Глава 37. Пленение
18 августа 2021 г., 19:47
Направляясь к карцеру, я пытался проработать хоть какой-то план... Хотя, какой может быть, мать его, план?! Мне ни за что не удастся убедить римлян отпустить Селин, они никогда не нарушат приказ Рейны. Других вариантов нет, мне придется применить силу, но каковы будут последствия для меня самого? Мне не очень-то хотелось присоединяться к Селин и разделять ее участь. Хотя вряд ли Рейна действительно пойдет на мое убийство даже в состоянии аффекта и безумной ярости. Но то, что мне мало не покажется, я не сомневался. Ладно, кто не рискует, тот не нарушает обещаний, данных воинственной дочери Беллоны.
Едва карцер попал в мое поле зрения, я слегка замедлил шаг, оценивая обстановку. Двое одетых в доспехи римлян у дверей, больше вроде никого нет. Сложновато, но бывало и похуже. Так, допустим, я с ними справлюсь и освобожу Селин. А дальше что? Надо как-то вывести ее за пределы лагеря, так она будет более менее в безопасности, если только ее не тронут боги. Но потом римляне обязательно настучат Рейне, что это я напал на них, и мне точно пиздец. Убить их? Нет, это уже перебор, тогда легко я точно не отделаюсь. Ладно, делаем то, что получается у меня лучше всего. Импровизируем!
— Что тебе нужно? — напряженно спросил один из парней, когда я подошел к ним. Оба тут же настороженно уставились на меня и положили руки на мечи.
— Если я попрошу вас отпустить ее, вы пойдете мне навстречу? — спокойно спросил я.
— Сперва отпустил Гекату, теперь хочешь отпустить эту предательницу. Слушай, а ты точно на нашей стороне? — развел руками второй. — Лучше убирайся отсюда. Мы отпустим ее, только если Рейна лично нам скажет это.
— Ясно, — вздохнул я.
Я не сдвинулся с места, рассматривая парней. Те так же настороженно смотрели на меня, не убирая руки с мечей. Да уж, напряжение, висящее между нами, можно хоть ножом резать. А чего я в принципе ожидал?
Я резко достал мечи, одновременно делая взмах и надеясь нанести ближайшему полубогу рану в бедро, где не было доспехов. Но к моему удивлению, парень успел среагировать и уклонился от удара, тут же доставая свой меч. Второй последовал его примеру, но парень, на которого я напал, тут же махнул ему рукой куда-то в лагерь и быстро атаковал меня, принимая на себя. Удары были бесхитростными и не представляли для меня большой опасности, но отвлечься на второго полубога я не мог и заскрипел зубами от досады, заметив, что он рванул куда-то в сторону принципии. Блять...
Бой с римлянином шел недолго. Он уступал мне в фехтовании, сражался только одним мечом, и преимущество было за мной. Через полминуты я перехватил его клинок и с силой ударило по голове рукоятью меча. Парень рухнул на землю, потеряв сознание. Я тут же обернулся, пытаясь найти второго римлянина. Но он уже был слишком далеко, и я бы точно не догнал его, хоть на мне и не было тяжеленных доспехов. А даже если бы и догнал, драгоценное время было бы потеряно, не гоняться же за ним по всему лагерю.
Я быстро отстегнул ключи от пояса лежащего на земле парня и рванул к дверям карцера. Через несколько секунд дверь со скрипом открылась, я зашел внутрь, осматриваясь. Да, как я себе и представлял. Сидит в темноте на этой кровати и плачет навзрыд. Бедняжка...
— Селин, возьми себя в руки и выходи быстрее! — твердо сказал я. Девушка на секунду замолчала, подняла на меня заплаканные глаза и в неверии посмотрела на меня.
— Что... что это значит? — прошептала она, сжавшись.
— Не задавай глупых вопросов. Пошли быстрее, пока сюда никто не подошел, — нетерпеливо сказал я.
На лице Селин промелькнуло понимание, и в следующую секунду оно сменилось таким облегчением и радостью, что у меня и у самого приподнялось настроение. Я быстро разрезал веревку, связанную вокруг запястий девушки, и Селин тут же бросилась мне на шею, крепко обнимая и тараторя слова благодарности. Приятно, конечно, но надо двигаться, а не стоять на месте.
— Пойдем быстрее, не стоит задерживаться, — я мягко отстранил от себя амазонку и, осторожно выглянув наружу, повел ее из карцера. Уходить с ней я, разумеется, не собирался, но проводить ее до ворот на всякий случай стоило. — Селин, послушай меня очень внимательно. Тебе нужно уходить из Лагеря Юпитера и как можно скорее. Чем дальше ты будешь от полубогов, тем безопаснее для тебя. Боги скорей всего не тронут тебя или?..
— Думаю, не тронут, они считают, что я предала вас, — Селин проглотила ком в горле.
— А на самом деле? — я внимательно посмотрел на нее.
Хоть я и так зашел очень далеко, напав на римлян и освободив Селин, но мне было очень важно услышать именно от нее, что она действительно раскаивается.
— Я на самом деле предала вас, — прошептала Селин, опустив голову. — После того, как вы уехали их Сиэтла мне было очень плохо, меня одолевала обида на тебя, на полубогов, вообще на всех. Я все думала, почему все так несправедливо, почему именно я. Не знаю, чем я думала, но я решила связаться с олимпийцами. Я не очень-то хотела помогать им, но мне просто хотелось насолить вам всем. Но, Паш... мне правда очень жаль. Я полная дура, я совсем не понимала, что делаю, и я бы все отдала, чтобы повернуть время вспять и не совершать эту ошибку, — глядя в ее полные раскаяния и мольбы глаза, я лишь преисполнился уверенности, что все делаю правильно. А то, что говорит девушка искренне, я ни секунды не сомневался.
— Главное, что ты все поняла, Селин, — я мягко улыбнулся ей. — Постарайся не совершать больше глупостей. Ты очень хорошая девушка, и я искренне желаю тебе счастья. А то, что ты рано или поздно найдешь его, я не сомневаюсь, — я протянул ей один из мечей, дочь Ириды машинально взяла его. Надо же, как дрожат ее руки.
— Спасибо тебе, — прошептала она. — Я тоже... тоже желаю тебе счастья рядом с Рейной. Ты заслуживаешь его.
— Если бы все было так просто, — мрачно вздохнул я, вспоминая разговор с Танатосом. — Уходи отсюда и поскорее.
— А что будет с тобой? — она с волнением посмотрела мне в глаза.
— Что-нибудь придумаю, не переживай за меня, — улыбнулся я ей. Селин ответила мне неуверенной улыбкой и вдруг поцеловала меня в щеку.
— Спасибо тебе еще раз. За все, что делаешь для меня. И передай Нэнси, что я благодарна ей за поддержку.
— Передам, — кивнул я. Лагерные ворота уже попали в наше поле зрения, осталось совсем немного. — Иди же, дорога каждая минута.
— Никуда она не пойдет! — сзади нас раздался голос Рейны.
Я громко выругался и резко повернулся. К нам быстро приближалась Рейна в сопровождении десятка полубогов. В одном из них я узнал того парня, который охранял Селин и унес ноги, когда запахло жареным. Чертов стукач!
Краем глаза я заметил, как Селин испуганно сжалась и неосознанно шагнула мне за спину. Полубоги тем временем остановились в пяти метрах, многие обнажили оружие, напряженно смотря на нас. Сама Рейна была без оружия, но одним своим видом она внушала куда больший ужас, чем все римляне рядом с ней вместе взятые. Лицо дочери Беллоны было непроницаемым, но ее темные глаза, направленные на меня, полыхали гневом и разочарованием.
— Да уж, и почему я нисколько не удивлена? — процедила Рейна. Она подошла ко мне вплотную и протянула руку. — Меч!
Я не сдвинулся с места, мысли лихорадочно метались в моей голове в поисках решения. Можно было бы вступить с бой с полубогами, но тогда все точно будет кончено. Мне ни за что не справится с десятком вооруженных и закованных в доспехи полубогов даже при поддержке Селин. Но даже не это останавливало меня. Я бы никогда не пошел против Рейны и не посмел бы причинить ей боль, несмотря ни на какие обстоятельства. Но что же делать?..
— Рейна, послушай меня, пожалуйста, — настойчиво проговорил я. — Селин совершила ошибку, но она...
— Я сказала, отдай меч. Сейчас же! — не обращая внимания на мои слова, повторила дочь Беллоны.
К нам с оружием наперевес напряженно шагнули римляне, внимательно смотря на меня. Да чтоб меня! Колеблясь, я все же передал меч в протянутую руку, понимая, что у меня просто-напросто нет выхода.
— Не думала, что ты опустишься до такого, чтобы помогать предателю, — полным разочарования и горечи голосом сказала Рейна.
Больше не обращая на меня никакого внимания, претор отвернулась от меня и махнула римлянам в сторону Селин. Те медленно двинулись в сторону амазонки, обступая ее полукругом. Селин тут же подняла меч, испуганно осматривая полукровок, но дураку было понятно, что девушке ни за что не справится с дюжиной крепких парней, какой бы храброй и воинственной амазонкой она не была.
Неужели все так закончится? Они просто сейчас убьют Селин, я напрочь разругался с полубогами и, что гораздо хуже, с Рейной. И по ее глазам я видел, что она не просто обиделась на меня, она буквально разочаровалась во мне, и последствия для наших отношений могут быть гораздо хуже, чем я думал. Нет, нет, нет! Я не могу все это так оставить, ни за что!
— Рейна, нет, постой!
Я быстро шагнул за ней, хватая девушку за руку. Она тут же попыталась вырвать руку, но я крепко держал ее.
— У тебя три секунды, чтобы отпустить мою руку! — процедила она сквозь зубы.
— Рейна, да хватит уже вести себя, как истеричка, и просто выслушай меня! — крикнул я, краем глаза поглядывая на римлян, но те остановились в паре шагах от Селин и напряженно глядели на нас с Рейной.
