Near Dark

Камера для допросов всегда маленькая: три шага на четыре. Но когда при тебе находят полный набор ликвидатора, ты в ней сидишь, скованный по рукам и ногам. У них даже стул ради такого к полу привинчен, и ножки у него крепкие, металлические. К ним тебя пристегивают наручниками за щиколотки, а к подлокотникам – за запястья. Не то чтобы при желании нельзя было освободиться, но лучше не надо. Люди обычно и без того слишком нервничают рядом с человеком, у которого достали из сумки дробовик, а из рук забрали нож с остатками мозгов на лезвии. И никого не волнует, что их бывший обладатель вот уже полвека как покинул ряды живых. Пару лет назад монстры официально получили те же права, что и остальные граждане Соединённых Штатов. Теперь, чтобы убить одного из них, нужно было получить специальный ордер. Клинт заерзал, стараясь устроиться поудобней – ни одной заднице не понравилось бы провести четыре часа практически без движения. Свой единственный звонок, положенный ему по закону он потратил, чтобы сообщить Нику, где его искать. И о причинах намекнул довольно прозрачно. Но тот почему-то не спешил вытаскивать его из дерьма, в которое он вляпался по чистой случайности. Несмотря на то, сколько оружия с него сняли во время обыска, сегодня Клинт убивать никого не собирался. Честно. Это была просто мера предосторожности, которая, между прочим, и спасла ему жизнь. Но копы к такому заявлению отнеслись скептично. Клинт не обиделся. Далеко не каждому приходилось настолько близко сталкиваться с монстрами, и это было к лучшему. Конечно, большинство из известных ему тварей вели себя цивилизованно и некоторые даже могли сойти за людей. На первый взгляд. Но были и такие, как этот вампир, который просто кинулся на Клинта, проволок его сквозь несколько квартир, используя вместо входов и выходов окна, попытался укусить, прижав к полу, и успокоился, только когда ему всадили между глаз нож с высоким содержанием серебра. Это не помогло бы, будь ему лет на сто больше. Так что Клинт решил, что ему повезло. Впрочем, это ещё с какой стороны было посмотреть. По улицам ночного города ходило несколько сотен тысяч людей, но вампир умудрился напасть именно на него. На ликвидатора. Одного из четырёх. Совпадение? Вряд ли. Дверь с маленьким затянутым решёткой окошечком отворилась беззвучно, пропуская внутрь высокого темнокожего мужчину. Ник, а это был именно он, кивнул кому-то снаружи, и замок щёлкнул, сообщая, что они остались наедине. Клинт улыбнулся, стараясь при этом выглядеть как можно беззаботней. Но на суровом лице его посетителя так и осталось то же самое выражение – будто он всё в этой жизни видел, и это ему не понравилось. Ах, да! Ещё у Ника был всего один глаз. Второй закрывала плотная чёрная повязка, из-под которой вверх к брови бежало три толстых рубцеватых шрама. И, пожалуй, это в его внешности было самым примечательным, даже если учесть, что вне зависимости от погоды на нём всегда был надет длинный кожаный плащ такого глубокого чёрного цвета, что он, наверное, выделялся пятном в полной темноте. О том, как Фьюри потерял свой глаз, ходили легенды – одна невероятней другой. Сам он их не опровергал, но и не подтверждал, очевидно, наслаждаясь ореолом таинственности вокруг своей персоны. И Бартон очень сомневался, что, просто спросив Ника об этом, действительно получил бы ответ, который был бы способен удовлетворить его любопытство. – Оставить бы тебя здесь на перевоспитание, но не уверен, что это поможет, – без малейшего намёка на недовольство заявил Фьюри вместо приветствия, усаживаясь напротив него. «Гостевой» стул не выглядел более удобным чем тот, на котором сидел Клинт, и стоял настолько далеко от него, насколько это позволяла комната – почти за дверью. – И это говорит человек, на которого я работаю, – оскалился Бартон. – Это говорит парень, который решает твои проблемы, – веско заметил Ник. Клинт вздохнул, сбрасывая маску напускной весёлости. Этот номер с его боссом никогда не проходил. Но ведь это и не значило, что нельзя было попробовать ещё раз? – Я не виноват. – В чём? – заинтересовался Фьюри. – В том, в чём меня обвиняют, – Бартон уже успел выучить эту игру. Иногда у него даже неплохо получалось. – Ты убил гражданина Соединённых Штатов. – Вампира. Ник многозначительно приподнял бровь и промолчал, давая