Забыть,чтобы вспомнить.

«Возвращение».

Солнце в стране Чудес клонилось к закату. Оно еще пыталось сбросить последнее тепло, посылая свои лучи на обширные территории королевства, но понимало всю неизбежность - через каких-то полчаса Мраморию поглотят густые сумерки, которые подарят долгожданную прохладу, после дневного зноя. Террант Хайтоп считал, что это часть чудесатости здешних земель – завораживать одним лишь заходом солнца. Митрандир уже несколько часов сидел за швейной машинкой, то и дело пришивая или отрезая кружева новой шляпки. Он не замечал боли в спине и шее, что обещала неспокойную ночь после, ведь на этот раз королевский Портной старался для Её Белого величества. Работа требовала предельной сосредоточенности - не могла же особа королевских кровей выйти в свет в шляпке, сшитой криво или косо? Конечно же нет! И пусть его изделия никогда не были недоделанными или неаккуратными, а сама королева Мрамории была готова надеть на свою милую маленькую головку хоть корзину из-под фруктов, если это только предложил бы Шляпник, тем не менее портной старался изо всех сил порадовать Её королевское Величество. Приходилось прерываться лишь изредка – взглянуть в небольшое окошко в комнате, которая была некой швейной мастерской, чтобы застать уходящие лучи солнца и устало вздохнуть. В Белом замке ему были отведены огромные апартаменты, где он мог спокойно путаться в тканях и лентах, разбрасывать бусины и пуговицы, и бесконечно долго подбирать бисер и пайетки к нужному оттенку, создавая при этом такой родной и приятный сердцу творческий хаос. Однако, мужчина решил, что комнаты небольшого, но отчего дома на поляне для Чаепития, ему, все-таки, роднее. Какое-то время дом простоял бесхозный – семья Хайтопов покинула его, отправившись в далекие земли за новой жизнью и возможностями. Террант решил же не покидать Мраморию, а остаться на службе у Ее Белого Величества и долгое время жил во дворце. Но вдохновение творить, все чаще и чаще, покидало его в каменных стенах и появлялось лишь тогда, когда он приходил сюда. Было решено привести старый пыльный домик в приличный вид, чтобы работать. Дело было несложным – несколько дней, пара свободных рук и лап и, вуаля, дом Шляпника вновь уютен, а в воздухе витает аромат новых шедевров. Террант вновь вернулся к работе – застучало колесико швейной машинки, а сам мужчина начал напевать какую-то незатейливую мелодию, изредка вставляя слова, которые, впрочем, было не разобрать. -Ты все еще здесь, мой друг? - раздался над ухом чей-то вкрадчивый голос. Самого его обладателя видно не было. Террант лишь улыбнулся, но решил дождаться, когда вполне ожидаемый посетитель появится сам. Чешир возник из ниоткуда. - Уже давно настало время чаепития, а ты пылишься, кажется, вечность.- кот проплыл над головой мужчины, задев своей лапой его Цилиндр.- Может стоит выгулять эту чудесную шляпу? -Шляпа выгуливается только вместе со мной. - Террант с усердием пришивал розу из шелковых лент, стараясь, чтобы края нежной ткани не расходились в разные стороны. - Цилиндр останется на этой голове, пока я не лишусь ее, а вот чай- это наипрекраснейшая идея. - Митрандир, наконец, закончил шить и положил головной убор в круглую коробку. - Тогда во дворец? -Все уже собрались, а время не любит ждать, - показав ровный ряд белоснежных зубов, Чешир растворился в дымке и появился уже на улице, ожидая своего друга. Шляпник не обладал такими способностями, как его друг. Поэтому, коту пришлось дождаться, пока Террант выйдет на крыльцо и ровно пять раз проверит, закрыл ли он дверь. Почему пять, никто не знал, да и сам портной тоже. Какое-то время они шли молча. Иногда даже Чешир снисходил до того, чтобы пройтись по тропинке, как самый обычный