— Как истеричка, значит?! — голос Рейны сорвался на крик, она выдернула руку. — Так может, тебе стоит найти себе нормальную девушку, а не истеричку? Например, эту предательницу, о которой ты так печешься! — лицо дочери Беллоны покраснело от гнева, она демонстративно от меня отвернулась.
— Рейна, черт возьми, ты совсем с ума сошла?! Хватит уже нести чушь!
Я с силой схватил девушку за плечи и резко развернул к себе лицом. Ох, зря я это сделал. Ох, как зря. Быстрым и четким движением Рейна ударила меня коленом в пах и скинула с себя мои руки. В моих глазах потемнело, я буквально взвыл и опустился на землю, прижимая руки к сокровенному месту и изнывая от самой ужасной мужской боли. Черт возьми, за что она так со мной? Да, мы явно поссорились, наговорили друг другу лишнего, оба перешли границы, но это уже слишком.
Рейна снова хотела было отвернуться и демонстративно уйти, но тут замерла, наблюдая, как я свернулся калачиком и изнываю от боли. Гнев в ее глазах поутих и сменился сочувствием. Видимо, она и сама поняла, что переборщила.
— Прости, пожалуйста, — уже более тихим и спокойным голосом сказала Рейна, опускаясь рядом на корточки. Я некоторое время молчал, пытаясь прийти в себя, и заговорил, когда боль слегка притупилась.
— Рейна, послушай... отпусти ты ее, — прошептал я. — Ее смерть тебе ведь ничего не даст. Ты и сама прекрасно видишь, что она раскаивается и сожалеет о своем поступке, так зачем тебе это нужно?
— Я не могу отпустить ее. Мой долг претора обязыва...
— Да забудь ты о своем дурацком долге, все это чушь собачья! А если бы на месте Селин был бы я или Хилла, ты бы тоже хладнокровно казнила нас? — я посмотрел ей в глаза.
Рейна замялась и отвела от меня взгляд. Но как бы она не упрямилась и не прикрывалась своим долгом претора, по ее лицу я прекрасно видел - она бы не пошла на это. Просто не хватило бы сил убить тех, кто ей дорог.
— Рейна, ты всю жизнь придерживалась правил и принципов, но может быть, стоит хоть раз отойти от них, отбросить голос разума к черту и прислушаться к своему сердцу? — дочь Беллоны опустила голову, раздумывая над моими словами.
— И почему я должна это делать? — прошептала она. — Селин предала нас, она ничем не отличается от Октавиана. Она точно так же помогала олимпийцам, а причины абсолютно неважны. У каждого из нас есть голова на плечах, каждый сам выбирает свою судьбу, и Селин выбрала свою. Так почему я должна пощадить ее?
— Потому что я прошу тебя об этом! — настойчиво сказал я. — Разница между Селин и Октавианом в том, что этот придурок сам решил пойти против нас и нисколько не жалеет об этом. Селин просто запуталась в себе, и у нее не было никаких искренних намерений помогать богам на самом деле. Главное то, что она уже сотню раз пожалела о своем поступке. Рейна, я понимаю, что тебя гложет, но пожалуйста, отбрось все мысли, что это неправильно, что так ты восстановишь справедливость и прочую чушь. Просто доверься мне и пойди навстречу. Прошу тебя, родная моя.
Рейна заметно заколебалась, а я, пользуясь моментом, быстро посмотрел на Селин. Она все так же стояла в окружении десятка полубогов. Но они не трогали ее, вопросительно поглядывая на Рейну и ожидая, что она решит.
— Вы... вы ведь хотите взять в плен одного из олимпийцев, да? Я могу помочь вам в этом, — вдруг тихо и с надеждой спросила Селин. Меня осенило.
— Да, точно! — я с жаром закивал головой, поняв смысл ее слов. — Селин может помочь нам выманить Афину. Так мы сможем пленить ее. Рейна, пожалуйста... Селин нужна нам!
Я с мольбой посмотрел своей девушке в глаза, надеясь, что она все же проявит человечность и отбросит свои принципы. Рейна задумчиво переводила взгляд с меня на Селин, явно колеблясь. Но тут на лице претора промелькнула решимость, а я затаил дыхание.
— Не трогайте ее, — тихо сказала Рейна полубогам.
Те опустили оружие, а я с облегчением выдохнул, поняв, что она все же смогла побороть в себе принципиального претора. Рейна протянула мне руку, помогая подняться. Пах снова на секунду пронзило болью, заставив меня поморщиться. Да уж, похоже ближайший день мне будет не до близости. Рейна, заметив, что я морщусь, виновато улыбнулась и мягко поцеловала меня в щеку. Я хотел было поцеловать ее в губы, но тут она покачала головой и отстранилась.
— Неа, сегодня поцелуев ты не заслужил.
— Что?! — я задохнулся от возмущения. — А тебе не кажется, что это уже ни в какие ворота не лезет? Между прочим, я могу тебя поцеловать и без твоего согласия.
— Вот как? По-моему, тебе не понравилось быть битым. Или я ошибаюсь? — Рейна приподняла бровь.
— Не понравилось, тем более что был бит незаслуженно, — проворчал я.
— Незаслуженно? Ты так считаешь?
— Рейна, я сделал то, что должен был сделать. Может, иногда я и веду себя, как эгоист, но я всегда делаю то, что подсказывает мне сердце. Если бы Селин умерла, я бы места себе не находил, так что я решил, что лучше пойду против твоих римлян, чем остаток своих дней проведу, зная, что даже не попытался спасти ее. Пойми же, я просто не мог поступить иначе и бросить ее! — гнев в глазах Рейны окончательно испарился, сменившись пониманием и, к моему удивлению, гордостью.
— Вот что мне с тобой делать? — вздохнула девушка, устало качая головой.
Рейна шагнула ко мне вплотную и все-таки поцеловала меня в губы. Поцелуй продлился всего пару секунд, но он значил для меня намного больше, чем любые слова. Я понял, Рейна прекрасно понимает мой поступок, все обиды и недопонимания в прошлом.
— Хм, претор, — неуверенно позвал один из парней. — Так что, нам идти или...
— Можете идти, вы свободны, — кивнула Рейна.
Парни пожали плечами и отправились вглубь лагеря. А дочь Беллоны подошла к Селин вплотную. Хоть амазонка и была старше, она вся съежилась и отвела взгляд от претора.
— Я не доверяю тебе, Селин. Но так и быть я дам тебе еще один шанс, — процедила Рейна. — Ты поможешь нам выманить Афину, но имей в виду, я буду следить за тобой, и если ты что-нибудь вздумаешь выкинуть, я лично перережу тебе глотку и больше не стану церемониться. Ты поняла?
— Да, Рейна, — энергично закивала Селин. — Я не подведу, обещаю!
— Очень на это надеюсь, — многозначительно сказала дочь Беллоны и протянула руку. — Отдай мне меч.
Селин неуверенно посмотрела на меня, я ободряюще кивнул девушке. Я не сомневался, что Рейна сдержит слово и не будет нападать на амазонку, если только та сама что-нибудь не предпримет, но желание обезоружить Селин было понятно. Дочь Ириды передала клинок в руки претора.
— Рейна, а можно я переночую в принципии? — тихо спросила Селин. — Просто я не хочу сейчас идти к остальным амазонкам.
Дочь Беллоны задумчиво посмотрела на нее и медленно кивнула. Губы Селин расплылись в благодарной улыбке. Да уж, представляю, что было бы с Селин, вернись она сейчас к амазонкам. Хилла бы тут же грохнула ее.
Мы втроем вернулись в принципию. Рейна, не глядя, махнула Селин на небольшой диван, слишком маленький, чтобы уместиться на нем, и направилась вверх по лестнице, не задерживаясь. Дочь Ириды вздохнула, но повиновалась.
— Селин... — я с жалостью посмотрел на нее.
— Все хорошо, — она вымученно мне улыбнулась. — Иди, а то Рейна еще чего-нибудь себе напридумывает.
Я ответил ей легкой улыбкой и, потрепав по плечу, направился вслед за Рейной, хотя мне очень хотелось как-то поддержать Селин. Первоначальная злость, когда я увидел ее, разговаривающую с Аресом, полностью испарилась. Мне было откровенно жаль Селин, несмотря на все, что она натворила. Даже не представляю, как она теперь будет жить. Не думаю, что Хилла примет ее с распростертыми объятиями, да и остальные полубоги ей точно будут не рады. Бедняжка...
Вернувшись в комнату, я увидел, что Рейна молча лежит, отвернувшись от меня. Тяжело вздохнув, я прилег рядом с ней. Хоть она и согласилась оставить Селин в живых - неважно, что она это сделала только для того, чтобы дочь Ириды выманила олимпийца, я не хотел об этом думать - но я буквально физически чувствовал какое-то напряжение между нами. Рейна не стала возмущаться, что я пошел против них и попытался вытащить девушку - если, конечно, закрыть глаза на удар в пах - но просто так забыть обо всем произошедшем было, разумеется, не просто.
— Рейна...
— Паш, давай только не будем об этом говорить, — тут же перебила меня Рейна и повернулась ко мне лицом. — Я не злюсь на тебя и прекрасно понимаю, почему ты пошел на это. Просто я привыкла, что...
— Что твои слова никогда не подвергаются сомнениям, а тут вдруг я пошел тебе наперекор? — закончил я за нее, заметив, что она замялась.
— Да, но не только, — улыбнулась она. — Я всю жизнь прожила в атмосфере порядка и правильности. Не знаю, может, сказалось воспитание отцом-военным, или то, что у меня гены богини войны, или что, будучи претором, я просто не имею право давать себе слабину. Но ты даже не представляешь, как мне трудно было переступить через себя и пойти против своих же законов.
— Да нет, представляю, Рейна, я ведь тебя отлично знаю, — я мягко улыбнулся ей. — Но почему же ты тогда решила пощадить ее, раз для тебя это все так много значит?
— Потому что она может быть нам полезна, — пожала плечами Рейна и через секунду добавила едва слышно. — И потому что ты меня попросил.
