personal sex toy.

Хосок сплевывает кровь, вытирая тыльной стороной ладони разбитую губу, а после флегматично говорит. — Я тоже был таким, как ты, защитником Т/И. Вполне могу понять твою агрессию по отношению ко мне, но, поверь, она того не стоит. Чонгука трясет от злости, он хочет еще раз ударить парня по его напыщенному лицу, но сдерживает себя, делая глубокий вдох, а после выдоха успокаивается, вспоминая, зачем вообще сюда пришел. — Не тебе решать, стоит она того или нет, — на этот раз блондин говорит несколько холодно, стараясь абстрагироваться от эмоций. — Не мне, — всё же соглашается Хосок, — мне не очень интересен весь этот пустой трёп, поэтому скажи, что тебе от меня нужно. Если хотелось ударить меня, то ты уже сделал это, можешь идти обратно к своей ненаглядной Т/И и не тратить моё время, заебало до пизды всё, что связано с ней. — Нет, я пришел сюда не за тем, чтобы ударить тебя, но рад, что сделал это, — совершенно не кривя душой, говорит Чонгук. — Я пришел, чтобы попросить тебя поговорить с ней. Хосок смотрит на парня слегка удивленным взглядом, на его лице усмешка, потому что просьба Гука кажется нелепой. — Мне похуй, но просто интересно, зачем тебе это? — Хосок искренне не понимает, почему твой нынешний парень просит его о таком. — Потому что она страдает, — честно говорит Чонгук, потому что не видит смысла не говорить об этом, ведь основная причина находится тут. — И? Мне все равно. Знаешь, сколько крови она у меня выпила? Думаешь, что у меня все в порядке? Разочарую, а, может, заодно и обрадую, но это не так, поэтому не надо делать из нее жертву. Слушая слова Хосока, Гук еле сдерживает себя, чтобы не закатить глаза, некоторые из его слов звучат как бред, но вместе с тем блондин понимает, что в его словах есть доля правды, он это не обнуляет и абсолютно спокойно признает факт того, что у тебя есть недостатки, на которые Чонгуку откровенно плевать. Возможно, когда-то ты и была человеком, о котором с таким презрением отзывается Хосок, но люди имеют свойство меняться, и Чонгук на все сто знает то, что сейчас ты совершенно другой человек. Никто не идеален, все мы не без греха, но он любит и принимает тебя со всеми достоинствами и недостатками. Ничто не сможет изменить отношение Чонгука к тебе, потому что ему плевать на то, что было в прошлом. Он живет настоящим. — Хосок… — серьезно начинает парень, — я не хочу разбирать то, кто прав или виноват из вас двоих. В произошедшем есть как твоя вина, так и её. Просто поговори с Т/И, прошу. Если она хоть что-то значила для тебя в прошлом, молю, поговори с ней, — он делает паузу, а после добавляет, — пожалуйста… Какое-то время Хосок молчит, погруженный в собственные мысли. По его лицу трудно сказать, о чем он думает, из-за чего Чонгуку начинает казаться, что ему просто все равно, как тот и сказал перед этим. — Хорошо, — внезапно говорит Хосок. — Я поговорю с ней. Чонгук буквально не верит в свою победу, он думал, что ему не удастся договориться с этим человеком, как и сказал Тэхён, однако Хосок его приятно удивил. Между парнями напряженная обстановка, оба погруженные в свои мысли и испытывающие абсолютно разные эмоции. — Спасибо, — от всего сердца говорит Чонгук, на что тот лишь кивает. Теперь можно идти домой со спокойной душой. Чон мог бы вызвать такси, но он решает прогуляться до своей квартиры пешком, чтобы привести мысли в порядок, перед тем как он вернется к тебе. Еще ничего не решено, и он не может быть уверен в том, как пройдет этот разговор, но отчего-то Гук чувствует облегчение. Что-то в Хосоке заставляет довериться ему. Странно, но почему-то отношение к этому человеку несколько изменилось, хоть он и не знает его толком. Просто… есть у парня такая уверенность, что вы сами во всём разберётесь. Его задача выполнена. Внезапно начинается дождь, из-за чего Чонгуку приходится поторопиться и сменить прогулочный шаг на быструю ходьбу. Всё-таки он испытывает облегчение от этого дня. Внутри него всё закипало весь этот чертов день, вот почему он сделал всё, чтобы избавить себя от этих неприятных ощущений. Ощущений, вызванных любовью к тебе. Да, это любовь, и сейчас Чонгук осознает это, промокая до нитки под проливным дождем, но в то же время испытывая глубочайшее счастье. Тэхён был прав, и ты действительно оказалась его спасением. Заходит в квартиру, стараясь не заляпать слишком сильно пол в коридоре обувью, которая вся в грязи из-за дождя. Чон расстегивает свою толстовку из-за внезапно накатившего жара и идет к тебе в спальню. Ты видишь его в дверях и радостно подскакиваешь на ноги, подбегая к парню. — Чонгук! Ты не поверишь, что произошло! — ты такая счастливая, но он видит, что в уголках твоих глаз собираются слёзы. — Что такое? — с искренним интересом спрашивает блондин. — Хосок... он написал мне, Чонгук!... Мы договорились встретиться в ближайшее время и поговорить обо всем. Я не знаю, почему я так восторженно об этом рассказываю, просто… — на твоем лице стеклянная улыбка, он видит, что буквально за секунду твою челюсть сводит, а после… он видит, как те самые слёзы, которые ты пыталась всеми силами подавить, катятся со всей силы, и у тебя начинается самая настоящая истерика. Парень в состоянии шока, потому что