кот. Но тишину, видимо, выйдя из глубоких раздумий, нарушил сам Митрандир: - Ты знаешь, мой дорогой мягкобрюх, с самого утра у меня такое странное щемящее чувство в груди, будто должно произойти что-то, что перевернет меня с ног на голову. Если не сказать – мою жизнь. Это приятно щекочет меня и, одновременно с тем, жутко тревожит. И я не понимаю, в какое из двух безумий податься, - усмехнулся портной. Кот навострил уши, внимательно слушая своего собеседника. Обычно, «это щемящее чувство», всегда предвещало какое-то событие, точнее, особенное событие для самого Терранта и его окружения. Но сейчас не могло ничего такого случиться. Не должно. Возможно, всего лишь отголоски прошлого, не более. -Ты обладатель не только чудной шляпы, но и удивительной интуиции, кто знает, какой подарок нам преподнесет чудесатая судьба. - туманно ответил Чешир. – Возможно, что сегодня на чаепитии для тебя припасен особенный кусочек пирога, до которого, я добраться буду не в силах. - Чтобы ты и не успел схватить самый большой кусок? Да не бывало таких чудес! - Террант громко рассмеялся. Чешир же покачал головой. – Впереди еще столько часов непредсказуемости, посмотрим, что готовит этот вечер. - К таким вещам стоит относиться чуточку серьезнее, - кот имел ввиду пирог, но Шляпник решил по-своему. - Серьёзное отношение к чему бы то ни было в этом мире является роковой ошибкой. - А жизнь – это серьёзно? - О да, жизнь – это серьёзно! Но не очень… До замка оставалось десять минут пути. **** Болотные топи. Мрачное холодное и, в прямом смысле - гнилое место. Самая подходящая обитель, по мнению многих жителей Мрамории, для сестры Мираны - Ирацибеты и ее прихвостней. Серые промерзшие стены старого замка, покрытые мхом и плесенью, прятали своих обитателей от сильного ветра и дождя. Солнце было редким и нежеланным гостем - в его лучах слишком отчетливо видно все уродство людей и их окружения; обезображенные же души, можно рассмотреть, даже не приглядываясь. Здесь не было ажурных кованных ворот, изящных скульптур или цветущих садов - голые серые деревья, скрюченные ветви которых напоминали руки, тянущиеся вверх, сухой кустарник с острыми, как иглы шипами, полуразрушенное крыльцо…Наверное именно так выглядит слово «заброшенность». В это время, обычно сдержанный и до неприличия спокойный Стейн, почти снес дверь с петель комнат Ее Красного Величества. Мужчина вылетел из покоев Ирацибеты, зло выдыхая и, едва сдерживаясь, чтобы не разбить или швырнуть любую вещь, что попадется ему по пути. Однако позволил себе лишь шумный выдох и слишком напряженную спину, за которой черной тенью метнулся плащ. «Вздорная и глупая женщина! Что она от меня хочет? Чтобы я у всех на глазах заявился во дворец к Миране и выкрал ее оттуда? Или она рассчитывает, что ее милая сестричка побежит за мной сама?!» – порой у него складывалось впечатление, что Ирацибета всерьез считает Валета кем-то вроде призрака, который умеет проходить сквозь стены. Иначе как понимать ее приказ: « Моя сестрица должна быть в нашей темнице уже сегодня ночью, и мне неважно, как ты это сделаешь! Без короны - трон всего лишь кресло, поэтому корона должна быть на моей голове, чтобы именно я сидела на этом чертовом кресле!». Почему он вернулся обратно на службу к этой ведьме? Прошло довольно много времени, прежде чем, избежав весьма глупой смерти, наемник вновь оказался по правую руку от Ирацибеты. До того момента, он был повязан вместе с тираншей в темнице, но и оттуда они выбрались, вместе. Их связывали далеко не деловые отношения и, по началу, Стейн спал с Ее Величеством ради забавы и продвижения по службе, но это было слишком давно. А сейчас ему не двадцать лет и, он не обычный стражник, пытающейся в короткие