Я почувствовал, как мои губы расплываются в счастливой улыбке. В одном этом предложении было столько доверия и любви, что ничто, даже прямое признание, не заставило бы мое сердце затрепетать так же сильно. От осознания того, что ради меня Рейна нарушила свои же дурацкие законы, что она пощадила предательницу только из-за моей просьбы, я был готов простить своей невозможной девушке любые слова, подколы и даже тот жуткий удар, который мне еще долго будет сниться в кошмарах.
— Рейна, родная, твои слова... для меня это очень много значит, правда. Спасибо тебе, — прошептал я.
Рейна ответила мне нежной улыбкой и накрыла мои губы своими. Поцелуй становился все более жарким, наши горячие языки сплетались друг с другом. Я положил руки на талию девушки, поглаживая ее от живота до груди. Возбуждение нарастало, но вместе с ним так же появлялась и легкая боль в паху. Блин... похоже, сегодня правда ничего не будет.
— Рейна, подожди, — я мягко прервал поцелуй и отстранился от Рейны. Она непонимающе на меня посмотрела. — Твоими стараниями теперь все там болит, давай не сегодня.
— А... поняла, — Рейна слегка покраснела и виновато на меня посмотрела. — Милый, прости еще раз за это, я действительно перегнула.
— Да ладно, забудь. Но имей в виду, еще один такой удар, и мы с тобой точно останемся без детей, — усмехнулся я.
Рейна покраснела еще больше, смущенно улыбаясь. Она чмокнула меня в губы и придвинулась поближе, положив голову мне на плечо и обхватив меня рукой. Да уж, хоть все и сложилось не так, как я предполагал, но в конце концов, все не так уж и плохо. Рейна согласилась оставить Селин в живых, и я думаю, остальные уже не будут перечить дочери Беллоны. Она - не я. Да и потом, появилась реальная возможность пленить олимпийца, если только Селин оправдает надежды и не подведет нас снова. Ладно, завтра все решим. Надеюсь, случайный полубог, заглянувший в принципии и обнаруживший там спящую дочь Ириды, не поднимет тревогу...
***
Спал я крайне неспокойно, всю ночь мне снились кошмары. Блин, я ведь не полубог, так какого черта? Пусть они снятся полукровкам, им не привыкать, а я хочу поспать спокойно. Проснулся я полностью разбитым, да еще и рано. Но уснуть снова никак не удавалось и, проворочавшись в кровати, я все-таки нехотя поднялся. Рейны рядом уже не было, не удивлюсь, если она встала вообще на рассвете - второй раз она бы точно не позволила себе проспать. Одевшись и спустившись вниз, я обнаружил Рейну, Хиллу, Нэнси и Селин, о чем-то тихо переговаривающихся, и слегка напрягся, обеспокоенно глядя на дочь Ириды. Нэнси сидела рядом с ней, с улыбкой поглаживая подругу по спине, дочери Беллоны стояли вокруг них, но хоть на лицах сестер и было какое-то напряжение, стало ясно, что Селин никто не угрожает. — Доброе утро, дамы, — буркнул я. Девушки замолчали и перевели на меня глаза, а я вдруг почувствовал, что даже немного смутился под их взглядами. Хм, вокруг меня четыре симпатичные девушки, и всё их внимание приковано сейчас ко мне. Я в раю?.. — Ну ты и безумец, — присвистнула Нэнси, восхищенно смотря на меня. Я понял, Рейна рассказала им, что происходило вчера ночью и о моей попытке пойти против них и вытащить Селин. — Ммм... спасибо, — пробормотал я, не зная, как реагировать. — Так что, все в прошлом? — Если это можно так назвать, — недовольно сказала Хилла, поглядывая то на меня, то на Селин. Дочь Ириды смущенно опустила голову. — Ладно, если Рейна согласилась оставить ее в живых, я тоже не буду возражать. — А мое мнение, видимо, просто идет в задницу, да? — с иронией спросил я. — Не обижайся, но мнение Рейны, которая возглавляет полубогов не один год, для меня больше значит, чем твое, — прямо ответила Хилла. По ее глазам я видел, что она не пытается меня унизить или оскорбить, а просто говорит, как есть. Да я и не собирался обижаться, в ее словах была доля истины. В конце концов, что для них всех значит мнение какого-то смертного парня, который пусть и является их другом, но явно не авторитет. Благо, моя взяла, и мне удалось повлиять на них всех через Рейну. — Селин останется амазонкой, но точно не в качестве моего лейтенанта, — продолжила Хилла. — Да и статус амазонки она будет носить чисто по формальным причинам. Лицо Селин исказилось, но она молча кивнула, не переча дочери Беллоны. Да уж, что-то мне это все напоминает. Талию и охотниц. Обе девушки стали изгоями среди своих же, правда последствия для обеих совершенно разные. Если Талия в конечном счете все же смогла влиться обратно в ряды охотниц, пусть она и прошла через недоверие и ненависть подруг, то для Селин все иначе. Хоть Хилла и согласилась оставить ее в живых, она сама сказала, что Селин больше не сможет быть одной из них. И вряд ли есть что-то, что восстановит доверие дочери Беллоны к предавшей ее амазонке. Винить Хиллу в этом я не мог, хотя жалость к Селин вспыхнула с новой силой. Но расплата за ее предательство могла бы быть куда более высокой, Селин сама это прекрасно понимала и, разумеется, не стала возмущаться. — Мы как раз обсуждали варианты, как можно выманить Афину, — сказала мне Рейна. — А меня чего не разбудили? — недовольно спросил я. — Я уже понял, что ничего здесь не решаю, но послушать-то хоть мне можно? — Не обижайся, — Рейна нежно мне улыбнулась. — Никто бы не стал от тебя ничего скрывать, просто будить тебя не хотелось. — Ладно, проехали. И что надумали? — Селин свяжется с Афиной и попросит ее о личной встрече где-нибудь вдали от лагеря, — сообщила мне Рейна. — Мы пойдем с ней и преподнесем Афине сюрприз. — Звучит разумно, но каким образом можно выманить Афину? Богиня мудрости ведь не глупа, и просто так она не станет встречаться. — Я могу сказать, что вы начали меня в чем-то подозревать, и моя безопасность под угрозой, — робко сказала Селин. — Попрошу Афину забрать меня куда подальше от Лагеря Юпитера, пока не поздно. Все уставились на Селин тяжелыми взглядами, отчего она съежилась и смущенно потупилась. Да уж, похоже, она уже и сама рассматривала вариант, что мы обнаружим ее, и прорабатывала какой-то план на этот случай. Но уж не знаю, как остальные, но я доверял Селин и верил, что она все же поможет нам и не предаст вдруг еще раз, когда выдастся такая возможность. — Ладно, можно попробовать, — медленно кивнула Рейна, внимательно смотря на дочь Ириды. — Но помни, что я тебе вчера сказала. Только попробуй что-нибудь выкинуть. Селин робко кивнула, нервно теребя край своей футболки. Рейна и Хилла направились из принципии, оставив нас втроем. Селин тут же облегченно выдохнула, она явно чувствовала себя не в своей тарелке рядом с дочерями Беллоны. — Как это вчера случилось? — тихо спросила меня Нэнси. Думаю, Рейна уже и так рассказала все, но похоже, Нэнси хотела услышать именно мою версию. Я не стал ничего скрывать и рассказал все в подробностях, начиная с того момента, как все мы разошлись после заключения Селин в карцер, и заканчивая согласием Рейны оставить амазонку в живых. Селин все это время молча сидела, прижавшись к подруге и тихо слушая меня с прискорбным видом. — Да уж, подруга... — Нэнси с жалостью посмотрела на Селин. — Натворила ты дел. Пошла против своих сестер, чуть сама не погибла, и все из-за чего? Из-за какого-то парня? — Эй! — возмутился я. — Надо было все сразу рассказать мне, а не совершать глупости, — продолжила Нэнси, не обращая на меня внимания. — Но нет же. Решила все сама, и к чему это привело? Хилла теперь тебя ненавидит, впрочем как и остальные амазонки. А ты ведь прекрасно знала, что я помогла бы тебе. Могли бы... не знаю... убить его, например, и снова зажили бы как ни в чем не бывало, — Я вообще-то все еще здесь и прекрасно вас слышу, — заметил я. — Ох, надо же, а я не заметила, — ахнула Нэнси, демонстративно удивившись. Селин прыснула, не удержавшись, и мы с Нэнси тоже не сдержали улыбок, видя смех подруги. Но через несколько секунд на лицо дочери Ириды снова вернулось мрачное выражение. — Я знаю, что ты бы поддержала меня, Нэнси, но я не хотела... — она замялась. — Загружать меня своими проблемами? — предположила дочь Аполлона. — Показаться неудачницей, — тихо сказала Селин. — Мы же амазонки, мы всегда должны оставаться сильными и добиваться поставленных целей. Какая же из меня амазонка, если я даже с парнем отношения не могу завести? — Во-первых, это какая-то глупость. Ты классная девчонка, и я отказал тебе потому, что люблю Рейну и не собираюсь предавать ее. Но если бы я, допустим, был один, то я был бы на седьмом небе, что такая, как ты, проявляет ко мне симпатию, — попытался подбодрить я ее. — Да и потом, к чему это упадническое настроение? На мне свет клином что ли сошелся? Найдешь себе еще парня обязательно и забудешь меня, как страшный сон. Только в ошейник его не заковывай, а то я вас, амазонок, знаю, — шутливо сказал я. Хотя, нет. Не шутливо. Нэнси усмехнулась и закатила глаза, видимо, уже напредставляв себе парней в ошейниках и тюремных робах - я бы этому не удивился. Но на лице Селин даже улыбка не появилась. — О чем вообще может идти речь, если у меня за всю жизнь был только один парень, и тот оказался козлом? — прошептала Селин. — Не думай, что все амазонки презирают парней и не хотят отношений, мы не охотницы Артемиды. Я столько раз пыталась завести новые отношения, но у меня ничего не получалось. Я