не знает, как ему реагировать и как остановить это, его словно парализует, вот почему он стоит обездвиженный и просто наблюдает за тем, что происходит с тобой. — Я не понимаю, почему плачу… А вот он как раз таки понимает, поэтому и притягивает тебя к себе, прижимая к своей груди и позволяя выплакать всё то, что так долго копилось внутри тебя. Чонгуку нелегко видеть тебя такой, но сейчас он испытывает несколько иные эмоции и чувства, нежели утром. Он просто понимает, что должен дать тебе право пролить эти слёзы, потому что ты действительно очень долго ждала этого момента, и он как никто другой понимает тебя. Наверное, он бы тоже был счастлив, если бы мама Тэхёна поговорила с ним обо всём, что между ними произошло, да только этой женщине, в отличие от Хосока, действительно всё равно. Всегда было, есть и будет. — Я рад за тебя, — без лишних слов Чонгук целует тебя в макушку, прижимая твое тело к себе, потому что ты самое драгоценное, что есть в его жизни. Огромная редкость — встретить своего человека, но он тебя встретил и неожиданным образом обрел себя. *** — Волнуешься? — Что? — своей репликой Чонгук возвращает тебя в реальность. — Волнуешься? — вежливо переспрашивает он, смотря на тебя с легким беспокойством. — А, да. Ты сама не своя из-за встречи с Хосоком. Чонгук это видит, видит, как сильно дрожат у тебя руки. А у тебя неконтролируемая реакция на ситуацию, ничего не можешь с собой поделать, знаешь, что просто нужно закончить всё это, чтобы больше никогда не возвращаться к прошлому. — Всё будет хорошо, — заверяет тебя Чон, на что ты киваешь и позволяешь ему себя поцеловать. Он такой драгоценный. Начинаешь собираться, одеваешься, красишься, периодически поглядывая на время, не хочешь опоздать. Пьешь успокоительное перед выходом, потому что волнение накатывает с головой с каждой новой секундой, собираешь сумку, кладешь в неё платок, потому что догадываешься, что, скорее всего, будешь плакать. Чонгук стоит в дверях, провожая тебя, чмокает в губы и совсем тихо говорит «удачи», в ответ на что чмокаешь его и выходишь из квартиры. Стучишь каблуками по асфальту, поправляя наушники, пытаешься найти подходящую песню, пока идешь на место встречи, но ее будто не существует. Хаотично переключаешь песни в Spotify, но это все не то, ни одна песня не может заставить тебя почувствовать себя комфортно. Понимаешь, что этот комфорт ты сможешь ощутить только после разговора с Хосоком, тогда все это действительно будет кончено. Идешь быстрее, понимая, что, кажется, опаздываешь, тебе не хочется заставлять его ждать. Ускоряешься и вскоре оказываешься на месте. Заходишь в кофейню и видишь его, сидящим за столиком. Он немного изменился внешне, при этом оставаясь таким же красивым, как и прежде. Хосок другой, но по-прежнему такой же, каким ты видела его в последний раз. Немного тяжело дышать, но ты пересиливаешь себя и подходишь к нему. — Привет, — здороваешься первой, преодолевая неловкость всей этой ситуации. — Привет, — отвечает Хосок, ему тоже неловко, что абсолютно логично. Усаживаешься напротив него и берешь инициативу в свои руки. — Что ж, давай начнем с твоих претензий ко мне, рассказывай обо всем, а я постараюсь на это ответить, а потом буду говорить уже я. — Да, хорошо. Очень сильно хочется выслушать его версию событий, но, по сути, больше всего хочется сказать ему достаточно много вещей, осознание которых буквально пришло к тебе по щелчку пальцев. Наверное, потому что у тебя было над чем подумать. Когда Хосок написал тебе, вы немного попереписывались, и ты попросила сказать тебе, что же так сильно могло задеть его в прошлом, и из-за чего вообще все дошло до такой абсурдной ситуации. В отличие от него, у тебя было над чем подумать, потому что в той же переписке он выложил тебе достаточно, чтобы ты начала анализировать все события и непосредственно своё поведение. А еще… наверное, тебе легче, чем ему, по одной элементарной причине. Ты поняла его боль. Но прежде, чем ты скажешь ему всё то, что осознала, тебе нужно узнать и его версию событий. Это действительно не давало тебе покоя очень долгое время. — Что тогда вообще случилось между нами? Я до сих пор не знаю ответа на этот вопрос, — он этого не знает, но по факту это то, из-за чего ты буквально не могла спать по ночам, снова и снова задавая себе этот вопрос. Это казалось невозможным, но ты всегда хотела просто поговорить с ним и задать все вопросы, которые мешают тебе не то что спать, но и жить. — Твоя подруга переслала мне все, что ты писала про меня, когда мы встречались. — Ну, это мне известно, и я не отрицаю того, что могла когда-либо говорить о тебе. Я знаю, что и кому я писала, а еще я знаю временные рамки тех или иных сообщений. Вместо того, чтобы поговорить со мной и выяснить что-то, ты поверил первому встречному и возненавидел меня лютой ненавистью. Я могла бы всё объяснить, но ты не хотел ничего слушать. Мне нечего было скрывать от тебя. Хосок тяжело вздыхает, понимая, что этот разговор будет не из легких. — Не надо видеть во всех врагов, Сомин действительно относилась к тебе как к подруге, и, вообще, она очень хорошая. То, что она переслала мне твои сообщения, вообще случайно всплыло, она не хотела тебе