сроки дослужиться до высших чинов. Стоит сказать, что и задерживаться в списке любовников Красной Королевы, он не рассчитывал. Да и что его держало рядом? Разве что слава, идущая впереди тяжелых черных сапог – наемник и убийца, предатель и злодей, ублюдок, которого лучше лишить головы сразу, как только увидишь. Поэтому, когда Ирацибета заглядывала ему в глаза, говоря про какую-то любовь и прочие неприятности, вроде «мы будем вместе», его мысленно воротило от всего этого, но уйти Валет попросту не мог. Спокойного существования ему не будет нигде. Не удержавшись, мужчина все же пнул рыцарские доспехи, что стояли у стены. Послышался жуткий лязг, разлетевшийся по коридору громким эхо. -Стеееейн! - визг Кровавой ведьмы разнесся по всему замку, противно вытягивая гласные его имени, которое таковым и не являлось. Еле слышно выругавшись, Илосович поспешил скрыться в своих покоях. Скинув с себя плащ и выложив на стол меч, он устало сел в кресло, уставившись в окно. Из комнаты фаворита Ирацибеты открывался вид на долину, а не на мерзкие топи и сплошную серость. Последний пейзаж навевал мысли о скорой кончине, а не о том, как выполнить сложнейшую задачу. У Валета в запасе было несколько часов и одна большая головная боль. Забавно, что головная боль была соизмерима размеру головы ее причины. Белый замок был до ужаса старым и древним. Конечно, только с той стороны, где находился заброшенный сад Его Королевского Величества – мир его праху и спокойного плавания его голове во рве топей. Благодаря же стараниям Мираны, с фасада, он напоминал именно дворец: высокие ворота со множеством завитков, резные колонны с лепниной, перед ступенями – мраморная площадка – не слишком практично, но красиво, несомненно. К тому же, Ее Белое Величество питала сильную слабость к цветам, кустарникам и деревьям, особенно к тем, что находились в легкой депрессии или грусти. Старый сад был скрыт от потаенных глаз за зарослями колючего кустарника в густой тени леса, что звался «Страшной чащобой». Мирана, в силу своей любви ко всему живому даже не предпринимала попыток вырубить хотя бы одно маленькое деревце, а те, кто пробовал – уходили, либо с ссадинами, либо же со страшными ранениями, либо же не возвращались вовсе. Помимо высоких мрачных сосен и густого тумана, там водились твари, пострашнее Бармаглота, так что лес отстоял свои права на существование, закрывая каменные лабиринты в уплату. Как и в любом другом приличном дворце, здесь имелось огромное количество потаенных ходов, скрытых за поросшими мхом стенами, или извилистых коридоров, что вели, в лучшем случае, в тупик или в другой ход, а в худшем, в залы с ловушками или узкие камеры, из которых самостоятельно было не выбраться. Они давно были заброшены, а половина – забыты; находились единицы, кто еще хранил в памяти карту всех проходов, но ведь и время не стояло на месте, унося в небытие эти знания или же пригодность самих тайных коридоров. Стейн не бывал там порядка пятнадцати лет. И не бывал бы, при желании, столько же. Он не имел понятия, существуют ли они еще вообще, можно ли пройти вдоль узких дорожек из камня, или же все ходы завалены. Но это была его единственная возможность. Времени на то, чтобы все проверить, Ирацибета ему попросту не дала. В его памяти хранились все метки, по крайне мере те, которые им показывали, но кто знал, что могло измениться и как сильно за столь большой срок. Большой риск. Илосович ненароком потер запястья, чуть ли не ощущая на них холодный металл от тюремных кандалов. Он попытается выкрасть Ее Белое Величество, так что ничего удивительного, что, в случае неудачи его вновь посадят за решетку. Или казнят. Хотя первое -предпочтительнее и более правдоподобно, второе – решило