может быть, это и было общепринятой нормой здесь, но для неё пока это таковым не являлось.       Белфаст отказалась разговаривать с сиреной о призыве кансен, сославшись на то, что она очень мало про это знает, но сама Девастатор подозревала, что дело было только в расе. Поэтому вопросы возникали один за другим. Кто додумался призывать кансен в виде маленьких девочек? Почему она ещё не увидела ни одного кансен мужчину? Ну и конечно же, как происходит сам призыв живых кораблей?       Случайно сирена заметила в кустах за россыпью пальм ещё один алый огонёк. Девастатор воспользовалась встроенным приближением обзора, чтобы получше рассмотреть то место. Пока приближение было самой неиспользуемой способностью, ещё в Токио она заметила, что не так уж и сильно она может увеличивать свой обзор. Так что не быть ей снайпером, и не разить врага издали. Ну, на это расчёта у создателей, как ей уже известно, не было. А пока ей очень даже хватило, чтобы разглядеть растительность и кансен, прячущуюся там.       Из кустов торчала каштановая макушка волос с длинной чёлкой, частично закрывающая правую половину лица и голубой глаз, жадно разглядывающий играющих в догонялки с мячиком девчат. Всего остального не было видно. Тактическое зрение помогло определить сквозь кусты параметры тела девушки, позу, психологический настрой и могло уловить каждое её малейшее движение. Больше данных было получить сложно из-за отсутствия подключения к базе данных сирен. Так что ни о каких ТТХ здесь и речи не шло.       Но не параметры или поза на четвереньках удивила девушку. Психическое состояние той кансен было крайне возбуждённым, и степень экзальтации только росла, судя по растущим числовым показаниям. Девастатор слегка испугалась, глянув ещё раз на детей, и на всякий случай решила обратиться к Белфаст:       — Эм… — сразу же к гостье из другого мира повернулась горничная и с вопросом посмотрела на сирену, — там в тех кустах сидит какая-то девушка и с довольным похотливым видом рассматривает этих девчат. Это нормально, здесь, у вас? — сирена пальцем показала точно в те пышные заросли, за которыми пряталась та дева флота.       — Поняла, — холодно произнесла горничная. Девушка повернулась в сторону кустов и громко заговорила. — Госпожа Арк Роял, зачем вы спрятались в кустах?       Как только старшая горничная произнесла это имя, свора эсминцев, резвящаяся на площади внезапно остановилась, и менее секунды потребовалось им, чтобы осознать, кто здесь был. Тут же они с криками и визгами стали разбегаться во все стороны подальше, забыв даже о своём самодельном бумажном мячике, оставшемся на площади.       Сирена от такой яркой реакции изрядно удивилась, и не успела она посмотреть на пролетающих мимо девочек, как те уже скрылись из виду. Элизабет и Уорспайт также остановились после окликания Арк Роял. Первым делом рыцарь принялась усмирять взбесившуюся королеву, которой не нравились остановки на полпути.       — Эй, ну куда вы, девчата… я же только приглядывала за вами, чтобы вы в беду не попали! — прямо через кусты всё так же на коленях вылезла виновница происходящего. Не сразу, конечно же. Пока она выползала, её плащ зацепился за ветки, и чтобы не застревать, девушка просто дёрнула его, от чего тот со звуком расходящихся швов надорвался, но это не заставило её даже бровью повести.       Арк Роял встала на ноги и направилась прямо к Белфаст с Девастатор. Девушка выглядела угрюмо и подавленно. Было видно, что её желаниям не было суждено сбыться, и виновницами были лёгкий крейсер и сирена. Сама же Арк Роял это тоже понимала, и кажется, она хотела высказать своё недовольство. И вот она подошла ближе, и перед гостьей из другого мира предстала девушка на высоких каблуках, в длинном и частично порванном тёмно-голубом плаще, заправленным под красный пиджак, чёрной юбке и чулках, крепящихся к поясу резинками. В её каштановых коротких волосах можно было легко разглядеть пару веточек и несколько зелёных листков, которые она, по всей видимости, не заметила. Подходя ближе, она резко мотнула головой вправо, освобождая на пару секунд другую половину лица от волос, закрывающих её.       — Ну Белфаст, зачем ты так? Я же ничего не сделала, — жалобно проскулила Арк Роял, остановившись перед ней. Пару секунд шатенка напряжённо, но совершенно не боясь смотрела на сирену в метре от них.       — Это пока вы ничего не сделали. Однако все помнят, что вы натворили два месяца назад, когда эту партию эсминцев включили в состав Тихоокеанского Королевского флота и противолодочного дивизиона… — горничная не стала договаривать дальше, видя краснеющие щёки авианосца перед ней.       — Но я только стремилась оградить миленьких детишек от долбанных подлодок… ну, понимаешь, ведь… они такие милые и маленькие, а самотопины коварные и злые, — Арк Роял старалась оправдаться за какие-то события и неуверенно подбирала слова, то и дело переминаясь с ноги на ногу от нахлынувшего смущения. Но вот в своём заявлении насчёт подлости субмарин она не сомневалась ни капли.       — Леди Арк Роял, вам, кажется, нужно сходить проверить слух, — начала горничная. Девастатор издала тихий смешок.       Сирена впервые видела перед собой Арк Роял, и пока ничего хорошего о ней она не могла сказать. Было понятно, что у неё особенные отношения с кансен-эсминцами. Вспомнилось, что Джавелин тоже упоминала её в нехорошем ключе. Пси-локатор сообщил, что та разглядывала девчат с повышенным уровнем серотонина и эндорфинов. Это и побудило гостью из другого мира сообщить о ней Белфаст.       — Вы не слышали, что я сейчас вам сказала? Их включили в противолодочный дивизион. Вам не кажется, что подводные лодки для них не будут ну уж очень проблемными?       — Но ведь… и всё же… — авианосец всё пыталась как-то оправдаться, но не похоже, что она вообще осознавала свою вину за прошлый проступок, — я думаю, что сделала всё правильно, не со зла.       — Господин адмирал так не считает, — сказала, как отрезала, — вы даже были строго наказаны. Вас лишили месячной зарплаты в пользу тех эсминцев и заблокировали доступ к карте с деньгами, также ровно на месяц. Если вы не хотите, чтобы это повторилось, то прекратите следить за ними и пробираться к ним в общежитие.       Оказывается, она за ними следит и к тому же пробирается к ним в общежитие. Что-то подсказывает Девастатор, что она ещё с ней встретится.       — Ну не то чтобы это было наказанием для меня. Я даже рада, что мои деньги попали к девочкам. Я — авианосец, мне много платят. Всем должно было хватить сполна, и если это так, то я счастлива и не воспринимаю это как наказание, — Арк Роял умилялась, воображая себе счастливых девчат, бегущих на пристань тратить её деньги. Однако тут же возмутилась: — Но не много ли ты знаешь, Белфаст?!       — Я личная горничная господина адмирала. Мне известно многое, знаешь ли, — довольно гордо сказала кансен лёгкого крейсера. Быстро же она нашла способ ей ответить, будто ответ этот был заготовлен заранее на многие случаи в жизни.       — Простите, что прерываю, но может, мы всё-таки пойдём? Элизабет и Уорспайт уже исчезли. Боюсь, если они первые там окажутся, а мы задержимся, то ваша королева что-нибудь успеет наговорить, — гостья из другого мира указала на отсутствие супердредноутов и на здание адмиралтейства, возле которого копошились люди, — а ты ведь сама слышала, что она там со мной сделать хочет!       Горничная, поправив подол своего длинного белого фартука, ещё раз укоризненно посмотрела на авианосец перед собой.       — Мне некогда вас отчитывать, леди Арк Роял. Пожалуй, это должен сделать адмирал или кто-то из дисциплинарного комитета. Надеюсь всем сердцем, что это будет именно комитет, ведь господину именно проблем с тобой ещё не хватало, — крейсер продолжала смотреть на шатенку, сверля взглядом и заставляя стыдиться ещё больше. Даже разок обратилась к ней менее формально. А всё дело было в адмирале, — у него и так полно проблем сейчас, а тут вновь ты со своими фетишами появилась. Но придётся всё-таки сообщить. Думаю, на этот раз тебя не только зарплаты лишат.       — Поняла-поняла! Ну только не сообщай господину адмиралу о случившемся здесь, раз уж он так занят! Лучше сдай меня комитету! Лучше неделю… да хоть даже месяц в подводном карцере отсижу! Только не говори ему! Сделаю, что хочешь! — очень просила девушка, сложив руки в молитвенном жесте и даже приготовившись пасть на колени.       — Ну хорошо… Я зайду к тебе позже, — сказала горничная, улыбнувшись, будто добившись своего.       Арк Роял поспешно удалилась.       Сирена, наблюдавшая за всем этим, только и могла удивляться и размышлять о происходящем тут. Какие тут интересные порядки на базе. Необычно для неё. Не так она себе представляла военный объект. А сам авианосец чего стоил! Вон, у неё, оказывается, фетиши на маленьких девочек имеются, а её не выкинули с базы. Денег только лишили на месяц, а кормят их бесплатно. Ну оно и понятно в чём дело. Она не человек, а дева флота, таких нельзя просто выкинуть. Военные ресурсы, по всей видимости, были очень ценны в такие времена. Тем более, если это кансен.       — Теперь пойдёмте.       Белфаст с объектом сопровождения отправились прямиком через площадь к адмиралтейству.       — Это нормально для вас… так себя вести? — спросила Девастатор.       — Простите за случившиеся и спасибо, что сказали, — поблагодарила для начала горничная, — людям кажется, что это ненормально, но для нас это вполне приемлемо и естественно так себя вести. Но среди наших есть менее экстравагантные леди. Это тоже тема призыва нас — кансен. Потому я не могу многого рассказать.       — Понятно.       — Могу себя в пример привести! — горничная предвкушающе улыбнулась, смотря прямо на дорогу. — Я, например, когда появилась, через несколько дней почувствовала непреодолимую тягу к порядку, собранности и благородству. Так я решила стать горничной. В истории моего корабля ничего такого не прослеживается. Того, что было связанно со служанками и работниками сферы обслуживания, никаких таких на нём не служило. Никто не понимал с чем это связано, может, я бы и знала больше, если бы интересовалась темой своего рождения как человека. Но увы, мне это не интересно.       — Думаю, у меня найдётся ещё у кого можно про это спросить. Так что незачем мне переживать, — сирене предстояло разобраться с заданием от Арбитражного совета, так что прочие проблемы казались ей не столь значительными.       Девастатор не спешила принимать решение по поводу тех островов. Как она и планирует, для начала нужно узнать, проживал ли там кто-нибудь, есть ли там что-нибудь и кому они принадлежат в данный момент. Но время от времени нервирующие мысли посещали её голову, грозясь нанести урон ментальному здоровью и стимулируя сирену как можно скорее заняться этим вопросом.       — Вероятно, что так и есть, — по правде Белфаст была не уверена в том, что у сирены найдётся кто-то подходящий для обсуждения таких вопросов. Также она подумала о том, что, вероятно, не стоит обсуждать тему рождения кансен с врагом человечества. Ей бы ещё предупредить об этом Джавелин.       Горничная превосходно справилась со своим заданием. Она смогла сопроводить сирену к адмиралу без каких-либо серьёзных проблем. Конечно, по пути Девастатор могла несколько раз поссориться с дредноутами, но перерасти в драку, словно вчера ночью, Белфаст не позволила бы. Также, к счастью, по пути никого особо не встретилось. Сегодня многие кансен Королевского флота проводили время на набережной, общаясь и знакомясь со своими коллегами из Союза Орлов. Старшая горничная не знала, мог ли адмирал спланировать привести её к себе в это время или нет. В любом случае, как она думает, всё обошлось довольно хорошо.       За то короткое время, которое Белфаст провела рядом с врагом человечества, ей она показалась не такой уж и «бесчеловечной», коими их описывают в базах данных. Было даже похоже на то, что сирену воспитал кто-то из людей. Это возбуждало в крейсере некоторый интерес, но спешить задавать свои вопросы не стала. Всё же, как-никак она признаётся врагом, и этого со счетов списывать никак нельзя.       В холле адмиралтейства всё так же за тем же самым деревянным столом стояла та же самая секретарша, принимавшая людей, прочих гостей, а когда надо было — и отсылающая их подальше. Завидя вошедшую Белфаст, она ничего не предпринимала, но как только следом появилась сирена, то моментально её прихватил приступ лёгкого страха. Ещё вчера она не подала виду, что побаивается её, и только из-за того, что слишком поздно узнала о ней, можно сказать прямо из уст адмирала. А сегодня поздно ночью её разбудил верещащий ПДА, выдаваемый каждому сотруднику порта независимо от занимаемой здесь должности. Пришло сообщение о том, что с того дня у них в плену сирена и что никаких серьёзных действий по отношению к ней применять категорически нельзя, не утвердив этого с адмиралом. К сообщению прикреплялись файлы с изображением Девастатор, полученные с видеокамер, так что все теперь знают как она выглядит.       Горничная и сирена прошли мимо секретарши. Белфаст в качестве приветствия обошлась простым кивком головы, а гостья из другого мира аккуратно махнула рукой, попытавшись слегка улыбнуться, но девушка за столом лишь только вздрогнула в ответ. Что она могла сейчас там вообразить в этот момент? Ведь всеми силами Девастатор старается показать свою лояльность и миролюбие. Гостья из другого мира, видя это, почувствовала некоторую обиду.       