Клинту немного времени, чтобы осознать свою ошибку. Ну, конечно, теперь пресловутая толерантность распространялась и на нежить. – Это была самооборона. – Уже лучше, – согласился Фьюри. – Но всё ещё ничего не стоит без действующего ордера на чью-нибудь ликвидацию, иначе, зачем бы тебе при себе иметь столько оружия? – А ордер у меня... есть?.. – предположил Бартон, добавив в самом конце немного вопросительной интонации. – К тому времени, как я выйду из этой комнаты, будет, – кивнул Ник. – А я? – Поедешь со мной. – Значит, не будь я нужен тебе прямо сейчас, ты бы и правда меня здесь оставил? – осенило Бартона. – Надолго? В двери постучали, перед тем как их открыть. Долговязый сержант с тёмно-рыжими почти каштановыми волосами в светлой голубой рубашке снял с Клинта наручники и сообщил, что он может быть свободен. Вот так просто. – А как насчёт оружия? – Заберёшь после экспертизы. Это заявление Ника Бартону не понравилось. Обыскали его качественно, а совсем без оружия Клинт чувствовал себя уязвимым. Впрочем, для споров момент и правда был не самый подходящий. – Пусть вернут хотя бы сигареты. – В моей машине ты курить не будешь, – отрезал Фьюри. И если Бартону до этого казалось, что хуже уже быть не может, то вот оно! Ему снова доказали, что он был неправ. Дорога из участка заняла почти полчаса. Клинта так и подмывало спросить, что так срочно от него понадобилось Нику, но он продолжал молчать, даже внешне никак не выдавая свою заинтригованность. Обычно Фьюри не отвечал на вопросы и рассказывал всё сам, когда считал нужным. Так что Бартон со скучающим видом рассматривал мелькающие в окне вывески, и успел заметить несколько новых заведений. Судя по тщательно закрашенным чёрной краской окнам, эти, как и многие другие в этом районе, принадлежали вампирам. Куча неона и больше никакого света – отличительная черта таких мест. А внутри либо спуск в подвал, либо сплошные стены. Очередные бары, шоу-холлы, стриптиз-клубы, хозяевами которых были вампиры, появлялись постоянно. Были даже рестораны! И это при том, что жрать твёрдую пищу они сами не могли. В общем, ребята без души, но с клыками всегда были хорошими предпринимателями и теперь, получив права, это наглядно демонстрировали. В офисе было тихо и пусто. Только какой-то мальчишка сидел в приёмной возле телефона и откровенно скучал. У него были тёмные чуть вьющиеся волосы и большие очки на носу. Неужели Мария всё-таки уволилась? Вообще-то Клинту было откровенно всё равно, кто будет отвечать на звонки. Увидев их, мальчишка оживился и, поскольку с Ником он уже скорее всего встречался, принялся с интересом разглядывать человека, которого тот с собой привел. Бартону такое пристальное внимание не понравилось, но не стоило бросаться на него из-за каких-то мелочей. Как только он пришёл к этому решению, Ник тут же дал ему повод посущественней. – Знакомься, это Тони. Твой стажёр. Клинт на несколько секунд замер, переваривая информацию. Лет пять назад его самого точно так же отдали в руки другому ликвидатору – Филу Коулсону. Но тогда всё было по-другому. К тому времени как Бартон появился в этом самом офисе и познакомился с Филом, у него за плечами уже было трое убитых вампиров. Последнего он сжёг, чем заслужил одобрение своего куратора. Как Коулсон объяснил позже, некоторых из них уничтожить можно было только так. Кроме того, было в самом Клинте что-то такое, что позволяло ему безошибочно отличать одних монстров от других и чувствовать их присутствие – у Бартона от них волосы на всем теле становились по стойке смирно. Может, было и ещё что-то, но он предпочитал не вытаскивать это на поверхность и пользоваться тем, что уже есть. С Наташей было так же. И в присутствии друг друга у них обоих создавалось ощущение, будто по коже маршируют насекомые. Это могло значить только одно – каждый из них тоже в какой-то степени был монстром. А Тони – нет. Он был абсолютно нормальным и кристально чистым. С широкой сияющей улыбкой и большими живыми глазами. Если Тони действительно собирался стать ликвидатором, вся эта чистота должна была в скорости исчезнуть без следа – такая работа накладывала на людей свой отпечаток. – Сколько ему? Восемнадцать? – Мне двадцать пять, – отозвался мистер "щенячьи глазки". – И у него есть лицензия истребителя, – добавил Фьюри. – Их теперь что, каждому