навредить. — Хотела. Она знала, что ты мое слабое место, знала, куда бить, и, собственно, ударила. Думаю, тут каждый останется при своем мнении, и нет смысла кому-то из нас что-либо доказывать друг другу. У меня нет цели менять твои убеждения, потому что мне это больше неинтересно, ты волен считать так, как считаешь, точно так же, как и я. — Согласен. После этих реплик тучи вокруг вас будто сгущаются, но это абсолютно нормально, это буквально ваш первый разговор после всего, и вы просто не знаете, как снова общаться друг с другом, хоть раньше и были родственными душами. Это похоже на то, когда человек заново начинает ходить или говорить. Вроде он это и умеет, но научиться делать это заново сложно, поэтому в этом деле нужно терпение, даже если все будет получаться не сразу. — Рада, что мы мыслим одинаково в этом вопросе, — ты пытаешься максимально контролировать ситуацию и не терять самообладание, поэтому и продолжаешь. — Если ты хорошо помнишь, перед нашим расставанием мы немного поругались из-за того, что я ревновала тебя, но мы тогда поговорили и все выяснили, я поняла, что была неправа, и после у нас действительно всё было хорошо, — ты просто говоришь все это без запинки, потому что нельзя позволить волнению взять над тобой верх, в этом разговоре нет места эмоциям. — Я лично говорила тебе какие-то вещи, которые впоследствии оказались слитыми, конфликт был исчерпан, так что та информация не была актуальна. Понимаешь ли, подобные вещи очень легко можно вывернуть против человека, если хорошо постараться, и тут уже плевать на хронологию, кто хочет, тот всегда найдет способ тебя подставить. Нас банально хотели рассорить, и ты позволил это сделать. Я всегда видела со стороны, насколько легко тобой манипулируют другие люди, и хотела защитить тебя от этого, но не получилось, к сожалению. Отчего-то тебе становится достаточно грустно, но даже эту эмоцию тебе приходится подавить, сейчас не время и не место. — Я не считаю, что ты плохой человек, Хосок, да, импульсивный, сначала делаешь, а потом думаешь, но не плохой. Тобой просто воспользовались, чтобы навредить мне, но даже это уже в прошлом, потому что сейчас я в порядке. Видишь по нему, что он во многом с тобой не согласен. — По правде, я и сам могу с легкостью кем-либо манипулировать. Улыбаешься его словам, потому что в твоих глазах он, скорее, беззащитный котёнок, нежели хитрый манипулятор. У Чон Хосока много недостатков, но подобное ему отнюдь не присуще. Парень может быть агрессивным, но он не злой человек, ты это знаешь, потому что видела достаточно добра в нем, чтобы считать именно так. — Я думал, что мы нормально разошлись тогда, а потом стал узнавать от людей…. то, что ты говоришь обо мне не самые лучшие вещи, что я был таким хуевым, и все дела, и что тебе стало намного лучше без меня. Тяжело вздыхаешь и достаешь из сумки бутылку воды. Делаешь глоток, закручиваешь крышечку и кладешь бутылку обратно в сумку. — Хочешь узнать, как это все было для меня? — ты действительно слишком давно хотела рассказать ему, как все было. — Я поссорилась с Сомин, потому что она меня буквально за человека не считала и думала, что я всегда и во всем должна ей подчиняться. Я правда долго это терпела от нее, и в итоге мне надоело, я сказала, что раз это мой бизнес, то и последнее слово за мной. Сказала именно так и никак иначе. У тебя было свое дело, когда ты еще рисовала. Ты продавала свои картины, и у тебя шел вполне неплохой бизнес в этом направлении. Хосок помогал и поддерживал тебя в этом, собственно, он и сам занимался подобным, вместе вы были двумя творческими людьми, которые просто любили творчество и друг друга. Ну и еще в этом всем были и другие люди, ваши общие знакомые и друзья, с которыми вы начинали всё это дело. Та самая Сомин, о которой ты говорила, была твоим наставником, когда ты начала рисовать. История ваших отношений весьма интересная, как и сама персона девушки. Её вполне можно назвать… скользкой. С самого начала тебе отчаянно хотелось ей понравиться, а ты с самого начала ей как раз таки и не нравилась. Однажды она даже сказала тебе такую фразу, что такие люди, как ты, не доживают до двадцати семи, однако парадокс заключается в том, что ты цела и невредима. Ты была глупа и наивна, и, даже несмотря на её презрительное отношение, тебе почему-то хотелось с ней подружиться. Это сложно объяснить, но в то же время очень просто, в прошлом ты была человеком, который жаждал одобрения всех и каждого, так что в конечном итоге вы всё-таки сблизились. По крайней мере, тебе так казалось. — Я думала, что мы с ней подруги, но это никогда не было правдой. Понимаешь ли… она сама по себе такой человек, который подминает под себя людей, они должны ей подчиняться и делать так, как она хочет, а иначе она будет мстить. Я задела её эго, это факт, она поняла, что не может управлять мной, влиять как-либо на меня и пошла к тебе, выставив себя жертвой в той ситуации, и ты встал на её сторону, а не на мою, начав обвинять меня в том, что я ущемляю её, когда всё было с точностью наоборот. Она ущемляла меня и не давала делать мне с моим бизнесом то, что я хочу. С самого начала как мы стали работать вместе, она буквально сказала мне, что я не буду ничего