И вот горничная и Девастатор подошли к дверям кабинета адмирала. За дверями слышался уже узнаваемый девичий писклявый голосок, упорно что-то доказывающий и явно сильно возмущающийся. Белфаст постучала в дверь, и голоса замолкли, а ещё через несколько секунд отозвался и сам адмирал:       — Войдите.       Лёгкий крейсер ловко шагнула вправо и открыла дверь кабинета, пропуская сначала сирену, а затем уже заходя самой.       Вдали от дверей всё так же стоял стол, но в этот раз на нём было некоторое количество бумаг и прочих папок. Справа от стола стоял адмирал. Он посмотрел на вошедших девушек, остановившихся сразу после того как они оказались в помещении. В кабинете помимо них была ещё Элизабет со своим рыцарем. Её величество сидела в гостевом кресле рядом со столом, а подле неё была молчавшая всё это время Уорспайт.       — Вы наконец-то пришли, — устало выдохнув, сказал мужчина.       — Прошу меня простить, господин адмирал. Дело в том, что сначала нужно было отнять Девастатор у Джавелин и внезапно присоединившейся к ней Лаффи, — объяснила задержки Белфаст.       — Понятно. Тогда не стойте на входе, можете проходить и присаживаться. Предстоящий разговор, оказывается, будет шире, чем планировался, — он посмотрел на королеву Элизабет, деловито сидящую в кресле.       Девастатор не стала долго думать, а пошла вслед за горничной, направляющейся к столу. Белфаст заняла своё место, встав в нескольких метрах от стола между тёмным деревянным шкафом для документов и столом. Возможно, что ей тоже предложили сесть, но она предпочла следовать рабочему этикету, так как всё ещё была на работе. Сирена что-то не так поняла и тоже не стала садиться, предпочтя встать рядом с лёгким крейсером.       Адмирал сначала хотел настоять на том, чтобы Девастатор села, но подумал, что лучше промолчать. Ничего серьёзного в том, что она стоит не было.       — Фуф, наконец-то вы пришли, тормоза! — громко выразила своё критичное недовольство Элизабет. — А ты ещё лёгким крейсером зовёшься!       Девастатор не переставала удивляться поведению этой кансен. Неужели только титул королевы сделал её такой? Ещё и все потакают ей, и насколько сама гостья из другого мира знает, признают её символом Королевского флота. Всё это для неё было достаточно интересным, если принимать ещё то, что они живые воплощения кораблей.       Горничная виновато склонила голову, держась за края своего фартука.       — Да ладно тебе, Элизабет. Спешка ни к чему хорошему не приведёт, — адмирал сел в своё рабочее кресло и ещё раз посмотрел на всех присутствующих.       Теперь он мог начать разговор. Однако нужно было понять, с чего стоит начать. Приход королевы Элизабет с Уорспайт совсем не входил в его планы, но и вроде ничего уж очень секретного, чего не стоило бы знать этим двум тут не было, поначалу. Пока сирена и горничная тут не появились, Элизабет успела выложить все свои пожелания и предложения насчёт врага человечества. Сначала он ожидал, что она попросит убить её за вчерашнее прерывание купания в оккупированной ею и Уорспайт купальне. Вчера в актовом зале она на это очень много жаловалась, чуть не выдолбив этой историей всем уши. Однако, видимо, её настроение за ночь кардинально изменилось, и теперь Элизабет возжелала видеть врага человечества «у себя в ногах». Примерно так выразилась кансен дредноута. Мужчина сразу же хотел категорически отказать королеве в этой неразумной просьбе, но в этот момент пришла виновница происходящего в сопровождении Белфаст.       — Кхм, все на месте, адмирал! Давайте уже начинать! — дредноут вскочила с кресла и развела руками, привлекая к себе внимание.       — Ваше величество, присядьте назад, — Уорспайт резко положила свои руки на плечи её величества и усадила свою госпожу обратно, от чего та только ойкнула, — господин адмирал вынесет своё решение касательно высшей сирены прямо сейчас. Проявите же наконец-то терпение!       — Пожалуй, начнём мы именно с той причины, по которой я позвал сюда Девастатор, — решительно произнёс адмирал, посмотрев на сирену, которая ощущала себя источником нескончаемых проблем, за что ей становилось стыдно, — а затем и до тебя доберёмся, Элизабет, но, пожалуйста, не рассчитывай на то, что я дам тебе на такое разрешение. Сама же понимаешь…       — Но она… безобидная, даже по Уорспайт ни разу не стреляла! Может, она драться не умеет или очень слабенькая сирена, — королева обернулась, не вставая с кресла и грозно взглянула на врага человечества смирно стоявшую рядом с горничной.       Её величество, глядя на сирену, проводила параллели с Белфаст, которая тоже обычно была очень послушной и исполнительной, вероятно, из-за чего она и стала личной горничной адмирала. Королева снова представила сирену в образе служанки, а некоторая внешняя и возможно психологическая схожесть подкрепляла уверенность Элизабет в том, что из неё выйдет отличная слуга.       Девастатор в ответ лишь только хмуро глянула на дредноут Первой мировой войны, чем желала дать понять, что становиться слугой этой наглой девчонки желания не имеет. Но у Элизабет всё равно были такие планы, и отступаться, по всей видимости, она не собиралась.       — Это вы не видели её стволы, ваше величество. Сражаться она может, я в этом точно уверена, у неё ещё и силовые поля имеются, — внезапно заговорила Уорспайт.       — Ну я же почти её уделала. На ней даже раны остались! — с уверенностью сказала королева, довольно поёрзав в удобном кресле. — А вот если бы всеми четырьмя бронебойными попала, то точно скопытилась бы там. Так ведь, сирена?       Адмирал перевёл свой взгляд на пленницу, чтобы оценить нанесённый ей ущерб, но к его сожалению, с этого ракурса сделать это было трудно. Мужчина также не торопился останавливать их разговор, всё из-за интереса.       Девастатор видела королеву, требовательно ждущую от неё какого-либо ответа. По правде, она не знает, что с ней стало бы после попадания всех четырёх болванок в тело. Судя только по полученному урону, по прочности её тела можно было сделать выводы, что ничего хорошего для неё бы не случилось. Могла бы она вообще стоять после такого тут? Она к тому же принимала в расчёт то, что два зацепивших снаряда были не лучшим образам в неё пущены. Так что сейчас она думает, что сказать.       «Эй, голос, а ты можешь сказать, что со мной стало бы после попадания всех четырёх снарядов в меня?» — мысленно задала вопрос сирена.       «Внимание! Сирена Девастатор могла получить критический урон, несовместимый с дальнейшим выполнением заданий. Диапазон урона по прочности варьируется от 62,23% до 81,23%» — ответил ей Голос.       Тут же ей вспомнилось, что прочности до того, как её выбросило из здания, было где-то в районе восьмидесяти процентов. Тут же она делает вывод, что пережить такое ей бы не удалось.       — Вероятно, что ты права… — неутешительно дала свой ответ сирена.       — Вот видите! Высшие сирены не такие уж и сильные, мы справимся, когда они придут!       — Я бы не торопилась с такими выводами, ведь… — Уорспайт прервалась. Все снова посмотрели на сирену, — она же почти не сопротивлялась, это трудно назвать боем, скорее оборона.       — А почему ты не сопротивлялась? — последовал логичный вопрос от единственного мужчины в комнате. — Уорспайт сказала, что у тебя есть оружие.       — Никому такое не понравится, да и Джавелин просила меня так не делать. К тому же я говорила, что лояльна по отношению к вам, — ответила Девастатор, надеясь, что теперь они наконец-то поймут, что она никому не угрожает. Но проявляемое к ней недоверие очень даже объяснимо, и ей это тоже понятно.       — Ладно, об этом давайте как-нибудь потом. Всё же перейдём уже лучше к тому, что я хочу вам сказать. Начну с того, что всю ночь я присутствовал на собрании и обсуждал пленение нами сирены, — адмиралу не дала продолжить Уорспайт, вставив свой вопрос в момент паузы.       — Простите, господин адмирал, а она точно пленная? Как-то не похоже?       — Ну, Джавелин ведь пленила её… — вот сейчас мужчина подумал о том, что ему бы не помешал отчёт о миссии, но его пока на столе не было. Он знал, что Белфаст передала Джавелин все нужные бумаги и не только. — Вот ещё, насчёт пленения: Королевский военный совет, а также Первый лорд Адмиралтейства хочет наградить Джавелин за выдающиеся заслуги орденом Стража Морей высшей категории.       Все кансен в комнате очень удивились. Даже Белфаст не смогла сдержать изумления. Никто не мог и подумать, что эсминцу могут вручить столь почётную награду. Да она по сути будет первой, получившей её в истории спустя восемь лет после ввода этой награды. Изначально предполагалось награждать ею людей, добившихся успехов в борьбе с конкретно высшими сиренами, но после войны первого контакта представители высокоранговых сирен так и не появились и поэтому никто не удостоился чести получить эту награду. Однако теперь у ордена скорее всего будет первый обладатель, но не среди представителей рода людского.       — Это правда, господин адмирал? — спросила Белфаст, очень быстро перед этим придя в себя после изумления.       — Да, с чего бы мне врать? Я и сам не против того, чтобы ей его вручили. Как-никак у нас теперь есть настоящая высшая сирена, вот она стоит, — он качнул головой в сторону врага человечества.       Гостья из другого мира не очень понимала значения этой награды, но точно поняла из последних слов мужчины, что поводом для вручения ордена был захват её в плен. Девастатор ничего не может сказать. Ей было неважно это. Всё, что она захочет узнать, сможет спросить у Джавелин.       — Насколько мне известно, награду, посвящённую войне с сиренами обязательно должен вручать Первый лорд Адмиралтейства или кто-то вышестоящий, например, кто-то из августейшей семьи, — сказала Уорспайт, тем самым рассчитывая узнать, кто будет вручать орден.       — Да, так и есть. Первый лорд прибудет на Новый Гуам через пару дней. Да и не только он, — ответил адмирал, — и он, и ещё некоторые военные хотят увидеть её лично. Так же могут быть и государственные чиновники, представители новой аристократии, но это уже навряд ли. Таких не допустят к ней, пока не убедятся в том, что она не опасна. Сейчас это понимаем только мы…       В голосе мужчины отчётливо слышалась неуверенность, но даже так Девастатор была рада слышать, что адмирал воспринимает её не очень опасной. Может её старания казаться дружелюбной сиреной не прошли даром. Хотя, времени прошло ещё не так много с момента их знакомства. Возможно, ситуация будет лучше.       — Получается, тут ещё могут появиться и аристократы. Хотелось бы посмотреть на них, — изъявила всем своё желание Уорспайт. Ей как рыцарю было это интересно.       — Ты будто бы меня не видела, Уорспайт, — с упрёком произнесла королева, задрав голову, чтобы специально показать своему рыцарю, стоящему за спинкой кресла своё «праведное» порицание.       — Простите, ваше величество. Вы конечно же куда выше всех этих баронов, графов и всяких герцогов, но мне просто хочется знать, кого мы защищаем, — с нескрываемым почтением в голосе пояснила рыцарь.       — Не думаю, что эти люди тебе понравятся, Уорспайт, — адмирал решил заранее предупредить мечницу о том, что это не совсем те аристократы, о которых она, вероятнее всего, читала в книжках из библиотеки, когда была свободна.       — Господин, если вы хотите сегодня встретиться с адмиралом Стивом, то вам стоит поторопиться, — в разговор вмешалась Белфаст напоминая мужчине, что он планировал встретиться с командующим американским экспедиционным корпусом.       — Да, точно. Давайте тогда продолжим и постараемся больше не отвлекаться, — он осмотрел каждую в помещении и вот-вот собирался что-то сказать, как внезапно был прерван.       — Ага-ага! Мне бы ещё хотелось свой вопрос обсудить потом! А пока, может Белфаст принесёт нам чая? — Элизабет требовательно посмотрела на горничную, а та в свою очередь на адмирала, который кивком разрешил ей уйти за чаем.       Горничная быстро скрылась за дверью, что была в нескольких шагах от неё и вела в соседнее помещение, где была маленькая импровизированная кухня и ещё что-то. Теперь адмирал мог перейти к делу.       — Может быть это и хорошо, что теперь мы имеем высшую сирену в плену. Однако как выразился совет: захватили высшую сирену, но очень не вовремя, — адмирал начал свою речь с таких вот пока не очень ясных слов, но гостье из другого мира это уже начинало не нравится.       — Дело в том, что мы с трудом добились благосклонных отношений с Союзом Орлов. После всей нашей империалистической политики на Тихом океане, Персидском заливе, Красном море и вдоль берегов Индии. Корона стремится вернуть власть над некоторыми бывшими колониями и прихватить как можно большие участки суши в морях и океанах. Думаю, что вы это и сами прекрасно понимаете. Новостей мира и политики от вас не скрывают, — все, кроме сирены махнули головой, — Америка… простите, вернее Союз Орлов, всё так же остались приверженцами свободы и демократии во всём мире и им не очень нравилась наша политика. Они считают, что каждая страна и нация имеет право на самореализацию и несколько раз это чуть не доводило до военного столкновения. Совсем недавно мы смогли уладить большинство наших конфликтов. Как точно это произошло? Мне неясно. Но всё привело к тому, что теперь американские военные корабли могут останавливаться в наших портах, а чуть позже Орлы отправили сюда, к нам, уж очень крупный экспедиционный корпус. Так вот, прибыли американцы именно в тот день, когда к нам доставили Девастатор, — он посмотрел на врага человечества, неподвижно стоящую недалеко справа. Он так же приметил, что сирена, судя по её неотрывному взгляду, очень внимательно его выслушивала, даже хотелось скорее продолжить говорить. Но прежде он сделал очень слышимый глубокий вдох и выдох.       