Олимп будет уничтожен

— Успокойтесь, полубоги, я не собираюсь с вами сражаться, — мягким голосом сказала девушка. В поместье Ночи я не особо обратила на это внимания, но на ней было переливающееся голубым и золотым платье. Длинные светлые волосы свободно рассыпались по ее плечам, сама она светилась изнутри теплым светом. Глядя на нее, я не почувствовала того ужаса и страха, который испытывала перед остальными детьми Нюкты и самой богиней ночи. Девушка перед нами излучала доброту, нежность и трепетное тепло. Она была словно мама, которой у меня, можно сказать, никогда и не было. Мне вдруг до безумия захотелось, чтобы она меня обняла, хотелось уткнуться ей в плечо, просто поплакать и пожаловаться на все эти ужасы, с которыми я столкнулась. И Перси, и Рейна, по всей видимости, почувствовали нечто похожее. Оба опустили оружие, хотя и не сводили напряженного взгляда с девушки, не забывая, что перед нами одна из дочерей Нюкты. — Кто ты? — тихо спросила Рейна. — Меня зовут Гемера, я богиня дня и дневного света, — с мягкой улыбкой ответила девушка. — Я прошу прощения за своих братьев и сестер, они совершенно не обучены гостеприимству. — А ты, видимо, обучена? — напряженно спросил Перси. — Что тебе от нас нужно? — Полубоги нечасто посещают нас, а точнее сказать, никогда. Обычно я предпочитаю проводить время на поверхности, под лучами солнца, но моя мать вдруг вызвала всех своих детей, и мне тоже пришлось принять участие в этом досадном сражении. Но уверяю вас, я не желаю вам зла, полукровки, — миролюбиво сказала Гемера. — И с чего нам тебе верить? Твои братья и сестры нас чуть не прикончили, так почему мы должны доверять одной из дочерей Ночи? — Потому что дети не несут ответственность за своих родителей. Не имеет значения, что моя мать желала вам зла и хотела убить, главное, что я этого не хочу. Подумайте, и я уверена, вы и сами сможете привести пример, когда то, что казалось настоящим злом на самом деле оказывалось добром. — Миссис О’Лири, — пробормотал Перси, опуская Анаклузмос. — Боб, — прошептала я. — Дамасен, — выдохнула Рейна. — Ладно, допустим. И что, вы просто хотели попросить прощения за свою семью? Или вы можете как-то помочь нам? — Может быть, и могу, — улыбнулась Гемера. Богиня света сжала руку в кулак, та вдруг ярко засветилась. Несколько секунд ничего не происходило, но в какой-то момент я увидела приближающийся с другого берега ком яркого света. Через пару минут он достиг нас и рассеялся, давая нам увидеть тело Артемиды. Не веря своим глазам, я бросилась к своей госпоже, опускаясь перед ней на колени. Ее бледная кожа слегка потемнела, возможно, из-за воздействия Нюкты, но в целом тело было невредимым. — Я... я даже не знаю, что... Спасибо вам большое! — я благодарно посмотрела на тепло улыбающуюся Гемеру. — Надеюсь, я смогла вам помочь, — кивнула богиня. — А что же с Афиной? — мрачно спросила Рейна. — К сожалению, ее участи не позавидуешь. Афина навеки останется во владениях моей матери, став частью тьмы. Она уже никогда не сможет обрести былое сознание и снова обрести свое тело, — Гемера печально склонила голову. Я поежилась, вспомнив многочисленные туманные лица в стенах поместья, искаженные в мучительной агонии. — Ну, мы все равно собирались убить ее, — вздохнула я. Но в глубине души мне было даже немного жаль Афину, обреченной вечность проводить в муках под пятой у Нюкты. — Вы намереваетесь вернуть ее, не так ли? — Гемера кивнула на Артемиду. — Да, собираемся, — Перси коротко рассказал о нашем плане и о словах Танатоса. Если бы он стал рассказывать такое кому-то другому из богов, я бы точно прибила его, но Гемера действительно внушала доверие. — Так что, нам нужен какой-либо бог для обмена душ, но лишившись Афины, все наши планы пошли насмарку. — Сочувствую вам, но боюсь, я ничем больше не могу вам помочь, — с сожалением сказала Гемера. — Могу лишь указать вам направление к владениям Ахлис на случай, если вы все же решите вашу проблему с жертвой. — Это было бы здорово, не хотелось бы снова набрести на какого-нибудь первичного бога, — поморщилась Рейна. — Большинство богов здесь так или иначе являются первичными, — с улыбкой сказала Гемера. — Мой отец Эреб является олицетворением вечного мрака, моя тетя Ахлис - страданий, моя мать является воплощением ночи, а я ее противоположность. Все мы или дети Хаоса, или его внуки и внучки, но каждый из нас повелевает огромной силой. Мы втроем, затаив дыхание, слушали Гемеру. В отличие от пугающих проповедей Эриды, слова Гемеры больше походили на мягкие наставления детям от воспитательницы, и мне действительно хотелось слушать ее, а не бежать, сверкая пятками, как с богиней раздора. Хотя от осознания того, что эта милая девушка, которая единственная из всех отнеслась к нам с добротой и состраданием в этом ужасном месте, все же является могущественней, чем любой из олимпийцев, заставило мое сердце вновь затрепетать. Хотя это было и так логично, что Гемера чертовски могущественная. Вряд ли какой-нибудь бог виноделия мог бы сравниться по силе с той, кто олицетворяет собой день и свет. — Как бы то ни было, если вы не будете ходить кругами, все обойдется, — успокаивающе продолжила Гемера. — Владения моего отца и моей матери находятся на окраине Тартара, и если вы не решите туда вернутся, то точно не встретите ни Эреба, ни Нюкту, а сами они не покинут своей территории. К сожалению, этого нельзя сказать об их детях. Они могут продолжить преследование, и лучше бы вам поторопиться. Ступайте в ту сторону и никуда не сворачивайте, — Гемера махнула рукой параллельно территории Нюкты, — рано или поздно вы наткнетесь на реку Лету. За ее водами и находятся владения Ахлис. — Звучит довольно просто, — мрачно кивнул Перси. — Если, конечно, забыть о том факте, что нам предстоит перебраться через реку, лишающую памяти, и то, что у нас нет никого для обмена, а значит, поход к Хаосу будет бессмысленным. — И что ты предлагаешь? — спросила я. — Вернуться на поверхность? Начать все заново? — А у нас есть какой-то выбор? — развел руками Перси. — Танатос сам сказал, что ему нужна жизнь бога для возвращения Артемиды. Кого мы можем ему предложить? У нас ведь никого нет. — Я могу перенести вас на поверхность, — встряла Гемера. — Только решайте скорее, полубоги, мои братья и сестры уже близко. Я с тревогой глянула на другой берег Ахерона, но никаких изменений не заметила - та же кромешная тьма. Но Гемере виднее. И что делать? Все бросить и вернуться наверх? Перси ведь прав, нам никак не вернуть Артемиду, не имея бога подмышкой. По крайней мере, у нас сейчас есть тело Артемиды, и мы можем начать все заново. Пленить еще одного бога, снова вернуться в Тартар, и возможно, снова пройти через этот ад... — Нет, спасибо, мы остаемся! — твердо сказала я. Перси и Рейна изумленно на меня посмотрели, а Гемера равнодушно пожала плечами. — Это ваше право, — кивнула богиня. — Желаю вам удачи, полубоги. Возможно, судьба будет на вашей стороне, и вы все же останетесь в живых. Надеюсь, мы еще когда-нибудь увидимся, — Гемера тепло нам улыбнулась напоследок исчезла в яркой вспышке света, оставив нас втроем. — И какого черта ты творишь, Талия? — на меня сердито посмотрела Рейна. — Мы никуда не уйдем, пока не вернем Артемиду! — твердо сказала я. — Попробуем найти какой-нибудь выход и что-нибудь придумаем. — Что ты придумаешь? Кого ты собираешься здесь пленить? Как мы теперь вернемся на поверхность? — гневно закричала претор. — У нас сейчас была возможность вернуться, мы могли заново собраться и как следует подготовиться, а вместо этого ты подписала нам смертный приговор! Будем целую вечность бродить по Тартару с телом Артемиды на руках, не имея никакой возможности вернуть ее, пока нас кто-нибудь здесь не прикончил. Ты полная дура, Талия! — Ты, видимо, и понятия не имеешь, что я чувствую, и почему я решила остаться, — прошептала я, усиленно проглатывая подступившие к горлу слезы. — Артемида была не просто моей подругой или сестрой, она была для меня всем. И мало того, что я предала ее, так теперь ты предлагаешь мне бросить ее и опустить руки. — Я не предлагаю ее бросить. Мы могли бы просто отступить и собраться с силами, а потом еще раз... — Ты хоть сама веришь в то, что говоришь? Если мы уйдем, то уже никогда не вернемся. Танатос ни за что не пойдет нам навстречу еще раз. Наш единственный шанс вернуть Артемиду, это остаться здесь и бороться до конца. Я понятия не имею, где нам пленить бога, как довести это дело до конца, но в одном я уверена точно. Если мы сейчас не попытаемся, то уже никогда ее не вернем! В глубине души я, конечно, прекрасно понимала, что скорей всего обрекла нас троих на смерть, но переполнявшие мое сердце чувства были сильнее меня. Мне очень не хватало моей любимой богини, в моей душе была пустота, и ко все этим ужасным эмоциям добавилось чувство жуткого стыда перед моими друзьями. Я опустила голову, чтобы они не увидели, как по моим щекам потекли слезы, но скрыть это было, разумеется, невозможно. — Ну ладно, Талия, успокойся, — голос Рейны смягчился. Она обняла меня, успокаивающе поглаживая по спине. — Я понимаю, что это для тебя важно, да и для меня тоже. Просто... просто мы даже не в том положении, когда попали сюда. Я понятия не имею, как нам пленить еще одного бога, как нам выбраться отсюда, вот и срываюсь на тебе. Прости меня, дорогая, я не хотела тебя оскорбить. — Все хорошо, я не злюсь, — я попыталась улыбнуться, но получилось плохо. — Тогда немедленно успокойся, а не то я тоже зареву, — голос Рейны дрогнул. Я тихонько засмеялась и обняла подругу, пытаясь взять себя в руки. — Девчонки... — вздохнул Перси, наблюдая, как мы сперва чуть ли не поругались, а теперь стоим в обнимку и едва не плачем. Я действительно не злилась на Рейну, прекрасно понимая ее недовольство. Это мне, в принципе, нечего терять. У меня никого не осталось - ни брата, ни сестры, а единственный дорогой для меня человек и так находится здесь. Но у Рейны на поверхности остались и парень, и сестра, и она несомненно хочет вернуться к ним, а не рисковать в безнадежной затее вернуть богиню, не имея ничего для этого. Но как же я была ей благодарна, что она поняла, что меня гложет, и что она сама не держит зла за мое решение остаться здесь. — Нам надо идти, Гемера сказала, что остальные дети Нюкты поблизости, — Рейна отстранилась от меня. — Пойдемте пока к владениям Ахлис, может, по дороге что-нибудь решим. Спорить никто не стал, Перси снова подхватил тело Артемиды, мы медленно направились, куда нам указала Гемера, прислушиваясь к окружающим звукам. Но пока все было тихо, владения Нюкты вскоре остались позади, сменившись привычной картиной жуткого Тартара. Хотя после Эреба и ужасов поместья Ночи, я была даже рада вновь оказаться здесь. Периодически нам попадались пузыри, в которых формировались монстры, и мы не упускали возможности прервать их возрождение. — Перси, все нормально? — обеспокоенно спросила я, заметив, что парень постоянно морщится. — Да, просто странное чувство после убийства того монстра, — Перси сморщился. — Никогда такого еще не видел. Да и перед глазами все еще стоит сцена с убийством Афины. — Это было действительно жутко, — я поежилась и глянула на Рейну. — Она ведь приняла римской обличье, да? Поэтому ты ее освободила от наручников? И что она тебе сказала? — я вдруг вспомнила, как Минерва что-то сказала Рейне на латыни. — Она сказала: "Сделай это во имя Рима, претор", — пожала плечами Рейна. — Не то, чтобы я доверяла Минерве или Афине, но она была единственной из нас всех, кто хоть как-то мог противостоять Нюкте. Стоило рискнуть. — Не очень-то ей удалось противостоять Ночи, — вздохнула я. — Но она хотя бы задержала ее и выиграла для нас время, иначе Нюкта убила бы нас. — Ага, стоит сказать спасибо Афине, — улыбнулась Рейна. — Хотя мне даже немного жаль ее. — Аналогично. А как вы думаете, все, что говорила там Эрида, это все всерьез? Нюкта, Эреб, Гея и остальные первичные боги однажды захватят мир? — Надеюсь, этого удастся избежать, — напряженно сказала Рейна, о чем-то задумавшись. — Хотя, что нам остается? Только надеяться, что этого никогда не будет, ну или хотя бы не на нашем веку. Вряд ли мы могли бы противостоять таким, как Нюкта или Эреб. — Или гигантам. Видели, какие эти монстры огромные? — присвистнула я. — Ну, гигантам смогли бы, уж поверь на слово, — усмехнулась Рейна. Я скептически на нее посмотрела, но уточнять ее слова не стала. Мы тем временем подошли к быстротекущей, бурлящей на порогах вулканических камней реке с водами молочного цвета. Мне уже доводилось видеть эту реку раньше - именно в нее мы вместе с Перси и Нико окунули Япета. Правда это было в Царстве Мертвых, а не в Тартаре. Никогда бы не подумала, что буду с ностальгией вспоминать Царство Мертвых. — Лета, — мрачно сказала Перси. — Терпеть не могу эту реку. Будем опять прыгать? — Так себе мысль, — скривилась я. — Это через Ахерон можно было прыгнуть, не опасаясь упасть в него, хоть и приятного мало. Но неудачный прыжок через Лету может стать фатальным. А может, поступим, как тогда в Царстве Мертвых? Ты ведь сможешь удержать ее воды, чтобы мы могли перебраться на ту сторону? — Похоже, ничего другого не остается, — вздохнул сын Посейдона. — Но с Артемидой на руках мне это точно не удастся. — Я возьму ее, — тут же предложила Рейна, протянув руки. Перси осторожно передал богиню в руки дочери Беллоны. Та тут же напряглась, лицо покраснело, но Рейна удержала ношу. — Только приготовьтесь идти быстро. Я не удержу ее надолго, — предупредил Перси. — Нет, ты уж постарайся. Если я все забуду, то точно убью тебя, — проворчала Рейна. — Ну, ты же забудешь про это, так что ничего страшного, — пробормотал