решать, что все решать будет она, и я, конечно, согласилась, потому что не хотела портить с ней дружеские отношения. Мне и не надо было быть главной как-то, я думала, что любой вопрос мы можем обговорить и прийти к единому решению. Я всегда относилась к ней с уважением, а она меня и за человека не считала, постоянно притесняя меня в моем же деле. Со временем мне стало обидно и неприятно от такого отношения, но я ничего не говорила, молчала до последнего, а когда в итоге один единственный раз подчеркнула то, что последнее решение за мной, случился весь этот пиздец. Все это случилось из-за её ущемленного самолюбия, а из-за подобного люди действительно совершают страшные вещи и буквально идут по трупам. Мелочно? Да. Но факт остается фактом, такое в нашем мире — вполне привычная вещь. Чон снова вздыхает, потому что ему не особо понравился весь этот твой монолог. — Честно? Какой-то бред. Сомин не такой человек, она всегда переживала о тебе. Да и она уже не хотела заниматься вашим общим делом, думаю, ты и сама это знала, тогда зачем ей всё это? Ты ничего не говоришь, просто понимаешь, что он всё еще находится под её влиянием, от этого немного грустно, но уже не больно, потому что вся эта история для тебя — пережиток прошлого. Вы больше никто друг другу, так что нет смысла его переубеждать, тебе, скорее, хочется сказать некоторые вещи, чтобы он хотя бы немного задумался о том, что его обвели вокруг пальца, но Хосок уперся, не хочет этого видеть и даже задумываться о такой возможности. В любом случае переубедить его не является твоей целью. Ничего уже не исправить и не вернуть. — Она не любит, когда ей перечат, и это всё, что я тебе скажу. Тэхён ведь тоже пострадал от неё. Видишь, как Хосок становится раздраженным при упоминании Кима. — Ах, эта крыса. Ты пропускаешь мимо ушей его слова, так как это не имеет смысла, тебе просто хочется рассказать ему одну историю. — Сомин подставила Тэхёна передо мной, точно так же, как и подставила меня перед тобой. И я тоже ей тогда поверила, Хосок. Не своему лучшему другу, а ей. Жаль, что поняла это слишком поздно, когда с самой произошло то же самое, но лучше поздно, чем никогда. Перед тем, как мы тогда поссорились с Тэхёном, он предупреждал меня о том, что мне нужно быть осторожной с Сомин, но я не до конца понимала, о чем он, потому что все говорилось загадками. Он не мог рассказать всего, но потом рассказал, если ты помнишь. — Да, помню. Тогда ты первым делом поделилась этим с Хосоком, показала ему сообщения от Сомин, которые тебе переслал Тэхён, там она говорила действительно… интересные вещи, которые в лицо, конечно же, тебе никто не говорил. Вы с вместе с Хосоком были в шоке и до конца не верили, что она могла говорить за спиной подобное. — Тогда мы с Сомин созвонились, и я действительно так и чувствовала, что она обведет меня вокруг пальца, что в итоге и случилось. Я долго не говорила ей, кто слил инфу о ней, но она так хитро меня заговорила, что в итоге я выдала ей информатора, и она обернула это уже против Тэхёна. Она сказала «О, дорогая, ты не знаешь, какую крысу на груди пригрела, я тебе сейчас всё расскажу» и скинула мне его сообщения, где он мог как-то нелестно обо мне отзываться. Честно сказать, я была шокирована этим и быстро забыла о том, что делала Сомин, она очень ловко выставила Тэхёна врагом народа в том разговоре и, когда я сказала, что хочу всё выяснить у него лично, сказала, что я должна заблокировать его везде и вообще никогда не общаться с такими людьми. Знаешь, только потом я поняла, какой дурой я была. Её слова казались правдой в последней инстанции, я поверила ей и даже не дала своему другу и шанса объясниться. Он пытался связаться со мной через других людей, но я просто игнорировала, считая, что Тэ — предатель. Я была дурой, за что и получила свой бумеранг, оказавшись на его месте. Замечаешь по парню, что ему не особо интересно это слушать, потому что он относится скептически к твоим словам, всё еще на все сто оставаясь при прежнем мнении. Даже если, возможно, тень сомнения и закралась у него в голове, Хосок всё равно никогда не признает, что всё действительно так, как ты говоришь. — Когда мы расстались, и Тэхён узнал о том, что вообще произошло от наших общих знакомых, он написал мне большое сообщения со словами поддержки, он мог возненавидеть меня, но он этого не сделал, потому что даже после всего я оставалась ему дорогим человеком. Он пытался меня обо всем предупредить, но я, точно так же, как и ты, послушала её. Я знаю, насколько хорошо она умеет убеждать. Я не глупый человек, но даже мне тогда ей получилось промыть мозг. Я верила Сомин точно так же, как ты по сей день веришь ей. Тогда я написала Тэхёну с извинениями и рассказала подробнее о том, что случилось между тобой и мной, и как меня подставили. Ему было очень тяжело после нашей ссоры, я буквально поступила с ним так же, как и ты со мной, не дав человеку и шанса. Сомин поняла еще тогда, что ее раскрыли, и просто сделала все возможное, чтобы отвести глаза. Жаль, что ты не видишь, какой она на самом деле человек, но пытаться переубеждать тебя я не собираюсь, моей целью было лишь рассказать тебе всю эту информацию, а что с ней делать, решать уже