как будто отталкиваю от себя парней, у всех есть какие-то отговорки. Я ведь не прошу ничего сверхъестественного, я сама готова пойти всем навстречу. Но все шарахаются от меня, а какие-нибудь глупые дуры без проблем заводят отношения, даже не напрягаясь. Что со мной не так? Почему так все несправедливо? На глазах Селин выступили слезы, она усиленно заморгала, стараясь не заплакать. Нэнси сочувствующе гладила ее по спине, пытаясь поддержать, а мне стало очень не по себе от таких откровений девушки. Это был словно отчаянный крик души. — Селин, поверь мне, если сейчас что-то не складывается, то это вовсе не значит, что ты обречена, — я присел рядом с ней с другой стороны. — Не оставляй попытки, и рано или поздно ты обязательно встретишь того, кто полюбит тебя всем сердцем. Просто тебя ждет что-то лучшее, а сразу оно никогда не достается. Главное, не отчаивайся. Ты ведь чертова амазонка, ты сильная, независимая и все такое прочее, что вы там обычно говорите. Да и в конце концов, можно стать счастливой и одной, не завися ни от кого. — Сытый голодного никогда не поймет, — печально улыбнулась Селин. — Тебе легко говорить об этом, ты ведь уже нашел свое счастье. Но ты ведь даже не представляешь, как сильно я хочу отношений, как хочу любить и быть любимой в ответ. Это не просто какая-то прихоть, я не бешусь с жиру. Я хочу этого всем сердце, это просто потребность души, и если что-то и сделает меня по-настоящему счастливой, так это любимый человек рядом со мной. Но все идет к черту, и я уже начинаю по-настоящему отчаиваться. Ты же видишь, до чего я докатилась? От отчаяния я уже пошла к богам, будто это как-то могло бы помочь мне. По щекам Селин потекли слезы, а я просто опешил, не зная, как еще можно подбодрить несчастную девушку. Судя по растерянному лицу Нэнси, она тоже не знала, что можно сказать подруге. Да и что тут скажешь? Душевная боль Селин и ее отчаяние были мне понятны, и никакие слова не смогли бы придать уверенности и снова заставить ее поверить в себя. В принципию вошел Перси и замер, удивленно смотря на Селин, явно не ожидая ее здесь увидеть. Дочь Ириды мельком глянула на сына Посейдона и быстро вытерла щеки, снова беря себя в руки. — Я думал, ты в карцере, — нахмурился полубог. — Все в прошлом, Перси, — покачал я головой. Я вкратце рассказал ему о событиях прошлой ночи. Селин периодически что-то добавляла, изо всех стараясь показать свое искреннее раскаяние. Рассказ произвел на Перси впечатление, он явно проникся к девушке сочувствием. Впрочем я в нем и не сомневался, Перси точно не такой упертый и жесткий, как дочери Беллоны, при всем моем к ним уважении. — Значит, ты поможешь нам вернуть Артемиду? — подытожил полубог. — Да, помогу. Может, это хоть покажет, что я все же на вашей стороне, — вымученно улыбнулась Селин. — Мы и так это знаем, — мягко улыбнулась ей Нэнси. — Да, но остальные-то думают иначе. И спасибо вам большое, что поддерживаете меня несмотря ни на что, — Селин благодарно нам улыбнулась. — Пустяки, — подмигнул я ей. — И когда ты планируешь связаться с Афиной? — Можно сейчас, все равно нечего делать. Только надо сказать Рейне или Хилле, они хотели проконтролировать, что я не скажу чего-нибудь лишнего. В ее голосе отчетливо засквозил страх. Уж не знаю, о чем с ней говорили Рейна и Хилла, пока я спал, но очевидно, Селин опасались их и хотела во что бы то ни стало показать дочерям Беллоны свою преданность нам. — Тогда пойдем, — улыбнулся ей Перси, махнув рукой. Парень вышел из принципии, девушки хотели было последовать за ним, но я придержал дочь Ириды за руку. — Селин, все что ты сейчас нам говорила... — Паш, давай больше не будем это обсуждать, — голос девушки на секунду дрогнул. — Спасибо, что попытались меня поддержать, но я сама как-нибудь справлюсь. Будто мне впервой. Селин пыталась казаться сильной, но не заметить печаль и боль в ее глазах было просто невозможно. Но я не стал больше ничего говорить и кивнул, скрепя сердце. Нэнси мягко приобняла подругу за плечи и повела ее из принципии, я последовал за ними. Через полчаса мы вместе с Рейной собрались у озера, где вчера застукали Селин. Дочь Ириды заметно нервничала, периодически поглядывая на претора, и было видно, что она была готова на все пойти, чтобы развеять все сомнения в ее преданности. Глядя на нее, я в очередной раз поражался, какие же девушки все-таки нелогичные существа. Страдала от неудач в личной жизни, от обиды и отчаяния пошла к богам, но как только замаячила перспектива умереть, тут же переметнулась обратно, жалея о содеянном. Сама себе создает проблемы. Не теряя ни минуты, Селин достала одну драхму и кинула в висевшую над местом впадения реки в водоем небольшую радугу, пробормотав имя желаемого собеседника. Через несколько секунд появилось изображение Афины. При виде нее все мы тут же напряглись, хотя и стояли так, чтобы не попасть в поле зрения богини мудрости. Смотря на чуть искаженное, но красивое и царственное лицо Афины, обрамленное черными длинными волосами, я почувствовал, как мной овладевает ярость и жажда мести. Да уж, я прям представляю себе, как Немезида с улыбкой наблюдает за мной. — Здравствуйте, Афина, — вежливо поздоровалась Селин, богиня коротко кивнула. — Почему ты вчера прервала разговор с Аресом? — спокойно спросила Афина. — Я... мне показалось, что рядом кто-то есть, и не стала рисковать, — пролепетала девушка. — Афина, мне нужна ваша помощь. Мне кажется, полубоги подозревают меня, и я опасаюсь за свою жизнь. Я бы хотела покинуть Лагерь Юпитера, мы могли бы встретиться? — Не думаю, что это возможно, — покачала головой Афина. — Ты сама связалась с нами и захотела помочь. Так изволь выполнить свою часть договора. — Я знаю, просто... госпожа Афина, прошу вас, помогите мне. Я могу быть вам полезной, но если полубоги меня убьют, я уже никак не помогу вам. Пожалуйста, вытащите меня отсюда, и я пригожусь вам! — с мольбой в голосе сказала Селин. Афина поморщилась и задумалась на минуту. — Ладно, — вздохнула богиня. — Ступай вверх по течению реки, которую вы именуете Малый Тибр. Примерно в получасе ходьбы находится исток, там тебя встретят малые боги. Они заберут тебя на Олимп. — Нет, подождите! — тут же поспешно сказала амазонка. — Мне нужно встретиться именно с вами. — Почему со мной? — нахмурилась Афина. Селин замялась и мельком глянула на нас в поисках помощи. Но помочь и что-нибудь подсказать мы, разумеется, не могли, и Селин почти сразу отвела взгляд, чтобы не вызвать подозрения богини. Амазонка опустила голову, на ее лице промелькнула растерянность и задумчивость. Я прямо видел, как мечутся мысли в голове девушки в поисках решения. — Полубоги хотят вернуть Артемиду, — прошептала Селин, вновь подняв взгляд на богиню. Рейна рядом со мной заметно напряглась, и я на всякий случай взял ее за руку, но претор не стала ничего предпринимать. Конечно, мне тоже сильно не понравилось, что амазонка затронула эту тему, но я не верил, что она все же решила сдать нас. А вот то, что она решила таким образом заинтересовать Афину, я не сомневался. И судя по вытянувшемуся лицу богини мудрости ей это удалось. — Это невозможно. Я убила Артемиду молниями моего отца, она умерла навсегда! — недоверчиво сказала Афина. Ох, зря ты это сказала, сучка. — Нет, это не так. Полукровки связались с Танатосом, и тот согласился помочь им в воскрешении Артемиды. — Но как? — удивленно спросила Афина. — Как он ее вернет? Она ведь не в Тартаре, это же просто невозможно! — Это не телефонный разговор... в смысле, не радужный. Ну, вы меня поняли. Я все вам расскажу при встрече, и вы меня заодно заберете на Олимп. Идет? Афина поморщилась и уставилась на Селин. У меня мурашки побежали по коже, я прекрасно знал этот взгляд, хоть и не общался с Афиной. Но подозрительный взгляд серых глаз я не раз видел у Аннабет, и не понять, что богиня мудрости не верит Селин, было нетрудно. — И зачем мне тебе верить, амазонка? За всю свою жизнь я ни разу не слышала, что убитого бога можно вернуть. И что же, какие-то полукровки вдруг додумались до этого? — Если я не ошибаюсь, за всю историю было убито всего лишь несколько богов, и вы не могли знать об этом. А может, вы просто и не хотели знать, — пожала плечами Селин. — Ты смеешь говорить, что я... — Госпожа Афина, я клянусь Стиксом, что сказала вам правду! — спокойно сказала Селин, прервав яростную речь богини. — При личной встрече я вам все расскажу. Афина замялась, гнев в ее глазах поутих. Клятва на Стиксе не дала бы соврать, и продолжать обвинять девушку во лжи было попросту глупо. Но какая-то неуверенность, а может, и страх, явно не давал Афине в одночасье согласится на личную встречу с амазонкой, пусть та и была формально на стороне богов. Но все-таки любопытство пересилило. — Ладно, — неуверенно кивнула Афина. — Встретимся там же, у истока реки, через час. С этими словами богиня взмахнула рукой, развеивая радугу. Все тут же одновременно выдохнули с облегчением, позволяя себе расслабиться. — Ничего, что я сказала про Артемиду? — Селин неуверенно посмотрела на нас. — Ничего страшного, у тебя не было выбора, — к моему удивлению отмахнулась Рейна. Вот уж от кого, от кого, а от своей ненаглядной я точно такого не ожидал. — Надо всем подготовиться к встрече с Афиной. — Глупо идти толпой, ее можно легко