Перси, но тут же захлопнул рот под убийственным взглядом Рейны. Перси встал на берегу Леты и поднял руки вверх, сосредоточившись. Река тут же вздыбилась, повинуясь сыну Посейдона, и поднялась, образуя огромную арку высотой в три метра. Ил в ложе реки на наших глазах начал засыхать, а под водой получился туннель вполне достаточный, чтобы в него мог пройти человек. Рейна смотрела на все это с широко открытыми глазами, да и я, хоть не раз видела, как Перси управляет водой, была впечатлена не меньше. — Поспешите, — напряженно сказал Перси. Ему явно было трудно удерживать магическую реку так, чтобы ни одна капля не упала вниз. Дважды просить не пришлось, Рейна с Артемидой быстро спустились к речному ложу и по илистому месиву перебрались на другой берег, тут же положив тело богини на землю и облегченно встряхнув руками. Я поспешила за ней, не задерживаясь, а то Перси явно был уже на грани. Но добравшись до середины русла, я резко замерла. Меня вдруг охватило то же чувство ярости и ненависти, какое я испытала возле владений Эреба... — Перси, берегись! — закричала я, поняв, в чем дело, но было уже слишком поздно. За спиной парня промелькнула женская фигура, и в следующую секунду Перси громко вскрикнул от боли. Я в шоке смотрела, как из его пронзенного плеча торчит клинок. Река надо мной дрогнула, но не упала. Перси, стиснув зубы, посмотрел на меня умоляющим взглядом, чтобы я быстрее перебиралась. — Вам не уйти, полубоги. Ни за что! — твердо сказала Эрида. Она взмахнула мечом еще раз, собираясь добить парня, а я тут же рванула к берегу. Но не к Рейне, а к Перси. Плевать, что со мной будет, но я не могла бросить своего любимого наедине с этой психопаткой. Но как бы быстро я не двигалась, Эрида была быстрее меня. Я в отчаянии смотрела, как ее клинок из Стигийской стали приближается к шее Перси, и полубог сделал, наверное, единственное из всех возможных вариантов. В момент взмаха Эриды, он схватил ее за тогу и потянул богиню вниз, в Лету. Из-за того, что Перси отвлекся, река тут же устремилась в свое русло, а я вдруг поняла смысл того взгляда Перси, чтобы я поторопилась. Но было уже слишком поздно, и я в ступоре смотрела, как сверху на меня опускается река забвения, и лишь в последний момент перед тем, как она обрушилась мне на голову, я услышала громкий крик Рейны и почувствовала легкие прикосновения к своему плечу... Галлоны воды обрушились на меня, Перси и Эриду. Я задержала дыхание и крепко зажмурилась, как мантру повторяя свое имя. Я понятия не имела, как Лета сотрет из моей памяти все, каким образом я все забуду, но страху я точно натерпелась на всю жизнь вперед. И даже не сразу обратила внимания, что я уже несколько секунд под водой, но по-прежнему помню, кто я такая, да и одежда на мне оставалась сухой. Я чуть приоткрыла глаза, и у меня гора с плеч свалилась, когда увидела, как моего плеча касается Перси, а вокруг нас воздушный пузырь. Полубог приобнял меня за талию и оттолкнулся от илистого дна в сторону берега. — Слава богам! — облегченно выдохнула Рейна, бросаясь к нам, едва мы выбрались из воды. — А я уже было подумала, что вам конец. — Во-первых, фраза "слава богам" в нашей ситуации явно неуместна, а во-вторых, неужели какая-то речка убьет нас, — пожал плечами Перси и тут же поморщился. Рана на плече, нанесенная Эридой, сильно кровоточила, и я поспешно оторвала край своей футболки, чтобы перевязать рану парня. — Я точно убью Эриду! — процедила я. — Кто такая Эрида? — за нашими спинами раздался любопытный голос. Мы втроем повернулись к Лете, где на берегу сидела богиня раздора и хаоса. С нее ручьем текла вода, сама Эрида любопытным чистым взглядом смотрела на нас. — Она потеряла память, — прошептала Рейна, изумленно смотря на богиню. — Мы... мы друзья? — нахмурилась Эрида. Из ее ладоней пошел черный дым, богиня с каким-то восторгом, словно ребенок, посмотрела на свои руки. — Да... да, мы друзья, — поспешно кивнула Рейна, осторожно подойдя к ней. — Только давай наденем на тебя эти браслеты. Они тебе очень пойдут. Рейна осторожно застегнула наручники на запястьях богини раздора, черный дым тут же пропал. Эрида не стала сопротивляться, лишь недоуменно смотрела на наручники. — Что будем делать? — спросила я, поглядывая на богиню и одновременно перевязывая плечо Перси. — Девочки, вы видели?.. — мрачно сказал Перси, смотря куда-то мне за спину. За волнением и шоком я даже и не обратила внимания, что местность вокруг нас изменилась. Мы находились на бесплодной равнине из пыли и камней. Периодически слышались какие-то стоны, полные боли и страданий. В сотне метров от нас я разглядела какую-то сгорбленную фигуру, которая, по всей видимости, и издавала эти стоны. — Если Гемера нас не обманула, мы во владениях Ахлис, — я проглотила ком в горле. — И кажется, наш план снова обретает смысл, — с улыбкой сказала Рейна, многозначительно глянув на Эриду, с беззаботной улыбкой наблюдавшую за течением Леты. — Ты предлагаешь использовать ее вместо Афины? — нахмурился Перси. — А что, есть еще какие-то варианты? — Ты права, это наш единственный шанс, — я воодушевленно кивнула. — Эрида, пойдем с нами. Ты нам нужна. Богиня раздора недоуменно пожала плечами, но поднялась на ноги, даже не представляя, что мы для нее готовим. Что ж, похоже, все ее грандиозные планы по захвату мира пойдут прахом. Для нее так уж точно. Перси, решительно отвергнув наши просьбы, снова взял тело Артемиды на руки, плохо пытаясь скрыть боль в руке. Вот упрямый. Точно поджарю его, когда все закончится! Мы вчетвером подошли к сгорбленной фигуре, оказавшейся жуткого вида женщиной в лохмотьях, с костлявыми руками и ногами и жесткой зеленой кожей. Наклонив голову, она тихо всхлипывала, и от этого звука меня охватило такое уныние, что хотелось просто сесть рядом с ней и взвыть от боли. Но необходимо было держать себя в руках во что бы то ни стало. — Вы... вы Ахлис? — тихо спросила я. Женщина подняла голову, посмотрев на нас красными мутными глазами, из которых непрерывно текли слезы. Жидкие серые волосы свисали спутанными сальными прядями, а на щеках виднелись кровавые полосы, как если бы она раздирала их ногтями. Все ее тело покрывал толстый слой пыли, а кости выпирали настолько, что казалось, они вот-вот порвут ее одежду, больше походившую на тряпки. — Что вам нужно? — слабым голосом спросила богиня. Впечатление было такое, что еще чуть-чуть, и она развалится на куски, настолько убого она выглядела. — Нам нужно найти вход в Хаос. Он ведь за вашими владениями, не так ли? — напряженно спросил Перси. — Зачем вам понадобился вход в Хаос? Ахлис обвела нас подозрительным взглядом, на секунду задержавшись глазами на закованной в наручники Эриде. Та с любопытством рассматривала богиню страданий, а мы замялись, не зная, что сказать. Что собираемся принести в жертву богиню раздора и вернуть в живых Артемиду? Вряд ли первичная богиня с радостью пойдет нам навстречу. Черт возьми, по-моему за последние сутки уже перебор первичных богов... — Просто мы... мы бы хотели... — Идите за мной, — Ахлис поднялась на ноги и махнула нам рукой. Мы встревоженно переглянулись. Она просто так решила нам помочь? Не требуя ничего взамен, не дожидаясь нашего жалкого вранья? Странно, но, в принципе, нам это на руку. Главное, найти вход в Хаос, а там будем начеку и если что дадим ей отпор. — Что с ней случилось? — Ахлис глянула на Эриду. — Решила искупаться в Лете. Видимо, ее не предупреждали, что там можно потерять память. Ну, не бросать же ее одну, вот мы и взяли ее с собой, — пробормотал Перси. Вряд ли такое объяснение могло бы кого-то заставить поверить, но, к счастью, Ахлис не стала больше ничего выяснять. В какой-то момент, пока мы шли по бесплодной равнине, белый туман вокруг нас так загустел, что идущую впереди Ахлис практически не было видно, и мы ускорились, стараясь не отставать. Хотя от меня не укрылось, что идем мы не по прямой, а каким-то полукругом. Наконец, мы достигли какого-то полуострова, окруженного с трех сторон непроглядной тьмой, что навевало на очень нехорошие мысли и заставляло испытывать чувство дежавю. — Только не говорите, что там поместье Нюкты, — пробормотала я. — Именно так, — кивнула Ахлис. — Владения моей матери огромны и опоясывают практически весь Тартар. — Но вы же сказали, что проведете нас к Хаосу! — А вы разве этого не чувствуете? — с улыбкой спросила Ахлис. — Здесь вы ближе к небытию, чем кто-либо из смертных до вас. Богиня кивнула вперед, и я только сейчас увидела, что нас и владения Ночи разделяет глубокая расщелина. Не удержавшись, я подошла к ней поближе и осторожно посмотрела вниз, но разумеется, ничего, кроме кромешной тьмы и пустоты не увидела. Но то, что передо мной не просто какое-то ущелье, а именно вход в Хаос я не сомневалась. Я прямо чувствовала, как пустота напирает на меня, высасывая воздух прямо из легких, а из крови - кислород. С трудом оторвав взгляд от расщелины, я огляделась в поисках Танатоса, ведь он должен ждать нас именно здесь, но его отсутствие навевало на очень нехорошие мысли. — Так зачем вам понадобился вход в Хаос, полубоги? — ко мне подошла Ахлис, вставая рядом. — И зачем вы пленили Эриду? — Просто мы друзья, — радостно откликнулась богиня раздора. Но мне почему-то показалось, что Ахлис этому не поверила. — Да так... у нас свои цели, — напряженно сказала Рейна. — Спасибо вам, что помогли, но дальше мы и сами справимся. — Справитесь с чем? С принесением в жертву моей сестры и возвращением вашей маленькой богини? — прищурилась Ахлис, а от ее тона у меня мурашки побежали по коже. — Это едва ли возможно, полубоги. — Это ловушка, — устало вздохнул Перси. — А вы ожидали чего-то другого? — усмехнулась Ахлис. — Ваши страдания будут отрадой для меня, а впрочем... вы же искали Хаос? Так получите его! Богиня страданий резко толкнула меня с обрыва. Я взмахнула руками, пытаясь сохранить равновесие, но тщетно, Ахлис была сильнее меня. В следующую секунду мои ноги потеряли опору, и я сорвалась в Хаос! До моих ушей донесся громкий отчаянный крик Перси и Рейны, а я едва успела зацепиться за выступ в скале в полуметре от края обрыва. Наверху послышалась возня, крики ребят и Ахлис, но все мое внимание сейчас было приковано к тому, что было прямо подо мной. Бесконечная пустота. Небытие. Интересно, если я упаду туда, то просто умру? Или буду бесконечно падать? Проверять мне как-то не очень хотелось. Напрягая все мышцы, я постаралась подтянуться. Надо подняться, надо помочь моим друзьям во что бы то ни стало! Собрав всю волю в кулак, я ухватилась за край обрыва и приподнялась, успев увидеть в руках Рейны меч Аида, покрытый ихором и Ахлис, прижимающую руки к животу. В следующий миг Перси с силой толкнул богиню в сторону обрыва, и та, не удержавшись, полетела вниз, успев в последний момент ухватить меня за лодыжку. Ногу пронзила боль, я сдавленно охнула, изо всех сил стараясь не разжать руки. — Талия! — Перси бросился ко мне, хватая меня за руку и пытаясь вытянуть наверх. — Сбрось ее. Скорее! Легко говорить. Я чувствовала, как Ахлис изо всех сил вцепилась мне в ногу, то ли собираясь забраться по мне наверх, то ли утащить с собой в Хаос. Но вытащить меня с таким грузом у Перси ни за что бы не получилось, и я, собрав остатки сил, задрыгала ногой. Но тщетно! — Осторожно! — надо мной раздался крик Рейны. В следующую секунду мимо меня пролетел валун размером с мою голову. Бросок Рейны был меток, камень угодил прямо в голову Ахлис. Богиня отпустила мою ногу и с громким, пронзительным криком полетела вниз, тут же скрывшись в темноте. Ее отчаянный вопль еще долго доносился снизу, но вскоре и он затих. Я было облегченно вздохнула, радуясь избавлению от Ахлис, но расслабляться было нельзя. — Талия, давай же! — Рейна ухватила меня за вторую руку, помогая Перси. Я заставила себя оторвать взгляд от Хаоса и подтянулась. Рейна и Перси вытянули меня наверх, и через секунду мы втроем рухнули на землю, пытаясь отдышаться. Чтоб я еще раз отправилась в Тартар... — Занятно, — сбоку от нас раздался проникновенный, спокойный голос Танатоса. — Что-то вы долго. — Перекусить останавливались, — буркнул Перси, тяжело дыша. — Ах, ну еще по дороге повстречались с кучей богов и сто раз чуть не погибли. Но это так, мелочи. — Рад это слышать, — безразлично сказал Танатос. — Как я вижу, Афина не с вами, а значит, никакого обмена... — Постойте! — тут же закричала я. — Да, Афина погибла по дороге сюда, но у нас есть другая жертва. Танатос внимательно оглядел Эриду, та заинтересованно смотрела на бога, а на моих словах про жертву нахмурилась и недоуменно на меня посмотрела. — Вы хотите, чтобы я принес в жертву свою сестру? — спокойно спросил Танатос, переводя на нас взгляд. И почему у меня вдруг мурашки побежали по телу?.. — У меня есть брат? — непонимающе спросила Эрида. — Она... она напала на нас, и мы окунули ее в Лету. И она вроде как потеряла память, — виновато пробормотал Перси, заметив суровый взгляд бога смерти. — Вы отпустите ее! Сделка отменяется, я не собираюсь убивать ее! — покачал головой Танатос. — Что?! Нет, подождите, мы же заключили с Вами сделку! — закричала я, поднимаясь на ноги. — Какая разница, что она Ваша сестра, вы не уточняли, кого можно пленить, а кого нет. Мы доставили Вам тело Артемиды и бога для жертвы, как мы и договаривались, так что Вы не можете нарушить данное слово. Вы помните, на что мы... на что он пошел ради этого, — вполголоса добавила я, мельком глянув на Рейну. Претор непонимающе посмотрела на меня. Но я усиленно игнорировала ее и умоляюще смотрела на Танатоса. Да, мне было стыдно, что я давлю на больное и жертвую своим другом, но раз он добровольно пошел на это ради Артемиды, раз уж мы все равно