Гостье из другого мира действительно было крайне интересно узнать, что случилось с этой параллельной реальностью и как всё обернулось после настолько глобальной катастрофы. Чего уж точно не ожидала услышать девушка, так это того, что её родная страна обратиться в монархическую державу и попытается вернуть свои прежние колонии во всём мире.       — А при чём тут всё это? — спросила Уорспайт.       Девастатор тоже хотела задать подобный вопрос, но касающийся больше её самой.       — Сегодня ты довольно много говоришь, Уорспайт, — подметила её величество, королева Элизабет. — На тебя это не очень похоже. Ты же обычно просто исполняешь приказы, разве нет? — не то чтобы сейчас королева была против того, чтобы она задавала вопросы, но это было необычно для той, кто часто проводит время рядом с рыцарем. Она с волнением посмотрела на одного из представителей своей ближайшей свиты.       — Да, ваше величество, — она склонила голову, — просто любопытство разыгралось.       — Так. Я готов продолжить, — мужчина прервал чуть не начавшуюся беседу дредноутов. — Совет никак не планировал, что в этот день появится сирена. О ней узнали американские кансен и адмирал, что по всей видимости не входило в планы нашего руководства. Скорее всего они хотели бы оставить её в секрете, но не судьба. Я, кстати, против того, чтобы держать её в тайне ото всех. Всё-таки сирены — проблема всего человечества. Только тут я не указ начальству. Естественно адмирал Стив и все его кансен не будут скрывать от своих такое. Потому наши государства сегодня ночью проведут ещё одну видеоконференцию, темой которой станет появление высших сирен. В частности, Девастатор.       — Простите, так что со мной будет? Может сразу скажете? — медленно текущий разговор немного нервировал сирену. Волнение и небольшая доля страха, не блокируемая функционалом её тела доставляла Девастатор неудобства.       — Ну, как я уже сказал, с тобой хотят увидеться люди из вышестоящего управления флотом и армией. Такие как Первый лорд Адмиралтейства и министр обороны. Скорее всего, некоторые члены совета и даже Палаты лордов, — ответил адмирал.       — Ясно… — понятно, что с ней хотели встретиться и, вероятнее всего, это не ограничится встречами только с одной стороной, знающей о ней. Вероятно, что подключится и Америка. Судя по рассказу адмирала, она точно не будет стоять в стороне, как обычно это было в её мире.       — Конечно, всё станет куда яснее, когда пройдёт следующая конференция. Я обязательно буду на ней присутствовать, как командующий военной базой Новый Гуам, на которой ты и находишься. Скрывать от тебя ничего не стану, сразу сообщу решение по тебе, — он положил руки на стол и сложил ладони в замок честно посмотрев на сирену.       — Хорошо, я очень рада это услышать, — гостья из другого мира не смогла сдержать улыбку, искренне радуясь столь желанному нейтральному исходу.       Но мгновение спустя она подумала о том, что адмирал мог ей врать. Он мог ничего ей не говорить и не сообщать, или уж лучше соврать сирене. На этот случай у неё ничего не было. Придётся пока смириться.       — Но это ещё не всё, о чём я хотел с тобой поговорить, — адмирал тоже немного повеселел и стал пошустрее говорить, — только этот разговор пройдёт между нами лично, без посторонних, которых тут сегодня и не должно было быть.       Он говорил про Уорспайт и Элизабет. Обе посмотрели на адмирала, но вину с примесью стыда почувствовала только рыцарь. Причём за двоих. Элизабет же надула щёки, но так как теперь речь перешла к ним, то она почти моментально позабыла об обиде беспокоившей её всего мгновение.       — Наконец-то! Как я уже сказала, мне бы хотелось видеть высшую сирену своей горничной! Думаю, ей идеально подойдёт эта роль! У меня на таких глаз намётан! — Элизабет говорила довольно громко, от чего всем в комнате хотелось закрыть уши, но они упорно этого не показывали.       Дверь, ведущая в соседнее помещение, тихо и протяжно проскрипев аккуратно открылась, оборвав мучение присутствующих. В проёме показалась Белфаст, мило улыбаясь, она выкатывала в кабинет тележку для еды. На самой покрытой большой белой скатертью тележке стояло три белых блюдца с чашечками чёрного чая на них, рядом была большая тарелка с щедро, но аккуратно выложенным на неё печеньем, стеклянная конфетница доверху заполненная сладостями, а также сахарница из того же материала, на случай, если кто-то вдруг захочет подсластить себе жизнь не только предложенными десертами.       — Можно сказать, что мы почти закончили, а ты, я вижу, не пожадничала сладкого, — адмирал легко улыбаясь посмотрел на кансен лёгкого крейсера. Девушка тоже в ответ улыбнулась и даже ярче, чем обычно.       — Почти закончили? — недоумевая, королева посмотрела на адмирала. Она не рассчитывала закончить очень быстро.       — Да, мы сейчас решим этот вопрос очень быстро, — с уверенностью объявил мужчина.       — И как же? — не веря спросила Элизабет, сложив руки на груди.       Старшая горничная аккуратно поставила одну чашечку чая на стол подле адмирала, стараясь предусмотреть то, чтобы он случайно не сбил её рукой. Затем вместе с тележкой она стала смещаться к дредноутам, проходя мимо Девастатор.       — Ну слушай, — он перевёл взгляд с наглой девчонки на высшую сирену и обратился к ней, задавая вопрос, на который он считал, что уже знал ответ: — Ты хотела бы стать горничной, если тебе конечно известно, что это за профессия такая?       Недолго думая, она сразу же решительно ответила:       — Нет! И я знаю, что это за профессия. Даже если бы я и хотела стать прислугой, то только не у этой противной, наглой, избалованной и жутко горделивой мелкой девчонки, возомнившей себя настоящей королевой!       Элизабет от злости и ярости сжала кулаки. За её жизнь в виде человеческого аватара её ещё никто так не оскорблял. Даже после призыва люди старались ей угодить, называя и обращаясь как с королевой. Это было так, но только для того, чтобы удержать кансен под контролем и мало кто смел обращаться к ней неподобающе. А тут высшая сирена смеет говорить ей такие непростительные слова ей прямо в лицо.       Уорспайт, как уже известно, была рыцарем, и ей следовало бы заступиться за честь её величества, но так как она имеет опыт сражения с Девастатор, в котором она с некоторым трудом нанесла не очень много урона, быстро поняла, что шансов не много. Вот только главной причиной воздержаться от второй дуэли с пленной было то, что ей просто не разрешат такое сделать.       Белфаст поставила чашечку чая перед королевой, а одну собиралась вручить рыцарю, что с задумчивым видом смотрела на макушку своей госпожи. Горничная надеялась, что свежесваренный чай способен успокоить Элизабет.       — Вот видишь, нужно было более уважительно с ней общаться, тогда, может быть, она бы и согласилась. Это тебе ещё один мой наглядный урок касательно того, как нужно себя вести с другими людьми. Поняла? — он, ожидая ответа посмотрел на королеву.       — Поняла… — нехотя признавала это Элизабет, поднося к губам всё ещё трясущимися от злости руками чашку горячего чая.       Девастатор сейчас ощутила прилив удовлетворения, видя, как адмирал смог поставить на место такую негодницу. Джавелин была права, когда говорила, что его все тут очень уважают и любят. Может любить его и не должны были, но уважать уж точно, всё же они все обязаны были ему подчиняться. Высшая сирена легко улыбнулась, продолжая наблюдать за королевой, которая в скором времени придёт в норму.       — Вот и славно. Осталось только разобраться с ещё одной темой. Когда закончите пить чай, можете быть свободны, — адмирал указал на дверь, принимаясь пить чай, заедая печеньем.       Чаепитие длилось уже минут десять. Гостье из другого мира начинало становиться скучно и её голову посещали нерадостные мысли о пока не ясном будущем. Придётся ждать ещё какое-то время, прежде чем ситуация с ней будет разъяснена. Это порождало чувство тревоги и нервозности. Ей очень хотелось, чтобы всё пошло так, как она этого планировала и ей позволят как минимум оставаться здесь на определённых условиях.       Ну а пределом её желаний стала одна идея, которой она загорелась сегодня утром перед тем как отправиться с Джавелин на набережную. Своим предложением она планирует поделиться с адмиралом, когда дредноуты уйдут. Точно так же, как и он поделится своим, о котором говорила Белфаст в парке. Девастатор так-то не рассчитывала на то, что он даст согласие, тем более сразу. Её просьбу, скорее всего, сначала нужно будет донести до вышестоящих, где и примут решение. Но она не против немного подождать. Главное не забывать надолго о выданном ей задании от сирен. Девушка обязательно постарается узнать о тех островах, и пробовать собирать информацию будет уже с сегодняшнего дня.       Прошло от силы ещё минут десять, и Элизабет с расстроенным видом покинула кабинет адмирала вместе с Уорспайт. Её величество не думала, что всё обернётся не в её пользу, кажется, у неё было много планов на «собственную» сирену. Теперь девушке придётся переосмыслить своё поведение, но Девастатор что-то подсказывало, что делать этого она не будет.       Как только дредноуты одного типа скрылись за закрывающейся дверью, на которую мужчина пристально до этого смотрел, он посмотрел на Белфаст и Девастатор. На его первый взгляд сирена не испытывала сейчас какого-либо дискомфорта, чему он был непременно рад. Рисковать с высшей сиреной он не хотел и доверять ей несмотря на все её заявления готовности сотрудничать было бы неразумно. Он несколько раз думал о том, что всё это может быть какой-нибудь проверкой или разведкой перед вторжением основных сил сирен. Вообще, хоть адмирал и занимал место главы военно-морского порта Нового Гуама и должен был занимать место командира во время боя, но стратегом и тактиком он был, мягко говоря, посредственным. Потому полной или хотя бы существенной уверенности в своих предположениях не чувствовал. Такого высокого места он добился из-за других важных заслуг перед короной. И как раз его посредственность может в скором времени обернуться для него увольнением или даже походкой по эшафоту. Наверху ещё давно хотели избавиться от него, но придуманный им несколько лет назад метод держать разношёрстных кансен под контролем и те высокопоставленные личности, которые не забывали об этом, были последней преградой отделяющей его от мира иного.       У Белфаст быстро изменилось настроение. Лучезарная улыбка и блестящие глаза сменились серьёзным выражением лица и холодным взглядом, которым она одарила мужчину. Он уловил её намёк и понял, что можно было начинать.       — Теперь они ушли, и мы можем начинать, — собравшись с мыслями, сказал адмирал, подвигаясь ближе к столу на своём кресле с колёсиками. — Можешь больше не стоять, присаживайся. Белфаст сейчас угостит тебя чаем.       Горничная, поняв всё сразу, сделала несколько шагов к месту, где оставила тележку. Девастатор же была не против сесть, хотя тело сирены не чувствовало усталости. Она разместилась в кресле для посетителей, где до этого сидела Элизабет и стала ожидать чая, от которого отказываться она не собиралась, хоть и не нуждалась в нём из-за тех же особенностей её тела. Она была готова к разговору, как и, видимо, адмирал.       Белфаст, приподняв скатерть тележки, достала белый фарфоровый заварочный чайник с уже готовым чаем. Поставив его наверху, она достала новую чашку с блюдцем и принялась наливать в него ароматный напиток. Так как она была рядом, то всё могла слышать. Сирена сочла это за признак доверия мужчины к кансен лёгкого крейсера, как будто они были знакомы уже давно. Впрочем, сирена этому не сильно удивилась, так ещё вчера в саду после драки она заметила необычное схожее психическое состояние горничной и главнокомандующего. Вернее, не сама она, а тактическое зрение, работающее почти постоянно и без перебоев по собственной инициативе девушки. Со всеми этими событиями в душе у неё проснулся некоторый страх быть внезапно атакованной. В тот раз это было довольно жутко. Тактическое зрение позволяло смотреть на мир с точки зрения математики, информатики, физики, прочих областей жизни, и не только. С ним к ней почти невозможно подобраться незамеченным.       У неё были некоторые догадки, касающееся адмирала и Белфаст, о которых она намекнула даже Джавелин, но та в силу то ли возраста, то ли незнания не поняла намёка.       — В действительности, я позвал тебя сюда по одной очень личной проблеме. Я не рассчитываю на то, что ты сможешь понять меня и… Белфаст заодно, — начинал он неуверенно, покрепче взявшись своей мощной правой рукой за шариковую ручку в золотистом металлическом корпусе.       