желающему выдают?! – не удержался Клинт. Сияние на лице парня слегка потухло. Совсем чуть-чуть. – Нравится тебе это или нет, но ордер на ликвидацию у него, – сообщил Ник, перед тем как направиться в свой кабинет и показательно громко закрыть двери на замок. В воздухе повисла так и не сказанная им вслух мысль: «А если тебе что-то не нравится – выметайся». Бартону всегда всё нравилось. И сплющенная всмятку машина, которую теперь можно было разве что отдать на металлолом, и то, что всё его любимое оружие теперь лежало опечатанным в специальном ящике и ждало экспертизы. И перспектива провести день с Тони вместо хотя бы пяти часов здорового крепкого сна. До нервного тика в глазу ему это нравилось. Правда, надо отдать парню должное, он заметил, что Клинт был готов вот-вот взорваться, и вёл себя очень благоразумно – тихо. Просто стоял и ждал, что же ему в конце концов скажут. Будь Бартон знаком с Тони чуть подольше, он бы это оценил. – И зачем тебе это? – прямо спросил Клинт. Он не мог сказать Нику, что тот совершает большую ошибку, принимая в их дружеский коллектив нового сотрудника, аргументируя это тем, что без них у мальчика может сложиться вполне нормальная жизнь. «Мальчик» был младше Бартона всего на несколько лет, но почему-то они ощущались как пропасть. Может, потому что у того, судя по всему, было нормальное детство, а у Клинта его не было вообще. В общем, если он и мог что-то сделать, то это отговорить Тони заниматься явно не подходящей ему работой. – А есть какая-то разница? – Ты еврей? Тот удивлённо захлопал глазами. – Эээ... нет. – Тогда какого хрена ты отвечаешь вопросом на вопрос? – вызверился на него Бартон. – Тогда я просто скажу, что тебя это не касается, – не остался в долгу Тони. Будь у Клинта выбор, он бы уже выпихивал своего «стажёра» пинками на улицу и вслед посоветовал бы никогда не возвращаться. Выбор. Ага, как же. – Слушай сюда. Бартон подошёл к нему вплотную и понизил голос. Получилось угрожающе, но именно такой эффект и был нужен. – Тебе здесь делать нечего. А у того, кто выдал такому как ты эту грёбаную лицензию, наверное, было очень хорошее настроение и чертовски злое чувство юмора. – Какому «такому»? – Да ты же... – Клинт усиленно пытался подобрать слова, которые смогли бы передать в полной мере первое впечатление, которое у него сложилось про Тони с первого взгляда. – Ты одним своим видом уже провоцируешь на насилие. Парень заухмылялся и подвигал бровями, будто намекая, что на то и был расчет. Бартон мысленно ругнулся – маленький засранец вдруг заставил его смутиться. В том, что он только что сказал, действительно было что-то очень неправильное, хотя ещё секунду назад Клинт думал, будто выразился вполне удачно. – Ну и хрен с тобой, – зло пробурчал он и, развернувшись, направился на улицу. Тони догнал его уже на стоянке. Оказалось, что он ездит на Шевроле Камаро, кажется, второго поколения. Впрочем, за это Бартон точно не мог поручиться. Машина была очень тёмного зелёного цвета, и на этом её видимые преимущества заканчивались. Его собственный Ленд Ровер Дефендер был куда более практичным, но трагично погиб, оставив Клинту после себя знание, что обозлённый оборотень легко может смять бампер голыми руками. Это произошло около недели назад, однако новой машиной Бартон обзавестись пока не успел. Его не мучила ностальгия или, хуже того, проблема выбора, просто не хватало времени. Вот и приходилось перебиваться взятыми напрокат или ездить на пассажирском сидении. А если учесть, что за последний месяц Клинту так и не удалось ни разу как следует выспаться, то второй вариант был не так уж плох. – Сперва мне надо заехать домой, – сообщил он, садясь в машину и называя адрес. – Зачем? – тут же поинтересовался Тони. – Покормить Боба. На самом деле Бартону нужно было оружие – пара запасных ножей и ещё одна девятимиллиметровая берета. Мало, но всё же лучше, чем ничего. – А кто такой Боб? – Увидишь, – криво ухмыльнулся Клинт. Портить Тони сюрприз он не хотел и ради такого даже согласен был пустить того в свою квартиру. – Знаешь, что будет, если дать оборотню по лбу серебряной ложкой? – внезапно пробился сквозь его мысли назойливый голос. – Он тебе горло вырвет, – очень честно ответил Бартон, у которого было не то настроение, чтобы выслушивать чужие глупые шуточки. – На дорогу смотри.