здесь и проделали этот полный ужасов путь, то мы не можем потерпеть поражение в самом конце. — То есть я нужна для жертвы? — испуганно спросила Эрида. Похоже, Лета еще и замедляет мыслительные способности, раз она это только сейчас поняла. Эрида с силой дернула руками, но тщетно - наручники у нее не получилось бы разорвать. Но сейчас она меня волновала в последнюю очередь. На лице Танатоса была глубокая задумчивость, он неуверенно поглядывал то на нас, то на Эриду, то на тело Артемиды. — Ладно, — неохотно кивнул Танатос. — Сделка есть сделка, и я действительно не устанавливал никаких ограничений на богов. Мы облегченно выдохнули. Возможно, какие-то родственные чувства - никогда бы не подумала, что они есть у бога смерти - и не давали Танатосу просто согласится на обмен, но честь и данное слово были выше любых принципов, что не могло меня не радовать. Хотя я даже не представляю, что на душе у Танатоса, раз он все-таки согласился принести в жертву свою сестру, а не стал бороться за нее до конца, как бы и поступил любой из нас. Да уж, это действительно бог смерти! Танатос взял Эриду за предплечье и подвел ее к краю обрыва, с силой усадив ее на колени. По его велению Перси положил тело Артемиды рядом с Эридой и отошел от богов, вставая к нам и с опаской наблюдая за происходящим. — Стойте, вы что, убьете меня?! — со страхом в голосе спросила Эрида, взволнованно смотря то на нас, то на Танатоса. — Мне жаль, сестра, но я дал слово и намерен сдержать его, — спокойно сказал Танатос, будто говорил, что собирается сходить за продуктами, а не принести родную сестру в жертву. — Нет, нет, подождите, а как же?.. — быстро заговорила Эрида, но тут осеклась и громко охнула. Танатос сжал руку в кулак, его глаза вспыхнули ярким золотистым светом. Эрида душераздирающе закричала, ее тело начал медленно охватывать белый свет, обычно означавший кончину бога. Но в отличие от всех прошлых случаев, в этот раз не было никакой вспышки. Тело Эриды становилось полупрозрачным, свет продолжал усиливаться настолько, что в какой-то момент он просто ослепил меня. Но любопытство пожирало меня, и я, затаив дыхание, продолжала наблюдать за происходящим. Через несколько секунд от Эриды не осталось и следа, на ее месте находился сгусток чистого света, излучающий такую энергию, что я даже поежилась. Уж не знаю, что именно это было - то ли душа богини раздора, то ли ее сущность - но Танатос подхватил этот сгусток и направил его вниз с обрыва прямо в Хаос, что-то бормоча на непонятном мне языке и простирая руки над телом Артемиды. Несколько секунд ничего не происходило, все вокруг погрузилось в пугающую тишину, а мы втроем затаили дыхание. Внезапно раздавшийся оглушительный грохот заставил меня вздрогнуть. Казалось, он исходит из самых глубин Хаоса. Земля под нами задрожала, грохот продолжал усиливаться, я невольно схватила за руки Рейну и Перси, те тут же сжали мои ладони. Хоть мы и стояли в нескольких метрах от входа в Хаос, но не почувствовать порыв ветра из его глубин было просто невозможно. Почему-то я думала, что сполна познала чувство беспомощности и безнадеги, когда повстречала Нюкту, но нет, оказывается, я даже не знала, что это такое. Сейчас я отчетливо почувствовала себя просто бактерией перед лицом Бога с большой буквы "б". Это было нечто необъяснимое, нечто не поддающееся объяснению простому человеку. Я не видела самого Хаоса, но прекрасно чувствовала его присутствие прямо под нами. Не его территорию, не просто пустоту, а само воплощение самого первого бога - олицетворение всего сущего, олицетворение небытия! К счастью, продлилось это чувство недолго. Из входа в Хаос вырвался яркий свет, за секунду образовавшийся в сгусток энергии, но был он не белый, а светился ярким серебристым, как луна, цветом. Танатос тут же подхватил его и направил в сторону тела богини охоты. Сгусток энергии стал медленно опускаться, пока не вошел в тело полностью. Всё тут же резко стихло, так же неожиданно, как и началось. Мы втроем, съежившись и вцепившись в руки друг друга, неотрывно смотрели на неподвижное тело Артемиды, но ничего не происходило. — Ммм... Танатос, так ничего же не... Но договорить я не успела. Артемида вдруг резко распахнула глаза, глубоко и шумно вдохнув воздуха полной грудью. Богиня приподнялась, лихорадочно осматриваясь испуганным и непонимающим взглядом. Мое сердце бешено забилось, я не веря своим глазам смотрела на ожившую Артемиду, в ее ярко-серебристые глаза, и поняла, что она не только вернулась к нам, но и вновь обрела свои божественные силы. — Танатос? — прошептала Артемида, остановившись взглядом на стоящим над ней богом. Ох, у меня даже мурашки побежали по телу от ее голоса. — Что я делаю в Тартаре? — АРТЕМИДА!!! — завопила я, не обращая внимания на ее странный вопрос. Не в силах сдержать переполнявшую сердце радость, я бросилась ей на шею, крепко обнимая свою госпожу, любимую богиню и драгоценную сестру! И даже не сразу поняла, что она сама не очень-то торопится обнимать меня в ответ. Более того, Артемида вдруг отстранилась от меня, удивленно смотря на меня своими серебристыми глазами. Ее взгляд на секунду задержался на моей тонкой серебристой тиаре - знак первой охотницы и лейтенанта - но непонимание и легкое презрение в ее глазах никуда не делось. Радость в моей душе как рукой сняло. В чем дело? Да, мы явно отдалились друг от друга за последние недели, но ведь мы все равно остаемся не только охотницей и госпожой, но и подругами, так почему она даже не хочет проявить хоть какую-то теплоту и не рада возвращению?.. — Что это значит? — напряженно спросила Артемида, мельком глянув на Танатоса. — Думаю, вам многое предстоит обсудить, — туманно ответил Танатос, улыбаясь краешками губ. — Что обсудить? Я не понимаю. И почему у меня такое чувство, будто меня всю облапали? — Артемида, нахмурившись, осмотрела себя. — Эмм... я вас нес, — слегка смущенно пробормотал Перси, подходя ко нам. — Артемида, все в порядке? Вы очень странно выглядите. Артемида посмотрела на парня будто только сейчас его увидела. В ее глазах промелькнуло презрение и высокомерие, а у меня внутри все похолодело от озарившей меня внезапной догадки. Она вовсе не держит на меня зла. Она просто не узнает меня! — Она не понимает, кто мы, — прошептала я и в шоке посмотрела на бога смерти. — Танатос, что это значит? Почему она не узнает никого из нас?! У нас же был уговор, что... — Что я возвращаю ее к жизни, — закончил за меня Танатос. — Уговор был именно такой, и я не несу ответственности за возможные побочные эффекты. — Это Вы называете побочным эффектом? Полную потерю памяти? — на него изумленно посмотрела Рейна. — Это уже не мои проблемы, — пожал плечами бог. — Сделка выполнена, как и было обещано. Ваша маленькая богиня перед вами. Живая и невредимая. А остальное меня не касается. — Мне кто-нибудь может объяснить, что здесь происходит? — требовательно сказала Артемида, переводя взгляд то на нас, то на бога. — Но ведь она Вас узнала, — заметил Перси, не обращая внимания на вопрос богини. — Это заложено в ней на генетическом уровне, она узнает любого бога, — равнодушно пожал плечами Танатос. — Я задала вопрос! — Артемида повысила голос, пристально посмотрев почему-то на Перси. — Не смейте игнорировать меня! — Артемида, послушайте, вы должны нам довериться, — миролюбиво сказал сын Посейдона, примирительно подняв руки и осторожно приближаясь к богине. — Вы нас не узнаете, но Талия ваша охотница, а мы с Рейной ваши друзья. Мы не причиним вам никакого вреда, все объясним и попробуем найти какой-нибудь вых... АААААААААА!!! Артемида резко сжала руку в кулак, ее глаза вспыхнули ярким серебристым светом, отчего Перси вдруг громко закричал и рухнул на землю, забившись в конвульсиях. У меня внутри все похолодело от ужаса - я прекрасно поняла, что Артемида собирается сделать, сама не раз видела это. — Танатос, помогите же! — отчаянно закричала Рейна, в ужасе наблюдая за конвульсиями Перси. — Удачи вам, полукровки, она вам понадобится. И передайте ему, до скорой встречи, — многозначительно сказал Танатос, пристально глянув на меня и не обращая никакого внимания на крик Рейны. Танатос растворился в воздухе, но мне уже было плевать на самого бога, на его слова, у нас были проблемы и посерьезней. Я в отчаянии смотрела, как тело Перси стало покрываться коричневой шерстью, как на его голове стали появляться два отростка, и сделала то единственное, что было возможно в нашей ситуации - бросилась на Артемиду, сбивая ее с ног. Краем уха я с облегчением услышала, как Перси прекратил душераздирающе кричать. У меня получилось отвлечь Артемиду от Перси и не дать ей закончить его превращение в животного, но теперь она переключилась на меня. Богиня резко ударила меня по лицу, скидывая с себя. Ох, да, к ней определенно вернулись силы - если у меня не появится синяк на пол-лица, это будет чудо. — Артемида, пожалуйста, прекратите! Дайте нам все объяснить, я же ваша охотница! — взмолилась я. — Я тебя в первый раз вижу! — прорычала богиня. Я в отчаянии смотрела, как Артемида обнажила два охотничьих ножа. И очень некстати вспомнилось пророчество Рейчел насчет нее! Я машинально потянулась к своему браслету, собираясь достать Эгиду, которой у меня уже не было. Артемида, наверное, прикончила меня, но мне на помощь пришла Рейна. Дочь Беллоны, обнажив меч Аида, отразила ножи Артемиды в десяти сантиметрах от моей головы и переключила внимание богини на себя. — Талия, наручники! — крикнула Рейна. Я лихорадочно осмотрелась, через секунду заметив валявшиеся наручники на том месте, где находилась Эрида, и поспешно поднялась на ноги. Рейна точно надолго не задержит разъяренную Артемиду, да и претору вдобавок приходилось контролировать свои действия, чтобы ненароком не убить богиню охоты. К счастью, Перси пришел в себя и присоединился к Рейне, оттесняя богиню от меня, а я с облегчением заметила, что на теле парня не осталось никаких признаков животного. Но даже вдвоем они не могли справиться с богиней охоты, к которой вернулись божественные силы. Артемида, может, по-прежнему уступала Перси в фехтовании, но значительно превосходила и его, и Рейну в скорости и ловкости. Она обезоружила сперва претора, отшвырнув ее от себя, и с удвоенной силой насела на сына Посейдона. Я подскочила к обрыву, мельком бросив взгляд вниз, в Хаос, но все выглядело как ни в чем не бывало - мрак и пустота, будто и не было никакого воскрешения. Но стоять и вглядываться в Бездну времени точно не было. Быстро подхватив наручники, я бросилась к сражающимся Перси и Артемиде. — Перси! Наручники! — закричала я, лихорадочно думая, как надеть браслеты на разгневанную и быстро двигающуюся богиню. Но будто у полубога могли бы быть какие-то идеи, он и так едва успевал отражать молниеносные удары. Ладно, а что если... Я сосредоточилась, не зная, получится ли у меня воспользоваться своими силами в Тартаре, но рискнуть стоило. Достав копье, я пустила в него ток, от него тут же полетели искры. Размахнувшись, я кинула копье прямо в Артемиду, не сомневаясь, что она со своей скоростью без проблем отразит его, что мне и было нужно. Ловко отбив удар Анаклузмоса, Артемида одновременно отвела ножами приближающееся копье от себя. На мгновение она замерла и вскрикнула - разряд тока прошел через нее. Пользуясь моментом, Перси тут же бросился на нее всем телом, повалив на землю. Богиня тут же попыталась скинуть его с себя, но Перси, к моему удивлению, не только смог удержать богиню, но и заломил ее руки за спину. Впрочем, все мое удивление неожиданной силе Перси рассеялись, едва я заметила сосредоточенно смотрящую на него Рейну. Не мешкая, я бросилась к парню, лихорадочно пытаясь застегнуть браслеты на брыкающейся богине, но скинуть Перси, подпитываемого силой дочери Беллоны, у нее не удавалось. Наручники щелкнули на запястьях Артемиды, она мгновенно ослабла, ее ярко-серебристые глаза потускнели, и лишь тогда я позволила себе расслабиться. — По-моему справиться с Афиной было намного легче, — Перси поднялся с земли, тяжело дыша. — Что вы сделали со мной? — гневно закричала Артемида, лихорадочно дергая руками и пытаясь освободиться. — Обездвижили, очевидно же, — пожал плечами Перси, протягивая мне руку и помогая подняться. — Ты в порядке? — Да, спасибо, — улыбнулась я парню, принимая его помощь. — Ты точно не моя охотница. Ни одна из моих соратниц ни за что не стала бы прикасаться к парню! — прошипела Артемида, яростно смотря на меня снизу вверх. Я не стала ничего отвечать, лишь мрачно и устало вздохнула. Небось если бы Артемида знала, на что пошла она сама пару недель назад, когда оставила меня в живых после предательства, ее бы инфаркт хватил. Сейчас, смотря на Артемиду, я видела в ней первобытную богиню, которой она и была тысячи лет назад - хладнокровная, безжалостная, придерживающаяся своих правил и принципов, а вовсе не свою подругу и сестру, которая с течением времени научилась чувствовать, прислушиваться к своему сердцу и испытывать любовь и сострадание. Именно такой я хотела видеть свою госпожу, именно такой богине я доверяла, а вовсе не этой бешеной кошке, что лежала передо мной. Как бы то ни было, это была Артемида, а не кто-то другой, и необходимо было смириться с этим. В конце концов, она жива и невредима, и к Танатосу было не придраться - он выполнил свою часть сделки в полной мере. Перси пошел к Рейне, помогая ей подняться, а я тем временем взяла Артемиду за предплечье, поднимая ее с земли. — И что теперь делать? — мрачно спросила Рейна. — Попробовать ей все объяснить? Убедить ее, что мы не враги? — Ага, мы лучшие друзья, конечно. Поэтому вы и напали на меня, — презрительно сказала Артемида. — Во-первых, это вы