Демоническая стрела

"Когда я смотрю на неё, у меня не возникает никакой жалости... Неужели я изменился? Сломался? Нет, я ещё мыслю, но был ли я таким всегда? - демонические глаза прикрыли веки. - Прошлая жизнь... Те образы, та девушка, - на лице появилась благостная улыбка. - Кто она мне? Мы были парой?... - в груди неприятно что-то сжалось. - Что с ней теперь?..."       В середине единственной комнаты небольшого покосившегося от сырости и старости дома привязанная к подпирающему потолок деревянному стволу сидела одиннадцатая. Она так и не пришла в сознание со вчера и только сейчас стала медленно приходить в себя. Сухое горло заставило девушку рефлекторно закашлять. "Что со мной теперь?" - его взгляд упал на колдунью, утреннее солнце, пробиваясь через деревянные стены, тонкими линиями разрезало тени на молодом лице. - Сколько человек ты убила? - устало, немного нехотя, начал говорить демон, сидящий в углу на старой половине сломанной скамьи.       В ответ он увидел лишь затуманенный слабый взгляд человека. Её сиплое дыхание сейчас было оглушающе громким, медленным - каждый вдох давался с трудом, словно весь воздух превратился во что-то тягучее. Миллиарды острых горячих лезвий кололи в лёгких, трахее. Однако, несмотря на всё это, когда синеглазая увидела своим мутным взором врага, её лицо обрело стойкость и спокойствие, по крайней мере ей так хотелось думать. Вопрос она поняла не сразу - слух странно коверкал звуки, но через пару секунд слова демонического порождения выстроились во что-то осмысленное. - Они хотели добить тебя, - внимательно смотря на мага, продолжил Мернис, - хотели забить тебя до смерти. - Ч...Что ты... - девушка закашляла и скривилась от боли, - хочешь?... - голос был слабым, тихим, и узнать в нём оттенки женского было почти невозможно - лишь сиплый полушёпот. Несмотря на всё колдунья подняла свои глаза и посмотрела прямо в светящиеся в темноте два фиолетовых сапфира. - Тот мальчик, ты убила его не дрогнув, - с лёгким налётом удивления продолжал общаться со своей пленницей Михаил. - Я помогал его хоронить, - демон посмотрел куда-то вниз, словно перед его глазами всплыла картина мёртвого тела ребёнка в деревянном гробу. - Я не знаю как помочь его родителям, - разочарованно, на слабом уставшем выдохе сказал Ан Фар. - Убей меня, - прохрипела молодая заклинательница, опустив вниз голову: шея сильно болела, хотелось лечь, но прочная верёвка не позволяла ей это сделать, опоясывая тонкую женскую талию, - я ничего не скажу, - с лёгкой усмешкой закончила одиннадцатая.       В помещении повисло молчание, и лишь тихое, слабое дыхание нарушало утреннюю лесную тишину. - Я не убью тебя, - с натугой, словно вес увеличился в разы, демон встал. - Ты будешь страдать, - встряхнув правой рукой, словно сбрасывая с неё прилипшую жидкость, Михаил ударил девушку по лицу, но не рассчитал силы, и та мгновенно потеряла сознание, вернувшись в реальность лишь через несколько минут. - Смерть для тебя это награда, - девушка ничего не сказала и не издала не единого звука, когда демон материализовал из воздуха в свою руку короткий клинок. В темноте дома видеть что-либо было сложно, однако отбросившее блик лезвие и сам клинок она смогла увидеть своим правым глазом - левый начал постепенно заплывать от удара. - Ты знаешь, - сев на корточки рядом, Мернис посмотрел на клинок, - где-то в глубине мне противно всё это, вся эта жестокость, всё это мясо, тела, смерти... - девушка подняла свой синий взгляд на лицо демона, словно чувствуя угрозу. - Но... - он усмехнулся, - сейчас мне нравится это, мне хочется этого, и такая как ты заслуживает чего-то большего, чем просто смерть.       