Блондин с Елисейских полей.

На следующий день внук магозоолога забрал из Тайной комнаты василиска Нагини, а в полдень Гарри, Драко, Минерва МакГонагалл и Поппи Помфри пришли в кабинет директора, и Драко там выпил зелье, которое сварила медиведьма под руководством Северуса Снейпа. Малфою стало нехорошо, когда он выпил горькое варево. Оно погрузило его в длительный и мучительный сон на сутки. Гарри не отходил от любимого ни на шаг. Блондин лежал на диване в директорской бледный, холодный, пот струился по его лицу, руки впивались в кожаную обивку, но он не просыпался. — Драко, я рядом, — стоя на коленях перед одром блондина, шептал почти в самые уши Поттер, — ничего не бойся, все будет хорошо. — Гарри, ты пока ничем не поможешь Малфою, — произнес с портрета Альбус Дамблдор, — пройдут сутки и Драко сам откроет глаза. Сейчас в мальчике происходят перемены, он вспоминает все, чего лишила его леди Нарцисса. Мой дух в этот самый час тоже с Драко, я помогу, как когда-то помог тебе, помнишь? Гарри посмотрел на портрет старика и кивнул. Он, конечно же, помнил, как сам попал по ту сторону, когда Волдеморт кинул в него смертельную «Аваду» в лесу, и Поттер как бы попал на вокзал Кингс-Кросс, но там не было людей и все казалось ему как бы в дымке. — Поттер, идите поспите, у вас глаза красные, как у вампира, — произнес, в свою очередь, второй директор Хогвартса. Снейп сложил руки на груди и покачал устало головой. — Мальчишка... — Профессор, а вы?.. — спросил брюнет, глядя на спокойного и словно невозмутимого Северуса, хотя прекрасно понимал, как сильно тот переживал за крестника. — Что я, Поттер? Хотите, чтобы я пошёл спать? Увы, я мёртв и мой удел отныне вечность, а вот вы живы и должны идти спать, как нормальный мужчина, а не нервный подросток. На дворе, если вы заметили, Поттер, — глубокая ночь, темпус показывает три часа. Завтра в полдень вы будете нужны Драко, но сейчас моему крестнику вы ничем не поможете. — Хорошо, я лягу рядом, трансфигурирую из чего-нибудь лежанку и лягу, но отсюда никуда не уйду. — Упрямец! — фыркнул бывший зельевар и сел за стол, принявшись что-то писать в журнале. Минерва не стала будить Гарри в восемь часов утра, когда отправилась на завтрак. Она послала эльфа и тот принес в кабинет директора кружку сока, яичницу с беконом, пару тостов с сыром и плитку пористого шоколада. Поттер во сне обнял блондина и прижал к себе, согревая и как бы защищая его ото всех. Аврор проснулся в десять часов утра и сразу же склонился над Драко, но тот все ещё спал, однако уже более спокойно, чем это было ночью. Увидев на столе завтрак, Гарри улыбнулся и мысленно поблагодарил Минерву за материнскую заботу. Альбус на портрете отсутствовал, как и Снейп. Видимо, директора отправились по своим насущным делам. Парень позавтракал и попросил Винки принести для Драко молока горячего с мёдом и куркумой, которое любил пить Малфой по утрам и на ночь. Эльфийка кивнула и исполнила просьбу Героя маг мира. К великой радости Поттера, Малфой проснулся спокойным в полдень. Мадам Помфри продиагностировала его и сказала, что состояние Драко в порядке, давление и магическое ядро в норме, головной мозг и поступление крови, а также кислорода стабильны, сердце работает исправно. Очнувшись, Драко сразу посмотрел на вернувшегося в портрет Дамблдора. Он кивнул и грустно улыбнулся, сказав короткое: «Спасибо!» Альбус глянул на парня в ответ поверх своих очечков и улыбнулся, приложив к губам палец, в знак молчания. Блондин кивнул снова и посмотрел на портрет Снейпа. — Крёстный, — произнес бывший слизеринец, — я решил твёрдо, пока спал, что стану таким же искуссным зельеваром, как ты и останусь в Хогвартсе преподавателем Зельеварения. — Я рад, мой дорогой! — ответил за Северуса Дамблдор. — В конце концов, Хогвартс для нас всех — общий дом. Вот и Гарри оставит свои погони, преследования в Аврорате, аресты и допросы, и тоже присоединится к тебе, ведь для него Хогвартс — родной дом. Я прав? Хватит уже ему рисковать жизнью, детям нужен толковый профессор