напали на нас и попытались превратить меня в животного, — заметил Перси, машинально проводя рукой по голове, где начинали пробиваться рога. — А во-вторых, мы действительно друзья, как бы вы нам не верили. — Как бы то ни было, даже если она нам поверит, это не восстановит те отношения между нами, которые были до всего этого, — я с отчаянием посмотрела на ребят. — Возможно, есть какой-нибудь способ вернуть ей память, — задумчиво сказала Рейна. — Мы все равно добились, чего хотели, Артемида с нами. Вернемся наверх и подумаем, как все исправить. — Похоже, лучше предложения не будет. Вопрос только в том, как нам вернуться на поверхность? — Может быть, попробовать вызвать Гемеру? — предложил Перси. — Она хорошо к нам отнеслась и, возможно, сможет помочь. — Вряд ли она вернется назад, — покачала я головой. — Надо искать другой способ, только давайте сперва уйдем отсюда. Я мельком глянула на расщелину, ведущую в Хаос, и видневшуюся за ней территорию Нюкты. Не хватает только, чтобы на нас снова открыли охоту дети Ночи. Спорить со мной никто не стал, мы направились назад, к Лете, подхватив ругающуюся Артемиду за предплечья. Да уж, никогда не слышала столько ругательств от нее. Но несмотря на то, что я пыталась сохранять холодную голову, в моей душе была пустота. Моя подруга и любимая богиня не узнает меня, а ее взгляд, полный ненависти и презрения, заставлял мое сердце обливаться кровью. Я все представляла себе, как буду рада, когда мы вернем Артемиду, какое облегчение я испытаю снова посмотрев в ее серебристые глаза. Нет! Мне нужна моя Артемида, а не эта лишившаяся памяти и чувств высокомерная богиня. Шагая по бесплодной долине, бывшей некогда территорией погибшей Ахлис, мы вскоре достигли Леты. По дороге мы пытались разработать хоть какой-нибудь план, как нам выбраться и как помочь Артемиде, но так ничего и не придумали. Да и слушая непрерывно поливающую нас грязью богиню охоты, было очень сложно сосредоточиться. Эх, и этот полный ненависти голос принадлежит моей богине. Как же не по себе слушать это все. Не имея никакой цели, мы все же решили перебраться обратно, на тот берег Леты. Перси снова встал на берегу, сосредоточившись, Лета стала медленно подниматься из своего русла, образуя арку, но неожиданный рев с той стороны заставил всех нас замереть. — Это гиганты, — прошептала Рейна. — И почему мне кажется, что на той стороне будет небезопасно, — пробормотал Перси. — Думаю, никто не возражает. Перси опустил руки, Лета снова вернулась в свое русло, а мы направились вдоль берега. Со всеми этими воскрешениями, я как-то совсем расслабилась и позабыла, что мы по-прежнему в Тартаре, а не на прогулке, и нужно быть начеку. К счастью, бесплодная долина вскоре сменилась привычным пейзажем Тартара. Под ногами снова появились мелкие осколки черного стекла и вулканической породы, но в остальном картинка никак не изменилась. Сетуя на почти закончившуюся воду Флегетона во фляге, мы продолжали двигаться вверх по течению Леты, здраво рассудив, что раз здешние реки берут свое начало в Царстве Мертвых, то рано или поздно, мы окажемся в родном и безопасном Подземном мире - неужели я правда это говорю?.. Надеюсь, Лета плавно будет подниматься, пока не окажется в Царстве Мертвых, и там не окажется километрового водопада. Правда все наши ожидания рухнули неожиданным образом. Возможно, будь мы по-прежнему на долине, нам бы и удалось разглядеть две трехметровые фигуры заранее, но из-за появившихся крутых обрывов и огромных валунов, мы полностью растерялись. — Криос, я же тебе говорил, что учуял присутствие полубогов, — наш расслабленный разговор резко прервал глубокий проникновенный голос. Мы синхронно остановились и повернули голову на голос. Привалившись спинами к огромному валуну, сидели двое титанов, и обоих я без труда узнала - одного из них, в черной броне и шлеме с рогами, по рассказам Рейны, когда они с Джейсоном уничтожили гору Отрис во время войны с титанами год назад, а второго - по рассказам Перси. — А наши братья тем временем рыскают по Тартару и пытаются их найти, пока они сами преподнесли себя нам на блюдечке, да еще и с богиней в придачу. Удача на нашей стороне, Гиперион! — усмехнулся Криос, буравя напряженным взглядом Рейну. — У этой девчонки должок передо мной. Жаль, конечно, что тут ты, а не тот римский пацан, но ты тоже сгодишься. — Прямо с языка снял, брат, — ухмыльнулся Гиперион, свысока смотря на Перси. — В этот раз ты так просто не отделаешься, сын Посейдона. — Что ж вам всем так неймется? — вздохнул Перси. Оба титана поднялись на ноги. Гиперион обнажил двухметровый клинок золотистого света, Криос - черный меч из Стигийской стали. Перси и Рейна тоже синхронно потянулись за оружием, Артемида тоже хотела было потянуться за ножами, в шоке смотря на титанов, но я всех опередила. — Бежим! — громко крикнула я. Не дожидаясь ответа, я схватила Артемиду за руку и потянула за собой, краем глаза заметив, что и Перси, и Рейна хоть и замешкались на секунду, но тоже рванули за мной. Да, можно было бы вступить в бой с титанами, попробовать их одолеть, но зачем рисковать понапрасну. С одним титаном мы бы без проблем справились, но с двумя уже могут возникнуть проблемы. Лета уже осталась позади, Перси не сможет ей воспользоваться, а освобождать Артемиду может быть себе дороже. Возможно, она бы и помогла одолеть титанов, но я не сомневалась, что потом она снова обратит оружие против нас, а это нам точно не нужно было. А в этих валунах и расщелинах убежать и спрятаться было проще простого. Криос и Гиперион явно не ожидали такого поворота, и своим замешательством они еще и дали нам фору. Правда, через несколько секунд очухались и рванули за нами, изрыгая проклятья в нашу сторону. Титаны, гиганты, враждебные первичные боги... Ну хоть бы кто-нибудь помог нам. Почему мы вечно со всеми сражаемся, почему хоть раз все не может пройти гладко?.. Почти сразу я поняла, что мой план убежать от титанов не то, что глупый, он попросту бесполезный. Они постепенно настигали нас, и вскоре стало понятно, что хочешь, не хочешь, а придется вступить в бой. — Они быстрее нас, нам не оторваться! — крикнул Перси на бегу. Будто ни я, ни Рейна этого уже не поняли, Рыбьи Мозги. Быстро оглянувшись, я увидела, что оба титана уже в пяти метрах от нас. Ладно, в конце концов, мы за последние несколько часов одолели и Гераса, и Эриду, и Ахлис и вдобавок унесли ноги от Нюкты и Эреба. Какие-то титаны уж точно не станут помехой для нас. Вот уж обидно будет им проиграть. Продолжая бежать, я вдруг поняла, что мы бежим по какому-то черному болоту. Ноги утопали в трясине, замедляя бег, и я быстро достала лук и стрелу, готовясь вступить в бой, прекрасно понимая, что в такой местности оторваться точно не получится, когда вдруг увидела вдалеке какую-то хижину... — Сейчас! — я резко остановилась и развернулась, одновременно пуская стрелу назад. Но Гиперион, в которого я целилась, просто небрежно отбил стрелу рукой и взмахнул мечом, катастрофически быстро приближаясь. Ему наперерез бросился Перси с Анаклузмосом в руках. Он дал мне те несколько секунд, чтобы я быстро отбросила лук и достала копье. Краем глаза я заметила, как Рейна с мечом Аида в руках шагнула навстречу приближающемуся Криосу. — Освободите меня. Живо! — гневно закричала Артемида. Простите, госпожа, но это произойдет лишь в крайнем случае, когда я точно пойму, что сами мы не справимся. Сражаться потом с вами еще раз я не особо горю желанием. Криос был уже в метре от Рейны и взмахнул своим огромным мечом, собираясь разрубить девушку одним движением, когда ему наперерез вдруг бросился из ниоткуда взявшийся дракен. По сравнению с огромным змием, Криос показался совсем крошечным. Настолько, что смог полностью уместиться в пасти дракена. Мы все, включая Гипериона и Перси, замерли, в шоке наблюдая, как дракен прожевывает Криоса. Несколько взмахов мощными челюстями, и брыкающийся титан затих. Но расправившись с Криосом, монстр, к моему ужасу, повернул свою огромную голову, покрытую зеленой чешуей, к Рейне. Да уж, похоже, ему все равно, что есть. Такое жуткое убийство титана явно выбило землю из-под не только у меня. Рейна в ужасе попятилась от дракена, но опередить монстра девушка, разумеется, не могла. Дракен молнией бросился на полубогиню. Та подняла меч Аида, показавшийся просто зубочисткой рядом с чудовищем, и наверное, тут бы все для претора и закончилось, если бы не шестиметровый гигант с ярко-красными чешуйчатыми ногами рептилии, появившийся откуда-то со стороны лачуги. В руках у него была дубинка размером с небольшое дерево, он принял дракена на себя, не дав ему напасть на Рейну, и девушка тут же поспешила отойти от схватки этих монстров, чтобы они ненароком не затоптали ее. Всё это, начиная от съедения дракеном Криоса и заканчивая присоединением к битве гиганта, произошло буквально за полминуты, и все присутствующие смотрели на это безумие с широко открытыми глазами. Но не стоило забывать, что рядом с нами остался еще один титан. Гиперион смотрел на эту бойню с таким же изумлением и шоком, как и мы, и я не преминула воспользоваться его замешательством. Вскинув копье, я стрелой промчалась мимо Перси к титану. Гиперион перевел на меня взгляд, полный растерянности, и поднял свой меч, но среагировать не успел. Копье вошло в живот титана, тут же хлынул ихор, но рана не была смертельной, и в прах он не обратился. Гиперион зашипел от боли, его глаза вспыхнули ярким золотистым светом, из его тела вырвался сноп света и жара. Я поспешно отвернулась, но все же была ослеплена. Инстинктивно я вскинула копье и очень вовремя - клинок титана опустился на меня. Копье треснуло, не выдержав удара, и наверное, Гиперион тут же и прикончил бы меня, если бы не Перси. В последний момент парень оттолкнул меня в сторону, клинок титана опустился на землю, где секунду назад была моя голова. Не дожидаясь, пока Гиперион снова замахнется, Перси вонзил Анаклузмос в грудь титана. Гиперион тут же взорвался желтым прахом, а я почувствовала, как у меня гора с плеч свалилась. Но почти сразу же вспомнила про гиганта и дракена, сражавшихся в нескольких метрах от нас. Правда от дракена ничего не осталось, кроме костей, плоти и шкуры. Гигант с любопытством осматривал останки со знанием дела. — Вы... вы Дамасен? — тоненьким голосом спросила Рейна, все еще в ступоре сжимая в руках меч Аида. Гигант оторвал взгляд от останков дракена и хмуро посмотрел на Рейну. — Мы знакомы? — недоуменно спросил он, но тут же тяжело вздохнул и отвел взгляд. — Хотя, вряд ли это имеет какое-то значение. Дамасен голыми руками оторвал от останков дракена несколько ломтей брызжущего кровью мяса и, подхватив шкуру и пару костей, с невозмутимым видом направился обратно в хижину, не обращая на нас никакого внимания. А мы вчетвером так и остались стоять в ступоре, не понимая, что вообще сейчас произошло. — Это... это и есть твой Дамасен? — тихо спросил Перси, как только гигант скрылся в лачуге. — По всей видимости, да, — неуверенно кивнула Рейна. — Пойдемте, поговорим с ним. — А стоит ли? — я с сомнением посмотрела на нее. — В смысле... здорово, что он помог нам и все такое, но связываться с тем, кто голыми руками разделывает дракена, как-то не очень хочется. К тому же, вы помните остальных гигантов? Эти ребята не слишком-то дружелюбны и лезть на рожон так себе идея. Лучше свалить отсюда, пока он не решил приготовить вместе с дракеном трех полукровок на десерт. — Если бы он хотел на нас напасть, уже бы напал, — возразила Рейна. — Дамасен не такой, как остальные гиганты, я уверена, ему можно доверять. Да и потом, вспомните, что сказала Афина. Дамасен отказался сражаться против богов в свое время, и ему нет никакого дела до нас. Пойдемте, поговорим с ним, мы ничего не потеряем. К тому же, возможно, он знает, как можно выбраться на поверхность. — Я ни за что не отправлюсь к нему! — твердо сказала Артемида. — Если у вас есть желание принести себя в жертву, дерзайте, а я пойду. — Вряд ли это возможно, — покачала я головой, подходя к ней вплотную и хватая богиню за плечо. — Вы пойдете с нами, Артемида. Богиня посмотрела на меня полным ненависти взглядом и вдруг резко ударила меня головой по лицу. Я громко вскрикнула, нос взорвался болью, послышался хруст, из ноздрей хлынула кровь. Я машинально отпустила Артемиду, прижимая руку к носу и тщетно пытаясь остановить кровь, краем глаза заметив, как богиня тут же рванула от нас. Перси рядом со мной на секунду оцепенел, явно не ожидав такого поворота, но к счастью, не растерялся и рванул за Артемидой, а ко мне подбежала Рейна. Оторвав кусок ткани от своей футболки, дочь Беллоны заставила меня убрать руки от лица и мягко прижала тряпку к основанию носа, чтобы не залить все кровью. — Хороший удар, — пробормотала Рейна, осматривая мой нос. — Потерпи немного, я сейчас вправлю. — Подожди секунду, — выдохнула я, судорожно пытаясь собраться с мыслями. Несмотря на многочисленные раны, мне никогда не доводилось ломать нос, и честно говоря, мне было немного страшно. И Рейна, похоже, это заметила. — Не ломай комедию. Это мой парень мог бы закатить истерику на ровном месте, но ты-то не бери с него пример, — закатила глаза Рейна. — Давай на счет три. — Ладно, давай, — прошептала я, зажмурившись. — Раз... Рейна вдруг резко надавила на переносицу. Раздался хруст, лицо на мгновение пронзило болью так, что я громко вскрикнула и пробормотала ругательства в сторону Рейны на древнегреческом. — Могла бы и поблагодарить вместо того, чтобы называть меня обманщицей, — улыбнулась претор. — Ты поняла, что я сказала? — сипло спросила я, изумленно посмотрев на подругу. — За недели рядом с греческими полубогами, я немного выучила