Девастатор никак не могла подумать, что её могут позвать по личной инициативе адмирала. Она считала, что всё тут согласовано, спланировано и подобное мало допускается даже среди руководства. Однако это произошло. Остаётся выслушать и узнать, что такого личного ей хотел передать адмирал и с чего вдруг он решил довериться врагу человечества, одной из тех, кто убивал сотни миллионов человек.       — Ничего страшного, я выслушаю. Мне ведь всё равно некуда деваться, — сказала сирена, готовясь внимательно слушать адмирала, который заметно был напряжён. Сама же Девастатор не забывала поглядывать на горничную, старательно занимающуюся наливкой чая в определённых пропорциях.       — Спасибо.       — Но я тоже тогда хочу кое-что рассказать! — резко заявила девушка, от чего адмирал поднял глаза с нескольких рукописно заполненных бумаг. Горничная чуть дёрнулась. — Это очень важно!       Обоим были заметны серьёзные намерения Девастатор. Адмирал не собирался игнорировать желание пленной, тем более, что впервые видит её такой собранной. Вчера он мог наблюдать её не так, как ожидал, исходя из общепринятого мнения о их расе. Он подумал, что вот-вот и она покажет свою сущность: хладнокровную, жестокую, расчётливую и ни в чём никому не уступающую.       — Да, конечно, — он уже приготовился.       — Тогда предлагаю начать вам. Это ведь вы меня пригласили сюда.       Кансен крейсера, закончив все приготовления, обошла рабочий стол адмирала, за которым он сидел и подала сирене чашечку горячего чая. Та приняла угощение, аккуратно взявшись за блюдце левой рукой, а правыми указательным и большим пальцами за ручку небольшой чашечки.       Сирена несколько секунд смотрела на постепенно вздымающийся от горячего напитка пар. Отвлекаться надолго она не стала и пока поставила блюдце с чашкой на нём на стол.       — Хорошо, — адмирал сделал глубокий вдох и на выдохе, с трудом приложив к своему предложению иронию, продолжил, — пожалуй начну с того, что меня могут казнить.       Белфаст тоже громко выдохнула, крепко взявшись за фартук. От натяжения, вызванного силой кансен, в кабинете раздался отчётливый звук разрывающейся ткани. Теперь на фартуке старшей горничной зияла большая дыра.       Девастатор точно не ожидала такого поворота и уж точно не думала, что личная проблема будет связана со смертью мужчины, ну и подавно не могла предположить, что эта тема будет обсуждаться с ней. Сирена не знала куда лучше посмотреть: на звук со стороны крайне встревоженной горничной, всё ещё стоявшей недалеко от стола или на погружающегося в свои мысли адмирала с его столь неочевидной проблемой.       — Эм… а я… могу как-то помочь? — неуверенно спросила Девастатор. Раз уж ей поведали о таком, то вероятно, что у адмирала есть какие-то планы на неё. К тому же связанные именно с этим.       После вопроса сирены мужчина несколько секунд молчал, покусывая свою губу, и бездумно, не сосредоточенно смотрел куда-то мимо Девастатор. Гостья из другого мира успела посмотреть на Белфаст, продолжавшую дрожащими то ли от злости, то ли от страха и волнения руками держаться за фартук. Она с опущенной головой, скрыв за белой чёлкой глаза, глядела в светлый линолеум. Этого хватило, чтобы гостья из другого мира поняла, что всё серьёзно.       — Да. Проблема как раз из-за той вчерашней перепалки между тобой и Уорспайт, — после слов мужчины сирене стало крайне неловко из-за того, что она была к этому настолько причастна и очень неудобно от того, что это было причиной таких волнений адмирала.       — Простите меня. Я только защищалась. Я не нападала, — в первую очередь сирена попыталась оправдаться и в тоже время извиниться. Но сама понимала, что никаких уж очень особенных враждебных действий не совершала. Если же самозащита считалась проявлением агрессии, то у гостьи из другого мира просто не оставалось выбора.       — Я это прекрасно понимаю. Уорспайт мне вчера всё рассказала. Я очень рад, что ты не воспользовалась той своей огромной пушкой. Не могу себе представить, что там было бы, если бы тебе пришлось начать защищаться по-серьёзному, — адмирал так нервничал, что потирал пальцами своих рук друг об друга. Тактическое зрение сирены тоже выдавало в нём сильное волнение, растущее с каждой секундой. Гостье из другого мира даже стало жалко его.       — Ну, я рассчитывала, что после такого шума Белфаст или даже вы явитесь туда как можно быстрее и проясните всем ситуацию. Мне же оставалось только продержаться. С этим я не прогадала. Даже больше: явились вы с Белфаст и всё обошлось. Я, если признаваться очень удивилась, — объяснила сирена. К чашечке чёрного чая притрагиваться как-то не хотелось, раз уж они начали такой вот разговор. Гостья из другого мира знала, что в такие вот моменты чай просто напрочь не полезет ей в горло. Да и как-то неправильно было прихлёбывать чаёк с таким-то горем.       — Это моя работа. Но как раз из-за того, что я не лучшим образом её выполнил, меня могут казнить.       — А что собственно является причиной… — она не знала, как быстро можно было заменить слово «казнь» и поэтому запнулась, — причиной вашего приговора?       — Мне не хотелось пока начинать издалека. Ещё с тех времён, когда я познакомился с первыми нашими кансен и начал разрабатывать свою ТУК. Потому перейдём ближе к нашему времени, — очень прося, говорил мужчина.       Сирена кивнула головой, согласившись с этим.       Девастатор не знала о каких таких ТУК он сейчас говорит. Да и не так уж и важно было это всё в такой момент, хотя было бы неплохо узнать про это потом. Любопытство никуда не делось. Ещё с момента жизни человеком она часто интересовалась всякими темами, обходя обычно военную тематику. Только теперь тема войны и оружия была с нею связана буквально: стоит только вспомнить, что по идее, она сама является оружием для геноцида.       Всего-то сменилось тело, но всё же некоторые, скорее всего только пока незначительные изменения в характере у себя она заметила.       — От меня ещё давно хотят избавиться, а эта драка в ванной комнате, не поверишь, является отличным таким поводом. Всё же как-никак я виноват в том, что вы с Уорспайт разгромили часть корпуса. Я сам забылся и сам задержал Белфаст у себя, — он посмотрел на неё, мысленно извиняясь за то, что заставляет волноваться и нервничать прямо сейчас и до этого. Их взгляды пересеклись всего на пару секунд, прежде чем адмирал соблаговолил заговорить дальше. — Так что виноват я и меня вроде бы стоит наказать, но моё наказание с высокой долей вероятности будет высшей мерой, которую можно применить по отношению к гражданину Великобритании и тем более военному человеку. А умирать так не хочется. Жить ещё охота и радоваться всякому.       — Если моя помощь это не что-то экстраординарное, то я согласна! — довольно быстро Девастатор согласилась, но она пока даже не знает в чём будет заключаться её помощь.       — Начнём с того, что тебя в то время там не было. Представь себе, что вы с Джавелин в тот момент шли… куда-нибудь в столовую, — адмиралу стало чуть спокойнее. Немного более живая и резвая речь совместно с некоторыми жестикуляциями служили поводом так думать. Если бы он смотрел на себя со стороны, то не поверил бы своим глазам. Он никогда не думал, что будет так надеяться на высшую сирену.       Девастатор снова кивнула.       Сирена действительно представила себе это. Джавелин вчера водила её в столовую. Не то, чтобы это был лучший момент на базе, но еда была очень вкусной. Пусть даже телу высшей сирены не требовались пищевые ресурсы, потому что её тело функционировало благодаря сингулярному пятимодульному реактору, о котором она так же узнала вчера, но от посещения трапезной она бы не отказалась. Оставалось придумать, как не пугать своим присутствием других кансен.       — Можно сказать, что на этом твоя помощь и будет выполнена. Я вчера говорил с Уорспайт и Элизабет, и они тоже согласились мне помочь. Так что теперь в рапорте о случившемся вчера будет говориться о том, что дредноут Королева Элизабет была выведена из себя и в порыве безудержного гнева сорвалась на своего рыцаря-телохранителя и по совместительству сестру Уорспайт. В процессе было разрушено часть здания, — довольно коротко объяснил мужчина. В этот же момент пси-локатор Девастатор фиксировал подъём уровня его страха и волнения. Пульс адмирала резко подскочил, хотя и так был высоким, и казалось, что уже некуда больше расти.       Гостья из другого мира подумала несколько секунд и решила спросить:       — А остальные в это поверят?       На её быстрое оценочное мнение история выглядит вполне логично. Естественно, что во всяких рапортах и отчётах всё будет описано подробно и без серьёзных упущений. В этом же случае некоторые моменты могли быть заменены на другие. По всей видимости, ей останется только согласиться, если он всё хорошо спланировал. В другом случае, он бы не стал просить её помощи.       — Да! Я уже со всеми договорился. Кансен королевского флота полностью на моей стороне, девушки из Союза Орлов тоже, адмирал Стив и его офицеры с некоторыми сомнениями, но под влиянием своих корабельных дев согласны в случае чего дать показания именно за эту версию. Что касается человеческого персонала порта, то они не хотели бы, чтобы главнокомандующий здесь менялся. У нас здесь как бы выразиться… своя дружеская атмосфера. С моим исчезновением она как бы пропадёт, — пока он говорил, то внимательно смотрел в синие глаза сирены, не моргнувшие от удивления ни разу. Ему было понятно, что она скорее удивлена тому, что все были за него и никто не хотел, чтобы его внезапно сняли со своего поста.       — Вот оно как… — гостье из другого мира что-то в этом понравилось. Зацепило душу и вызвало только ещё больше желания остаться здесь.       — Да, мне осталось, чтобы только ты приняла мою просьбу, — он оглядел Девастатор снизу-вверх. Взглядом он на мгновение зацепился за её треугольные длинные ушки.       — Без проблем! Я согласна! — выдала высшая сирена. Уголки её губ чуть расплылись, выдавая её радость довольно лёгкому решению и выходу из конфликта. — Меня там не было, и мы вместе с Джавелин были в столовой. Вот и всё.       Белфаст подняла голову и как-то неверя, с раскрытыми от удивления глазами пялилась на Девастатор. Она будто не думала, что всё может так легко обернуться. Кажется, на этот раз всё обошлось и горничной даже захотелось засмеяться, но в силу своего рабочего положения она удержалась от того, чтобы излить свою радость двоим присутствующим в кабинете.       Адмирал тоже не рассчитывал на такой исход. В случае чего он не знал бы, что делать. Убить высшую сирену было бы крайне проблематично. Только вчерашний бой рыцаря и Девастатор посеял зёрна сомнений в силе сирены. Она не показала ничего выдающегося, как теперь стало ясно - всё из-за Джавелин, которая просила сдерживаться. Так что это было последним вариантом, к которому он бы мог прибегнуть. Да и убийство такого создания прилично бы прибавило к его авторитету, что перекрыло бы недостатки, возможно, заставив недоброжелателей сверху забыть о том, что они хотели от него избавиться. Конечно это только крайние меры. Да и не хотел бы он подставлять людей и девушек, пусть они и корабли под удар врага человечества, не зная про неё и её возможности особо много.       — Это просто чудесно! Я даже не знаю, как тебя благодарить за такое, — он не смог скрыть улыбку даже за своей бородой, — что вообще может понадобиться сейчас сирене?       — Я и сама не знаю, — она со спокойной душой выдохнула и уверенно взялась за чашечку чая, после чего отпила из неё немного. Для неё он был в самый раз: умеренно терпкий, оставляющий во рту слегка приятное и быстро исчезающее сладковатое послевкусие.       Белфаст от уже трудно скрываемой радости зашевелилась. Проделав пару энергичных шагов к тележке с едой, она достала из-под скатерти ещё одну тарелку с десертом. А именно с треугольными сконами. Песочные булочки треугольной формы напоминали кусочки мини пиццы и были довольно распространены в её мире и продавались во многих магазинах. Эти же были выполнены собственноручно горничной и явно имели какую-никакую сладкую начинку. Сверху они были покрыты аккуратными тонкими линиями белой шоколадной глазури. Оставалось только попробовать. Девушка поставила тарелку на стол, намекая, что адмирал и в том числе Девастатор могут брать и наслаждаться.       — Да я и сам не знаю! Никогда не думал, что буду говорить такое кому-то вроде высшей сирены. Мир быстро меняется. Так что остановимся на том, что если тебе нужна будет любая помощь или ты что-то вдруг захочешь, то обращайся. Джавелин или Белфаст отведут тебя ко мне, ты только попроси их, — вот уже и он взялся за чашку чая. Медленно, чтобы не облиться, откинулся в кресле, посмотрев несколько секунд на потолок.       — Я по правде тоже хотела кое-что сказать, — она замолчала и продолжила с осторожностью говорить только тогда, когда мужчина обратил на неё внимание, отрываясь от изучения золотистого кассетного потолка, в котором отражался он и все присутствующие. — И раз уж вы разрешили попросить кое-что, то значит мне и стесняться нечего?       — Конечно! Я же сказал, что можешь просить… ну почти что угодно. Я по мере своих возможностей постараюсь выполнить твою просьбу. Только вот обещать я всего не могу, сама же понимаешь, — он потянулся к тарелке с десертом.       — Хорошо. Теперь, пожалуй, начну я, — нервозность теперь, подхватила гостья из другого мира. Поставив чашечку чая на стол, она посмотрела по сторонам, ей хотелось зацепиться за что-нибудь взглядом, но понимала, что сейчас не подходящее для этого время.       Сегодня по пути в адмиралтейство она не раз обдумывала то, что лучше рассказать адмиралу о себе и о своём отношении к сиренам. Теперь, как только дело дошло до этого она стала мысленно запинаться, не зная, как заговорить и с чего лучше начать. Вероятно, что говорить ему о том, что она человек из другого мира, а не высшая сирена было бы довольно глупо. Ещё было не известно, поверит ли сам адмирал в такое. Возможно ли вообще такое в этом мире? Если нет, то это была бы промашка. Возможно, что и самим людям не известны способности сирен, тогда, вероятно, это бы и сработало, но покуда она не знает этого, то и рисковать незачем.       — Ну, вы, наверное, думаете, что я вся такая злая и коварная, так ведь? — говорить было тяжело, слова еле складывались в предложения. Больше всего это было похоже на лепет маленькой провинившейся девочки, из-под лба смотрящей на своего родителя.       Адмирал помолчал несколько секунд. Умиротворённая благодарственная атмосфера, царившая в кабинете, мигом испарилась, уступая место неопределённости.       — Должен признаться, что так и есть. Я и сейчас так считаю. Как можно относиться иначе после войны Первого контакта? — он сделал глоток чая.       — Я в действительности не имею ничего общего с сиренами! — резко сказала Девастатор.       Белфаст и мужчина посмотрели на врага человечества с явным возникающим у них в голове вопросом, который сирена могла прочесть, взглянув на их лица.       — Меня бросили… — она постаралась ответить на их внутренние вопросы.       — Как это бросили? — адмирал развёл руками.       Белфаст всё это время с интересом слушала её, но внешне никак не показывала это. Однако она тоже удивилась тому, что Девастатор только что сказала.       — Ну вот так… я неисправная высшая сирена.       «Так ведь? Я ведь неисправная? Скажи моя шиза!» — она обратилась к своему голосу в голове.       «Верно. Сирена класса «Девастатор», головной юнит Девастатор — неисправна. Немедленно проследуйте в зеркальное море для установки патча исправления или подключитесь к базе данных сирен для дистанционной установки. Если ни одно из средств исправления не сработало, то пройдите в пункт длительного ремонта или самоликвидируйтесь» — ответил голос.       — Что всё это значит? — он снова задал вопрос, но более серьёзным тоном.       — Ну, конечно, я высшая сирена, и с этим, похоже, никак не поспоришь, но я сама ни разу не видела сирен, кроме себя, естественно. Я, судя по всему, оказалась непригодной для них, сломанной или что-то вроде того. Мне они ничего не объяснили. Да и как? Я же сказала, что не видела их, — объясняла сирена, надеясь, что ей поверят. Ведь такое могло быть, ведь это правда случилось.       Для составления этой легенды, в основе которой может быть и часть истины, Девастатор старалась привнести те знания о себе и сиренах, которые были ей доступны. К тону своей речи она придавала немного печали, но ей действительно было грустно, однако не от того, что она не знает ни одну сирену. Было печально от того, что она могла остаться одна в Токио, если бы тогда не выскочила на помощь к Джавелин и Юникорн. У гостьи из другого мира вообще нет никакого желания знакомиться с сиренами, она надеялась, что этот день никогда не настанет. Вот только задание, полученное накануне похода на набережную, даёт прекрасно понять, что они о ней уже знают.       Адмирал смотрел на Девастатор в ожидании продолжения.       — Я даже не знаю как они выглядят…       Мужчина нехотя удивился, не сумев скрыть это. Никто и не думал, что сирена, с которой возможно было наладить некий контакт или вступить в переговоры, как с представителем их расы, окажется выброшенной. Частично его надежды, как и надежды Великобритании да и всего человечества на возможные дипломатические отношения, только что обрушились.       — Я сужу об их облике только по себе.       — Ты говоришь, что не знаешь ни одну высшую сирену? — переспросил адмирал.       — Да! Низших сирен я тоже не видела, такие ведь тоже есть? Джавелин что-то говорила про них, — ответила сирена, добавляя ещё немного сведений о себе.       — И тебя просто выкинули с полным комплектом вооружения? — мужчина стал постукивать двумя пальцами по столу. Кажется, он что-то заподозрил или по крайней мере не мог так быстро поверить в такое, что было абсолютно нормальным.       — Ну я не знаю насчёт полного вооружения… должна признаться, я не умею пользоваться своим оружием! — заявила Девастатор, на что адмирал только пошире открыл глаза. — Когда я призвала Тиамату, то рассчитывала только напугать Уорспайт. Оно… это… интуитивно понятно было как стрелять, но… — перед тем как заговорить дальше, сирена несколько секунд подумала, стоит ли это сказать, — я довольно миролюбивая сирена…       Белфаст и адмирал не ожидали когда-либо услышать такое от сирены. Кто бы мог подумать, что через десять лет после того, как из-за сверхрезкого повышения уровня моря, вызванного сиренами, погибнет почти миллиард человек, а затем ещё больше от последствий, появится представитель сирен из высшего разряда, которая вот так заявит, что она миролюбивая.       — Значит ты не на стороне сирен? — адмирал недоверчиво посмотрел на врага человечества, а затем мельком переглянулся со своей горничной, как бы убеждаясь, что она слышит то же самое.       Белфаст смирно стояла в стороне и просто слушала историю Девастатор и её разговор со своим главнокомандующим. Радость от того, что сирена согласилась на сделку с мужчиной ещё никуда не пропала и пока затмевала разум лёгкого крейсера, от чего ей хотелось поверить пленной. Однако понимала, что та может просто врать и что стоит проявлять осторожность.       Адмирал тоже прекрасно это осознавал и не спешил делать только положительные выводы насчёт Девастатор, вот так рассказывающей ему свою историю.       — Да, я не на их стороне. Как я могу быть с ними, когда они бросили меня посреди Токио… так же этот город назывался? — она всё ещё удивлялась тому, что оказалась на другом конце света, далеко от Британских островов и Европы, в частности.       — Это был Токио. Илластриес, Юникорн и Джавелин были там… — адмиралу всё ещё было интересно, зачем же в действительности высшее руководство затребовало провести воздушную разведку вдоль Японского архипелага и бывшей столице Токио. Ему это напоминало провокацию, а недавняя переброска на Новый Гуам крупных военно-морских сил кансен Королевского и Орлиного флотов только укрепляли эту позицию. Самому же ему сообщили, что империя Сакуры, точно так же, как и рейх Железной крови с Северным парламентом, подозреваются в использовании технологий сирен и что специальная орбитальная аппаратура, еле поддерживаемая людьми в рабочем состоянии, зафиксировала энергетические возмущения в тех местах. Только сейчас он подумал, что причиной могла быть именно Девастатор. В голове всё вставало на свои места.       — Ну вот, я получается, там очнулась и некоторое время скиталась в мегаполисе, размышляя над тем, почему со мной так поступили, — она неуверенно потянулась к чашке чая, посчитав, что ей стоит сделать хотя бы один глоток, чтобы перевести дух. Было волнительно и страшно от того, что она так в наглую врала и надеялась, что ей поверят.       — Что-то мне непонятно!       Серьёзный тон адмирала под корню срубил намерения сирены сделать глоток чая. Обе руки, что тянулись к сосуду с жидкостью, будто были примагничены к столу по обе стороны от чашки. Вместо чая девушке пришлось проглотить нервный комок.       — Что не понятно? — тихо спросила сирена.       — Разве электроприбор выбрасывают, не убедившись, что он вообще ни к чему не пригоден?       — Теперь я ничего не понимаю, — гостья из другого мира прикусила губу, неотрывно смотря на мужчину.       — Не такая уж ты и «сломанная», как я погляжу. Смотрю, ты ходишь, говоришь и оружие у тебя есть… хоть ты и якобы не умеешь им пользоваться, — по всей видимости он не верил Девастатор. Девушке тоже теперь так казалось и это ей начинало не нравиться.       — Теперь я поняла, — она выдохнула и вдохнула побольше воздуха в грудь, выпрямляя плечи и спину. — Вы мне не верите, и я понимаю это, но всё, что я сейчас вам рассказала — чистая правда.       — Тогда как сирены могли выбросить в Токио живую и, вероятно боеспособную сирену?! — мужчина всего немного повысил голос, а высшая сирена уже сейчас покрепче схватилась за край стола.       Напряжение в комнате возросло. Белфаст была девушкой чуткой и внимательной и потому ещё полминуты назад заметила, что всё течёт не к тому руслу, к которому так хотелось прийти. Она обычно пресекает подобное в отношении людей окружающих её и дев флота, приводя обстановку в норму, но сейчас как бы не хотелось, однако напрямую вмешаться было нельзя. Разговор важный: выдавить из сирены информацию и узнать, как можно больше было нужно, но как-нибудь ей хотелось намекнуть адмиралу, что всё же она высшая сирена и что в любой момент времени пленная могла выкинуть какой-нибудь неприятный трюк. В комнате всего одна дева флота. Усилий лёгкого крейсера со ста пятидесяти двухмиллиметровым калибром, пускай даже и по три орудия в четырёх башнях могло просто напрочь не хватить для какого-либо серьёзного урона. Всё же горничная задумывалась о своей возможности ведения боя с таким врагом.       — Я не знаю. Я же сказала, что очнулась там. Может они думали, что я уже мерт… — она оступилась. Горничная и адмирал поняли, что она хотела сказать, — что я уже не боеспособна и не в состоянии выполнять поставленные Арбитражным советом задачи, — свою поправку она уже буквально выдавила из себя, преобразовав предложение в стилистику сирен. К тому же так о ней говорил и адмирал.       — Что за Арбитражный совет?! — последовал ещё один вопрос. Ещё громче.       Мгновенно Девастатор осознала, что случайно упомянула ненавистный ей с утра совет. Она заметно напряглась: голубые глаза стали отчётливо ярче и пронзительно смотрели на адмирала. Вот только несмотря на то, что она отвлеклась, стараясь побороть свой нарастающий гнев, она смогла мгновенно и достаточно решительно найти способ выпутаться из сложившейся ситуации:       — Я так понимаю, что это какой-то руководящий сиренами орган. Мне про совет ничего не известно. В моей голове нет информации про это. Самой хотелось бы знать, кто признал меня непригодной! — внезапно по комнате разошёлся звук трескающейся деревянной мебели. Она как могла, сдерживала волны обжигающего гнева. Ей никак не хотелось тут показывать один из своих недостатков, приобретенных вместе с телом высшей сирены — гнев.       В руках Девастатор оказалось два небольших куска рабочего стола, за которым сидел адмирал напротив самой сирены. Чашка чая, стоявшая на краю стола в блюдце, опрокинулась, разлив ещё горячий напиток на левую руку и бёдра гостьи из другого мира, впрочем, высокие температуры ей не навредили. Сам же сосуд смог свалиться со стола, разбившись между ног на ряд крупных осколков.       Лёгкий крейсер отреагировала быстро: нахмурившись, она уже приняла стойку для быстрого рывка в сторону Девастатор. Из-за длинного подола униформы визуально этого было не видно, но не для сирены.       — «Внимание!!! Кансен, находящаяся в непосредственной близости от юнита Девастатор, готовится призвать своё вооружение! Тактическое зрение фиксирует энергетическое возмущение и указывает на рост страха и приток адреналина в крови! Приготовиться к бою!!!» — предупредил внезапно объявившийся голос.       Гостья из другого мира краем глаза посмотрела на горничную. Вокруг неё сформировалась красная дымка — аура. Легко было понять, что она символизировала враждебные намерения, о чём и предупредил сирену голос. Вокруг так же витало множество цифровых значений с подписями к ним: пульс, колебания тела, углы сгибов её конечностей и многое другое. Даже образовалась траектория вероятного рывка и время, которое уйдёт на преодоление трёх метров между ними. Тактическое зрение даже смогло определить формы тела старшей горничной сквозь её униформу.       Эти несколько напряжённых мгновений адмирал смотрел на Девастатор, которая будто никак не отреагировала на чай и на два куска деревяшек, зажатых между её тонкими пальцами. Впрочем, он понял, как себя сейчас чувствовала Белфаст, и ему тоже стало не по себе.       — Ой… я приношу свои глубочайшие извинения за причинённый этому столу ущерб, если я как-то могу возместить его, то я постараюсь ради этого! — Девастатор стало неприятно стыдно за себя и за то, что произошло. Дрожащими руками она медленно положила два куска мебели на этот же стол, а затем, сложив руки в замок, разместила их на мокрых бёдрах, по которым ещё стекал чай.       — Белфаст, — мужчина повернул голову в сторону своей горничной.       — Да?       — Не могла бы ты прибраться тут и подать нашей пленной ещё одну чашечку чая, — ровным голосом проговорил адмирал.       — Будет сделано.       Горничная резво зашевелилась, будто бы всё было нормально. Из большого частичного недавно порванного кармана на фартуке она достала обширную тряпку и, сложив её пару раз, принялась сначала вытирать стол.       Девастатор, чтобы не мешать ей, отодвинулась назад вместе с довольной тяжёлым на вид креслом, которые зачастую бывают в гостиных комнатах, нежели кабинетах. Она приподняла его руками и, сделав пару неуклюжих шагов назад, с грохотом поставила его на пол.       