спугнуть, — покачала головой Талия. — Она права, — кивнул Перси. — Пойдут только самые опытные. Вот только Афина не Гермес, с ней могут быть проблемы. — Будто нам впервой сражаться впятером против толпы, — развел я руками. — Ну, Афина - это не толпа. Хотя, в принципе, лучше сразиться с толпой, чем с ней одной, — вздохнул Перси. — Но выбора особо нет, да и во времени мы ограничены. Лучше не будем терять ни минуты, тем более, что одна только дорога займет полчаса. Перси был прав, необходимо было действовать быстро. Талия, Перси и Рейна рванули в лагерь, собираясь дать указания Хилле и другим лидерам. Мы же с Селин не спеша двинулись за ними. — Ты хорошо держалась. Молодец, — улыбнулся я девушке. Та слегка смутилась. — Спасибо. Но нервничала я сильно, не знала, сработает это или нет. — К счастью, все получилось. А даже если бы Афина отказалась встречаться, мы бы придумали что-нибудь еще. — Да, наверное. Но так я хоть немного смогла вернуть доверие к себе. Если, конечно, вообще смогла. — Селин, не вешай нос. Да, нужно время, чтобы все забыли о произошедшем, но никто уже тебя ни в чем не обвиняет. Даже Рейна достаточно лояльно к тебе отнеслась. Уверен, и Хилла тоже примет тебя в свои ряды, и ты вновь заживешь, как раньше, — попытался подбодрить я ее. — Хотелось бы в это верить, — мрачно вздохнула девушка. — Ладно, давай лучше не будем забивать этим голову, у нас сейчас другие проблемы. Надеюсь, с Афиной все получится. Через полчаса мы впятером, а так же Боб покинули Лагерь Юпитера и взяли путь вверх по течению Малого Тибра. Хилла, Феба и многие другие ребята хотели отправиться с нами, но чем меньше народа - тем лучше. Каждый из нас прошел через многое, у каждого было полно опыта, и мы и сами могли бы справиться - по крайней мере, мне хотелось верить в это. Но не взять с собой всемогущего титана мы не могли, все-таки поддержка не помешает, хоть с трехметровым титаном и будут проблемы с конспирацией. Ну, да ладно. Доспехи никто не стал надевать, лучше было отправляться налегке, но обвешались мы по полной программе, взяв с собой и меч Аида, и наручники, лишающие богов сил. Не то, чтобы мы собирались обращать меч против Афины, она все же нужна была нам живой, но черт возьми, мы собираемся брать в плен всемогущую богиню мудрости вшестером. Надо быть ко всему готовым. Надеюсь, за несколько часов на Лагерь Юпитера никто не нападет, а то мы оставили ребят и без меча, и без наручников, и без Боба. Хм, забавно будет, если наша вылазка завершится провалом, и в итоге полубоги останутся не только без магических предметов и титана, но и без лидеров. Хотя, нет. Не забавно. Через полчаса бега по лесу, выслушивая бесконечные подколы Талии по поводу нашей медлительности и выносливости, мы наконец достигли истока реки, берущей свое начало из какого-то подземного родника. Не удивлюсь, если этот родник находится где-нибудь в Аиде, учитывая, что Малый Тибр вовсе не обычная река и может даже смывать греческие благословения. Отправив Селин к роднику, мы впятером затаились в небольшом овраге в паре десятков метров от амазонки. Благо он был достаточно глубоким, чтобы укрыть титана. — Чувствую себя будто в дешевом боевике, — пробормотал я. — Мы словно какие-то шпионы сидим в яме и ждем появления богини мудрости. Ну бред же. — А у тебя есть какие-то другие идеи, что нам делать? — шепнула Рейна. — Нам остается только ждать появления Афины и не высовываться. — Если только боги нас уже не заметили заранее, — мрачно сказал Перси. Надо же, как все оптимистично настроены. Но если отбросить все шутки, слова Перси напрягли всех нас, даже с лица Боба не сходило напряжение и сосредоточенность, а уж он был самый спокойный из всех нас. Если нас действительно заметили боги еще на подходе, то нам точно пиздец. Но или все, или ничего. В конце концов, мы и не из таких передряг выбирались. Минут через десять напряженного ожидания вспыхнул яркий свет, на секунду ослепивший нас всех, и рядом с Селин появилась Афина. Богиня мудрости была в своих неизменных доспехах, но без шлема. Ее черные волосы свободно развевались на легком ветру, серые глаза грозно уставились на амазонку. Селин тут же замерла, чуть испуганно и растерянно смотря на Афину, а точнее на копье, которое она держала в руках. Рядом со мной одновременно выругались Рейна на латыни и Талия на греческом, мы с Перси синхронно глянули недовольными взглядами на девушек. Как неприлично, а вот мы никогда не ругаемся... то есть, Перси никогда не ругается. — Пойдем? — прошептал я. — Подожди минуту, — тихо ответила Рейна. Я поморщился от ее слов. Уж не знаю, чего Рейна хотела, но остальные тоже не двигались, и мне ничего не оставалось, кроме как подчиниться. По реакции Селин стало понятно, что она вообще впервые видит олимпийца вживую и не знает, как себя вести. Но к счастью, она смогла взять себя в руки и слегка поклонилась Афине. — Я тебя слушаю, дочь Ириды, — произнесла богиня мудрости. — Рада лично вас видеть, Афина, — пролепетала Селин. — В общем... Девушка быстро затараторила, говоря о чем угодно, только не об Артемиде. Взгляд Афины вскоре с недоуменного сменился на гневный. — Довольно! — рявкнула богиня мудрости. — Хватит ходить вокруг да около, рассказывай, что знаешь. — Вы обещали забрать меня на Олимп, — напомнила Селин. — После того, как ты расскажешь мне об Артемиде. Потом я сама решу, достойна ли ты этого. — То есть, вы можете просто оставить меня здесь? — голос Селин наполнился удивлением. — Лучше замолчи и отвечай на вопрос! — процедила Афина сквозь зубы. Селин посмотрела ей в глаза и, мельком глянув в нашу сторону, горделиво приподняла голову. — Или что, Афина? — чуть дрожащим голосом спросила она. Серые глаза богини мудрости потемнели от гнева. Она резко подняла копье и с силой ударила девушку древком по лицу. Селин упала на землю, прижимая ладонь к губе, откуда хлынула кровь, и в ужасе посмотрела снизу вверх на Афину. Богиня повернулась к нам спиной и нависла над девушкой, поигрывая копьем. — Еще вопросы? — спокойно спросила Афина. — Сейчас, — прошептала Рейна. Талия тут же поднялась на ноги, со скоростью молнии заряжая лук и прицеливаясь. В следующую секунду в ногу Афины, чуть повыше колена, вонзилась стрела. Богиня вскрикнула и пошатнулась, в шоке смотря на наконечник стрелы, пробивший ей ногу насквозь. Афина резко повернулась и одновременно отбила рукой вторую стрелу, летевшую ей в лицо. Не теряя ни минуты, мы вчетвером рванули к богине, оставив Талию прикрывать нас с луком. На лице Афины промелькнуло презрение и ненависть, но никакого удивления не было. Правда я не особо обратил на это внимания, так как был уже в трех метрах от нее и мне было не до размышлений. Лежащая на земле Селин вдруг приподнялась и, пользуясь тем, что Афина отвернулась от нее, быстро обнажила меч и вонзила его в другую ногу богини. Пронзительный крик приятно прорезал лесную тишину. Поставлю потом на рингтон, как Афина кричит от боли. Так как я был впереди всех, я быстро кинулся на Афину, собираясь сбить ее с ног. И о чем я интересно думал, учитывая, что меч Аида у Перси, наручники у Рейны, и я не трехметровый титан. Моя атака не увенчалась успехом, Афина резко выбросила копье мне навстречу, сбивая меня с ног, тело тут же взорвалось болью. Да уж, как-то нелепо получилось, даже неловко стало. Как бы то ни было, у меня получилось отвлечь Афину на пару секунд. Четким выстрелом, Талия пробила запястье Афины насквозь, отчего богиня выронила копье, а к ней тем временем подбежали Рейна, Перси и Боб. Афина попыталась обнажить меч, но титан просто сбил ее с ног мощным ударом швабры. Перси приставил меч Аида к ее горлу, а Рейна опустилась рядом, быстро накидывая на нее наручники. Афина все еще была оглушена после удара шваброй и не стала даже сопротивляться, лишь тихо стонала от боли. Из многочисленных ран на руке и ногах, обильно тек ихор. Надев наручники на Афину, Рейна тут же кинулась ко мне, оставив Перси обезоруживать богиню. — Ты цел? — обеспокоенно спросила дочь Беллоны, помогая мне встать. — Вполне, — буркнул я. — И почему именно мне всегда всё достается? Рейна весело улыбнулась и, быстро поцеловав меня в щеку, поспешила к Селин, помогая ей, чем вызвала у меня удивление. Хотя видеть, как моя девушка помогает моей подруге было очень даже здорово, и я был действительно рад, что все недоразумения действительно остались в прошлом. Губа Селин сильно кровоточила, но в остальном она была в порядке, но Рейна все равно настояла на нектаре. — А разговоров-то было, — к нам подошла Талия, убирая лук и с улыбкой поглядывая на поверженную Афину. — Ага, я тоже не ожидал, что все будет так просто, — кивнул Перси. — Даже Гермес и тот дольше сопротивлялся. Убедившись, что Селин стоит на ногах, Рейна подошла к лежащей на земле Афине. Вместе с Талией они подняли ее на ноги, Перси не убирал меч от ее горла на всякий случай. — Ну что, домой? — я оглядел ребят. — Свяжемся с Танатосом, принесем эту суку в жертву и вернем Артемиду. — То есть, я вам нужна для жертвы? — тихо спросила Афина. — Вроде того. Так что, можешь гордиться, это честь для тебя, что мы обменяем твою жалкую жизнь на ту, кто этого заслуживает, — злобно ответил я. — Обменяем? Значит, Танатос каким-то образом обменяет мою жизнь на жизнь Артемиды, — в глазах богини промелькнула