древнегреческий, — пожала плечами Рейна. — Ваша культура весьма интересна, и я бы хотела и дальше сотрудничать с вами, когда война закончится. — Ну вот, теперь придется контролировать свои слова. Ну или учить другой язык, а то как же вас теперь обзывать, — обреченно вздохнула я. Рейна усмехнулась и по-дружески потрепала меня по плечу. Я не убирала тряпку от лица, кровь все еще не останавливалась, обильно пропитывая собой ткань. — Талия, слушай, — улыбка сошла с лица Рейны. — Прости меня за то, что я тебе наговорила там, у владений Эреба. Я не хотела тебя оскорбить, я просто... — Рейна, успокойся и не бери в голову, — отмахнулась я. — Это все влияние Эриды, она хотела рассорить нас. Да и к тому же, наверняка здесь также не обошлось без влияния этой штуки, — я указала на висевший на ее поясе меч Аида. — Я нисколько не злюсь на тебя, я ведь и сама много чего тебе наговорила. Но несмотря ни на что, мы все равно остаемся подругами, и давай лучше сотрем тот ужасный час из памяти и сделаем вид, что ничего не было. — Спасибо тебе, — облегченно выдохнула Рейна и скривилась, посмотрев на меч Аида. — Он кстати действительно сильно влияет на меня, я уже слишком долго ношу его. Даже сейчас я едва сдерживаюсь, чтобы не сказать тебе что-нибудь резкое. — Лучше держи себя в руках, — многозначительно сказала я. — Я понимаю, что ты чувствуешь, но вечно все проглатывать не буду. Я все-таки не твой парень, могу и ответить тебе. — Еще бы он попробовал мне ответить, — с иронией развела руками Рейна, весело засмеявшись, и я тоже не удержалась. — Из тебя бы вышла прекрасная охотница, Рейна, — сквозь смех сказала я. — Никогда не думала присоединиться к нам? — Нет, спасибо. Мне уже поздновато присоединяться к охотницам и давать обет целомудрия, — Рейна смущенно потупилась и слегка покраснела. — Хотя, признаться, раньше я иногда и подумывала над этим, до того, как встретила своего дуралея. Но сейчас я точно не откажусь от своего счастья, оно того не стоит. Да и, уверена на сто процентов, ты сама меня понимаешь, — Рейна мельком глянула на возвращавшегося Перси, ведущего Артемиду за руку. Улыбка сошла с моего лица. Да, подруга, я тебя прекрасно понимаю! — Ты как? — обеспокоенно спросил Перси, приблизившись. — Рейна подлатала меня, так что вполне нормально, — я вымученно улыбнулась ему. — В следующий раз так просто не отделаешься, — гневно прошипела Артемида. Перси сжал кулаки и прикрыл глаза, пытаясь держать себя в руках, но я не особо обратила внимания на напряжение парня - хоть мне и было приятно, что он заступается за меня. Но мое сердце обливалось кровью от этих слов моей драгоценной богини. Ох, нет, я все сделаю, чтобы вернуть ей память. Если надо будет, проведу в Тартаре хоть месяцы, но сделаю это во что бы то ни стало! А что если - думать об этом было еще страшнее - вернуть ей память никогда не получится, и она навсегда останется в таком виде - первобытной богиней, лишенной всех чувств, не узнающей своих друзей... не узнающей меня? Нет, пока что рано сдаваться! — Вас еще долго ждать? — сзади нас раздался гулкий голос Дамасена. — Заходите, ужин стынет. От одного упоминания об ужине, у меня в животе заурчало. А сколько мы уже здесь? Несколько часов? Сутки? А что, если здесь время течет совсем по-другому, и наверху прошло уже несколько дней? Хотя нет, это уже из разряда фантастики. Но перекусить точно не помешает, неизвестно, как долго мы здесь еще пробудем. — Думаю, вопрос идти нам к Дамасену или нет, решен сам собой, — развела руками Рейна. Хижина Дамасена была просто огромной - хотя это для меня она огромная, а для шестиметрового гиганта это просто палатка. Построена лачуга была из костей, земли и шкур дракенов, в центре горел костер из битума и костей, но дым, устремляющийся в дыру посреди потолка, был белым и ничем не пах. Пол прикрывал толстый слой высушенных шкур, у противоположной от входа стены хижины теснились сетки с растениями для сушки, кусками кожи и чем-то еще, похожим на полосы вяленого мяса дракена. Все здесь пропахло тушеным мясом и дымом, и обстановка была определенно уютной и даже какой-то домашней - никогда бы не подумала, что скажу это в Тартаре. — Располагайтесь, — Дамасен невозмутимо кивнул нам, предлагая присесть вокруг костра. — Мясо дракена, конечно, не лучшее блюдо, но выбирать особо не приходиться. Дамасен протянул нам каждому по порции тушеного мяса дракена, на секунду задержавшись взглядом на наручниках на запястьях Артемиды. Но он никак больше не отреагировал на это, будто к нему каждый день заглядывают полубоги с закованными богинями. — Я не собираюсь здесь оставаться. И есть в вашей компании у меня нет никакого желания, — проворчала Артемида, исподлобья поглядывая на гиганта. Тот равнодушно пожал плечами и убрал от нее мясо. — Итак, я вас слушаю, — объявил Дамасен и через секунду уточнил, заметив наши недоуменные взгляды. — В Тартаре скучно, и я бы хотел услышать вашу историю. Трое полуживых полукровок улепетывают от двух титанов с одной из моих старых врагов в заложниках. Я с удовольствием послушаю, что с вами приключилось. Ну, плата за спасение, возможность передохнуть и ужин не самая высокая. Уплетая за обе щеки на удивление вкусное мясо дракена, мы начали наш рассказ, периодически перебивая и дополняя друг друга. Особо углубляться было ни к чему, хотя и скрывать мы ничего не стали, рассказав о жизни наверху, о нашей войне с Олимпом и о вылазке в Тартар, чтобы вернуть Артемиду. Богиня охоты слушала нас с презрительным видом и очевидно не верила ни единому нашему слову. А вот Дамасен, напротив, выглядел задумчивым и с понимающим видом кивал головой. — Значит, полукровки решили пойти по нашим стопам и уничтожить богов, — подытожил гигант, когда мы закончили. — Да, но не совсем. Мы не хотим захватывать Олимп, чтобы править миром вместо богов. Мы хотим просто получить свободу и самим распоряжаться своими жизнями, и не подчиняться олимпийцам, думающим, что мы их собственность. — Бред какой-то, — резко сказала Артемида. — Олимпийцы ваши родители, и вы полные идиоты, раз пошли против них. И полубоги, и смертные всегда подчинялись богам! — Слышали бы вы себя, — вздохнула я, скептически смотря на богиню. — Вы поддержали нас, Артемида, вопреки всему. Вы пошли против Олимпа, потому что поверили нам и посчитали нас правыми в войне, а всё, что вы сейчас говорите... — Я бы никогда не пошла против своего отца! — твердо сказала Артемида. — Я понятия не имею, кто вы такие, и о какой войне вы вообще говорите, но я бы скорее умерла, чем присоединилась бы к вам. Мы втроем мрачно смотрели на сидевшую с гордым видом Артемиду. Даже не знаю, что было больнее: слышать, как она просто не узнает нас, или как она восхваляет Зевса и показывает нам свое презрение. А вот Дамасен, в отличие от нас, смотрел на Артемиду с заинтересованным видом. — Скажи мне, богиня, ты знаешь, кто я? — гигант внимательно посмотрел на Артемиду. Девушка смерила его высокомерным взглядом и отрицательно покачала головой. — А что ты вообще помнишь? — Помню... — Артемида осеклась и наморщила лоб. — Мой брат Аполлон... мама... отец. И еще... я не знаю. На лице Артемиды промелькнула растерянность и непонимание. Она продолжала морщиться, видимо, пытаясь что-то вспомнить, но так больше ничего, кроме семьи, и не назвала. Это что же, она вообще ничего не помнит? Не то, что нас, но даже Зою и войну с гигантами, произошедшую несколько тысяч лет назад?.. — А потом? Из последнего? — подсказал Дамасен. — Очнулась здесь, в Тартаре, в этой... странной одежде, — Артемида с легким отвращением смерила взглядом синие облегающие джинсы и серебристую рубашку. — Дальше эти полукровки напали на меня... — Это вы на нас напали. Мы ведь уже это проходили, — устало вздохнул Перси. — Послушай, ты... — голос Артемиды мгновенно наполнился гневом. — Все понятно, — перебил ее Дамасен Гигант быстро взмахнул рукой и с силой ударил богиню охоты по голове. Та рухнула на шкуры, потеряв сознание. Мы втроем тут же потянулись за оружием. — Успокойтесь, полубоги, — гигант тут же миролюбиво поднял руки вверх. — Я не причиню никому из вас вреда, но ее высокомерные речи утомляют. Пусть немного отдохнет. — Вы знаете, что с ней? — я заставила себя убрать руки от охотничьих ножей. — Сон поможет ей? — Едва ли. Но я знаю, что с ней, — кивнул Дамасен. — Она потеряла память. — Да ну? — ахнул Перси. — А вы ожидали другого диагноза? — Дамасен приподнял бровь. — Я говорю то, что вижу. Никто никогда не воскрешал убитого бога до вас, и вряд ли кто-то мог бы предсказать последствия. Но судя по тому, что я наблюдаю, у нее в голове просто чистый лист. Она помнит только самых близких людей, а всё остальное стерто из памяти...или запрятано на подкорке. — То есть, у нее все-таки могли остаться какие-то воспоминания? — в моей груди вспыхнула надежда. — Возможно. Ее сущность вернулась в ее же тело? — мы молча кивнули. — Значит, в ее мозгу могло что-то остаться из прошлой жизни. — Из прошлой жизни... — повторила я. — Ладно, неважно. И как... как освежить ее память? Можно как-то выудить из ее памяти все воспоминания? — Я попробую это сделать, — кивнул Дамасен, поднимаясь на ноги. — Вы серьезно? — Рейна изумленно на него посмотрела. — И вы не попросите ничего взамен? — Знаете ли, полубоги, благодаря тому, что я в свое время отказался сражаться против Олимпа, я вынужден вечность проводить здесь, сражаясь каждый день с дракеном, — Дамасен поморщился и обреченно вздохнул. — А ваше появление внесло хоть какое-то разнообразие в мою наискучнейшую жизнь. Тем более я вижу ваше искреннее намерение освободиться от власти богов и помочь вашей маленькой богине. Я мало совершил хорошего за свою долгую жизнь, и мне вовсе не сложно помочь вам. Или по крайней мере, попытаться. — Спасибо вам огромное, Дамасен, — улыбнулся Перси. — Ваша помощь очень много для нас значит. — А если вы вернете Артемиде ее память, то вам просто цены не будет, — добавила я с улыбкой. Губы Дамасена дрогнули в улыбке, он перенес бессознательную Артемиду на свою гигантскую постель - надо же, в его руках богиня показалась просто крошкой. Оставив Артемиду, Дамасен направился к стене хижины, где висели сплетенные сетки для сушки, и принялся доставать из них разного вида листья и коренья. Достав небольшую чашу, он выудил из сетки небольшую склянку с какой-то жидкостью и вылил ее в ёмкость, добавив то, что он достал заранее, туда же и принялся размешивать содержимое пальцем. Мы внимательно наблюдали за его манипуляциями и не заметить молочно-белый цвет этой жидкости было просто невозможно. — А можно задать вопрос? — тихо спросила я и, не дожидаясь ответа, продолжила. — Что это такое? — Вода из реки Лета, — пробормотал гигант. — Вы собираетесь напоить ее водой из реки забвения? — удивленно спросил Перси. —Магию вод Леты можно использовать и для прямо противоположных целей, если знать, как ее правильно использовать и как с ней обращаться. — То есть, вы сможете повернуть эффект реки забвения в другую сторону и с помощью нее вернуть все воспоминания? — уточнила Рейна. — Все в мире, что кажется однозначным, имеет два конца, и всегда всё можно обратить вспять. Другой вопрос, если бы ваша богиня потеряла память от этой же реки, но она вернулась из мертвых, и я не уверен, что эта магия поможет ей. Но других вариантов у меня нет. — А у нас и подавно, — вздохнула я. Мы молча наблюдали, как Дамасен принялся потихоньку заливать отвар в рот Артемиде, придерживая ее голову с поразительной нежностью. Да уж, мы сидим в хижине гиганта в Тартаре, только что отужинав мясом дракена, и наблюдаем, как шестиметровый монстр пытается вернуть память воскрешенной из Хаоса богине с помощью отвара из реки забвения... — И это реальность? — пробормотала я. — Не то слово, — ухмыльнулся Перси. — Думаю, пара часов покоя ей не помешает, — сообщил Дамасен, отходя от Артемиде. — А есть ли у нас эти пара часов? — мрачно спросила Рейна. — Мы видели ваших братьев, и они явно горят желанием разделаться с нами. — Да, мои родственники не самые дружелюбные существа, — Дамасен поморщился. — Я смогу какое-то время скрывать ваше местонахождение, достаточно долго, чтобы вы успели отдохнуть. В этом болоте у меня особые силы. Но рано или поздно они все равно вас найдут. От вас и от вашей богини исходит запах, и именно на него они ориентируются. Но, как я уже сказал, какое-то время у вас еще есть. — А вы знаете, как нам попасть на поверхность? — Здесь вам придется самим решать этот вопрос, — развел руками гигант. — Я уже не одно тысячелетие нахожусь в Тартаре, но даже я не смог найти способ покинуть это место. — А может быть, вы не очень-то и хотели его покинуть? — заметила Рейна. — Может быть, и не хотел, — легко согласился Дамасен, не став отпираться. — Я проклят моими матерью и отцом и вынужден вечность сражаться с дракеном. Это мое наказание за мой отказ примкнуть в свое время к войне и сражаться наравне с моими братьями, но меня вполне устраивает мое положение. — Такое ощущение, что вы пытаетесь сами себя убедить в этом, — я развела руками. — Что может быть хорошего в перспективе вечность сражаться против дракена и никогда не покидать это болото? Вы ведь хороший, Дамасен. Один из немногих хороших... — я замялась. — Монстров, — закончил за меня гигант, слегка улыбнувшись. — Говори прямо, дочь Зевса, я не обижусь. — Я не могу назвать вас монстром, Дамасен, — покачала я головой. — Я достаточно насмотрелась их за свою жизнь, и вы не такой. Да, вы не человек, не бог, но это не значит, что вы какой-то прокаженный. Неважно, кто ваши родители, ваши братья и сестры, и какое у вас предназначение. Любой, будь он человеком, богом или монстром сам волен выбирать свою судьбу. Вы