The light in the night

Если тебе плохо, скажи мне, и я буду рядом.

Сумка едва закрывается, от полностью заполненного пространства замок почти рвётся, но Чонгук не сдаётся и у него получается сохранить тканевый материал в целости. На часах восемь утра и всё, чем Чон сегодня завтракал, был тот самый круассан нового вида из пекарни возле дома и кофе. Чон, хоть и проверил билет и документы, а ещё деньги в его небольшой сумочке, что висит у него на груди, всё же переживал, что что-то забыл. Такое случается у всех путешественников, это нормально. Чонгук подходит к указанному терминалу, чтобы зарегистрироваться и видит знакомое лицо: всё тот же парень с тёмными, немного кудрявыми волосами, большими глазами и квадратной улыбкой. В прошлый раз Чон не рассматривал его особо, но сегодня заметил, что он довольно красив внешне. — Привет, кажется, Чонгук! Ты всё-таки пришёл? — спрашивает Ким. Чон фыркает: — Ещё бы, это мой билет и я не собирался от него отказываться! — А-а, а как же твой парень? — хитро улыбается новый знакомый. — Тэхён, кажется, почему тебя это должно волновать? — Ты прав, не должно. Женщина, с таким почему-то знакомым голосом, объявляет посадку на самолёт. Парни переглядываются и понимают, что им, к сожалению, в одну сторону, но идти вместе им не хочется от слова «совсем». В самолёте прохладно, чего не скажешь о ситуации на улице. Июль, пожалуй, — самый жаркий летний месяц. Тэхён проходит вперёд и находит своё место где-то в эконом-классе. Он садится, а Чонгук, следовавший за ним, присаживается рядом. — Ты не против, что я сижу у окна? Чон не ожидал, что с ним будут говорить. Непонятно как, но он рассчитывал на то, что эти двое будут сами по себе, а этот Тэхён, кажется, начинает надоедать. — Мне всё равно, — сухо отвечает Чонгук. Так и сели. Ким расположился у окна, а Чонгук — рядом с ним. На третьем сиденье в их ряду больше никого не было. Хорошо, наверное? Или же не очень. «Уважаемые пассажиры, мы готовы к взлёту. Убедитесь, что Ваши ремни безопасности пристёгнуты, а столики убраны и Ваши сидения находятся в вертикальном положении. " Тэхён сглатывает, быстро бегая глазами по салону, а Чонгук листает какой-то журнал, сидя абсолютно спокойно. — Ай! — вопит Чонгук. — Ты мне ногу отдавил! — Прости. Чон всматривается в лицо парня, сидящего рядом, и замечает, что он очень бледный. — Тебе нехорошо? — спрашивает он с неким беспокойством. — Высоты боишься? — Есть немного. Самолёт отрывается с места, набирая скорость. Тэхён чувствует, как пульс ускоряется, и слышит стук своего сердца уже в ушах. В горле пересыхает, а всё тело начинает знобить. Чонгук перелистывает страницу какого-то журнала о путешествиях, предоставленного самолётом, но вдруг его резко хватают за руку. Чон пугается и поднимает голову, встречаясь с испуганным взглядом напротив. Тэхён, кажется, дышит через раз. — Эй, парень, — Чонгук хмурится, — уверен, что всё нормально? — Тс-с, — произносит Ким. — Просто не отпускай меня, хорошо? Чонгуку ведь совсем не трудно держать испугавшегося парня рядом. Он просто сам по себе человек очень добрый, поэтому он поможет. Тэхён сжимает руку сильно, немного больно, но Чон терпит. Он понимает, что лучше всего — просто молчать. Самолёт вдруг отрывается от поверхности и взлетает. — Боже… — шепчет Тэхён и закрывает глаза. Его хватка ослабевает. Чонгук сам вцепляется в тэхёнову руку, чуть поглаживая её большим пальцем. Руки у парня больше чонгуковых, но не намного. Тэхёну, честно, хочется попросить остановить самолёт, чтобы его высадили, но он понимает, что это невозможно. Дыхание с каждым вдохом учащается, а перед глазами всё плывёт. Хорошо, что Тэхён не ел ничего с утра, иначе вся еда давно уже была бы на, кажется, Чонгуке. Вдохи похожи на судорожные, из-за чего Чонгук начинает переживать. Руку он не отпускает, но сам чуть двигается к соседу. — Тебе нужно отвлечься, — глаза Чона немного напуганные, но он это старательно скрывает. — Смотри в окно. Тэхён наклоняется, наблюдая за облаками под самолётом через иллюминатор. — Боже… Я же выпаду, — шепчет он и немного трясётся. Чонгук смеётся из-за такой реакции. — Не выпадешь! Я же держу! Тэхён медленно кивает головой и всё же снова смотрит. — Первый раз летишь? Ким молча кивает. — А почему? — У меня аэрофобия. Чонгук ухмыляется, но по-доброму. — А как же ты это узнал, если ни разу не летал, мм? Тэхён впервые улыбается, и Чона это почему-то радует. — Мне так всегда казалось. Чонгук, не ожидая от себя, переплетает их пальцы. — Ну и что, подтвердилось эта твоя арафобия? Ким тихо смеётся, а затем поправляет: — Аэрофобия. Это немного задевает чувства Чонгука, но он отходчивый, поэтому тоже смеётся над собой уже через минуту. — Не знаю, — отвечает Ким. — Когда ты рядом, я, кажется, успокаиваюсь. Он не имел в виду чего-то такого. Тэхён искренне благодарен, без какой-либо задней мысли. Чонгук чувствует что-то тёплое в груди, но пока не понимает, что это. Через некоторое время симпатичные стюардессы начали предлагать еду. Лететь долго, поэтому кормить будут два раза. — Вам курицу или рыбу? — спрашивает девушка. — Курицу, пожалуйста, — отвечает Чонгук. — А Вам? — обращается к Тэхёну. — А-а, мне просто рис. Официантка кивает и протягивает тёплую коробочку, завёрнутую в фольгу. — Благодарю. Чонгук смотрит, не понимая. — А ты что, из этих? Ким давится, а потом переспрашивает: — Из кого? — Ну, типа, защитники животных, все дела? Тэхён улыбается. — Ах, да, я вегетарианец. Чон морщит брови. — А я думал, ты нормальный. — В смысле? — хмыкает Тэхён. — Нормальный мужик должен есть мясо! — Ну, знаешь ли, — не выдерживает Ким, — нормальные мужики и с другими мужиками не спят! Это было слишком громко. Люди в салоне начали оборачиваться, презрительно приглядываясь к парням. Чонгука это задело. Он резко выхватил свою руку из тэхёновой. — Да я, — виновато начал Ким, — да я не это имел в виду. — Ну да, — фыркает Чонгук и уходит в туалет. Это путешествие, кажется, будет весёлым.