догадка. — Что ж, теперь мне все понятно. — Рад за тебя. Только это уже ничего не изменит, можешь наслаждаться последними часами своей жизни, сучка! — не удержавшись, я врезал рукоятью меча по лицу богини. Афина сплюнула ихор и вдруг громко захохотала. — Какого черта скалишься? — нахмурилась Талия. Через пару минут Афина вытерла выступившие от смеха слезы и заговорила. — Ох, я просто поражена вашей наивностью. И глупостью. Можно подумать, я не поняла, что это ловушка, и что она снова переметнулась на вашу сторону, — Афина кивнула на Селин. — Что ж, спасибо, за информацию, думаю, она нам пригодится. Пожалуй, и нам тоже следует связаться с Танатосом, я и не знала, что бога можно вернуть. Жаль только, вы ничего уже этого не увидите. — И это говорит та, кто закован в наручники и ничего не может сделать, — развел я руками, хотя на душе вдруг стало очень неспокойно от ее слов. — Пойдемте, ребята, не стоит задерживаться. Рейна и Талия взяли улыбающуюся Афину под руки с двух сторон, Перси и Боб встали сзади них на всякий случай. Внимательно буравя взглядом веселое лицо Афины, я лихорадочно думал над ее словами. Если она знала, что это ловушка, то почему ничего не предприняла и не стала сопротивляться? Она безоружна и теперь уже точно не сможет освободиться от наручников, они напрочь лишили ее божественных сил. Но на всякий случай я тоже достал оба меча, следуя примеру остальных и готовый к тому, что богиня вдруг что-нибудь выкинет. Но оказалось, я ждал нападения совсем не с той стороны. Я вдруг почувствовал резкий запах озона, воздух вокруг нас будто наэлектризовался. Ребята несомненно тоже это почувствовали, все остановились и замерли, оглядываясь в оцепенении. Я с тревогой глянул на Талию, но та выглядела такой же встревоженной, как и остальные, и я понял, она здесь ни при чем. В десяти метрах от нас вдруг вспыхнул яркий свет, на миг ослепивший всех нас. Свет рассеялся, я увидел группу богов, во главе которой стоял... — Зевс, — прошептала Рейна. В ее голосе послышалась паника, да и у меня самого сердце забилось в три раза быстрее при виде громовержца. Зевс был в ярких сверкающих доспехах, его царственное лицо было чрезвычайно напряжено, глаза недобро блестели. Рядом с ним, поигрывая мечом, стоял Арес и около десятка малых богов. Краем глаза я заметил, как Перси напрягся и выругался сквозь зубы, смотря на бога войны. Надо же, он тоже оказывается ругается. Хотя странно, если бы он не ругался при виде убийцы Аннабет. — Извини, что так долго, Афина, — напряженно сказал Зевс. — Все в порядке, отец. Ты как раз вовремя, — улыбнулась богиня. — И да, ты был прав. Это Танатос. По ее многозначительному тону я понял, что Афина и Зевс явно обсуждали то, что сообщила Селин через радугу. Но обдумать ее слова времени не было. Едва Афина это сказала, все пришло в движение. Малые боги бросились на нас, Перси с мечом Аида кинулся к Аресу, но Зевс всех опередил. В руках бога вдруг появилась молния, и в следующий миг он выпустил в нашу группку мощнейший разряд. — Все назад! — громко крикнула Талия. Охотница кинулась вперед и едва успела активировать Эгиду, принимая молнии на себя. Разряд был такой силы, что Талия едва устояла на ногах. Перси тем временем вступил в схватку с Аресом, а ко мне подбежал какой-то малый бог, вынуждая меня оторвать взгляд от происходящего и вступить в бой. Внезапно я услышал какой-то оглушительный треск и громкий девичий крик. — Талия! — громко закричал Перси. Быстро разделавшись с малым богом, я огляделся и понял, что произошло. Эгида, служившая Талии столько лет, не выдержала молний Зевса. Щит разлетелся на куски, молнии врезались в девушку, отчего она отлетела на несколько метров и врезалась в дерево. От ее тела пошел дым, она громко застонала. — Будь с Афиной! — крикнула Рейна Селин. Амазонка послушно осталась стоять у богини мудрости, приставив к ней меч, а Рейна рванула к Талии, доставая флягу с нектаром. Перси слегка отступил под натиском Ареса, с тревогой поглядывая на охотницу. А ко мне подбежала еще пятеро малых богов, заставив меня тоже отойти назад. Я вдруг с каким-то отчаянием понял, нам их не одолеть. Нас всего шестеро против дюжины богов, двое из которых олимпийцы. Мне на помощь пришел Боб, оттягивая малых богов на себя. Пользуясь короткой передышкой, я отошел в сторону и быстро огляделся, оценивая обстановку. Девчонки позади меня, слева от меня сражается Боб с малыми богами, справа Перси бьется с Аресом, и я вдруг понял, что между мной и Зевсом совсем никого нет. Громовержец это тоже понял и, презрительно мне улыбнувшись, словно я был не достоин сражаться с самим царем богов, призывно махнул мне своим сверкающим клинком. Внутри меня все похолодело от страха, я помнил, как мы с Перси и вдвоем не смогли одолеть его. Возникло непреодолимое желание все бросить, схватить Рейну в охапку и свалить отсюда поскорее. Но я заставил себя отбросить трусливые мысли и собрать волю в кулак. Нужно использовать шанс! — Перси! Меч! — крикнул я. Отвлекать его мне не хотелось, но обычными мечами одолеть Зевса было невозможно. Лицо Перси на секунду исказила растерянность, но, глянув на меня и Зевса, он тут же все понял. Отбив очередной удар бога войны, сын Посейдона ловко кинул мне черный клинок, одновременно достав Анаклузмос. Откинув один из своих мечей, я ловко поймал клинок Аида в воздухе и быстро рванул к Зевсу. Улыбка сошла с его лица, когда он заметил, что за оружие я держу в руках, и это знатно воодушевило меня. За секунду преодолев разделяющее нас расстояние, я яростно атаковал Зевса. Но к сожалению, меч Аида не дает никаких бонусов ни к скорости, ни к силе, ни к ловкости. Зевс по-прежнему был намного сильнее меня во всех смыслах, и почти сразу он перехватил инициативу, заставив меня отступать под его натиском. Уж не знаю, что вообще было в моей голове, когда я в одиночку напал на царя богов, но уверенность и ярость очень быстро во мне испарились, сменившись страхом и отчаянием. Выбора у меня не было, и как мог, я продолжал отражать его удары, отступая шаг за шагом. Но долго так продолжаться не могло. В какой-то момент Зевс выбил второй клинок из моих рук, оставив меня с одним мечом Аида. Пользуясь моим секундным замешательством, громовержец нанес мощный удар сверху вниз, намереваясь разрубить мою непутевую голову. Сердце сковало от ужаса, уклониться в сторону я бы уже не успел и инстинктивно поднял меч Аида, принимая сверкающий клинок Зевса. Удар был поистине чудовищной силы, я упал на колено, но сдержать смертному меч царя богов - это все равно, что пытаться сдержать прилив песчинками. Но вдруг я почувствовал такой мощный прилив сил, что к своему удивлению смог удержать клинок Зевса, не давая ему опустить меч мне на голову. На лице бога промелькнуло непонимание и изумление. Быстро оглянувшись, я увидел, что Рейна сосредоточенно смотрит на меня. Хоть дочь Беллоны и не принимала активного участия в сражении, я понял, она делала намного больше, чем казалось на первый взгляд. Она поддерживала и Талию, и Перси, и меня своими силами. Но думать об этом не было времени. Пользуясь моментом растерянности Зевса и тем, что Рейна дает мне свои силы, я быстро оттолкнул его от себя и взмахнул мечом Аида. Клинок вошел в предплечье Зевса, как нож в масло. Рана тут же зашипела и слегка задымилась, хлынул ихор, хотя большого вреда я богу не нанес. Но по взгляду Зевса, полному растерянности и боли, стало ясно, что мне удалось выбить его из колеи. Из последних сил я быстро взмахнул мечом еще раз, собираясь отсечь ему голову. Черный клинок быстро приближался к шее бога, и на секунду я уже было обрадовался, что все будет кончено, но в последний момент Зевс отклонился назад. Меч Аида полоснул Зевса по нагрудной пластине, не причинив богу никакого вреда. Я понял, шанс упущен, возможность застать бога врасплох и закончить эту войну потеряна. Краем глаза я заметил, как Зевс приподнял свой сверкающий клинок и направил его на меня. Меня охватил ужас и паника, когда я понял его намерения, но было уже слишком поздно. Все тело вдруг пронзила жутчайшая боль от чудовищного разряда тока, глаза мгновенно заволок туман, сознание помутилось. Я даже не кричал - связки будто оцепенели от чудовищной боли. Я думал, что познал боль, когда Нэнси вправляла мне колено, или когда Талия била меня током. Нет, оказывается я даже не знал, что это такое. Мое тело сейчас буквально сгорало от разрядов Зевса, все мысли, все ощущения абсолютно испарились. Осталась лишь всепоглощающая боль. Где-то на краю сознания я услышал, как кричит Рейна, и понял, что уже давно бы умер, если бы не она. Хоть я этого сейчас и не чувствовал, но она очевидно подпитывала меня своими силами, не давая мне отправиться на тот свет, но было ясно, что девушки надолго не хватит. Зевс намного сильнее ее. В следующий миг боль резко утихла, меня отбросило на несколько метров назад. Сквозь пелену перед глазами я увидел, что от меня исходит дым, туловище само собой подрагивает. Ко мне подбежала Рейна, тут же пытаясь поднять меня на ноги дрожащими руками. Она что-то мне говорила, но слов я не различал, хотя понятно, что надо было встать. Лежа на спине, я точно долго не проживу. Но каким же ослабевшим я себя ощущал. Я заметил, что Рейна и сама уже едва стоит на ногах - похоже, она отдала