выбрали свою, когда отказались сражаться с Аресом. Так может, настало время что-то изменить в своей судьбе и не сидеть здесь, сложа руки и проводя вечность в Тартаре? — Или же последовать своему прямому предназначению? — тихо добавила Рейна. — Ты предлагаешь мне присоединиться к вашей войне с Олимпом? — Дамасен внимательно посмотрел на претора. — А если да? — осторожно спросила Рейна. — Вы видите, нам нелегко приходится, а ваша помощь была бы очень кстати. — Простите меня, полубоги, но нет! — твердо сказал Дамасен. — Ваши слова не лишены смысла, но я уже выбрал свою судьбу и не хочу ничего менять. Мы замолчали, печально переглянувшись. Мы не имели права давить на Дамасена и склонять его к чему-либо. В отличие от своих родственников, Дамасен не казался врагом. Весь его образ излучал печаль и горечь, как если бы он с головой погрузился в свою скорбь - от своего предназначения, которому он совсем не хотел следовать; из-за своих матери и отца, которые просто упекли его в Тартар и обрекли на вечность в Бездне, не пожелав предоставить своему сыну свободу выбора. Дамасен был сломлен, и принуждать его к войне, к которой он не имел никакого отношения, было верхом эгоизма с нашей стороны. — Я оставлю вас, — пробормотал Дамасен. Он явно чувствовал себя не очень уютно под нашими взглядами, полными разочарования и мольбы. Гигант вышел из хижины, оставив нас втроем. — Он бы нам очень пригодился в нашей войне, — вздохнула Рейна. — Мы же не можем заставить его, если он сам этого не хочет, — пожал плечами Перси. — Вот именно, — кивнула я. — Стоит поблагодарить его, что он согласился нам помочь и дал нам передохнуть. В конце концов, каждый сам решает, что ему делать, и если Дамасен считает, что ему лучше остаться здесь, то так тому и быть. Хотя Рейна, конечно же, права - с гигантом на одной стороне наши шансы на победу увеличатся в разы. Да уж, сперва титан, теперь гигант. И все это мы пытаемся использовать против Олимпа, против наших родителей. Даже не верится... С постели гиганта вдруг раздался громкий кашель, Артемида резко приподнялась на кровати, лихорадочно оглядываясь. Но тут она громко застонала от боли и прижала руки к голове, свернувшись в калачик и едва заметно задрожав в судорогах. Мы втроем тут же вскочили и поспешили к ней, настороженно смотря на богиню и не зная, как реагировать. Несколько минут мы молча стояли рядом с ней, пока Артемида не оторвала руки от головы. Она обвела нас усталым, непонимающим взглядом, но лицо оставалось непроницаемым. — Артемида, вы меня узнаете? — с опаской спросил Перси. — Ты тот, кого мне надо было обратить в оленя еще при первой нашей встрече. Тогда бы ты не пытался увести у меня мою охотницу! — устало сказала Артемида, мельком глянув на меня. Мы облегченно вздохнули, на наших лицах одновременно расцвели радостные улыбки. Наша богиня снова с нами! — АРТЕМИДА!!! Не в силах сдержать эмоции внутри себя и больше не опасаясь за свою жизнь, я бросилась богине на шею, повалив ее на кровать. Артемида тихонько рассмеялась и обхватила меня руками, крепко прижимая к себе. Ох, как же мне не хватало этого. Как же долго я ждала! — Ну все, Талия, отпусти, — со смехом сказала Артемида. — Ни за что! — буркнула я, зарываясь лицом в ее темно-рыжие волосы. Правда через минуту все же отстранилась и с трепетом посмотрела в ее ярко-серебристые глаза. Никакого презрения и ненависти в них больше не было, лишь нежность и радость. Я поднялась с кровати, но подняться Артемиде следом за мной не дала Рейна, тут же заключившая богиню в объятия. — Я за всю жизнь столько не обнималась, как за сегодня, — со смехом произнесла Артемида. — Просто вы не представляете, насколько нам вас не хватало, — я усиленно проглатывала подступившие слезы радости. Рейна наконец выпустила Артемиду из объятий и быстро вытерла щеки, чтобы мы не видели. Богиня поднялась с кровати, но тут же поморщилась и схватилась за голову. — Все хорошо? — тут же с беспокойством спросила я. — Да, просто в голове целый калейдоскоп, — пробормотала Артемида и перевела взгляд на Перси. Сын Посейдона робко улыбнулся и неуверенно приподнял руки, явно не зная, стоит ли ему рисковать и повторять за нами с Рейной. Но Артемида сама с улыбкой шагнула ему навстречу и приобняла Перси за шею, тот осторожно обхватил ее за талию, едва касаясь. Правда эти объятия продлились всего несколько секунд, Артемида почти сразу отстранилась. Выглядела она слегка смущенной и напряженной от объятий с парнем. — Ммм... так вы все вспомнили? — неловко спросил Перси, слегка покраснев. — Да, вспомнила, — кивнула богиня. — До сих не верится, что я снова жива. Очень странное чувство, скажу я вам. — А что именно вы помните? Вы помните Хаос? — с любопытством спросила Рейна. — Помню жуткую боль в груди, — Артемида поморщилась и прикоснулась к тому месту, куда ее пронзила Афина молниями Зевса. — Потом... потом чудовищное чувство словно меня выворачивают наизнанку, и все резко стихло. Как бы вам описать... все было так, будто ты спишь, но никаких снов не видишь. Просто пустота и больше ничего. А меня долго не было? — настороженно спросила богиня. — Чуть меньше недели. — Вы вернули меня за неделю? — изящные брови Артемиды взлетели вверх. — Ну вы даете. Мало того, что вы провернули то, что еще никому не удавалось, так еще и управились за неделю. Но каким образом вы вообще это сделали? — Благодаря Танатосу, — сообщила я. — Мы решили, что бог смерти должен что-то знать, и оказались правы. Мы уговорили его помочь с вашим возвращением, и к счастью, он пошел нам навстречу. — Он просто так согласился помочь? — недоверчиво спросила богиня охоты. — Говорил, что заключил какую-то сделку... — начала Рейна. — Да, просто так! — перебила я претора. Дочь Беллоны непонимающе посмотрела на меня, на лице Перси и Артемиды тоже было вопросительное выражение, но я старательно их игнорировала. Я не хотела нарушать слово, данное Паше, если он захочет сам все расскажет. — Хм, ну ладно. А каким именно образом вы меня вернули? — спросила Артемида. Ее лицо было непроницаемым, но я поняла, что она задает этот вопрос не только из любопытства. В ее глазах металась плохо скрытая боль и отчаянная надежда, и нетрудно было догадаться, для чего именно она спрашивает это. И поняла это не только я одна. — Вы ведь хотите вернуть Аполлона, да? — осторожно спросила Рейна. Артемида опустила голову, пряча от нас глаза, но едва заметно кивнула. — Для возвращения нужна жертва в виде бога, чтобы, как говорил Танатос, совершить обмен душ. И еще нужно тело, в котором была сущность бога до гибели. Артемида, мне очень жаль, но когда мы с Пашей отвлекали богов в разрушенном Лагере Полукровок, мы видели, как Зевс сжег тело вашего брата. Его уже не получится вернуть, — с сочувствием сказала претор. По щеке Артемиды покатилась слеза, но она тут же быстро вытерла ее, старательно держа себя в руках. — Ладно... ничего страшного, — прошептала Артемида, глубоко вздохнув. — Значит, такова судьба. Мой брат заслужил покой, и так тому и быть. Спасибо вам большое, ребята. Я... я даже не знаю, как вас отблагодарить! — тихо сказала Артемида, смотря на нас глазами, полными слез. — Будто мы делали это ради какой-то награды. Нам и самим вас очень не хватало, — с улыбкой сказал Перси и вдруг прикоснулся к своей голове. — Хотя, учитывая, что вы меня чуть не превратили в оленя, от извинений я бы не отказался. А то, знаете ли, было бы очень неприятно провести остаток дней в шкуре животного. — Понятия не имею, о чем ты говоришь. Не помню такого! — Артемида демонстративно нахмурилась, но по ее веселым глазам я поняла, что она лукавит. Всё она помнит, но поиздеваться над парнем она никогда не будет против. В хижину вошел Дамасен, мельком глянув на Артемиду. Та слегка напряглась при виде гиганта, но оружие доставать не стала. — Дамасен, — богиня приветственно кивнула. — Наслышана, как с тобой обошлись. Рада, что ты на нашей стороне, и спасибо, что помог мне и ребятам. — Ага, значит, вы все-таки помните, что он помог вам? — встрял Перси. — Все как в тумане, такое ощущение, что я наблюдала за собой со стороны, но да, я помню это. Но как пыталась превратить тебя в животного не помню, — с веселой улыбкой ответила Артемида. Перси обиженно надул губы. — Не стоит благодарности. И я не на вашей стороне, — проворчал гигант. — А если хочешь помочь, то пойдем, мне не помешает божественная помощь, — Дамасен махнул богине, приглашая ее выйти из хижины. — Без проблем, — кивнула Артемида и мельком глянула на нас. — Отдохните пока, вы и так на славу потрудились, а потом отправимся домой. Не стоит здесь надолго задерживаться. — Вы сможете нас перенести? — обрадовалась я. — Если вы не заметили, то у меня снова есть божественные силы, — подмигнула богиня охоты и вышла из лачуги. Улыбка не сходила с моего лица, впрочем как и с лиц Перси и Рейны. Ни Тартар, ни первичные боги, никакие другие препятствия не помешали нам вернуть нашу богиню в целости. Даже до сих не верится, что мы сделали это! — Наконец-то можно расслабиться, — облегченно вздохнул Перси. — Ага, если, конечно, забыть о том факте, что мы по-прежнему на войне и все так же сражаемся с Олимпом, — закатила глаза Рейна. — Вечно ты ищешь только плохое. Неужели нельзя просто расслабиться и порадоваться? — буркнула я. — Я просто реально смотрю на вещи. Да, мы сделали невозможное, и я правда рада возвращению Артемиды. Но праздновать я буду, когда мы победим в войне. — Ну, а я могу и сейчас порадоваться и пока не стану забивать себе голову проблемами, — развел руками Перси и обеспокоенно посмотрел на меня. — Как твой нос, кстати? — Немного побаливает, но вполне терпимо, — улыбнулась я. Перси подошел ко мне вплотную и осторожно взял меня за щеки, осматривая переносицу. — И с каких это пор ты разбираешься в сломанных носах? — Ни с каких, — с улыбкой прошептал Перси, но руки так и не убрал, да я и не была против. Мое сердце трепетало от этих нежных прикосновений, оттого, что Перси проявляет беспокойство, и сказать, что я просто утопала в этой нежности - ничего не сказать. — Кхм... — со стороны входа раздался кашель. Перси тут же отпустил меня. Мы испуганно глянули на Артемиду. С лица богини не сходило напряженное выражение, в серебристых глазах металось недовольство. Черт возьми! Дура, дура, дура! Как я могла забыть, что теперь рядом с нами Артемида, и надо держать себя в руках и не позволять себе даже таких невинных прикосновений. — Госпожа, простите меня, я просто... — Пойдем, надо поговорить! — твердо сказала Артемида, перебивая мой лихорадочный поток слов. Перси тут же взял меня за руку, упрямо смотря на богиню, а внутри меня все похолодело. Нет, только не это. И как я могла опять наступить на те же грабли?! Но к моему удивлению, лицо Артемиды слегка смягчилось, хотя напряжение все же никуда не ушло. — Талия, я не трону тебя. Выйди, пожалуйста, мне надо с тобой поговорить! — повторила Артемида более сдержанным тоном. Уловка ли это, чтобы выманить меня наружу, подальше от Перси? Возможно, но я доверяла словам своей госпожи, да и если бы она действительно захотела меня убить, вряд ли присутствие парня остановило бы ее. Я отпустила руку Перси и, ободряюще ему улыбнувшись напоследок, последовала за богиней. — Талия, подожди секунду, пожалуйста, ты ведь была в ту ночь рядом с Пашей. Ты можешь мне рассказать, о какой сделке упоминал Танатос? — напряженно спросила Рейна. Я выругалась про себя. — Рейна, давай я позже тебе расскажу. А лучше поговори со своим парнем, — настойчиво сказала я. Я поспешила выйти их хижины, не дав Рейне снова обрушиться на меня с вопросами. Надеюсь, она прислушается ко мне и не станет выпытывать у меня. Все-таки это не мое дело, хотя беспокойство Рейны было мне, конечно, прекрасно понятно. Артемида не стала далеко отходить и остановилась в нескольких метрах от лачуги, что слегка меня приободрило - в случае чего, Перси и Рейна придут мне на помощь. Я не решалась заговорить с Артемидой, она тоже молчала, о чем-то думая и растерянно наблюдая за Дамасеном, собирающим какие-то коренья неподалеку. — Талия, скажи, ты любишь Персея? — едва слышно спросила Артемида спустя несколько минут этой молчанки. Я замялась, не зная, что ответить. Что люблю его? Вряд ли это понравится Артемиде, я фактически тем самым скажу, что мне плевать на охоту, и мыслями я рядом с любимым. Но в принципе, хоть я этого никогда не говорила богине напрямую, она же не слепая и прекрасно сама видит, что я неровно дышу к сыну Посейдона, раз даже осмелилась пойти на предательство. Так какой тогда смысл врать? — Всем сердцем! — прошептала я. — Тогда зачем ты вернула меня? — Артемида оторвала взгляд от гиганта и посмотрела мне в глаза. — Я была мертва, а с остальными охотницами ты без проблем смогла бы справиться. У тебя ведь была возможность делать все, что угодно. Почему ты решила воскресить меня? Ради чего по-прежнему хранила обет безбрачия? — Я не могла нарушить данную вам клятву, Артемида, — я проглотила ком в горле. — Да, я могла бы вас не воскрешать и без проблем для себя строить отношения с Перси. Но как бы я потом себя чувствовала? Хватит и того, что я вас уже один раз предала, и второго я точно не вынесу. Я просто не могла взять и отвернуться от вас, пусть даже вы и были мертвы. Это было бы настоящим предательством. И не только по отношению к вам и охотницам, но и к самой себе. Простите, что я сейчас снова подпустила к себе Перси, но уверяю вас, у меня нет никаких планов опять предать ваше доверие! Артемида внимательно меня слушала с задумчивым выражением лица. В отличие от первого нашего разговора, когда Сет нас сдал, сейчас она не злилась, а в ее глазах вместо презрения я, к своему удивлению, увидела