Острый кончик лезвия коснулся испачканного в засохшей грязи бедра одиннадцатой. Она глубоко вдохнула, её кулаки позади спины сжались. Остриё мягко вспороло кожу и, чувствуя сопротивление, вошло в мышцу. Девушка захватила в лёгкие ещё больше обжигающего воздуха и, вспоминая все свои тренировки, всю боль, которую она вынесла и прошла, сомкнула челюсти с неистовой силой, не проронив и звука. Клинок медленно двинулся вверх, словно плуг распахивая ногу, обнажая кровоточащую алую мышцу. Не в силах контролировать своё тело девушка задрожала, но верёвки не давали ей свободы действия, и остановить оружие, разрубающее её плоть, она не могла. Миллиметры казались ей сантиметрами, чувство жгучей боли объяло всю трясущуюся ногу. На глазах непроизвольно появились слёзы. Лезвие продолжало двигаться. - Хватит! - тихо, огрызаясь, шёпотом бросила пленница. - Не надо!...       Испачканное кровью лезвие остановилось, исчезло из тела. Жгучая боль не прекращалась, девушка не могла смотреть на свою же рану и, зажмурившись, замолчала. Боль давила на рассудок, одурманивала его, не позволяя сосредоточиться. - Больно? - демон с наигранным удивлением, подняв брови, спросил. - Посмотри на свою рану, ты истекаешь кровью, - Мернис аккуратно надавил на бедро в нескольких сантиметрах от длинной резаной раны, заставляя кровь хлынуть с новой силой. Девушка, сжавшись ещё сильнее, пискнула. - У нас есть несколько путей, по которым мы можем пойти... - Я. Ничего. Не. Скажу! - прошипела колдунья, не открывая глаза. - Ты, мерзкий демон, не заставишь говорить меня никакой болью. - Ты красивая девушка, - начал опять спокойно говорить Михаил, встав с корточек, - может быть мне сделать тебя своей игрушкой? На потеху мне и твоим выжившим друзьям, м? - скулы девушки напряглись с такой силой, что казалось её зубы вот-вот не выдержат, - Что такое? Тебе это не нравится больше, чем просто умереть тут от потери крови? - Ан Фар начал медленно ходить по комнате, рассуждая словно с самим собой, - Как ты думаешь, может быть мне лучше лично убить оставшихся в твоём жалком, никчёмном отряде шакалов, которые способны нападать и убивать только тех, кто слабее? - Жалкий демон... - тихо прошептала синеглазая не совсем понимая думает ли она или говорит в слух - потеря крови и боль сделали мир призрачным отголоском реальности.       Михаил замер на секунду. Он видел, что человек перед ним умирает. В руке материализовался лук, помещение на секунду озарилось светом. Девушка приоткрыла глаза - голова держалась в ровном положении из последних сил, но собравшись, она увидела, что неведомый лучник, зарядив стрелу, целится прямо в неё. На душе стало легче - боль утихнет навсегда, её жестокая жизнь, за которую она расплатилась такой смертью, подошла к концу. Уголки её рта легонько дёрнулись, пытаясь изобразить лёгкую улыбку умиротворения - тело изнывало от усталости и боли, ниже груди ничего не ощущалось, лишь дикий жар в ноге эхом доносился до разума. Одиннадцатая закрыла глаза и что-то прошептала. Веки пронзила вспышка света, а в грудь что-то безболезненно впилось. - Ты правда думала, что я тебя отпущу? - усмехнувшись, спросил Михаил.       Девушка распахнула глаза - рана на ноге мгновенно зажила, а тело наполнилось энергией. Она чувствовала себя лучше, чем перед вчерашней битвой - тяжёлое дыхание сменилось резвыми, быстрыми и короткими вдохами. - Что ты сделал? - спросила колдунья, не понимая что происходит.       На тетиве возникла новая стрела. Красная, она горела и источала жар даже на расстоянии больше метра. Стрела пронзила это расстояние в мгновение и, не долетев нескольких сантиметров до гладкой белой кожи, вспыхнув, исчезла. - Как тебя зовут? - дематериализовав лук, сменив голос на более холодный и громкий, спросил демон.       В ответ он получил лишь молчание и злобный взгляд. Над головой девушки, прямо в воздухе, вспыхнула оранжевая руна. Тело девушки в мгновение объяло пламя, помещение заполнил дикий крик боли сгорающего заживо человека. Первые сгорели одежда и волосы, они вспыхнули словно пух и сгорели в тот же момент как появилось пламя. Кожа начала лопаться, и влага в ней стала пузыриться, взрываться. Оглушающий женский крик продолжался недолго - голос сорвался почти сразу и крик стал немым: глаза наполненные ужасом от боли показывали эмоций больше, чем всё лицо. Кожа местами стала чернеть и сразу опадать. Девушка смотрела на своё горящее тело и металась в верёвках изо всех сил, пытаясь спастись от ужаса. Руна над головой исчезла, как и пламя.       