слишком много сил нам всем. С трудом поднявшись на ноги и буквально повиснув на руках Рейны, я быстро огляделся. Дела у ребят шли ненамного лучше. Талия сидела на земле и выглядела очень слабой после удара молний. Даже дочери Зевса не под силу было вынести мощнейшие разряды своего отца. Должно быть, я выгляжу точно так же - ощущал я себя, по крайней мере, именно так. Перси, как одержимый, сражался сразу с тремя малыми богами. Ареса нигде не было видно: либо он сбежал, либо Перси все-таки отправил его в Тартар. Селин сражалась с каким-то малым богом, но по-прежнему не отходила далеко от Афины, наблюдая за ней краем глаза. Хотя, если мы сейчас же что-нибудь не придумаем, богиня нам уже не понадобится. Глянув на Зевса, я понял, что стало причиной моего спасения - Боб разделался со своей группой малых богов и полностью отвлек на себя громовержца, не дав ему завершить мое убийство. Титан против олимпийца. Я бы с удовольствием посмотрел на такое сражение под попкорн, но надо было что-то делать. Но что делать? Я, Рейна и Талия едва стояли на ногах и явно не были готовы сражаться. Я так уж точно, так как чувствовал, что еще немного и развалюсь на куски. Перси, Боб и Селин вроде пока держались, но перевес явно не в нашу пользу. Боб вдруг страшно взревел, заставляя посмотреть на себя, и вскинул свою швабру. Но кинулся он не на Зевса, а на малых богов, дравшихся с Перси. Зевс, похоже, точно не ожидал такого и даже замер на секунду. Титан за спиной малых богов стал для них полной неожиданностью. — Уходите, друзья! Скорее! — взревел Боб, отталкивая Перси от богов. Слова титана были однозначно понятны, и сын Посейдона в шоке уставился на титана. На его лице промелькнула растерянность, тут же сменившаяся решимостью. Я понял, Перси ни за что не бросит титана одного и не пошлет его на верную смерть. — Боб прав, — просипел я. — Надо убираться отсюда! Не то, чтобы мне было абсолютно плевать на титана, но сейчас необходимо было отключить все эмоции и подумать холодной головой. В нашем состоянии у нас нет шансов одолеть Зевса и остальных. Они сильнее, они превосходят нас числом, и оставшись, мы подохнем все. Боб сильнейший из нас, и он сможет на какое-то время задержать богов и дать нам возможность уйти. Жестоко, эгоистично, но это так. Но, похоже, это понимал только я. Талия была слишком слаба, чтобы что-то говорить, Селин было не до этого, Рейна явно колебалась, а Перси со своей чертовой преданностью был слишком упрям, чтобы оставить титана одного. — Ладно, — вдруг сказала Рейна. В ее глазах плескалась боль и отчаяние, но, как претор, она прекрасно понимала, что это было необходимо. Убедившись, что я стою на ногах, Рейна обнажила меч и бросилась к Селин, помогая ей одолеть малого бога. Зевс вдруг взревел и кинулся на титана, а ему наперерез бросился Перси, но парню не удалось вступить в сражение с громовержцем. Боб с силой ударил полубога тыльной стороной швабры, отбросив его в сторону от Зевса, и сам вступил в схватку с громовержцем, одновременно пытаясь сдержать натиск оставшихся малых богов. Перси со стоном поднялся на ноги и покрепче перехватил Анаклузмос. Чертов упрямец! — Перси, уходим, — слабо сказала Талия, с трудом поднявшись на ноги. На лице полубога промелькнул спектр эмоций: ярость, отчаяние, растерянность и, наконец, смирение. Поглядывая, на сражающихся богов и титана, Перси кинулся к Талии, помогая ей. А я подошел к Рейне и Селин, уже успевших отправить своего соперника в Тартар. Подхватив под руку Афину, мы с девушками поспешили в лес, а Перси на секунду остановился, бессильно глядя на Боба, в одиночку сражавшегося с четырьмя богами. На боку у титана зияла большая дыра, ручьем хлестал ихор, но он, казалось, даже не испытывал никакой боли и словно одержимый продолжал размахивать шваброй. — Боб... — сказал Перси. В одном слове послышалась такая боль, что я замер и обернулся, с тревогой наблюдая за сыном Посейдона. Не знаю, как Боб его услышал, но титан быстро оглянулся, яростное выражение лица на секунду сменилось на добродушное, на лице расплылась мягкая улыбка. — Уходи, Перси! — кивнул Боб. Титан снова повернулся к богам. — Перси, давай же! — крикнул я. Полубог в полном отчаянии бросил на Боба последний взгляд и рванул ко мне. — За ними! — взревел Зевс. Быстро посмотрев назад, я увидел, что громовержец принял титана на себя, яростно атакуя его, а тройка оставшихся малых богов рванула за нами. Боб кинул яростный взгляд на них, но отвлечься от схватки с Зевсом уже не мог. Мы с Перси ускорились изо всех сил, догоняя девчонок. Малые боги буквально дышали нам в спину, не отставая от нас. Останавливаться даже на секунду было крайне опасно, но иметь за собой «хвост» было еще опасней. С лица Перси не сходило яростное выражение, и выплеснуть свой гнев и отчаяние ему было необходимо, благо есть на кого. — Меч! — на бегу крикнул мне Перси. Я протянул ему черный клинок, благо успел подобрать его с собой. А то без единственного оружия, убивающего богов, было бы совсем туго. Едва Перси взял в руки меч, он тут же резко остановился и рванул назад, буквально на бегу разрубая одного из малых богов. Остальные двое резко затормозили, настороженно уставившись на сына Посейдона и не подходя к нему близко. Но полубогу это и не потребовалась. Рядом с нами протекала река, вдоль которой мы и бежали, чтобы не заблудиться, и Перси тут же этим воспользовался. Парень вскинул руку на двух божеств, и река словно взорвалась, сбив обоих с ног мощным потоком. Пользуясь этим, Перси быстро подбежал к барахтавшимся парням и быстро обезглавил сперва одного, а затем и другого. Я вдруг понял, что стою в ступоре и наблюдаю за происходящим. Конечно, я знал, что Перси управляет водой, но видеть такое вживую было очень даже впечатляюще. Перси расслабленно опустил меч и устало глянул на меня. Тишину вдруг разорвал душераздирающий, нечеловеческий крик, заставивший мое сердце замереть. Стало понятно, что произошло. Мы остались без нашего трехметрового друга. — Боб, — в шоке прошептал Перси. В его голосе послышалась боль и отчаяние, но предаваться унынию нельзя было ни в коем случае. Разделавшись с титаном, Зевс вряд ли остановиться, а в нашем состоянии снова вступить в бой с громовержцем будет сродни самоубийству. — Перси, бегом! — крикнул я, тут же рванув за успевшими оторваться девушками. Благо сын Посейдона смог взять себя в руки и побежал за мной, не задерживаясь ни на секунду. Перепрыгивая через попадавшиеся ямы и поваленные деревья, мы скоро нагнали девушек. Они буквально тащили на себе Афину, осыпавшую их проклятиями, и Перси поспешил прийти им на помощь, беря богиню на себя. Я тоже хотел было помочь ему, но к сожалению, я еще не отошел от удара молниями и едва стоял на ногах. Все мои силы и так уходили на бег. — Боб? — Талия с надеждой посмотрела на меня. Я молча покачал головой. Лицо девушки на секунду исказилось, но она тут же взяла себя в руки. Да уж, попытавшись заманить Афину в ловушку, мы чуть сами не угодили в западню. Хотя, почему «чуть»? Мы как раз и угодили в ловушку и лишь чудом спаслись, и во многом благодаря Бобу. И безумно жаль, что он отдал свою жизнь в попытке защитить нас. Но сейчас действительно не время горевать и предаваться унынию. Не задерживаясь ни на секунду, мы неслись по лесу так, словно за нами черт гонится, что в принципе, было недалеко от правды. Самый настоящий черт с молниями. Постоянно оглядываясь, мы все в напряжении ждали появления Зевса и позволили себе расслабиться только тогда, когда в нашем поле зрения появился Лагерь Юпитера. Даже не верится, что Зевс просто так оставил нас в покое, хотя, судя по времени, мы преодолели это расстояние буквально за десять минут. — И что теперь? — тяжело дыша, спросила Талия. Даже охотница запыхалась. — Вызовем Танатоса и положим этому конец, — ответила Рейна, пытаясь восстановить дыхание. — Он вам сказал, как связаться с ним? — Он сказал, просто позвать его, и он услышит, — пожал я плечами. Мы тем временем вошли в приветливо распахнувшиеся ворота. — Хорошо. Тогда встретимся через полчаса в принципии. Мне надо переговорить с Лейлой и Фрэнком. Присмотрите за Афиной, только осторожно. И да, — Рейна перевела взгляд на дочь Ириды, — ты молодец, Селин. Можешь считать, что все в прошлом. — Спасибо! — на лице Селин расцвела лучезарная улыбка. Рейна подмигнула амазонке и рванула вглубь лагеря. Талия и Селин последовали за ней, собираясь встретиться с Фебой и Хиллой. Мы же с Перси повели Афину в принципию. Полубоги и амазонки, встречавшиеся на пути, не сводили напряженно-яростного взгляда с богини мудрости, параллельно задавая нам вопросы о нашей вылазке. Я растерянно отвечал им, периодически поглядывая на Перси. За все это время парень не проронил ни звука, с его лица не сходило мрачное выражение, и догадаться, что его гложет, было нетрудно. — Перси, перестань корить себя, — мягко сказал я. — Благодаря Бобу мы спасли свои задницы и достигли нашей цели. Он отдал свою жизнь не напрасно, и его жертва не будет забыта. — Я знаю, просто... просто мы даже с ним почти не общались, — печально вздохнул Перси. — Я даже не удосужился объяснить ему, кто он такой. Что это именно из-за меня он потерял свое «я», и он даже не знал, кто он такой на самом деле. — Он знал, кто он такой. Твой друг, Перси. Неважно, что