уважение. — От тебя отвернулись все, Талия. Охотницы презирали и ненавидели тебя, а я могла легко тебя убить. Но вместо того, чтобы воспользоваться шансом на счастливую жизнь рядом с Перси после моей смерти, ты продолжала придерживаться нашего общества. Это достойно уважения, Талия! Но ты хотела бы быть с ним, не так ли? — Артемида пристально на меня посмотрела. — Хотела бы, но, госпожа, как я уже сказала... — Это последний раз, когда ты меня так называешь, Талия! — Артемида печально улыбнулась. — Я вижу, как ты страдаешь, и не хочу больше мучить тебя. Наверное, мне следовало сделать это раньше, но, возможно, чувство эгоизма или какой-то собственности останавливало меня. Я поражена твоей стойкостью, что несмотря ни на что ты по-прежнему хранишь мне верность, но довольно на этом! Я в шоке смотрела на Артемиду. Мое сердце бешено забилось от ее слов, но произнести вслух мою догадку, полную надежды, мне не хватало смелости. Но богиня сама развеяла мои сомнения. Она шагнула ко мне вплотную, положив руки мне на плечи, ее глаза вспыхнули ярко-серебристым. — Талия Грейс, отныне ты не обязана следовать моим правилам, придерживаться обета целомудрия и избегать мужского общества. Я отпускаю тебя из общества охотниц, и ты вольна распоряжаться своей жизнью, как тебе заблагорассудится! Едва она это договорила, я почувствовала в себе очень странное чувство. На первый взгляд, мало что изменилось, но я вдруг ощутила себя... слабее. Чувство необычайной легкости и свободы, не покидающее меня столько лет, исчезло. Я резко почувствовала себя уязвимой и слабой девушкой, совсем как... как до моего присоединения к охотницам. Но разве сейчас это имело для меня какое-то значение? — Артемида, я... — дыхание перехватило, не в силах сдержать чувства, я бросилась богине на шею, чувствуя, как к горлу подступил ком слез. — Спасибо тебе большое, сестра! Несколько секунд мы так и стояли, крепко обнявшись, но наконец Артемида мягко отстранилась от меня и с улыбкой посмотрела мне в глаза. — Не упусти свое счастье, Талия, — мягко сказала Артемида, осторожно снимая с меня тиару старшей охотницы. — Не упущу, — кивнула я, чувствуя, как бешено колотится сердце. Не могу поверить, она действительно пошла на это. За несколько тысячелетий Артемида отпустила всего нескольких девушек. Остальные либо погибали в сражениях, либо их убивала сама Артемида за предательство, и именно поэтому охота часто становилась камнем преткновения, несмотря на все плюсы. Вступив однажды в ряды охотниц, уйти из них живой будет практически невозможно. Но по лицу Артемиды, по ее слегка печальным, но беззлобным глазам я видела - она не презирает меня и не делает это через силу. Она просто желает мне счастья, прекрасно понимая, что мое сердце уже не с ней. Черт возьми... Я могу быть с Перси! Я правда наконец могу быть рядом с любимым парнем, к которому была так неравнодушна на протяжении стольких лет. Сколько же между нами было препятствий, как же я страстно желала этого. И вот наконец моя мечта становится явью. Я уже даже не испытывала никакой зависти к отношениям Рейны и Паши. У меня есть возможность завести свои отношения с любимым парнем! Я уже едва сдерживалась, чтобы не рвануть в хижину к Перси, но из-за внезапной мысли об отношениях своих друзей и обеспокоенной просьбе Рейны перед тем, как я вышла из лачуги, я не могла так просто уйти. Несмотря на все просьбы Паши оставить его сделку в тайне, я видела, как Рейна теряется в догадках и жутко беспокоится по этому поводу. Но как помочь им я понятия не имела. Так может, стоит довериться той, кто гораздо мудрее меня? — Артемида, мне нужно вам кое-что сказать, — неуверенно сказала я. — Мы не все вам рассказали, Танатос не просто так помог нам. Я сбивчиво рассказала богине о сделке смертного с Танатосом. Да, возможно, я поступаю подло и нарушаю данное слово, но на кону стоит жизнь моего друга и просто сидеть сложа руки и надеяться на то, что он сам справится с этой проблемой, было выше моих сил. Артемида гневно сжала кулаки и пробормотала какие-то ругательства. — Ну что за идиот, — покачала головой богиня. — Ладно, я попробую с этим что-нибудь сделать. Спасибо, Талия. — Это вам спасибо, госп... Артемида, — я широко ей улыбнулась. Мне хотелось сказать ей что-то еще, как-то выразить свою бесконечную благодарность, что была у меня на сердце, но в голову ничего не лезло. Да и вряд ли какие-то слова могли бы выразить мои чувства. — Иди уже к нему, не мучай себя, — Артемида печально улыбнулась, видимо, заметив, что я бросаю нетерпеливые взгляды на хижину. Дважды просить не пришлось. Я благодарно улыбнулась Артемиде еще раз и чуть ли не бегом устремилась в хижину. Перси и Рейна о чем-то тихо разговаривали, и оба тут же удивленно перевели взгляд на меня, едва я влетела внутрь. — Талия? — обеспокоенно спросил Перси, поднимаясь мне навстречу. — Ничего не говори, Рыбьи Мозги! — прошептала я, рванув к нему. — Все хоро?.. Я буквально налетела на него и тут же впилась ему в губы жарким поцелуем, не дав договорить. Внутри меня все тут же затрепетало, сердце сделало кульбит. Как же долго я ждала этого, как страстно желала вновь почувствовать его солоноватые, горячие губы на своих. Моя мечта наконец сбылась! Перси на секунду опешил, машинально ответив на поцелуй, но уже через пару секунд отстранился, в шоке и непонимании смотря на меня. Краем глаза я заметила, что на лице Рейны такие же эмоции. — Талия, что это значит? Артемида же нас сейчас... — Замолчи! — не в силах контролировать переполнявшее меня чувство любви, я снова впилась ему в губы. Но Перси тут же взял меня за плечи и отстранил от себя. — Объясни же, что это значит? — требовательно спросил он. В глазах парня металось неверие и плохо скрытая надежда. — А разве ты еще не понял? — прошептала я, просто утопая в его зеленых глазах. Перси вдруг поднял свой взгляд и посмотрел куда-то мне за спину. — Позаботься о моей бывшей охотнице, Персей, — сзади меня раздался голос Артемиды, и судя по нему она улыбалась. — Бывшей охотнице... — тихо повторил Перси. На его лице промелькнуло неверие, но уже в следующую секунду оно сменилось такой радостью и счастьем, что я и сама не сдержала улыбки. Перси нежно взял мои щеки ладонями и уже сам поцеловал меня, не имея больше никаких преград. Я прикрыла глаза, полностью утопая в его мягких губах. Наконец-то! Первый настоящий поцелуй! Без угрозы быть убитым, без всяких ограничений и маскировок. Поцелуй продлился недолго, Перси снова разорвал его и притянул меня к себе, сжимая так сильно, что ребра чуть ли не затрещали. Но пусть они лучше сломаются, чем я посмею отстраниться от Перси. Я уткнулась ему в носом в плечо, чувствуя, что еще немного и я точно разрыдаюсь от переизбытка чувств. — Спасибо, Артемида, — прошептал Перси. Чуть отстранившись от парня, я заглянула в его лицо. В глазах Перси стояли слезы радости, он благодарно глядел мне за спину, но тут же перевел на меня свой взгляд, стоило мне оторваться. Я чувствовала, что просто растворяюсь в этих зеленых, цвета моря глазах, и поистине я могла бы глядеть в них целую вечность. — Рада за вас, ребята! — с улыбкой сказала Рейна, потрепав нас по плечам. Хоть на ее лице и была искренняя радость, мыслями она явно была далеко. Глядя в ее полные беспокойства глаза, я вдруг представила, а что если бы, например, Перси так же скрывал бы от меня свою сделку с богом смерти? Я бы однозначно места себе не находила и просто терялась бы в догадках. Нет, надо все-таки рассказать все Рейне. Скрывать от нее такое это эгоистично по отношению к ней, она имеет право знать, и плевать, что я поругаюсь со смертным. — Вам стоит уходить и поскорее, — в хижину вдруг заглянул Дамасен. Вид у него был взволнованный. — Мои братья гиганты уже совсем близко. — Он прав, нам не стоит задерживаться, — кивнула Артемида. — Лучше поговорим на поверхности. Выйдем за пределы владений Дамасена, и я перенесу нас. Спорить было глупо, мы и так уже слишком задержались в Тартаре, и сидеть здесь и дальше не стоило. — Спасибо вам большое за помощь, Дамасен! — горячо поблагодарили мы гиганта. — Удачи вам в вашей войне, полубоги! — улыбнулся нам Дамасен. — Ступайте же скорее. Не задерживаясь, мы поспешили выйти за пределы болота, слыша в отдалении рев и тяжелые приближающиеся шаги. Черт возьми, надо было не заниматься разговорами, а сваливать из этого гиблого места. Но рассуждать уже было поздно. — Всем взяться за руки, скорее! — нетерпеливо сказала Артемида, едва мы вышли за пределы владений Дамасена. Я быстро схватила ее за плечо, другую руку я и так не выпускала из ладони Перси. Глаза Артемиды на секунду вспыхнули серебристым, но ничего не произошло. Мы обеспокоенно переглянулись, я хотела было спросить, все ли нормально, но Артемида вдруг резко замерла и уставилась куда-то мне за спину. Я проследила за ее взглядом и увидела в нескольких десятков метрах несущихся к нам гигантов. — Артемида, ну же, перенесите нас скорее! — крикнула Рейна, но богиня охоты в ступоре наблюдала за приближением гигантов и не реагировала. — Нет... Невозможно... — прошептала Артемида с широко раскрытыми глазами. Гиганты тем временем остановились в пяти метрах от нас. Среди них я увидела уже знакомых нам Полибота и Энкелада. Один из гигантов заинтересованно уставился на меня, отчего мне вдруг стало очень не по себе. Выглядел он гораздо больше остальных гигантов, да и чувствовалось в нем что-то царское. Все мы напряглись и потянулись за оружием. Все, кроме Артемиды. Сама богиня с широко раскрытыми глазами смотрела на мускулистого, красивого мужчину, резко выделявшегося среди остальных тем, что у него единственного не было ног рептилии. Выглядел он совсем как человек, единственное, что было необычного в его внешности - это его бронзовые механические глаза. — Артемида? — тихо спросил мужчина, смеряя ее недоверчивым взглядом. — Орион... — прошептала богиня. Мы втроем удивленно посмотрели на Артемиду. Это был голос не моей дерзкой и бесстрашной богини, сейчас она больше походила на напуганную девчонку, выглядевшую так, словно повстречала призрака. Хотя понять, что передо мной именно тот самый Орион, который был влюблен в Артемиду, и к которому она сама неровно дышала, хоть и тщательно скрывала это, было нетрудно. — Нет, стойте! — крикнул Орион, заметив, что гиганты уже хотели броситься на нас. — Орион, какого черта ты делаешь? — недовольно спросил гигант, заинтересовавшийся мной. — Подожди буквально минуту, Порфирион, — попросил Орион. Он миролюбиво поднял руки и в одиночку шагнул к нам. Мы тут же подняли оружие, хотя Артемида не сдвинулась с места и ничего не предприняла. Лишь смотрела на приближающегося Ориона с напускным равнодушием и усиленно пыталась сделать непроницаемое лицо. — Артемида, дорогая моя... — Я тебе не дорогая, Орион! — резко перебила его богиня. Даже слишком резко. — Не смей меня так называть. — С чего вдруг такая ненависть? — С чего? Ты смеешь еще спрашивать об этом?! Я доверилась тебе, позволила присоединиться к охотницам, чего никогда не позволяла мужчинам. И как ты отблагодарил меня? Попытался сделать меня своей? Бесправной женщиной, вынужденной подчиняться тебе? Я рада, что мой брат наслал на тебя безумие в свое время. Я ненавижу тебя всем сердцем! — Как же долго ты убеждала себя саму в этом? — печально улыбнулся Орион. — Мы оба знаем, почему ты позволила присоединиться мне к вашей охоте, не так ли? И не надо выдумывать, что я бы сделал тебя зависимой. Я любил тебя всем сердцем, и я бы никогда не пошел на это! Лицо Артемиды исказилось, она отвела взгляд от мужчины. Рейна и Перси непонимающе смотрели на богиню охоты, выглядевшую так, будто она вот-вот сорвется и даст волю чувствам. В отличие от ребят, я прекрасно знала, что именно гложет Артемиду, но не вмешивалась - это точно не мое дело. — Орион, какого черта ты несешь? — прорычал Порфирион. — Убей ее немедленно. Ты был рожден для этого! — Каждый из нас сам выбирает свою судьбу, — тихо сказал Орион, не оборачиваясь. — Я действительно мог бы убить тебя, Артемида, или хотя бы попытаться. Тем более, после того, как твой брат наслал на меня безумие, я просто горел жаждой мести. Я все представлял, как моя стрела пронзит твое сердце и сердце Аполлона, как отомщу вам обоим за всю боль, что вы причинили мне. Но сейчас, стоя перед тобой, я даже и не предполагал, что это будет настолько сложно сделать - убить того, кого любишь всем сердцем. И того, кто любит тебя! — Заткнись, Орион, заткнись! — гневно закричала Артемида слегка дрожащим голосом. — Я не люблю тебя и не любила никогда, и перестань убеждать себя в этом. Я дала обет целомудрия, и я бы никогда не оступилась, тем более ради такого, как ты! — Сколько ненависти, сколько страсти! — снисходительно улыбнулся Орион. — Я бы охотно поверил в эти слова, Артемида, если бы не знал тебя. За этой маской презрения и ненависти ты лишь пытаешься скрыть свои настоящие чувства: страх перед этими детьми, что они тебя осудят и не поймут; свои собственные метания, что ты поступаешь неправильно и предаешь саму себя; и наконец, любовь. Нашу любовь, Артемида! Ты прекрасно помнишь, как хорошо нам было вместе. Как мы вместе охотились, как беззаботно и счастливо проводили время вместе. Ты утверждаешь, что я пытался сделать тебя своей, но разве я хоть раз попытался взять тебя силой? Разве я вел себя как-то непристойно или неуважительно по отношению к тебе? — повисло молчание. Богиня старательно отводила взгляд. — Ответь мне на вопрос, Артемида!!! — вскричал Орион, заставив нас вздрогнуть. — Нет, не вел, — едва слышно прошептала девушка. — Так с чего ты тогда взяла, что я хотел сделать тебя зависимой? Я любил тебя всем сердцем, и я не