тебе. — Думаю, что каждый все равно останется при своем мнении. — Определенно. Все-таки разговор выходит напряженным, немного не таким, каким ты его представляла, но этого тоже стоило ожидать. За последнюю неделю ты переосмыслила многие вещи, особенно ваши отношения с Хосоком и то, в каких моментах была не права. Да, у тебя есть много причин винить его, но как-то тебе этого делать не хочется, это не имеет смысла, в этой ситуации тебе хочется объективно посмотреть на себя и свои косяки. Уже неважно, кто накосячил больше, тебе просто хочется поступить правильно и признать свои ошибки. Конечно, в глубине души хотелось бы, чтобы и Хосок признал свои и извинился, но это совсем не обязательно, тебе это больше не нужно. Больше всего тебе хотелось узнать его версию произошедшего, разобраться со всем, чтобы тебя перестали терзать многие вопросы, вот и всё. — По поводу того, что тебе переслала Сомин еще тогда, тебя зацепили какие-то мои определенные слова или в целом все то, что я говорила? Хотя вряд ли ты можешь знать все, что я говорила, потому что я почти уверена, что мои слова были вырваны из контекста. — Хм, подожди, мне нужно вспомнить, это было действительно давно, почти год прошел, — ты киваешь ему, и через какое-то время Хосок продолжает. — Наверно, все в целом, да. Мне было неприятно, что ты говорила обо мне за спиной. Отворачиваешься, чтобы он не видел, и ухмыляешься. Смешно, что тебе это говорит он, ведь сам Хосок начал обсуждать тебя за спиной в те времена, когда у вас не было ни единой ссоры. Он о многом не помнит, но ты не хочешь ему напоминать, потому что это не имеет смысла. Просто ему не хочется признавать многих своих ошибок, и это абсолютно нормально, такое бывает, и с этим ничего не поделать, пока сам человек не поймет какие-то вещи, если вообще поймет. — Да, я говорила о тебе с ней, но ты хотя бы знаешь, почему? Помнишь, я пропала тогда, и все искали меня? Ты самый первый мне написал, ты волновался обо мне, а я как последняя сука даже не прочитала то сообщение, за что мне очень стыдно. Я не могла вспомнить, почему вообще тогда сбежала, но недавно перечитала некоторые переписки и освежила этот момент в памяти. Я сбежала из-за Сомин. Из-за того, что она ущемляла меня в моем деле, буквально показывая, что у меня нет прав на мой бизнес, когда это было не так. Я не устраивала истерик или скандалов, я просто пропала и, честно сказать, хотела тогда свести счеты с жизнью. У меня была тяжелая депрессия, Хосок, и этот диагноз поставил мне врач. В то время я действительно была в плохом состоянии, и очень многие факторы влияли на меня. Тогда я просто не видела в чем-либо смысла, поэтому тогда ничего не сказала, даже тебе. Я впала в такое состояние… я была абсолютно потеряна, поэтому и игнорировала все звонки и сообщения, и, честно сказать, тогда мне впервые стало настолько легко от этого. Через пару дней я вышла на связь с одним единственным человеком, который рассказал мне о том, что ты переживаешь не из-за меня, а из-за другой девушки, твоей подруги, к которой ты тогда осознал свои чувства. Честно сказать, я была шокирована. Даже в той ситуации ты думал о ней, а не обо мне. Ревность буквально сорвала мне крышу, что уж поделать, и я действительно обозлилась на тебя. Вот почему говорила потом о тебе Сомин все эти вещи. Мне было мерзко, Хосок. Чон молчит и ничего не говорит, просто дает тебе выговориться, внимательно слушая каждое слово. Для тебя рассказывать ему всё это непросто и даже местами страшно, потому что ты слишком честна сейчас, обнажая свои самые плохие стороны. Исчезнуть тогда было эгоизмом, как и довести любимого человека чуть ли не до истерики. Ему было до тебя дело, поэтому он и волновался. Даже со всеми твоими недостатками Хосоку было до тебя дело. Было слишком долго, но он банально устал, поэтому вы и расстались. Конечно, он тоже не был идеальным, но сейчас ты думаешь больше о своей вине, тебе важнее ответить за свои поступки. — После своего возвращения я игнорировала тебя, а ты долго не мог понять причину такой моей отстраненности по отношению к тебе. Ты заметил это все и напрямую спросил, в чем дело, и я рассказала на свой страх и риск. Я знаю, что та ревность была глупой, я тогда очень сильно обидела тебя, но потом мы все уладили, и я поняла, как неправа была и извинилась, если мне не изменяет память. Все было хорошо, Хосок, то, что потом переслала тебе Сомин, не было больше актуальным, потому что мы об этом поговорили, и я сказала тебе все то же самое. Я всегда была с тобой честна. Просто пойми, что этот человек меня специально подставил, потому что знал, как сильно я тебя люблю. Тебе хотелось бы знать, что он думает по этому поводу, но Чон молча осмысливает сказанное и даже не знает, что ответить. Он не был готов ко всему этому разговору, точнее, уж точно не догадывался о том, что может всплыть во время него. Казалось бы, что Хосок будет со многим спорить и винить тебя, но, кажется, в каком-то смысле он тебя понимает, хоть и совсем немного. — Понимаешь ли, я человек по своей натуре достаточно терпеливый, и, если мне что-то не нравится, я предпочитаю молчать. Я о многом не говорил тебе, но просто то, что мне рассказала о тебе Сомин, стало последней