он Япет, что из-за тебя он потерял память и прочее. Он верил в тебя и знал, благодаря Нико, кто ты такой, а остальное не имеет никакого значение. Главное, что он жил и умер с мыслью, что делает благое дело ради своих друзей, которые верили в него. — И которые его бросили, — прошептал Перси. — Сделали то, что было необходимо, — я поправил его. — Мне и самому очень неприятно, что мы оставили его с Зевсом, но иначе мы бы скорей всего подохли все. Своей жертвой он дал нам возможность жить и отомстить за его смерть. — Ну-ну, удачи, — ухмыльнулась Афина. — Не думала, что вы вообще опуститесь до союза с Япетом. — Я бы заключил сделку с ним хоть тысячу раз, лишь бы избавиться от вас. И он не Япет, а Боб, — гордо заявил Перси. — Как угодно. Но титан был сильнейшим из всех вас, и теперь ничто не помешает моему отцу стереть ваш лагерь с лица Земли. Мы тем временем вошли в принципию и, усадив Афину на стул, отошли от нее, хотя из принципии не ушли на всякий случай. — А что если она права? — шепнул мне Перси. — Что если именно Боб сдерживал Зевса от прямого нападения? — Вряд ли, — покачал я головой. — Уж если Зевс в одиночку смог одолеть его, то не думаю, что присутствие Боба среди нас останавливало его от прямого нападения на лагерь. Скорей всего Геката была права, и Зевс просто играет с нами. — Мне больше нравится думать, что Зевс боится сам нас атаковать, — мрачно улыбнулся Перси. — Аналогично, но все же вряд ли, — вздохнул я. — Но ты же видел, ничто не помешало Зевсу явиться самому и принять участие в битве. Учитывая, что мы действительно лишились последнего могущественного союзника, нам лучше не расслабляться и поскорее вернуть Артемиду. — Тем более, что Зевс был настроен весьма решительно и скорей всего вскоре попытается нанести удар сам, как тогда по Лагерю Полукровок. — А ты умеешь подбодрить, — мрачно усмехнулся я. — Говорю, как есть. Нам ведь все равно придется встретиться с ним рано или поздно, — пожал плечами парень. Я поморщился, но не стал ничего отвечать. Хотя от одних только воспоминаний от боя с Зевсом у меня мурашки пошли по телу. Даже страшно представить себе новую встречу с громовержцем. Но Перси был прав, рано или поздно действительно придется встретиться с ним и хочется верить, что следующая встреча станет последней. В хорошем смысле этого слова. — Кстати, что с Аресом? — поинтересовался я. — Ушел, — коротко ответил парень, мрачно вздохнув. — Ну, пусть насладится оставшимися днями, ему недолго осталось. — Надеюсь, ты прав. Я пойду за телом Артемиды, — сказал Перси. — Танатос же говорил, что оно понадобится? — Да, ему нужен сосуд, чтобы вернуть ее душу, — кивнул я. — Иди, я присмотрю за Афиной. Перси хлопнул меня по плечу и ушел, оставив меня с богиней мудрости наедине. Та презрительно и с насмешливой улыбкой глядела на меня, хотя в ее глазах я все же заметил легкую панику. Ее план по заманиванию нас в ловушку провалился, и она, будучи в курсе, что мы собираемся с ней делать, очевидно боялась предстоящего. — Боишься, Афина? — не удержался я. — А ты? — с улыбкой переспросила она. — А чего мне бояться связанную богиню, которая если что и сможет сделать, так это плюнуть в меня? — Моя смерть ничего не изменит, смертный. Отец свяжется с Танатосом и вернет всех, кого вы убили, и меня в том числе. — Мне кажется, ты не до конца понимаешь, как происходит возвращение бога. Во-первых, это будет обмен душами, а не просто воскрешение. Не думаю, что вы найдете столько желающих поменяться. А во-вторых, Танатос на это никогда не пойдет, — спокойно сказал я. Зная бога смерти, я действительно не сомневался в том, что говорил. — Будь уверен, мой отец умеет быть убедительным, — многозначительно пообещала Афина. — Вот как? Скажи, Афина, ты встречалась с Танатосом? — со смехом спросил я. Богиня мудрости утвердительно кивнула. — Тогда, думаю, ты знаешь, что твой папаша и в подметки не годится тому, кто повелевает смертью всех в этом мире. — Посмотрим, — с улыбкой сказала Афина. Признаться, ее слова заставили меня слегка напрячься. Афина действительно верила в то, что говорила, хотя в Танатосе, в его силе и непреклонности, я ни на секунду не сомневался. Хм, а может, стоит сообщить ему о намерениях Зевса вернуть еще десяток богов? Пусть приструнит зарвавшегося громовержца, глядишь до встречи с нами он и не доживет. Хотя, это так - мои влажные мечты. Через полчаса мы вчетвером, а так же Хилла, Лейла, Фрэнк, Феба и Кларисса собрались в принципии. Не то, чтобы их кто-то звал, но все хотели увидеть бога смерти вживую и посмотреть на воскрешение богини. Такое все-таки не каждый день происходит. Чертовски бледное тело Артемиды лежало на преторском столе, и все было готово для вызова Танатоса. — Ну что, делаем? — нервно потирая руки, спросила Талия. — Ну, можем еще постоять кружком и подождать у моря погоды, — с иронией развел я руками. Талия недовольно на меня глянула и что-то пробормотала. Что именно я не слышал, но выяснять не очень хотелось. Уверен, она меня хвалит, не иначе. — Ммм... Танатос? — выйдя в середину комнаты, громко произнесла Талия. — Мы все сделали, как Вы и просили. Можете появиться, пожалуйста?! Я едва удержался, чтобы не рассмеяться - как же это все-таки странно и забавно выглядит. Талия стоит и громко разговаривает с пустотой. — Только попробуй! — предупредила Талия, заметив, что я едва сдерживаюсь. — Я молчу, молчу, — пробормотал я, хотя и остальные улыбались. Правда в следующую секунду нам всем уже стало не до смеха. На душе вдруг появилось уже знакомое чувство тревоги и паники, все резко замолчали и стали озираться. Вокруг нас стала сгущаться тьма, комната резко погрузилась во мрак, даже несмотря на бивший из окна солнечный свет. Заметив на лице Рейны испуганное выражение, я не смог сдержать умилительной улыбки. Крошка моя... Я подошел к Рейне и слегка приобнял ее, она тут же прижалась ко мне в поисках защиты. Как же я обожаю эти моменты, когда она ведет себя не как властный претор, а как обычная девушка - немного робкая, ищущая заботы и защиты в моих руках. Остальные выглядели такими же напуганными и жалкими в хорошем смысле этого слова. Лишь мы с Талией сохраняли самообладание, готовые к встрече с богом смерти. Я вдруг заметил, как Талия бросает взгляд на занервничавшего Перси. Я не сомневался, что она хочет поступить так же, как я с Рейной, но присутствие Фебы явно заставляло ее держать себя в руках. Через несколько секунд ужас в душе усилился, достигнув максимума, сердце бешено заколотило в грудную клетку, и в темном углу комнаты во мраке появился силуэт человека. Все тут же замерли и уставились на него в страхе и легком шоке. Танатос шагнул вперед, выходя из сумрака и окидывая всех нас спокойным, уверенным взглядом своих золотистых глаз. Искушать судьбу не хотелось, я первый опустился на одно колено, потянув за собой Рейну. Претор удивленно на меня глянула, явно не ожидав от меня такого, но сопротивляться не стала и опустилась следом. Все остальные последовали нашему примеру. — До чего же ты докатился, Танатос, — вдруг злобно сказала Афина. — Помогаешь полубогам. Бог смерти окинул насмешливым взглядом Афину и медленно подошел к ней вплотную. Богиня по-прежнему пыталась сохранять достоинство и гордость, но на ее лице отчетливо мелькал страх. Танатос не стал ей ничего отвечать, лишь с улыбкой смерил ее снисходительным взглядом. — Вижу, вы хорошо потрудились, — Танатос повернулся к нам. — Ммм... да. Афина подойдет для обмена? — я неуверенно поднялся на ноги. За мной следом поднялись и остальные. — Подойдет, — кивнул бог. — Только... — Мой отец знает, что ты помогаешь полукровкам, — прошипела Афина. — Он этого так не оставит, и ты обязательно ответишь за это. Я посмотрел на Афину, как на полную дурочку. Она ведь и сама очевидно прекрасно чувствовала превосходство Танатоса и еще пыталась ему угрожать. Это точно богиня мудрости? Танатос закатил глаза и устало вздохнул, словно слушал жужжание назойливой мухи. Повернувшись к богине, он коснулся двумя пальцами ее виска, Афина тут же обмякла на стуле. Я было напрягся, но тут понял, что он просто погрузил ее в сон. Давно надо было это сделать. — Танатос, — Талия проглотила ком в горле и перевела взгляд с Афины на бога. — Так что, Вы произведете этот обмен? Вернете Артемиду? — Нет, не здесь, — Танатос покачал головой. Мы все встревоженно переглянулись. Что значит «нет»?! Какого хрена, у нас же был уговор? Меня охватила тревога - что если это с самого начала было подстроено Танатосом, и он вовсе не собирался нам помогать? Неужели это какая-то ловушка? — Мы же договаривались, — нахмурилась Талия, но в ее голосе сквозил страх. — Мы доставляем Вам бога, примерно равного по силе Артемиде, и Вы возвр... — Я же не сказал нет, девочка, — Танатос прервал охотницу. — Я не собираюсь нарушать наш договор и не отказываюсь от своих слов. Я верну вашу маленькую богиню, но я не могу сделать это здесь. — И где же тогда? — осторожно спросила Рейна. — Артемида находится в Хаосе и вернуть ее можно лишь в месте максимально приближенном к нему. Там, где наш мир граничит с Хаосом. Где бытие перетекает в небытие! — Пожалуйста, Танатос, можно избавить нас от пафоса и просто сказать? — закатил я глаза. — Куда надо топать? Где это место? — В Тартаре! — с улыбкой сказал Танатос.