буду скрывать, что хотел на тебе жениться, но как на равной. Как на любимой женщине! — Я тебе не верю, — тихо сказала Артемида. Ее голос слегка задрожал. — Веришь, Артемида, и я это знаю... — Все, довольно! — гневно закричал Энкелад. — Если ты думаешь, Орион, что мы будем стоять и смотреть, как ты любезничаешь с ней... — Что ты сделаешь, Энкелад?! — Орион резко обернулся, яростно смотря на гиганта. — Я мечтал о встрече с ней тысячелетия, и вы дадите мне с ней поговорить. Иначе пожалеете! Гиганты смотрели на него тяжелым взглядом, но никто не стал возражать. Мы втроем тоже продолжали стоять с оружием наперевес, не зная, что нам делать. Но обходить Ориона и нападать самим на гигантов особого желания не было, как и вмешиваться в разговор Ориона и Артемиды. А для них сейчас, похоже, никого кроме друг друга не существовало. — Так если ты сама знаешь, что я бы не стал показывать себя с такой мерзкой стороны, то почему же ты так говоришь, Артемида? — Орион снова повернулся к богине. Та упрямо молчала. — Аполлон настроил тебя против меня, не так ли? Он боялся, что ты предашь свою собственную клятву и разрушил наши так и не начавшиеся отношения. Как же это было подло и низко с его стороны - вмешиваться в чужую жизнь и лезть в то, что его никак не касается. — Видимо, ты времени зря не терял, раз успел сочинить такую речь, — язвительно сказала богиня охоты. — Все, что я тебе сейчас сказал, было сказано от сердца! — твердо сказал Орион. — Артемида, как я уже сказал, я мечтал отомстить все эти годы. Но сейчас я понимаю, что не могу! У меня просто рука не поднимется убить тебя, что бы я о тебе не думал и как бы к тебе не относился. К черту всё! Забудь ты о своей охоте, об этих жалких полубогах, о своем брате. Останься со мной! Тебя никто не тронет, обещаю тебе. Просто... просто будь со мной, Артемида! Орион подошел к ней медленным осторожным шагом вплотную и протянул ей руку. Мы все напряглись, но даже не оттого, что в метре от нас стоял один из опаснейших врагов во Вселенной, но и потому, что на лице Артемиды вдруг промелькнуло сомнение. Орион говорил убедительно и искренне, я даже сама поверила ему, хоть и не знала в полной мере, что произошло между ним и Артемидой, и меня никак не касались их отношения. По глазам Артемиды я видела, как она отчаянно хочет взять его руку. Просто отбросить голос разума, поддаться чувствам, от которых она так долго убегала, и поступить, как девушка. Но статус богини, присутствие других гигантов, да и наше тоже все же не позволяло ей перейти черту. — Ты хороший, Орион, — прошептал Артемида. — А точнее ты был таким, пока не присоединился к остальным гигантам. Я любила тебя... как друга любила, — поспешно добавила она. — Но это все в прошлом. Я благодарна моему брату, что он не дал мне оступиться, что он не дал мне совершить глупость. Ты сказал, что не хочешь сражаться со мной, так? Тогда просто уйди. Уйди и никогда не попадайся мне на глаза, и лучше воспользуйся моим предложением, пока я отпускаю тебя! — Артемида высокомерно подняла голову и посмотрела Ориону в глаза. — Ты хочешь этого? — тихо спросил он. — Да, хочу! — Я спрошу еще раз, только на этот раз ответь мне честно, Артемида. Так, как подсказывает тебе твоё сердце. Ты хочешь, чтобы я ушел? — Орион продолжал держать руку перед богиней. Лицо Артемиды на секунду исказилось. На мгновение маска высокомерия и равнодушия ушла, сменившись отчаянием, какой-то трепетной надеждой и нежностью. Но почти сразу Артемида опустила голову, пряча взгляд, хотя ее глаза явно заметила не я одна. На лицах Рейны и Перси был шок и удивление. Всё погрузилось в пугающую тишину, даже гиганты не двигались, нетерпеливо переминаясь с ноги на ногу. — Любимая... — прошептал Орион. Артемида подняла голову, ее лицо исказили рыдания, но тут она резко выбросила руку вперед с зажатым в ней охотничьим ножом. Громкий крик разрезал оглушительную тишину, кисть Ориона упала на землю, из обрубка ручьем хлынул ихор. — Я дала тебе шанс! — с отчаянием в голосе крикнула Артемида. Всё тут же пришло в движение. Гиганты кинулись к нам, мы втроем вскинули оружие, готовясь их встретить. Сама Артемида хотела было еще раз ударить Ориона, но тот тут же отступил к своим братьям. Богиня охоты, казалось, даже не обращала внимания на остальных гигантов, все, что ее заботило - это Орион. Перси вступил в схватку с Полиботом, Рейна с Энкеладом, а на меня кинулся Порфирион и еще один гигант, буквально окутанный в тьму, да и вместо волос у него был какой-то черный дым. Но вряд ли он был рожден, чтобы драться с Нюктой, а значит остается только один вариант - с той, которая управляет магией наравне с богиней ночи! Но думать об этой странной иронии судьбы, что я сражаюсь с противником Гекаты, у меня не было времени. С одним-то гигантом было бы трудно справиться, а с двумя и подавно. Я не видела, как дела у Рейны и Перси, но лично я тут же стала отступать под натиском этих чудовищ, не в силах противостоять им одна. К тому же я осталась без щита и копья, а сражаться одними только охотничьими ножами с тем же мастерством, что и Артемида я не могла. Благо она их пока не забрала, а то бы я вообще осталась без оружия. Самой богине преградили путь к Ориону два гиганта-близнеца. Правда она довольно быстро отбросила от себя одного, а затем и другого, но в прах они к моему удивлению не обратились. Никогда еще не видела, что монстры способны пережить такие раны. — Артемида! — отчаянно крикнула я, отступя шаг за шагом. Богиня замерла, так и не бросившись на Ориона, напряженно смотрящего на свою любовь и врага в одном лице. По колебаниям Артемиды было видно, что она очень хочет вступить в схватку с ним, но то ли ее остановил мой крик, то ли чувства не давали ей прикончить Ориона. Развернувшись на сто восемьдесят градусов, Артемида одновременно достала лук и пустила стрелу в спину Полибота, попав точно между лопаток. Гигант вскрикнул, оступившись, и Перси тут же этим воспользовался, пронзив его грудь Анаклузмосом. Гигант тут же рассыпался в прах, Перси поспешил мне на помощь, а Артемида рванула к Рейне. Я слегка отступила, давая Перси принять гигантов на себя, и достала лук. Пустив ток в стрелу, я выпустила снаряд в Порфириона, но тот лишь небрежно отбросил ее от себя, никак не отреагировав на ток. — Я был рожден, чтобы уничтожить Зевса! Неужели ты думаешь, что ток и молнии причинят мне вред, девочка? — засмеялся Порфирион. — Зато это точно причинит тебе вред! — крикнул Перси, подрубая ноги гиганта Анаклузмосом, но тот лишь сильнее разозлился. — Клитий! — Порифирион зыркнул на своего брата. Тот молча кивнул. От тела Клития стал исходить черный дым, заставивший Перси отступить от Порфириона, но царь гигантов тут же насел на него. Рейна и Артемида тем временем расправились с Энкеладом. Дочь Беллоны рванула к нам, а Артемида последовала за Орионом, не давая ему уйти. Но наблюдая за сражением я поняла, что без помощи богини нам не одолеть гигантов, пусть мы теперь и сражаемся втроем. Сама Артемида явно была во власти своих эмоций, и она сейчас больше хотела убить именно Ориона, а не помочь нам. — Нам надо уходить! Артемида! — крикнула я. Богиня даже не повернула головы. Молниеносно зарядив лук, она выпустила стрелу в спину отступающему Ориону. Тот упал, но даже не стал пытаться подняться на ноги, лишь обреченно и с печальной улыбкой смотрел на нависшую над ним Артемиду. Богиня снова зарядила лук, но тут замерла, смотря в глаза Ориону. Оклемавшиеся близнецы поднялись на ноги и кинулись на помощь Порфириону и Клитию. Под натиском четырех гигантов мы начали отступать, не имея шансов одолеть их без поддержки бога. Но сама Артемида в ступоре продолжала стоять над Орионом. — Артемида! — отчаянно закричала Рейна. Ее крик заставил богиню очнуться. Она растерянно посмотрела, как нас теснят гиганты, но тут же перевела взгляд обратно на Ориона, который с грустной улыбкой покачал головой. Лицо Артемиды исказили рыдания, она вдруг убрала лук и рванула к нам, так и не выстрелив в Ориона. На бегу подрубив ноги одному из близнецов и Клитию, Артемида молнией пронеслась к нам и раскинула руки. Мы тут же поспешили к ней. Но перенести нас Артемида не успела. К ней кинулся Порфирион, занося свой золотистый меч над богиней. Она машинально потянулась за своими ножами, Перси бросился наперерез, Рейна вскинула меч Аида, но все опоздали. Меч уже был в считанных сантиметрах от головы Артемиды, когда в шею Порфириона вдруг вонзился черный охотничий нож. Порфирион вскрикнул от боли, так и не опустив свой меч, и в ярости посмотрел назад, на Ориона, метнувшего нож. Не мешкая, мы подбежали к Артемиде, ее глаза тут же вспыхнули серебристым. Она бросила последний взгляд на Ориона, с улыбкой смотревшего на богиню охоты и не обращающего внимания на Порфириона, который с яростным видом направился в сторону своего брата, посмевшего заступиться за свою возлюбленную. В следующую секунду моя голова закружилась, в глазах потемнело, и я почувствовала, что падаю... Я знала, что почувствую, боги не в первый раз переносят меня, но отвратительного чувства тошноты и головокружения не удалось избежать. К счастью, продлилось оно недолго, через несколько минут тьма перед глазами рассеялась. Потрясающее чувство облегчения тут же охватило меня, мы оказались в долине под теплым солнышком. Находилось оно на востоке, и я поняла, что мы провели в Тартаре целые сутки, но какое это сейчас имело значение. В паре километров от нас виднелся Новый Рим и Лагерь Юпитера. Мы наконец-то дома! На лицах Перси и Рейны промелькнула расслабленность. Напряжение, не покидавшее нас с того момента, как мы оказались в Тартаре, ушло. Но одной из нас явно было не до радости и празднований. С лица Артемиды не сходило равнодушное выражение, но в ее глазах металась жуткая боль. И догадаться, чем именно она вызвана, было нетрудно. — Ребята, что бы вы обо мне не думали после всего этого... Пусть это останется между нами, пожалуйста! — Артемида с мольбой посмотрела на Перси и Рейну. — Это ведь ваше дело и ваша личная жизнь, Артемида, — пожала плечами Рейна. — Мы не вправе вам что-либо говорить, и уж тем более упрекать. — Вот именно, — кивнул Перси. — Хотя, знаете, я даже рад, что вы оказались не такой, какой я вас считал. Я имею в виду, не такой ярой мужененавистницей. — Поаккуратнее, а то ведь я могу и закончить твое превращение, — богиня вымученно улыбнулась. Перси усмехнулся, но не стал ничего говорить. Рейна тем временем, явно изнывая от нетерпения, чуть ли не бегом направилась в сторону Лагеря Юпитера, а Перси протянул мне руку, вопросительно глядя на меня. Но я покачала головой - не могла же я оставить свою сестру сейчас одну. Я понимала ее гораздо лучше остальных и очень хотела поговорить с ней наедине. — Я скоро подойду, — тихо сказала я, скосив глаза на Артемиду. В глазах Перси промелькнуло понимание, он неторопливым шагом направился в сторону лагеря, оставив нас вдвоем. — Почему не пошла с ним? — безразличным, гулким голосом спросила Артемида. — Хотела поговорить. Об Орио... — Зачем? Зачем нам об этом говорить, Талия? — голос богини слегка задрожал. — Все осталось в прошлом, мы выбрались из Тартара, Орион остался в Бездне. Какое значение имеет все остальное? — Порфирион ведь убьет его? — тихо спросила я, но уже в следующую секунду пожалела, что сказала это. Лицо Артемиды исказилось, она закрыла лицо руками и, не сдерживаясь, горько расплакалась. Я на мгновение растерялась, но тут же взяла себя в руки и крепко обняла богиню. Она уткнулась мне в плечо, продолжая всхлипывать. — Ну все, Артемида, успокойся, — мягко сказала я, поглаживая ее по спине. — Орион знал, на что шел. Может, он и был уродом, одним из гигантов, но он все-таки спас вас вопреки всему. Вам стоит гордиться таким... другом, — Артемида отстранилась от меня и посмотрела заплаканными глазами. — Я ненавидела его всем сердцем, но все равно не смогла найти в себе силы убить его, — прошептала она. — Может, потому что и не хотела убивать его? — с улыбкой спросила я. — Орион был прав, когда говорил, что ты сама себя убедила, что ненавидишь его. Хватит убегать от своих чувств, Артемида. Нет абсолютно ничего страшного в том, чтобы признаться в своей любви к Ориону. — Охотницы меня не поймут, — покачала она головой. — Я должна быть образцом стойкости для них, а не показывать дурной пример. — Так я же не говорю о том, чтобы ты все им рассказывала. Достаточно того, чтобы ты призналась в этом самой себе! — твердо сказала я, она неуверенно на меня посмотрела. — Артемида, а ты ведь правда была готова принять его предложение? — Нет... точнее... да, у меня была такая мысль. Но я же не могла вас оставить наедине с остальными гигантами или вообще бросить на нашей войне. Я бы никогда себе этого не простила. — Отказалась от своих чувств ради других? Да уж, мы точно друг друга стоим, — усмехнулась я. Артемида ответила легкой улыбкой. — Как бы то ни было, Орион показал свои настоящие чувства. Он переборол в себе жажду мести и свою обиду, когда отказался от твоего убийства и заступился перед остальными гигантами. — Я знаю это. И я тоже смогла перебороть себя, — прошептала Артемида, опустив голову. Несколько минут она молчала, словно прокручивая в голове весь свой разговор с неудавшимся любовником, затем глубоко вздохнула и решительно посмотрела на меня. — Все, Талия, давай больше не будем говорить о нем. Я рада, что у меня был такой... друг, как бы я не относилась к нему все это время. Но чем больше мы говорим о нем, тем... — Я поняла, — кивнула я, заметив, что она замялась. — Пойдем в лагерь, Талия. Оставим уже все это в прошлом, — вымученно улыбнулась Артемида, плохо пытаясь скрыть печаль и душевную боль...