Все проигнорировали лишний шум.       — Извини меня, — выдохнул адмирал. Он посмотрел на горничную, которая всё ещё сохраняла бдительность и на пленницу, виновато смотревшую в пол, но уже поднимающую свой буквально погасший холодный взгляд.       — За что? Это же я завела эту тему, — сирена тоже поглядывала на Белфаст, но не из любопытства.       Тактическое зрение всё так же предупреждало её о возможной опасности и готовности лёгкого крейсера развернуть в кабинете своё вооружение. Как и горничная готовилась к худшему со стороны высшей сирены, так и она со стороны кансен, с которой она встретилась взглядом. Впрочем, гляделки кончились быстро, как только мужчина заговорил:       — За то, что надавил на тебя, — ответил он. — Нам бы правда знать о высших сиренах как можно больше. Ты пойми, что мы, мягко говоря, не совсем готовы ко второй войне. А так может ещё и будем знать что-нибудь про вас, — объяснил главнокомандующий.       Вероятно, что такое лучше не говорить сирене напрямую: о том, что он хочет получить информации для подготовки к возможному возвращению сирен. Однако, если он всё же это ей сказал, то могло быть так, что он в какой-то мере поверил ей в том, что она никак не связана с сиренами. А может быть, он думал, что это никак не повлияет. Вполне было возможно, что высшие сирены наблюдали за ними потому и так всё знали.       — Это я понимаю. Всё-всё-всё, что знаю — расскажу. Мне что-то не по душе вся эта лабуда с убийствами сотен миллионов и весь этот конец света, — гостья из другого мира немного приободрилась.       — Должен сказать ты очень необычная. Я надеюсь, что нам с этим очень повезло, — адмирал посмотрел на высокие напольные часы между двумя книжными полками справа. Он будто бы куда-то спешил.       Девастатор вспомнила, что мужчина хотел встретиться с неким адмиралом Стивом. Он, видимо, прибыл сюда совсем недавно вместе с американцами.       — Мне бы самой узнать, какая я «необычная», — выдохнула Девастатор.       Закончив с уборкой стола и положив тряпку на одну из полок тележки, что были скрыты свисающей скатертью, горничная приступила к сбору осколков чашки. Это она сделала быстро, после чего осталось только вытереть пол, для этого у неё была ещё одна влаговпитывающая тряпка.       — Так к чему ты завела весь этот разговор? Думаешь, что мы не найдём тебе применение? — спросил мужчина, потянувшись к выпечке на тарелке. — Если ты всё же ничего не знаешь или даже почти ничего не знаешь, то профессор Малик точно найдёт способ что-нибудь разузнать о тебе и сиренах.       Всего двух секунд хватило на то, чтобы сирена вспомнила о том, что о неком профессоре Малике вчера уже заходила речь.       — Ещё вчера при мне вы сказали, чтобы он ко мне не приближался. Что-то у меня плохое предчувствие, — высказалась Девастатор, вспоминая прошлый вечер.       Адмирал на секунду завис со сконом в правой руке.       -… Да, но ты же согласна сотрудничать? — он взглянул на сирену, с подозрением смотрящую на него, снова облокачиваясь на спинку рабочего кресла.       — Да, думаю, что я не против, наверное, — она всё ещё была неуверенна. В голову приходили мысли об опытах над инопланетянами из разнообразных фильмов о вторжении иномирцев или опыты пришельцев над людьми, после похищения летающей тарелкой.       — Ну тогда хорошо, — он откусил кусочек от скона.       Пару мгновений Девастатор не решалась заговорить. Со стороны казалось, что разговор закончен, но всё о чём сейчас рассказала гостья из другого мира, было лишь началом. Она подумала над тем, как продолжить, пока они не сошли с этой удобной для неё темы.       — Ну, знайте, я не просто же так решила вам об этом рассказать.       — Для чего тогда? — спросил он, закончив прожёвывать.       — Ну, во-первых, чтобы вы поняли, что я не такая уж и враждебная. Во-вторых, чтобы перейти к просьбе, о которой думала с самого утра. Ну и в-третьих, раз уж вы пообещали мне выполнить мою просьбу… можно всего одну эту, на этом рассчитаемся за то, что я вам помогла, — перечисляя те причины, которые сподвигнули её к началу разговора, она наблюдала за мужчиной, который мгновенно менялся в лице. Скорее он думал, что просьба будет очень серьёзной и с ней будет много мороки. Девушка это заметила, но решимости от этого у неё не поубавилось.       — Я понял, — голос его очень погрубел, а лицо нахмурилось, — значит, что мне в любом случае придётся выполнять твою просьбу.       Белфаст встала на ноги перед столом и с тряпкой в руках. Она сохраняла спокойствие, но так же как и он, подумала, что высшая сирена могла начать их шантажировать. Если бы это действительно было бы так, то у адмирала и, может быть, у Великобритании могли появиться большие проблемы. Горничная, быстро взяв все тряпки, скрылась в соседнем помещении, в глубине души боясь слушать дальнейший разговор.       — Эм… вы не так всё воспринимаете. Я не буду вас заставлять, угрожая тем, что всё расскажу при опросе вашему руководству. С тем мы уже разобрались: я была с Джавелин в столовой, а Элизабет разозлилась на Уорспайт, из-за чего общежитие пострадало, вот и всё! — подробно объяснилась сирена, чтобы внести ясность в неловкую ситуацию, при этом стараясь немного улыбнуться.       -… Не пугай меня так, Девастатор, — он сделал глоток чая.       В этот момент из двери показалась уверенно выглядящая горничная, которая прошлась к тележке и принялась наливать чай в новую чашку. Пока она была на кухне и мыла руки после тряпок, то ей с трудом удалось собраться, уняв волнение и бешеный стук сердца. Решившись быть до конца со своим адмиралом Белфаст, сжав волю в кулак отправилась обратно в кабинет.       — Простите за не столь ясное изъяснение. Это просто была подводка к той просьбе, — объяснила сирена, нервно улыбнувшись.       — Ладно, говори давай, — успокоившись и глотнув ещё чаю он, принялся выслушивать пленную.       — Я хотела вступить в Королевский флот! — уверенно заявила гостья из другого мира.       От такого даже Белфаст на несколько секунд растерялась, наливая чай выше положенного, от чего тот разлился на блюдце, на котором стояла чашка. Она вовремя прекратила, и поэтому тележка осталась сухой. Адмирала же такая просьба пробила на одиночный смешок.       — Ух, блин, — горничная поставила на тележку чайник, осматривая свои неудавшиеся труды, — сегодня я словно сестра Эдинбург — неуклюжая. Прошу меня простить, господин адмирал.       — Не переживай, сегодня и ты и я, полностью на нервах. Мне же известно, что ты за меня так сильно переживаешь, — он поспешил успокоить кансен крейсера, чтобы вернуться к неожиданной просьбе сирены.       — Вступить в Королевский флот? Серьёзно? — он удивлённо смотрел на врага человечества, ожидая от неё ответа.       — Я сначала хотела попросить гражданства Великобритании, но подумала, что такое явно будет невыполнимо по отношению ко мне. Я ведь не человек, — сказала сирена, чтобы за тем продолжить. — Так что подумала, что могу быть кем-то вроде… кансен, — краем глаза она посмотрела на горничную ей было немного не по себе такое говорить.       Из разговоров с Джавелин гостья из другого мира поняла, что кансен тут не воспринимают за полноценных людей. Они были оружием для них и не больше. Хотя, она ещё удивляется, почему они содержатся в таких шикарных условиях, в ущерб экономики. Поэтому ей было неприятно об этом говорить. Ей — девушке, и той, кто ещё несколько дней назад была человеком, сложно воспринимать себя оружием, но даже так она теперь высшая сирена, напичканная вооружением, созданная для геноцида всего живого.       — Знаешь, это очень будет тяжело устроить на самом деле, — с ходу начал мужчина, вращая в руке скон, на который иногда посматривал.       — Я понимаю. Просто мне некуда идти. У меня никого и ничего нет… — начала о грустном Девастатор. В миг ей стало печально, но она не демонстрировала это остальным.       — Адмиралтейство, скорее всего, не откажется иметь на своей стороне настоящую, мать его, высшую сирену, — он заговорил тише, неявно намекая Девастатор, что это тема, о которой лучше громко не говорить.       — Ну, не просто на стороне Великобритании. Я же сказала, что мне хотелось бы такие же права, как у кансен, а это значит, что обязаны делать они буду обязана делать и я: подчиняться и выполнять всякие там приказы, — также тихо объяснила пленная, давая понять, что будет делать всё, что ей прикажут в рамках обязанностей флотских дев.       — Я понимаю это. Однако дело в том, что это тяжело будет сделать просто потому, что в мире все ненавидят сирен и поэтому в открытую принять тебя во флот не получится. Также все страны подписали декларацию о войне с сиренами. Она сильно ограничивает использование технологий сирен и их исследование, не говоря уже об использовании в военной сфере и тем более применении настоящей сирены, — объяснил проблему мужчина.       — Странно как-то, я думала, что изучать врагов это правильно.       Белфаст прошла от тележки к передней части стола и поставила там чашечку чая, приглашая сирену вернуться с креслом к столу, что она и сделала. Горничная же вернулась к тележке и в этот раз встала там.       — Мне тоже так кажется, но люди крайне негативно относятся к сиренам и всему, что с этим связано. Многие живущие сейчас потеряли кого-то во время войны Первого контакта, в том числе и я, — мужчина очень не хотел затрагивать эту тему, чтобы не грустить самому, когда этого не надо, и чтобы не заставлять Белфаст печалиться. — Потому общественность Великобритании и других великих держав с большим желанием сначала потребовали наказать, а затем и поддержали идею об общем эмбарго по отношению к рейху Железной крови.       Девастатор не спешила прикасаться к чашечке чая. Слова о каком-то рейхе её заинтересовали. Несколько мгновений, и она, кажется, поняла о чём говорит адмирал.       — Рейх? Это вы про Германию? — с удивлёнными сомнениями спрашивала сирена.       — Да, — ответил он. — Рейх Железной крови и Четвёртый рейх — всё это новая Германия, мечтающая возродиться из пепла демократической Германии на осколках нового мира.       Это было просто невероятно. Удивление на лице сирены было почти невозможно скрыть. Ей сейчас и правда казалось, что она в какой-то параллельной Вселенной, в которой явно что-то пошло невозможным, будто спланированными сценаристами сюжете. Не может быть, чтобы появился Четвёртый рейх! Тут же возник вопрос про расовую политику и про это эмбарго.       — Хех, чего ты так удивляешься?       — Немцам не хватило Третьего рейха и Первой мировой войны? — спросила в ответ Девастатор, задумываясь об истории. Пока она даже понятия не имеет, как такое вообще могло случиться. Конечно, столько погибших во время войны Первого контакта могло отразиться на них, но хотелось бы больше деталей.       — Вижу, что ты и про это знаешь, значит другие сирены наверняка знают то же самое, — сделал такой вывод мужчина.       Девастатор промолчала.       — Да, им этого не хватило, но они не такие уж и агрессивные. За несколько лет своего существования Железная кровь пока не демонстрировала какие-либо экспансионистские наклонности, за чем внимательно наблюдает Великобритания, — сказал адмирал, лишь немного удовлетворяя любопытство сирены.       — Хорошо, но давайте уже вернёмся к той, моей теме, — предложила гостья из другого мира.       — Да, конечно, мы и не уходили далеко от той темы. Я просто привёл в пример Железную кровь, говорят, что они призвали Роон (KMS «Roon»). А вообще так и есть, — он немного откатил тему назад, возвращаясь ближе к просьбе сирены.       — Что это такое? — моментально спросила пленная.       — Тяжёлый крейсер Кригсмарине — Роон, — ответил он, затем дополняя в ответ на всё ещё не понимающий взгляд Девастатор. — Дело в том, что это гипотетический проект германских тяжёлых крейсеров, следовательно, его невозможно призвать. Вот только рейх Железной крови смог это сделать и после стал уже пополнять свой флот за счёт других теоретических проектов судов Второй мировой войны.       — Получается, нельзя призвать кансен, чьё судно не существовало в реальности?       — Большинство учёных склонялось к этому мнению. Только это было тогда, года два-три назад. Сейчас я слышал, что мы тоже близки к тому, чтобы призвать кансен, которые не были нами построены. Вот только я не знаю каким образом, меня это совсем не касалось. Я лишь раз присутствовал в момент рождения кансен. У нас на Новом Гуаме не принято их призывать, — ответил адмирал, наконец-то съев свой скон.       — Все думают, что немцы призвали эту Роон при помощи технологий сирен? Поэтому на них наложили эмбарго? — решила уточнить гостья из другого мира.       — Да, всё так. Однако причиной скорее стало то, что после того, как об этом узнали другие нации, Четвёртый рейх категорически отказался от неоднократных просьб и переговоров прекратить так делать. В особенности об этом настаивали именно мы, — адмиралу снова пришло что-то в голову, и он на несколько секунд замолчал. — Люди ещё были готовы простить Германию за один случай, но отказ от призыва своих проектных разработок с применением технологий сирен привёл к тому, что есть сейчас — эмбарго.       