бы его проблему с Ирацибетой. Мирана еще никогда и никого не казнила, в отличие от своей сестры, рубившей головы направо и налево. Мужчина, не мигая, все еще продолжал смотреть перед собой, обдумывая дальнейшие детали. Даже если ему удастся пробраться внутрь, не погребя себя под балками или камнями, а значит сохранив себе жизнь еще на какое-то время, то как он собирается действовать дальше? Слишком много «что», «если» и «как». *** На следующий день все королевство поразила новость- Мирана бесследно исчезла. Никто ничего не видел, не знал, не слышал. Будто и не было женщины вовсе. Ни единого следа, ни единого сигнала о тревоге или подозрительного звука. В ее покоях осталась стоять чашка недопитого молока с медом – она всегда так делала перед сном. Незакрытое окно говорило о том, что даже прохлада ночи не спасала от духоты. Клякса от чернил на пергаменте, перо, лежащее рядом, чуть смятое покрывало на постели. Создавалось впечатление, что Королева просто вышла на минутку и вот-вот должна вернуться. По крайней мере, именно так подумал Мак Твисп, заглянувший в комнаты Ее Величества перед завтраком, чтобы напомнить о важном собрании днем. Паникер в белоснежных перчатках был весьма удивлен и, по началу, сверился с часами- не опоздал ли он сам и, может быть Белое Величество ушла без него? Замок обыскали сверху донизу, каждый уголок, каждый закоулок – пусто, все говорящие обитатели сада были опрошены по многу раз, но ничего нового никто не сказал. Ночь, в отличие от утра, была тихой и спокойной. - Топи! Мы не искали в топях! –повысил голос Шляпник, который выглядел в это утро особенно усталым и не выспавшимся. - Кто нас подпустит к замку? – недовольно проворчала Соня-мышь, нетерпеливо перебирая в лапках шпагу – булавку. – Мы можем собрать войско, но сражение? Чего мы добьемся? - Освобождения Мираны, чего же еще! - мужчина непонимающе посмотрел на свою собеседницу, будто та сморозила самую глупую чушь на свете. А в глупостях и чуши он толк знал. - А ты уверен, что она там? Слишком тихо ведет себя эта змея! Даже если и так, мы можем хоть сейчас выйти с боем, но где гарантия, что … - Что Мирана останется жива, - закончил за нее Баярд, сидевший около двери столовой. Завтрак все же состоялся, но больше походил на военное собрание. -Прошу, не говорите, не говорите таких речей, - голос белого кролика больше был похож на плач. -Действовать надо хитро. Нужно выждать и пробраться в замок самим. – Чешир не смотрел ни на кого из присутствующих, явно обдумывая свою идею. -И все же, я не понимаю… Как она могла настолько незаметно исчезнуть? Будто бы сама ушла. - Следов и правда нет, - Мальямкин потерла подбородок. Все это было слишком сложно и просто одновременно. Сложно – что никто ничего не видел и не слышал, а значит, либо Мирана была не против исчезнуть, что маловероятно, просто – что ответ был самым обычным и легко все объяснял. Вот только где его найти, этот ответ. За столом воцарилась тишина. Слишком давящая. - Ветер поменялся, - тихо заметил Чешир, бросив взгляд в окно. - Боюсь, друзья, спокойствие покинуло эти земли. Никто ничего не ответил. *** На этот раз Алиса никуда не опаздывала. Жаль только, что она не помнила, как спешила в прошлый раз и опоздала, в итоге, почти на два года. Да и ни о каком прошлом разе она тоже не помнила. Спокойно прогуливалась себе по вечернему скверу, освещенному фонарями и рассматривала лица прохожих. Между хождениями в восточные страны наступил небольшой период затишья и, девушка могла позволить себе никуда не спешить еще, по крайней мере три недели. Не то сквер был освещен слишком скудно, не то Алисе Кингсли не стоило подсчитывать в уме расходы на ремонт корабля, но еще секунду назад она была самой обычной