ЗОТИ. — Хогвартсу нужен молодой директор, Альбус, — возразила МакГонагалл. — Я мечтаю сложить с себя это бремя и заняться любимой преподавательской деятельностью. — Магия старинного замка со временем совсем исцелит израненное сердце Драко, — снова сказал Альбус, — война ни для кого из нас не прошла бесследно, она унесла много жизней, покалечила тысячи судеб, но вы всё-же живы и надо продолжать жить. Драко, последующие три дня не летай на метле и повремени с… сексом, пусть твой организм придёт до конца в норму. Все, что я показал тебе за гранью, не говори об этом никому, даже своему будущему мужу. Понимаешь? Малфой кивнул, а Гарри стал всматриваться в лицо Драко. — Гарри, не пытай мальчика, у нас с Драко свой секрет, — покачав головой, произнес Дамблдор. — Ну все, идите на обед, потому что мистеру Малфою надо подкрепиться и отдохнуть. Погуляйте на улице, сходите к Хагриду, он уже приехал и будет рад вас повидать. Невилл и Полумна встретили наших парней в Большом зале, они вернулись в Хогвартс, чтобы подготовить программу к началу учебного года, ведь Лонгботтом решил преподавать Травологию, а Лавгуд — Прорицания. — Я знала, — улыбнулась Полумна, — что все будет хорошо. Профессор Дамблдор, пока ты спал, Драко, взял на себя всю твою боль, весь ужас воспоминаний и показал то, что стало с Томом Реддлом за гранью жизни, по ту сторону. Оттуда он не выберется уже никогда, даже если бы и захотел. Он умер и душой, и телом, Драко, тебе больше не о чем волноваться. — Сережки-редиски по-прежнему свисали с мочек ушей Лавгуд прямо как в школьные годы и слышался их перезвон. — Свадьбу лучше всего вам сыграть в середине июля, благоприятные дни — 15 — 17 числа. До этого подготовьте все к началу занятий, а потом поезжайте в свадебное путешествие. И, Драко… родителям разрешат вернуться, а Альбион, я это вижу ясно. Гарри успокоился относительно Волдеморта, ведь он и сам видел, что с ним стало, пока находился, как магглы говорят, в состоянии клинической смерти, после заклятья, пущенного в него несколько лет назад, но Полумна своими странными и поразительными словами успокоила сердце Потера. В этом мире больше нет места возвращению Тёмного Лорда. Баста. Через неделю Гарри отправился вместе с Драко в Министерство Магии и там парни поговорили с Кингсли Шеклболтом. Он все взвесил «за» и «против» и за определённую плату ( при помощи карточки Нарциссы, которая перед отъездом сына, сунула ему в карман! ) Малфоям разрешили вернуться в Англию насовсем. Люциус был лишен магии ещё во время суда над Пожирателями Смерти, а Нарцисса с Драко реабилитированы и оправданы Поттером на судах. Теперь они не представляли угрозу, можно было вернуть их в родные пенаты. Но выкуп — есть выкуп, от него никуда не деться, в этом мире за все надо платить. Парни дали интервью на весь маг мир, что 15 июля состоится свадьба в Министерстве Магии. Скитер рада была печатать сенсационные выпуски «Ежедневного Пророка» о грандиозной свадьбе, и на этом постаралась заработать прилично. Люциус с Нарциссой вернулись в Англию 10 июля и очень удивились изменившемуся Малфой-мэнору, который стал светлым, магически тёплым и совершенно другим — домашним. В левом крыле так и остались гостить Уизли, а также Рон с Гермионой и их дети; правую сторону особняка заняли Гарри с Драко, а в центре остались покои родителей Драко: три спальни, кабинет, мини-гостиная, библиотека — все это по-прежнему принадлежало Люциусу и Нарциссе. Но Гарри предложил жениху купить свой личный особняк, чтобы иметь свое гнездо, на что Драко кивнул одобрительно. Этим они займутся после свадьбы, вернее, родители купят за них, пока парни будут путешествовать. Однако, перед свадьбой молодые показали в каталоге, какой особняк купить Малфоям, так что дел у старших много впереди: приобрести, обустроить внутри и снаружи, посадить деревья и цветы на территории особняка. — Мэнор документально принадлежит мне, лорд Малфой, — сказал Гарри перед отъездом в путешествие с мужем, — часть его я оформил на Гермиону и её детей, поэтому