Ей стала более понятна мировая ситуация, но всё так же была непонятна логика людей. Она считала, что не применять такие технологии было огромным упущением. Девастатор вспомнила, как могла летать, управлять гравитацией, открыла карманное измерение и остальные расовые умения. Всё это казалось ей очень полезным, хотя тут речь так же шла и о оружии. Даже так люди могли применить его против самих сирен! Почему нет?! Ей может и не известно насколько эффективно её оружие, но ей казалось, что оно достаточно опасно, даже для кансен. Девастатор снова припомнила себе то, как своими щупальцами пробила Дзуйкаку насквозь.       — Большое влияние на решение Лиги наций и великих держав на запрет использования технологий сирен также оказало поведение Роон. С ней случилось несколько прецедентов, которые повлекли за собой гибель нескольких сотен гражданских лиц, — решил для большей ясность добавить адмирал. — Нечто похожее случалось с ещё парой призванных германских кансен. У русских тоже был какой-то случай, который они умудрились быстро замять.       — Ладно, это не совсем моё дело, но в целом я поняла, — сирена хотела быстрее вернуться уже к своей проблеме, вынырнув из политической мути, в которой можно было завязнуть, если продолжить говорить об этом.       Адмирал указал пальцем на сирену и спокойно произнёс: «Нет, не поняла» — после чего взял ещё один скон.       Сирена потерянным взглядом посмотрела на адмирала. И правда, теперь ей было не понятно. Мужчина быстро откусил кусочек от хлебобулочного изделия и, прожевав, проглотил, после чего сразу захотел объясниться:       — Дело не совсем в этом.       — А в чём же тогда? Я попросилась в Королевский флот, а теперь мы болтаем про призыв немецких кораблей! — негодовала гостья из другого мира.       — Не знал, что ты такая нетерпеливая, — прокомментировал её поведение мужчина, — мы как раз и говорим про тебя. Ты же помнишь, как выглядит боевой обвес Уорспайт?       — Это было вчера, конечно же я это помню, — не то чтобы она сейчас обиделась. Обижаться было не на что, но в её голосе ощущалось еле заметное недовольство.       — Так вот, считается, что боевые обвесы кансен призываемых, с явным применением технологий сирен, словно живые. Они выглядят как орудие размещённое, например, на голове дракона или в его пасти. Вообще, сейчас большинство обвесов кансен рейха Железной крови выглядят примерно так, скорее всего это следствие их модернизации. Естественно, при модернизации применяли ваши технологии. Проще было бы показать тебе пару фотографий той же Бисмарк, но прости, у меня сейчас нет их. Так вот от обычных кансен, которых призывали с минимальным количеством технологий сирен, а то есть просто при помощи обычного ментального куба, что не запрещается, флотских дев, призванных с технологиями сирен отличает наличие живых частей. Среди наших дев нет таких, у которых были бы живые фрагменты вооружения, — он смотрел на Девастатор, которая слушала его, но пока явно не вникла в объясняемое. — Так вот, слушай, дело в том, что ты скорее будешь похожа на тех кансен из Германии, нежели на наших.       — Поняла. Никому ведь не нравится, когда используют технологии сирен, а моя несхожесть с остальными будет меня выдавать, — гостья из другого мира расстроилась, но понимала, что для Великобритании это будет большой неприятностью.       — Да, но так будет только пока ты не скрываешь своё вооружение. Я помню, что у тебя имеется два таких же живых пулемёта, — приметил адмирал.       — У меня их больше… но вообщем это не важно. В целом я поняла в чём моя проблема. Даже если я не буду пользоваться оружием, то вот это у меня никуда не денется, — она указала рукой на свои чёрные треугольные уши.       Адмирал обратил на них внимание. Высокие чёрные ушки с острыми на вид кончиками напоминали какое-нибудь украшение для волос. Ему припомнилась кансен эсминца Лаффи, с которой он несколько раз виделся. Она постоянно носит заячьи ушки для двух своих кос.       — Может быть, но думаю, что в адмиралтействе могли бы что-нибудь придумать. Например, мол, это одно из редких исключений… вот, например, тебя строили… с уклоном на японский опыт в кораблестроении. Скажем, что ты была секретным кораблём и потому информации о тебе в общественном доступе не было и никто со времён Второй мировой войны твою тему не поднимал. Флотские девы империи Сакуры в подавляющем своём большинстве имеют ушки, хвосты, рога или нечто подобное от животных или мифических существ. Большинство учёных ссылается на то, что это национальная особенность, мол, многие моряки, служившие на этих кораблях, верили во что-то такое и это, в последствии передалось и судам. Так вполне можно и о тебе сказать, — в слух размышлял главнокомандующий.       — Это может сработать? — с неуверенностью спросила сирена. Ей на самом деле очень хотелось, чтобы это сработало.       — Вполне, но скорее всего в моей наспех придуманной легенде нужно будет что-нибудь доработать. Я же её сейчас менее чем за минуту выдумал, — ответил мужчина, сделав глоток чая.       — Вы могли бы предложить это своему адмиралтейству? Ну, то есть тому, кто за всё это отвечает? — искренне просила сирена.       — Тебе так хочется стать членом Королевского флота? — всё ещё сомневаясь, спрашивал адмирал.       Белфаст тоже с некоторыми сомнениями относилась к этому. По правде, она не сильно хотела, чтобы высшая сирена стала полноправным членом флота. Но в Девастатор было что-то такое, что её привлекало, так что будь её воля, то она бы могла дать ей шанс.       — Да, я точно этого хочу. Мне же всё равно некуда идти, я буду восприниматься врагом абсолютно везде. Тут же я могу хотя бы с кем-то поговорить, с той же Джавелин или вами, например. К тому же я уже сказала, что меня ничего не связывает с сиренами. Я не разделяю их политики геноцида и уж точно против убийств и насилия. Тем более я, скорее всего, для сирен, не более чем мусор, от которого они так небрежно избавились. Так что даже если они предложили бы мне вернуться к ним, то я бы в любом случае категорически отказалась. Ну и, конечно же, мне не хотелось бы оставаться вашим врагом и пленной, если такая возможность будет. Я ведь могу быть на вашей стороне, причём абсолютно, если я стану частью… вооружённых сил Великобритании, и это место станет мне новым домом, — Девастатор постаралась максимально чувственно и подробно описать свои мотивы поступления на службу во флот.       В словах гостьи из другого мира было не мало истины. Это то, что она искала себе пристанище среди враждебно настроенного мира, желала не остаться одной и без поддержки в случае необходимости и, конечно же, она стремится повысить свой статус среди дев флота и людей. Однако ко всему этому у неё были ещё причины вступить в Королевский флот. Во-первых, это то, что до становления высшей сиреной девушка была гражданкой Великобритании и она не откажется быть причастной именно к своей стране. Во-вторых, кансен монитор Эберкромби и после уже и сама Джавелин подтвердила, что у них почти нет боёв, что столкновений практически не происходит. Если они сражаются с сиренами, то это низшие их представители, о которых Девастатор ничего, кстати, не знает. О войнах с другими странами и речи не шло, так что Девастатор вполне могла считать, что мир был более-менее спокойным местом для кансен. Ну и конечно же, в-третьих, жили кансен вполне неплохо. У них была зарплата, отпуска и, наверное, всё остальное, что полагалось обычным работникам полагалось и им. Чем не хорошая жизнь? Всё это стало поводом попроситься вступить в Королевский флот.       — Я бы на месте нашего адмиралтейства был бы не против видеть тебя в рядах Королевского флота! Ты всё же не абы кто, а высшая сирена, что готова выступить на нашей стороне. Я передам им твоё предложение и заодно дополню его своей идеей, — сказал адмирал.       Высшая сирена искренне улыбнулась, оставшись довольной таким исходом к которому сама и шла. Ещё не было ясно, примут ли её во флот, но то, что это могли обсудить, уже было радостной новостью.       Горничная и адмирал, удивляясь, наблюдали за по-настоящему счастливой Девастатор.       — Знаешь, а ты выглядишь точно так же как и все, когда радуешься. Имею ввиду то, что ты не отличаешься от людей или кансен в такие моменты, — кажется, он не сомневался в том, что сирена была искренна с ними.       — Я очень рада! Спасибо! — Девастатор успокоившись хотя бы на некоторое время, тоже захотела попробовать сконы Белфаст. Теперь она тоже могла сполна насладиться этим небольшим чаепитием. В это время она так же могла благодарить своих «создателей» за то, что не лишили её чувства вкуса.       — Это я должен тебя благодарить за то, что спасла мне жизнь, — он и Белфаст снова переглянулись, мило улыбнувшись друг другу.       — По правде, я была очень удивлена тем, что вас собирались казнить. Я вот думаю, что вы не плохой человек. Все вас уважают и любят, так говорила Джавелин. Ну и ей самой вы нравитесь… даже очень, — объяснила свою позицию сирена. Да и самой Девастатор, адмирал тоже понемногу начинал симпатизировать.       — Вот оно как. Надеюсь, что наша очень-очень активная Джавелин не наговорила тебе ничего такого, за что ей, мне или кому-то другому может стать стыдно? — спросил главнокомандующий, будучи уверенный в том, что так и было.       — Вероятно, что наговорила, — вставила свои слова Белфаст, тоже чуть улыбаясь, всё же радуясь тому, что никто не погибнет.       — Эх, ладно. Это же Джавелин, от неё ничего другого не приходится ждать, — адмирал посмотрел на часы недалеко от горничной и спокойно стал пить чай.       Девастатор наконец-то попробовала домашние сконы. Они были с лимонной начинкой. Она любила выпечку с лимонном и любую, которая была кисло-сладкой на вкус. Вероятно, из-за этого у её прошлого тела было пару лишних килограмм. Этому же телу такое похоже никогда не грозило.       Что касалось её собственного нового тела, то она не успела пока его полностью визуально изучить. Не было времени. Всё то время, что она была тут у неё постоянно что-то происходило, из-за чего ей почти не выпадало минуты покоя. Даже сейчас, когда адмирал согласился обсудить её предложение со своим руководством её радость быстро улетучивалась. Стоило только вспомнить Арбитражный совет и их задание, с которым только предстояло разобраться.       — Белфаст было бы очень одиноко без вас… — неожиданно для адмирала и тем более для старшей горничной высшая сирена завела разговор именно об этом. В голосе она намекала именно на то о чём подумал мужчина.       Щёки кансен лёгкого крейсера быстро покрылись румянцем. Она тоже смекнула, о чём пойдёт речь и хотела тут же отвернуться, но сделав это, она бы только обратила на себя больше внимания.       — Так ты всё поняла? — он не стал увиливать, а сразу решил признаться: — Отношения между людьми и кансен строго запрещены. Ты могла бы не говорить об этом никому? Вот, мне снова приходится просить сирену о чём-то важном.       — Конечно! Я не буду мешать вам с этим. Мне любовь не чужда, как вы, вероятно всего, думали. Так что, не волнуйтесь, — Девастатор с легкостью согласилась с этим, тем самым удивив горничную, не перестающую смущённо смотреть куда-нибудь в сторону.       — Я не ожидал от тебя такого, — кажется, у него появилось больше поводов для размышлений.       — Белфаст прошлой ночью задержалась здесь, потому что вы её задержали, верно ведь? А причина кроется именно в вашей любви к друг другу? — сирена чуть ухмыльнулась.       — Ну да, — мужчине ничего не оставалось, кроме как ответить правдой.       — Вот я тоже не ожидала, что пока меня мочили в ванне вы тут… того… с Белфаст, — высшая сирена кивнула в сторону горничной, которая от стыда и дикого смущения закрыла лицо руками. В это время гостья из другого мира уплетала скон и запивала всё чайком.       — Я должен снова извиниться за это. Вылетело такое из головы, — он действительно чувствовал свою вину за это, ведь был ответственным за базу и всех её обитателей.       — Как же вы узнали о происходящем? Неужели взрывы услышали?       — Пушки калибром в триста восемьдесят один миллиметр вещь серьёзная, но пока весь увлечён на кухне… того, то можно и не услышать, — без стеснения начал отвечать адмирал на что высшая сирена только утвердительно кивнула, зная это не понаслышке. Хмыкнув гостья из другого мира взяла второй скон. — Это благо Рипалс прибежала и вломилась в кабинет, я еле штаны успел надеть на себя, а на Белфаст первую попавшуюся скатерть накинуть!       — Господин адмирал! Давайте без таких подробностей! Пожалуйста! — внезапно затребовала кансен лёгкого крейсера. Она была вся красной и тряслась от стыда, волнения и злости из-за своего адмирала, который даже на удивление сирены оказался не таким уж и закрытым.       Сирена, услышав честный ответ мужчины, сама сильно покраснела, представляя их любовные утехи. Ей с её прошлой жизнью о таком можно было только мечтать. Сейчас же, по всей видимости, о таком придётся навсегда забыть!       Немного поругавшись и успокоившись, адмирал и Белфаст готовы были вернуться к вопросу Девастатор. Сирена не заметила, как последний скон оказался у неё в правой руке, а чашка чая была опустошена.       — Не хочешь ещё выпечки от Белфаст? — спросил адмирал, заметив, что сирене нравятся хлебобулочные изделия с начинкой, — Может ещё чаю?       — Ох, нет, спасибо большое, но лучше воздержусь, а то через чур увлекусь, — ответила Девастатор, отставив чашечку на блюдце в сторону.       — Ладно, тогда я задам ещё один вопрос, пока у меня есть время, — сказал адмирал. Сирена была не против, дав ему это понять. Только тогда он задал вопрос: — Ты не будешь против, если я скажу, что много говорил с тобой и, что мне удалось найти общий язык? А так же, что к тебе, вероятнее всего, можно применить ТУК?       — Да! Конечно можно, но, а что такое ТУК? — спросила сирена. Немного раньше она бы с большими сомнениями отнеслась к этому ТУК, но сейчас, пообщавшись с адмиралом, она могла ему больше доверять. Так что этот ТУК не сильно пугал её, как вызывал интерес. Ведь он уже раньше говорил про это.       — Если я заговорю об этом, то мы задержимся тут до поздней ночи. Поверь мне. Но если коротко, то это Теория Управления Кансен. Один из главных трудов в моей жизни. Так что не волнуйся, — объяснил адмирал, отставляя в сторону свою пустую чашечку.       Горничная принялась убирать тарелку и чашку со стола. Разместив посуду на тележке, она повезла её в соседнюю комнату.       — Хорошо, я не против этого. Может это даже в какой-то степени правда.       — Я тоже так думаю, — согласился главнокомандующий. — Есть кое-что ещё, что может так же убедить адмиралтейство и Первого лорда в том, что тебя стоит принять к нам!       — Да?! А что это? — с воодушевлением спросила девушка.       — Твои тактико-технические характеристики!       — Не понимаю. Я не очень в этом разбираюсь и своих характеристик не знаю, — с некоторой грустью сказала сирена.       — Ничего страшного. Их всё равно рано или поздно захотели бы узнать. Так почему бы не сделать это сейчас? Кажется, время мне позволяет… ещё два часа у меня в моём распоряжении есть, — он медленно поднялся из-за стола и оглядел свой просторный кабинет.       — А как эти характеристики помогут?       — Думаю, что тебя попробуют переквалифицировать под реалии человеческих кораблей. Не зваться же тебе опустошителем среди наших, правильно ведь? Твои ТТХ помогут нам в этом, может ты сгодишься на роль эсминца, как Джавелин или на роль тяжёлого крейсера, как, например, Норфолк. Другими словами, узнаем, что ты умеешь и насколько будешь полезной, — ответил адмирал, смотря теперь на сирену, что задумчиво слушала его. — Ну как, согласна?       Гостье из другого мира действительно стоит об этом призадуматься и всё же узнать о себе побольше. Заодно и люди узнают о своём враге, который так же был теперь и врагом для самой Девастатор. Нельзя было всё время оставаться в неведенье того, что умеешь и на что способна. Тем более, что ещё было неясно, что произойдёт, если те острова, упомянутые в задании, не будут вовремя уничтожены. Возможно, придётся сражаться с сиренами, тогда знания об оружии могли ей пригодиться. Однако девушка будет надеяться, что никаких войн и сражений её не ждёт.       — Я готова! — с абсолютной уверенность высшая сирена поднялась с гостевого кресла, показывая свою решимость и намеренья узнать о своих тактико-технических характеристиках.       — Отлично! — он повернулся в сторону открытой двери на небольшую кухню и прошёл несколько длинных шагов. — Белфаст, бросай всё, мы отправляемся на главный полигон!       — А как же встреча с адмиралом Стивом? — послышался голос горничной.       — У меня до полудня ещё два часа, а если что скажем, что возникло очень важное дело. Впрочем, так и есть, так что в случае чего мы не врали, — он пожал своими широкими плечами и посмотрел на сирену, что стояла у стола.       — Как прикажете!

Где-то в зеркальном море

      Багровое, словно кровь небо, переходило в тёмно-сиреневый от одного края до другого, накрывая собой неспокойный, бескрайний океан. На небе изредка были видны яркие бусины звёзд, скрывающиеся за плотными, быстро плывущими тучами, иногда показывающие себя вновь. А посреди небосвода замерло ярко-фиолетовое ядро со спиралевидными рукавами, направленными во все стороны, и двумя мощными лучами энергии, бьющие вниз и вверх. Излучающая энергию сфера более напоминала квазар, нежели одно из любых знакомых человеку небесных светил.       Посреди, казалось бы, пустого водного простора плыло необычайно большое судно, непохожее не на одно из человеческих. Чёрный корабль с острым носом, плоской главной палубой переходил в крутое возвышение, ближе к корме, на которой было расположено ещё две взлётно-посадочных палуб, направленных по диагонали по обе стороны борта. Несмотря на то, что на первый взгляд судно казалось сверхтяжёлым авианосцем, под его главной палубой скрывалось несколько башен с тяжёлыми плазменными орудиями и одним сверхтяжёлым фотонным. Как и множество человеческих военных судов это имело универсальные зенитные турели, способные поражать короткими лазерными лучами не только авиацию противника, но и те суда, что осмелятся оказаться в зоне досягаемости этого вида вооружения. Весь корабль излучал алую энергию, которая так и сочилась сквозь щели и стыки корабля.       На направленной к правой стороне борта взлётно-посадочной палубе левитировала девушка с довольно длинными: до середины спины белоснежными волосами. Белое полупрозрачное одеяние данной особы напоминало женскую прозрачную ночнушку, которая всё же укрывала от посторонних взглядов вполне себе приличных размеров бюст. Позади беловласки левитировала и готова была перемещаться вслед за хозяйкой огромная чёрная стальная пасть акулы с широко раскрытой челюстью, внутри которой горел синим пламенем круг, напоминающий турбину самолёта. Стальная голова переходила в несколько длинных, разделённых на сегменты хвостов. На нём красовался большой заострённый плавник и несколько небольших пушек. На этом вооружение девушки не заканчивалось. Слева и справа от неё, почти буквально под рукой из акульего тела по сторонам торчали несколько больших крупнокалиберных орудий, созданные явно не для того, чтобы распугивать ими всякую мелочь вроде эсминцев. С такими можно было спокойно уничтожать линейные силы врага. На концах двух из шести таких пушек было по плавнику лишний раз напоминая, что обвес этой высшей сирены относился к акульему виду. Стоило так же приметить, что вокруг сего монструозного вооружения летало три белые сферы похожие на глазные яблоки с голубыми зрачками.       Позади неё появилась ещё одна высшая сирена. Можно было ожидать, что у неё как и у других высших сирен имелась целая пачка крупных орудий, но в отличии от «акулы» её обвес напоминал осьминога, чьи чёрные биомеханические щупальца с золотыми световыми элементами опутали стволы большинства орудий. Сама же сирена восседала на своём обвесе и перемещалась лёжа на нём. Как и у первой сирены, она тоже была небогата на одежду. Среди них она имела чёрные трусики, укороченную блузку на молнии этого же цвета и чепчик того же оттенка на голове рядом с треугольными ушками.       Осмотрев своими хитрыми золотыми глазами коллегу, к которой она прибыла сирена всё же к ней обратилась:       — Вот ты где, Императрица, — произнесла сирена с ушками, медленно подлетая ближе, желая оказаться справа.       — Альфа? Ты что-то… да нет, я всё поняла. Ты пришла по поводу той сирены, так ведь? — спросила Императрица, хотя и так была на сто процентов уверена, что сейчас речь зайдёт именно о ней.       — Да, ты уже знаешь? Кто тебе доложил? А впрочем это не важно. Куда более важно узнать кто она такая и что она забыла на поле? — игривый тон Альфы никуда не пропадал, как обычно. Она была спокойной и собранной даже когда в её планах появлялось что-то непредвиденное.       — Это юнит Девастатор. Возможно, ты знаешь про это что-то, — ответила Императрица, смотря на высокие волны океана.       — Так, если мы планировали зачистить поле, тем более так рано, то почему меня наблюдателя об этом не предупредил Арбитражный совет? — Альфа действительно что-то знала о юните Девастатор.       — Ты права, ещё рано завершать симуляцию. Мы ещё не обнаружили и не извлекли из неё Меты, хотя бы одну.       — Мало того я пока не зафиксировала ни одного кандидата, — дополнила слова Императрицы, Альфа. — Это получается, что этот юнит, о существовании которого я ничего не знаю, просто берёт и нарушает правила проведения симуляции? Меня мало того не предупредил совет, так ещё и она не потрудилась это сделать.       — Девастатор не должно было существовать! — Императрица повернулася к Альфе со всем своим обвесом, посмотрев на неё своими фиолетовыми глазами, почти непрерывно источающие энергию. — Она хоть и планировалась, но сама знаешь, кто помешал нам ввести её в наш строй и от неё отказались.       — И какова была бы её роль? Судя по имени, она должна была заниматься ровно тем же, что и Очиститель (Purifier).       — Верно, но только в куда больших масштабах! У неё имеется оружие такой разрушительной мощи, которой нет у нас. Совместно с Очистителем она и мы могли бы добиться очень быстрой зачистки поля симуляции и приступить к новой. Просто Очиститель с другими юнитами не справляются с этим настолько быстро как того нам хотелось. Сложность симуляции растёт, как и время зачистки, — рассказала высшая сирена с акулой позади себя.       — Ясно.       — Однако у нашего Создателя мысль о необходимости такого юнита как она, возникла сразу же после того как мы смогли завершить симуляцию отмеченную кодовым номером «0826:5026:5561». Помнишь такую?       — Да, я курировала эту симуляцию. Абсолютная неудача и полное разочарование. Кандидатов было довольно много, а все они погибли в битве с нашим флотом, — ответила Альфа, лишь слегка опечалившись на это. Её лёгкая улыбка никуда не пропадала с бледного лица.       — Ты только об этом помнишь? А помнишь, как долго мы зачищали поле симуляции, когда окончательно стало ясно, что Меты нам не получить? Целых пятьдесят три года войны. Сопротивление было невероятным: война за каждый уголок планеты, изнуряющие битвы за какой-нибудь мелкий ничего не значащий остров. Сколько мы тогда потеряли наших линейных сил, а сколько раз погибали юниты Очистители? — Императрица заботливым взглядом оглядела судно, на котором сейчас стояла.       — Мда-а-а, а вот Очиститель мечтательно вспоминает эту симуляцию. Никак, видите, ли сильного врага ей не найдётся. Зато мы сделали много полезных выводов из этой симуляции, так что такое больше не должно повториться, — подытожила Альфа, вспоминая документацию, занесённую в базу данных, касающуюся той симуляции.       — Это верно.       — А что касается этого юнита… так получается, что проект «Спасительный геноцид» был разморожен и завершён? — с любопытством спросила Альфа. Она ожидала, что ей скажут «да», но…       — Нет, он не завершён. Я даже не знаю, кто её активировал и кто туда перенёс. С этим только предстоит разобраться. Девастатор неисправный юнит, которая действует самостоятельно. Необходимо изъять её из симуляции и вернуть в Зеркальное море. Я не позволю пропасть такому ценному юниту зря, — спокойно сказала Императрица.       — Тогда мне предупредить Очиститель? — облизнувшись, спросила Альфа. Её очень заинтересовала эта Девастатор.       — Конечно, но дождись моего указания.       Альфа хмыкнула, не сразу поняв, как это так. Прямо сейчас одна из высших сирен вмешивается в симуляцию и вероятно, успела наворотить там мути, как можно было не моментально отправиться за ней?       — Но она же сейчас прямо там!       — Я знаю, но кажется это и не плохо. Стороны зашевелились и что-то уже намечается, для них это будет неплохой повод, чтобы стать сильнее. Так что даже если мы не планировали вмешиваться в симуляцию лично так рано, то ничего плохого не будет, если одна из нас внезапно окажется там. Да и уже в любом случае поздно что-то менять, а начинать симуляцию заново из-за этого было бы расточительно и долговременно. Так что спусковой крючок уже был нажат ею, — Императрица что-то наметила и собиралась лично пронаблюдать за Девастатор и текущей симуляцией.       — Ладно, полагаюсь на вас.       — Будет у нас лишний эксперимент, который стоило провести ещё раньше, — спокойно проговорила высшая сирена с акульим биомеханическим обвесом. — Мне бы хотелось, чтобы для этой симуляции завели отдельный отчёт. В этом я буду полагаться на тебя, Альфа.       — Вас поняла.       В левой руке Императрицы возник небольшой тёмный кубик, который тут же стал летать вокруг её запястья. Несколько секунд любования этим творением и он плавно полетел в сторону Альфы, которая подхватила его с помощью своих сил.       — Информационный куб? Что там? — спросила получатель.       — Вся база данных про «Спасительный геноцид». Ознакомься с нею, там есть кое-что очень интересное. Заодно ознакомь Очиститель, я хочу, чтобы она не подохла слишком быстро, не зная того, что может Девастатор. Хотя судя по тому, что стало с нашей потеряшкой… то ей такое не грозит уж точно, хах.       — Ясно. Будет сделано. Я возвращаюсь к наблюдению.       Позади Альфы открылся искрящийся фиолетовыми молниями портал, в который она левитируя погрузилась вместе со своими щупальцами и орудиями обвеса.       На палубе огромного корабля, представляющего собой низшую сирену, осталась только Императрица — член совета Арбитров. Девушка, задумавшись, смотрела вдаль, старательно всматриваясь в горизонт и размышляя о том, что так всё обернулось. Внезапно она издала тихий смешок и хитро улыбнулась.       — Посмотрим, как ты будешь реагировать на такое… юнит Девастатор.