каплей. — Но ведь ты мог говорить мне, если что-то было не так, и я бы поменяла это в себе. Почему ты молчал? — Просто я такой человек, и даже в те редкие моменты, когда все же что-то говорил тебе, ты не менялась. Я считал это бессмысленным. У тебя много мыслей по этому поводу, но этот разговор и так выходит затянутым. Все равно уже ничего не изменить и не вернуть. — Зря ты ничего не говорил. Человек не может меняться, если он не знает своих косяков. Если ты говорил об этом редко и не особо акцентировал на этом внимание, то и понятно, почему ничего не менялось, если бы я знала, что у нас есть проблемы, то я бы изменила все ради тебя. Любые отношения можно спасти, если люди будут разговаривать между собой. Важно всегда быть честными друг с другом. Ему твои нравоучения не особо нравятся, и ты это чувствуешь, но твое дело просто сказать это. — Так значит, тебя задело то, что я плохо говорила о тебе после нашего расставания? — меняешь тему, потому что нужно поскорее закончить весь этот разговор, но понимаешь, что говорить вам еще много. — Да, я не понимал, откуда столько негатива в мою сторону, ведь мы вроде нормально разошлись. Ты просто закусываешь губу и глубоко дышишь. Расстались вы отнюдь не на положительной ноте. После того, как тебя подставили перед ним, Хосок написал тебе о том, какой ты ужасный человек, и что ты отвратительна ему, что он больше не хочет иметь с тобой ничего общего. Хосок сказал, что ваши отношения абьюзивные, и он в них абьюзер, так что вам не стоит быть вместе. Ты буквально в слезах умоляла его не бросать тебя, не перечеркивать все, что между вами было, извинялась за все, даже если не до конца была виновата в чем-то. В тот вечер ты была готова сказать что угодно, пойти на любые унижения, тебе правда было все равно на это, лишь бы он не бросал тебя. Ты хотела объясниться, ты просила его о встрече, но он не дал тебе и шанса что-либо объяснить. По своей натуре Хосок — человек, который многое делает на эмоциях, и тогда это был именно тот случай. Уже после ты начала думать, что Чон лишь искал повод разорвать отношения, и счастливым образом он ему как раз подвернулся. Конечно, ты не знаешь, так это или нет, да и вряд ли Хосок тебе скажет. — Если помнишь, последнее, что ты сказал мне, было «возненавидь меня». Иронично, что потом ты действительно сделал все, чтобы это стало реальностью. После расставания я была очень разбита. Если честно, мне не хотелось жить, я не представляла свою жизнь без тебя. Три дня я ничего не ела и не разговаривала буквально ни с кем, много спала, и в этих снах между нами все было хорошо, а когда просыпалась, ко мне приходило осознание произошедшего, и что тебя больше нет и никогда не будет в моей жизни. Наверно, только через пару дней я смогла отойти, потому что поехала гулять с Тэхёном, мы выпили, поговорили по душам и очень хорошо провели время. Тогда я поняла, что моя жизнь не заканчивается на потере тебя, и я должна жить дальше, как бы больно ни было. Я искренне желала тебе только счастья, даже если без меня. Мне правда начало становиться лучше, и со временем я начала понимать, что мне было очень плохо, пока мы были вместе. Ты делал меня счастливой, но при этом ты делал мне больно, и тогда я стала это осознавать, говоря другим о том, что мне стало легче без тебя. Со временем я начала злиться на тебя, осознавая, что была настолько очарована тобой, что в упор не видела твоих недостатков, даже тогда, когда это было очевидно, и когда все вокруг говорили мне об этом. У тебя чуть ли не заканчивается воздух в легких, потому что ты буквально говоришь это все на одном дыхании, вспоминая всю последовательность событий и стараясь ничего не забыть сказать ему. — Я винила в каких-либо твоих проебах кого угодно, но не тебя. Понятия не имею, что тебе могли передать из моих слов в то время, когда мы расстались, но тут тоже уверена, что опять-таки какие-то вещи могли вырвать из контекста или же понять меня неправильно. Никто не может залезть в голову другому человеку и узнать наверняка то, что он имел в виду. Ты мог просто спросить меня, если тебе уж слишком что-то не нравилось, но ты этого не сделал. Вообще, вся эта ситуация — какой-то огромный испорченный телефон, знаешь ли. Мы не расстались нормально, в этом и дело, Хосок. Понятное дело, что имело место обида, непонимание тебя и банальная боль от утраты. Это все самые обычные человеческие чувства, и я не должна это объяснять, думаю, это тебе прекрасно известно. Уже в который раз парень не пытается спорить с тобой или как-то оправдываться, он, скорее, просто обрабатывает эту информацию и всё. Сам по себе Хосок человек немногословный и зачастую холодный, так что тебе никак не узнать, что он думает об этом всем. — В определенный момент это просто достало, я имею в виду то, что до меня долетало, и я вышел из себя. Я не отрицаю своей вины, сейчас бы я так не поступил, потому что поменял свое отношение к этому, но тогда я был очень зол, я буквально тебя возненавидел. — И поэтому пришел ко мне домой и чуть не задушил меня. — Я не хотел тебя убивать или что-то в этом роде, я об этом даже не думал, правда. Возможно, мне надо было тогда остыть, но такой уж я человек, и ты это прекрасно