английской леди, а теперь, летела куда-то вниз. Конечно, не покинь она Страну Чудес в прошлый раз так поспешно, может быть она бы и помнила некоторые подробности. Например, что падает девушка в кроличью нору, а ключик было бы неплохо не забыть на столе. Но Алиса на то и Алиса, что удивилась не так сильно, как могла бы удивиться Неалиса на все странности. «Говорящие цветы» - настойчиво крутилась в голове одна и та же мысль, пока девушка спешным шагом исчезала в лесу подальше от шумно галдящих растений. Собственное уменьшение и увеличение Алису не так удивило, как тот факт, что на нее только что прикрикнула роза. Почему она при этом отметила, что «давно здесь ее не видели», а остальные цветы зашикали и потребовали заткнуться, Кингсли не поняла. - Извините, сэр! - громко крикнула девушка и, придерживая зеленое платье, со всех ног кинулась вперед по тропинке, как только заметила вдалеке еле заметную человеческую фигуру. Алиса блуждала по лесу уже несколько часов, она проголодалась, а еще устала, потому что в Лондоне как раз опускались сумерки, а в непонятном (пока) месте ярко светило солнце. - Подождите! - еще громче, как ей самой показалось, закричала девушка, наплевав на то, что невежливо кричать "сэрам" и... летающим котам? Метров за десять Алиса перестала бежать и перешла на шаг, чтобы не начать знакомство запыхавшейся и не сбить неожиданных незнакомцев с ног. Да и рассмотреть их получше. Кот, на которого девушка смотрела во все глаза, парил в воздухе и отчего-то с удивлением рассматривал Алису в ответ. Будто они были знакомы. Кингсли решила, что его изумил ее внешний вид, ибо, если судить по одежде мужчины, выглядела она в своем платье и крошечной шляпке весьма скромно и непритязательно. Чешир действительно был удивлен, а если быть точнее – полностью обескуражен. Они провели почти весь день за обсуждениями того, как и где искать Мирану. К вечеру стало ясно, что толкового объяснения такого бестолкового исчезновения Ее Величества ни у кого нет. К тому же, у Шляпника началась жуткая мигрень от переживаний, а от мигрени он страдал приступами безумия и жуткой тоски. Мужчина переставал внятно мыслить, говорить и даже замыкался в себе, поэтому, чтобы не допустить такого состояния для друга, Чешир настоял на прогулке. Увидев гостью, что так громко окрикнула их, он так и застыл на месте, не веря своим же огромным зеленым глазам. Перед ним стояла Алиса. "Наша Алиса"- как назвал бы ее каждый в Стране чудес два года назад. Он во все глаза таращился на девушку, что тоже было весьма невежливо, как и громко кричать «сэрам», а вот она его не узнавала и с любопытством, как и тогда, еще в самом детстве, смотрела на причудливого летающего кота. Шляпник, в свою очередь, гостью тоже не узнал. Он не сразу и обернулся, посчитав, что звонкий девичий голосок лишь плод его воображения. Правда, поняв, что Чешир застыл пушистым облаком перед его носом, Митрандир, все же, обернулся. Будучи немного не в себе, он слишком просто переключился с тяжелых мыслей на нового персонажа в их компании. В голове все смешалось. - Ты что-то хотел? - мужчина улыбнулся во все тридцать два зуба и дружелюбно посмотрел на гостью. - Пойдем же с нами, славный малый, чаепитие не ждет! Чешир? Кот, наконец-таки проморгался и поспешил принять вид совершенно нормального животного. Ему ничего не оставалось, как подыгрывать легкому приступу его друга, иначе толку от Шляпника не будет еще несколько дней. -Прошу нас простить, мы не представились. Чешир. - кот протянул свою лапу девушке. - А это, мой несравненный друг... -Шляпник. - закончил за него Митрандир и протянул свою забинтованную ладонь для рукопожатия. Что-то подсказывало портному, что знакомство будет весьма интересным.