Разбиваясь раз за разом, твоё сердце продолжает меня любить

      — Джесс…       — У меня вообще-то имя есть.       Вова закрыл глаза, затылком чувствуя раздражённые взгляды Алексины, которые она то и дело бросала на него из коридора, прихорашиваясь перед зеркалом. Она снова собиралась в клуб и демонстративно отказывалась брать его с собой, несмотря на то, что именно сегодня у него был свободный от стрима вечер.       — Если ты думаешь, что мне будет слабо Лёхе морду разбить, то ошибаешься. Я могу с ним помериться влиятельностью…       Она тихо цокнула языком, а он лишь крепче стиснул подлокотники. Вова мог терпеть присутствие Силиконовой Зины рядом со своей девушкой или периодические визиты её дружка-толстяка, но в Хард Плее видел настоящую угрозу. Ещё до взаимных романтических признаний Алексина не раз говорила, что Хард полностью в её вкусе, и Вова насмешливо фыркал, не предполагая масштабов надвигающейся катастрофы. У них с Джесс начались отношения, он смог покорить её неприступную натуру, залететь из френдзоны прямиком в самое сердце и надёжно там закрепиться. По крайней мере, так ему казалось. А потом один хороший знакомый скинул клип со стрима Алексины, посвящённого последнему Пиксель-баттлу. Она кокетливо мурлыкала с Хардом по телефону, по громкой связи, на десяток тысяч зрителей, которые были в курсе её личной жизни.       — Джесс…       Теперь она собралась в клубе скакать на чужом члене танцполе, чтобы затем прийти под утро, поцеловать его в лучшем случае в щёку и завалиться спать до стрима.       — Ну что ещё?       Их отношениям почти год, а по ощущениям он тильтует из-за неё уже десяток лет, рискуя поседеть к двадцати пяти.       — Давай ты сегодня останешься дома? Или просто погуляем вместе? Я знаю один…       Входная дверь захлопнулась прежде, чем он договорил.