Обугленные чёрные куски плоти упали на деревянный пол. Разум хотел отключиться, но сознание словно что-то поддерживало и не давало убежать от боли. Кожа, к изумлению девушки, сразу же регенерировалась, вся боль схлынула с тела, оставив свежую густую печать в памяти. Истощённый организм неистово дрожал, лёгкие судороги окутали юное тело, не давая спокойно смотреть на своего мучителя. - Как тебя зовут? - вопрос повторился.       Организм девушки, полностью шокированный происходящим, захотел тут же сдаться лишь бы не испытывать боль снова, но разум оскалился с новой силой. Взгляд синих глаз испепелял. - Как хочешь, - пожав плечами, демон остался недвижим.       Одиннадцатая взглянула наверх, пламенная руна снова появилась над головой. Оскалившись, маг крикнула восстановившимся голосом: - Стой! Не надо! - Почему? - удивлённо, изображая наивность, спросил Михаил. - Ты думаешь, что ты уже искупила свою вину?       Девушка хотела было начать говорить, но тело снова объяло пламенем. Истошный крик снова ударил по воздуху. - Умоляю!!! - сквозь вопль, колдунья смогла сказать лишь одну фразу прежде чем дальше залиться криком. Воздух уже пропитал запах жареного мяса.       Спустя пару секунд, которые для жертвы были бесконечным океаном боли, в который она погружалась с огромной скоростью, пламя погасло - кожа снова сразу же восстановилась, однако разум окончательно ослаб. - Нет... не надо... умоляю... я не выдержу... мне больно... - одиннадцатая шептала слова себе под нос, её голову шея уже не держала, тело не дёргалось. - Так как тебя зовут? - буднично снова спросил Мернис, немного отходя от мага назад. - Ответишь?       Девушка слабо дышала, её тело уже восстановилось из-за чудотворного действия простого заклинания лечения. Внутри неё всё полыхало болью, однако в отряд лучших воинов так просто не попадают. Уголки её рта дрогнули, глубоко вдохнув, одиннадцатая произнесла на выдохе: - Во имя Шести Великих Богов... - новый вдох. - Ты сдохнешь, мерзкий демон, - хмыкнув, ответила слабеющая чародейка. - Я буду честен с тобой, - с уважением, не ожидавший такой силы воли и чистого рассудка, начал Ан Фар, - я удивлён. С виду ты не производишь впечатление сильного воина, точнее сильного духом, - вновь подойдя ближе, сев на колени, смотря прямо на отведённые прочь глаза девушки, продолжал не человек, - знаешь, где-то внутри я хотел бы, чтобы ты мне всё сказала, я бы не пытал тебя и не слушал твои крики, судороги. - Твои речи мне не интересны, - продолжая смотреть в сторону, приподняв верхнюю губу и изобразив презрение на лице, перебила врага голубоглазая.       В комнате повисло молчание. - Очень жаль, - коротко ответил Михаил.       Его рука легла на щёку девушки, которая попыталась укусить ту, но не смогла - голову с силой прижали к деревянному столбу. Прошло несколько секунд, и глаза демона вспыхнули синим светом, который красиво гармонировал с подсвеченным через щель утренним солнцем лицом. Девушка ощутила прохладу в месте, где рука демона коснулась её лица и головы, тщетно попыталась вырваться из хватки. Неожиданно боль внутри погасла, а холод превратился во что-то приятное - тело начало наливаться силой. Чародейка замерла, непонимающе изучая новые ощущения, к которым прибавилось ощущение сладости на сухом языке. Неожиданно её глаза распахнулись, в глазах появился страх - она поняла что делает её враг. В один момент через руку, прямо в голову, растекаясь по телу и переполняя внутренний сосуд, словно в маленький стакан попытались налить целый океан, начала перемещаться мана. Её поток усиливался с каждым мгновением, в груди одиннадцатой начинало что-то резаться, испуганная, брыкающаяся чародейка ощущала, как внутри что-то стало хрустеть.       