знаешь. Уже ничего не вернуть, я сделал то, что сделал, тут ничего не поделать. Я не говорю, что в каких-то моментах поступал правильно, я вообще не отрицаю своей вины в каких-то вещах, повторюсь. На самом деле, ты понимаешь все это, понимаешь, что Хосок в каком-то смысле просто запутавшийся ребенок. Он не плохой, нет, просто он такой, какой есть, и сейчас ты принимаешь парня со всеми его достоинствами и недостатками, не виня ни в чем. Долгое время ты злилась на него и даже ненавидела, но сейчас ты не испытываешь ничего из этого, да, ты прекрасно знаешь, что Чон делал, и ты этого не забудешь, но просто… это перестало иметь для тебя смысл. Всякое бывает. Главное, что все живы. Вы еще долго говорите о разном, выясняете отношения, проясняете все непонятные моменты, Хосок рассказывает тебе, как это было с его стороны, а после внимательно слушает тебя, чуть позже намекая на то, что у него особо больше нет времени, и нужно заканчивать весь этот разговор. Услышав эти слова, ты теряешься, пытаясь вспомнить, что вообще хотела ему сказать. До этой встречи у тебя было очень много мыслей по поводу того, что ты хочешь сказать Хосоку, и ты частично их высказала, но многое, конечно, так и осталось невысказанным. Нужно было заканчивать это все, так что тебе нужно было собраться с мыслями и сказать ему главное и спросить о том, что действительно хотелось знать достаточно давно, потому что это ваша последняя встреча, и другой такой больше не будет. Собираешься с духом и начинаешь говорить. — Хосок, можно, пожалуйста, я кое-что спрошу у тебя? Мне просто важно знать ответ на этот вопрос. — Да, — спокойно отвечает Чон. — После всего того дерьма я начала думать о том, что то, что было между нами, не было настоящим. Будто ты просто притворялся все то время и на самом деле только искал предлог закончить наши отношения. Всё это время я думала, что ты был неискренним и на самом деле никогда не любил меня, — ты делаешь небольшую паузу, потому что тебе становится немного трудно дышать. — Скажи, — на этих словах твой голос начинает дрожать, — была ли я хоть когда-нибудь дорога тебе? Ты вся дрожишь, испытываешь жуткий стыд из-за того, что спросила об этом, но тебе действительно нужно это знать, потому что этим вопросом ты задавалась долгие месяцы после всех тех достаточно травмирующих событий. — Конечно, — уверенным голосом говорит Чон, смотря тебе в глаза, и ты понимаешь, что он говорит чистую правду. Это ты и хотела услышать, все остальное не имеет значения. Вы вдвоем чувствуете жуткую неловкость, эта встреча тяжелая как для тебя, так и для него. Тяжело вспоминать и говорить о том, чего изменить уже никто не в силах. Возможно, он думает, что ты хочешь все вернуть, но, к сожалению, это невозможно, и такой вариант ты даже не рассматривала. Конечно, девочки любят счастливые концы, и в глубине души, естественно, ты не хотела бы никогда расставаться с Хосоком, однако… всё есть как есть. Даже если вы снова сойдетесь, подобное повторится снова из-за несовместимости ваших характеров. Вы такие разные, но одновременно такие похожие. Одинаковые. Вы всегда видели друг в друге много плохих качеств, а все потому что они присущи что тебе, что ему. Хосок был полон ненависти к тебе, и ты тоже была полна ненависти к нему. Он желал тебе смерти, и со временем смерти начала желать ему и ты, потому что не понимала, как вообще он может быть таким жестоким по отношению к тебе, как может смеяться со своими друзьями с того, что ты однажды в жутчайшем нервном срыве по глупости сказала, что покончишь с собой, если его не будет в твоей жизни. Сейчас тебе стыдно за те слова, ты не преследовала каких-то целей или чего-то подобного, ты просто правда очень сильно его любила. Слишком сильно. Вы высказали друг другу все и разобрались в тех моментах, которые были кому-то из вас непонятны, поэтому с этого момента прошлое больше не имело смысла. — Знаешь, — начинаешь ты снова дрожащим голосом, — думаю, что ты все еще остаешься для меня близким человеком в глубине души, — впервые почти что за год признаешься себе и ему в том, что отрицала до последнего. По парню не особо можно понять, что он думает по этому поводу. Хосок остается хладнокровным, сохраняя самообладание. Возможно, ему есть дело до твоих слов, а, возможно, нет. Этого тебе не узнать, да и это уже не особо важно для тебя. — Я думаю, что это вполне нормально, такое бывает, — говорит он. — Честно говоря, мне кажется, что, даже когда я ненавидела тебя, все еще продолжала относиться к тебе как к близкому человеку. Это сложно объяснить, — ты действительно хотела бы сказать ему больше, но время поджимает, и ты не думаешь, что ему это вообще нужно. — В любом случае это пройдет, и я смогу тебя отпустить. Я рада, что в моем сердце больше нет ненависти по отношению к тебе. Это правда терзало меня, я была полна ненависти, желала тебе зла, а потом в один момент сильно заболела, у меня была очень высокая температура, и я думала, что умру, а еще я думала о тебе, что это из-за всей этой ненависти. Тогда я поняла, как это все неправильно, и что это действительно возвращается отправителю. Я просто хотела перестать ненавидеть тебя, и наконец-то это случилось. Ненависть убивает изнутри, отравляет