никаких намеков, чтобы они ушли быть не должно. Да и вы ещё привыкните к миссис Грейнджер-Уизли и её детям, они — прекрасная семья. Рон — компонейский, а близнецы — сумасшедшая парочка позитива. Пора вам, Люциус, становиться просто человеком и учиться жить в мире с людьми. Магия, хоть и сочетала браком Гарри с Драко, но малыша они смогли зачать лишь в сентябре на следующий год. Наверное, это сказался стресс, который Драко пережил и во время войны, и в общении с Волдемортом, когда тот жил в мэноре, и после сна в директорской. А может, и зелье, возвращающее память, дало свой эффект, но неоспоримо одно -- Малфой смог понести в магическом браке лишь через год после свадьбы, зато в начале июня, а именно четвертого числа, на свет появилась их с Гарри принцесса, которую счастливые родители назвали Вероника-Атрия Поттер-Малфой — светловолосая девочка с серо-зелеными глазами — копия Драко. В Хогвартсе младенцам не место, но Гарри с Драко разрешили, ведь Поттер занял должность директора школы и профессора ЗОТИ, а Малфой — Зельеварения. Малышка с детских лет жила в замке и стала всеобщей любимцей не только своих родителей, но и детей, профессоров, эльфов и даже привидений, хотя они очень редко могли подлетать близко в ребёнку. Даже противный полтергейст Пивз не смел будить малышку, а умилялся её красотой и пел нормальные песни, чтобы развеселить девочку. Драко спокойно относился к дочери, но Гарри с ума просто сходил: по сто раз брал её на руки, сам укачивал спать, пел песенки, купал в ванной, не доверяя эльфам, и кормил малышку из бутылочки тоже сам, когда домовики приносили козье молоко. В субботу и воскресенье приезжали Малфой-старшие и родители могли побыть вместе и отоспаться, ведь с младенцем особо не поспишь ночью. На зиму Нарцисса взяла внучку домой, так как, во-первых, каникулы святочные наступили, да и для ребёнка прохладно в Хогвартсе, хотя эльфы исправно поддерживали тепло в детской, а во-вторых… Ну, Нарцисса души не чаяла во внучке, как и лорд Малфой, который подбивал молодых родить наследника рода — мальчика. Люциус не забыл и о своём бизнесе во Франции, он часто летал туда, мечтая когда-нибудь передать управление банком внуку или внучке. Об этом Малфой не забывал. Мечта Люциуса исполнилась через три года, когда в начале сентября стало известно, что Драко ждёт второго ребёнка, и на этот раз будет мальчик, а у Вероники-Атрии появится братик. Начало появлению внука положено. Мужчина вызвался сам назвать долгожданного наследника, и в мае с гордостью дал имя мальчику : Северус Константин Поттер-Малфой, с одобрения Гарри и Драко. Тёмные волосы и серые глаза, чуть смугловат, как Гарри, но со скулами и чертами лица Драко. Он ещё в родильном отделении Святого Мунго не закричал, как обычно орут младенцы после появления на свет, а «заговорил» на парселтанге. Змееуст — удивились Драко с Гарри. Поттер ответил сыну на парселтанге, что всё хорошо и родители рядом, когда ребёнок прошипел что-то похожее, если перевести: «Помогите!» На руках Гарри мальчик засыпал прекрасно под шипение Поттера, это брюнет «пел» колыбельные на сон грядущий. Плакать, как это делают обычные дети, Северус Константин тоже умел, басовито так, громогласно. Драко немного опасался о даре своего сына, но Гарри утешал мужа, говоря, что все нормально, он магией проверил ребёнка, с Северусом все нормально. Профессор Снейп на портрете остался рад, что сына парни назвали в честь него. Гарри предупредил тестя, что не дай Бог он начнёт воспитывать их с Драко ребёнка так, как воспитывал Малфоя-младшего, то внука не увидит никогда. И Люциус поклялся, что не станет этого делать, что он многое понял в этой жизни и осознал. В Хогвартсе теперь стал любимцем маленький Северус. Теперь уже с ним возились все, как раньше с Вероникой-Атрией. Вот и подошла к концу история о Гарри с Драко, о том, как они остались вместе и родили двух малышей. Возможно, через несколько лет у них появится третий ребёнок, как этого хотят и сами парни, но это уже в другой истории… * Конец.*