Пятничный вечер

Тэхён тихо убирает грязные тарелки с маленького деревянного столика, любуясь Чонгуком, заснувшим в обнимку с плюшевой акулой. Задумка глянуть Дисней была фатальной для сонного Гуки, который угрелся в объятьях Тэ и задремал в самом начале мультика. В темноте комнаты тяжело не споткнуться и не прогнать чуткий сон парня, поэтому приходится вести себя максимально медленно и осторожно. Тэхён аккуратно складывает вилки на тарелку, в другую руку берёт стаканы и направляется из гостиной, попутно спотыкаясь о свой рюкзак, одиноко валяющийся на полу. Вилка с грохотом летит на пол, а Тэхён чертыхается и проклинает свою привычку кидать вещи где попало. Быстро оборачивается на Чонгука, всё ещё спящего в свете телевизора, и глухо выдыхает, радуясь, что не разбудил. Парень медленно поднимает вилку, откидывает рюкзак с пути и почти выходит из комнаты, когда вслед прилетает: — Можешь включить свет, убьёшься ещё. Тэхён нервно дёргает плечами и поворачивается к Чонгуку, который лежит в том же положении, только с открытыми глазами. — Прости, разбудил? — Ещё когда руку из-под моей головы вытаскивал. Тэхён нервно хмыкает и включает свет, уходя на кухню. — Досмотрим мульт или спать пойдёшь? — вернувшись, спрашивает Тэ. — В смысле "пойдешь"? Вместе пойдем, — бурчит по-прежнему слегка сонный Чонгук, подлезая к Тэхёну. — Ты что, сбежать надумал? Пошли, у меня кровать большая. — Стоп, ты предлагаешь спать вместе? — Тэхён слегка выгибает бровь, вызывая у Чона желание поцеловать её. — А что? Мы в одном душе мылись и в одной раздевалке переодевались, ты меня постоянно лапаешь, так что тебя смущает? Одеяло я не ворую, не храплю, ноги не закидываю, пойдём, — Чонгук встаёт и тянет Тэ за собой, в направлении спальной комнаты. — Ну, это так... Интимно? — Тэхён останавливается в дверном проёме. Даже при тусклом свете можно разглядеть его румянец. — А вдруг твоя мать вернётся, а мы в одной кровати спим? — Придётся сделать тебя своим официальным парнем в лице моей семьи, — Чонгук снимает свитер и натягивает спальную футболку, пока Тэхён превращается в помидор, неуверенно присаживаясь на край кровати. — У меня рубашки спальной нет. — Спи без неё, в моих объятиях тепло. — Чонгук! Ты такой... Невыносимый! — Чон оборачивается и осматривает своего парня, опустившего руки между ног, скрестив колени и расставив ступни, опустив голову и поджав губы, будто провинился. — Я смущён... — Если ты не готов к этому, я не буду давить. — Нет! — перебивает Тэхён, сам не понимая, что с ним происходит. Примерно полчаса назад он очень хотел, чтобы Чонгук пригласил его домой, а теперь напало невиданное стеснение. На него, Ким Тэхёна, который сам смущает людей. В своей фантазии Тэ рисовал картинки ночёвки у Чонгука, только вот в реальности это так волнующе, что пугает. Страшно дать волю всем чувствам и эмоциям что бушуют внутри. От осознания, что отношения выходят на новый уровень всё тело трепещет. — Ладно, — Тэхён подрагивающими и вспотевшими от нервов пальцами стягивает джемпер, — Я просто нервничаю... Ещё и во сне разговариваю... Чонгук улыбается и подходит к любимому, ловя двумя пальцами его подбородок, заставляя заглянуть в тёмные глаза. В них можно разглядеть поддержку, Чонгук не будет смеяться или осуждать, с ним комфортно. — Надеюсь у нас получится конструктивный диалог, — Чон целует нежно, будто успокаивающе, и тянет на кровать, заключая в кольцо рук. — Спокойной ночи, любимый.