жизнь, и она никак не должна быть у кого-либо на сердце. От любви до ненависти один шаг, хех. Все это рождается из сильных чувств, но я наконец-то чувствую облегчение, за что хочу поблагодарить тебя. Понимаешь, что говоришь непозволительно много, но это твой самый последний шанс сказать ему что-либо. Твое сердце бешено стучит из-за этого всего, но ты просто не хочешь потом жалеть, что не сказала ему тех или иных слов. — Спасибо тебе, Хосок, за все хорошее, что было между нами. Неделю назад я вышла из депрессии длиною в жизнь, и ничего бы не получилось без твоего вклада. Да, ты в очень многом навредил мне, но все же я не хочу обесценивать твою когда-либо оказанную мне помощь. Спасибо тебе за ту любовь, которая когда-то у тебя была по отношению ко мне, спасибо за твою заботу, за то, что защищал меня от разных людей, я этого никогда не забуду, — твой голос очень сильно дрожит, и Хосоку начинает казаться, что ты вот-вот заплачешь, но этого не происходит. — Раньше я была слаба и очень нуждалась в человеке, в котором буквально видела весь свой мир, которым для меня являлся ты. Просто большое спасибо тебе за все. Сейчас я совсем другой человек, нежели была в нашу последнюю встречу, вся эта ситуация сделала меня сильнее. Думаю, что сейчас я самодостаточный человек. У меня есть друзья, которые меня любят, у меня есть любимый человек, да, но сейчас для меня самое главное, что у меня есть я. Только потеряв тебя, я смогла обрести себя. — Это действительно хорошо. Думаю, что мы просто люди, которые должны были повстречаться на пути друг друга. — Да, и, наверно, напоследок я должна сказать тебе главное. Я прощаю тебя, может, это тебе и не нужно, но это нужно мне. Раньше я думала, что никогда не прощу твой поступок, я даже поклялась себе, что никогда не сделаю этого, но буквально недавно я осознала, что прощаю тебя. И, да, если я чем-то задела тебя, обидела или сделала больно, я прошу у тебя прощения. Будь счастлив, Хосок, ладно? — твой голос снова дрожит, и слёзы почти что подступают к глазам, но лишь на секунду. — Я искренне хочу, чтобы ты был счастлив, даже если с другим человеком, — ты встаешь на ноги, потому что понимаешь, что все это просто нужно заканчивать как можно скорее, чтобы не болтать лишнего, потому что ты уже себя не контролируешь. — Между нами все хорошо теперь, да? Ты больше не ненавидишь меня? — Нет, все хорошо. У меня больше нет никакой ненависти к тебе. — Можешь писать мне, если что-то будет нужно, я обязательно помогу, чем смогу, если ты будешь нуждаться в помощи. По правде, я хотела сказать очень многое, но на это больше нет времени, да и не думаю, что тебе это нужно, многое просто уже вылетело из головы. — Ты всегда можешь написать мне, если что. Эти его слова трогают тебя, и ты правда благодарна ему за них. — Тогда… пока? — смотришь на него в самый последний раз, запоминая его лицо во всех деталях, потому что знаешь, что больше вы никогда не увидитесь. — Да. Удачи тебе, — флегматично кидает Чон. — Спасибо, — ты уже почти отходишь от столика. — Пока, — теперь ты знаешь, что это действительно конец, поэтому хочешь уйти первой. — Пока. Теперь уже это точно конец. На удивление ты выходишь из кофейни и даже не плачешь. Все-таки заготовленный платок не пригодился. У тебя смешанные чувства по поводу всего, но ты ощущаешь облегчение. Вы наконец-то поговорили, и ты получила ответы на все вопросы, которые больше всего волновали тебя. По правде, у тебя не было особых ожиданий по поводу встречи с ним, поэтому и разочарований тоже нет, ты просто хотела рассказать ему то, что когда-то Хосок отказался слушать, потому что это не давало тебе покоя долгое время. Испытываешь радость и, возможно, счастье, потому что получила ответы на давно волнующие вопросы и сказала ему то, что хотела, даже если и сказала далеко не все. Наверно, было сказано лишь десять процентов от того, что хотелось, но даже так этого достаточно. Конечно, тебе грустно из-за всего, что между вами произошло, грустно, что из-за тех или иных людей между вами произошло банальное недоразумение. Иногда люди бывают настолько жестоки в своей мести, что используют самые трепетные чувства людей, чтобы навредить им. Вас просто натравили друг на друга, и ничего из того, что было, уже не изменить. Всё в прошлом. И всё действительно хорошо. Вряд ли он смог понять тебя, возможно, лишь частично, но это тоже уже больше неважно. Самое главное, что вы решили всё и наконец-то пришли к примирению. Остальное уже не имеет смысла. Идешь по улицам Сеула и пытаешься выдавить из себя хотя бы слезинку, заплакать и хорошенько порыдать, но ничего не получается. Ты просто не хочешь плакать. Наверно, потому что больше не больно. Той ужасной боли больше нет. В глубине души ты всегда будешь любить Хосока, пока, возможно, не отпустишь, но он — твое прошлое, горько-сладкое прошлое, а Чонгук — твое настоящее, человек, которого ты любишь, и который любит тебя. Что-то абсолютно взаимное, и именно мысль об этом делает тебя безумно эмоциональной сейчас, ты так благодарна ему, он удивительный. Эта глава твоей жизни наконец-то окончена, ты можешь вздохнуть с облегчением, что ты и делаешь, осознавая, что наконец-то окончательно счастлива.