Неожиданно гладкая белая кожа на груди в мгновение покрылась глубокими трещинами, обнажая яркий голубой свет, идущий изнутри. Трещины, звучащие бившимся хрусталём, ползли по коже, быстро доставляя девушке неописуемую, сводящую с ума боль, которая, казалось, пронзала тело насквозь. - Не передумала?       В ответ мучитель ничего не услышал. Девушка зажмурилась, из глаз по щекам снова заскользили слёзы. Синяя паутина расползлась, казалось, по всему телу - физическая оболочка была не способна принять такое количество маны в себя. Сквозь веки Михаил увидел, как радужка мага вспыхнула таким же светом, что лился из магических трещин. Помещение вновь пронзил истошный, искренний крик полный боли. Из трещины начали подниматься вверх, медленно кружась в воздухе от завихрений, мелкие частицы, которых становилось всё больше и больше, они сливались в тонкие ручейки, стремящиеся вверх. - Ладно, я устал смотреть на это, - Михаил одёрнул руку, и поток маны в тело чародейки сразу исчез, заставляя поднимающиеся частицы осыпаться словно песок на пол, а трещины, которые пронзали всё тело, начать медленно истончаться. Одиннадцатая, тихо мыча от боли, закрыла глаза. Смотря за изнывающей, умирающей, несмотря на все её силы, хрупкой пленницей, внутри демона что-то колыхнулось. Рогатый медленно встал и отошёл от обессиленной синеглазой. - Не трать время, - устало, с разочарованием, прошептала маг, - убей меня, - она тяжело выдохнула, прикладывая немало сил, чтобы поднять свои глаза на тёмную фигуру.       Они встретились взглядами, и молодого человека медленно окутало чувство непонимания. "Что я делаю...?". Смотря в синие, до сих пор слабо светящиеся глаза, Ан Фар увидел перед собой картину, которая предстала перед ним, когда неведомая сила затащила его в этот мир. Бесконечная пустота и понимание своей судьбы, усталость от гнетущей боли, унижения - лучник видел это в глазах сейчас и тогда. Внутри что-то полыхнуло, сжигая чёрные ветви, открывая разуму вид на светлое небо. "Нет", - в голове ясно раздался ответ, который словно подытоживал внутренний закулисный монолог. Где-то внутри, в глубине человеческой души, там, где была прошлая жизнь, прошлый Михаил, появилось что-то чёткое и ясное: слишком слабое для мысли, но сильное для идеи, словно под характером, сложенным из тысяч кирпичиков, появился новый, лежащий где-то доселе глубоко в земле и проявившийся сейчас.       В руках Михаила материализовался лук с красно-розовой стрелой. Кончик стрелы магическим образом был соткан, казалось, из тысячи тонких цепей. Быстрый выстрел в пол – и стрела, глухо срикошетив несколько раз, попала точно в солнечное сплетение девушки. Она удивлённо вздохнула, но закашлялась, с уголков рта и нижней губы начала капать радужно-синяя жидкость - мана приобрела материальный вид и отторгалась организмом. Стрела, вонзившись на несколько сантиметров, к удивлению жертвы не вызвала боли. Спустя пару секунд на шее, руках и ногах девушки, прорисовались неведомые ей рунические символы. - Что... - чародейка непонимающе посмотрела на свои ноги, видя как рунические символы странным образом медленно вращаются под кожей, при этом совсем не ощущаясь, словно они были не более чем краской, - что ты сделал? - стрела регенерации действовала до сих пор и уже успела восстановить значительную часть тела после применения последней пытки. - Как тебя зовут? - снова поинтересовался Мернис, бросая лук на пол, который растворился в полёте. - Я не скаж... - дикое жжение сковало всё тело в местах, где были нанесены руны, - Кххх... к... - девушка пыталась не говорить, но что-то внутри не позволяло ей молчать, - Квин Ри Нэм! - Квин ошарашенно посмотрела на демона. Болезненный жар мгновенно спал с тела.