Near Dark

Обычно утро не бывает добрым. Вот и на этот раз по-другому не получилось. Хотелось перевернуться на другой бок или хотя бы вытащить руку из-под Старка, но тот, вцепившись в неё намертво, пускал в подушку слюни. Ликвидатор хренов. Клинт в очередной раз задумался над целесообразностью сделанного Тони выбора профессии. Ещё и эти странные рассуждения «не клыки делают монстром». Конечно, не они. Потребность охотиться, чтобы вгрызться в тёплое мясо, которое ещё отбивается. Возможность ходить по улицам, даже если твоё сердце уже не бьётся. Постоянная жажда крови и чужой жизни. Восторг от ощущения своей власти, когда ты можешь выпустить её, всю, до капли, просто ради удовольствия. Иллюзия неуязвимости. Вот это делает монстром. Впрочем, если поразмыслить, среди людей таких тоже достаточно. А значит, всё зависит только от того, переступил ли ты черту. Ту самую, после которой ни сама мысль об убийстве, ни вид чьего-то искалеченного тела уже не шокирует, и из желудка вверх к горлу не поднимается выворачивающая тебя на изнанку волна тошноты. Вот только мужик, который выпотрошил и сожрал случайную попутчицу – ну, не посчастливилось девочке сесть к нему в машину – может получить пожизненное заключение или просидеть ещё лет десять в камере смертников. Подать апелляцию. Стать консультантом полиции на время расследования похожих преступлений. Для оборотня, вампира или даже обычной ведьмы ничего такого не будет. Суд, приговор и исполнение. При условии участия в последнем опытного ликвидатора это чаще всего не занимает и пары недель. Интересно, а как поступят с ним, если он вдруг сорвётся? Кем считать человека, которым пугают монстров? Клинт встряхнул головой. Самые подходящие мысли для отличного начала замечательного дня. Пальцы на руке уже начали неметь, а попытка отодвинуть Старка предсказуемо его разбудила. Тони с хрустом потянулся и… полез целоваться. – Чего это ты спросонья такой ласковый? – насторожился Бартон. – А тебе не всё равно? Давай, шевелись! Не лежи бревном. Старк снова толкнулся языком в плотно сомкнутые губы, догадавшись, что так у него ничего не получится, ухватился пальцами за подбородок Клинта и настойчиво потянул вниз. Тот даже немного растерялся от такого энтузиазма. Не то чтобы Тони не отличался в постели особой активностью, но Бартон успел заметить, что инициативу ему проявлять не слишком нравилось. Получается, ошибся. Потому что Старк залез на него верхом и продолжал натурально насиловать его рот. Нет, Клинт не жаловался. Он даже не сразу услышал, что кто-то звонит в двери. – Надо открыть. – Придут в другой раз. – Посмотрим, – расплывчато ответил Бартон и потянулся за пистолетом. То, что он лежал под подушкой, уже само по себе было плохим признаком, но, эй, когда на тебя охотятся, любая предосторожность не лишняя. Тони с него скатился – не спорить же с человеком, у которого в руках оружие. При этом он всем своим видом показал, что идея прерваться ради какого-то звонка плохая. От одного взгляда на его скорбную рожу настроение у Клинта почему-то моментально улучшилось. Он натянул штаны, майку и вышел в коридор, стараясь двигаться вдоль стенки. – Кто? – Я. Исчерпывающий ответ. Не было бы это сказано тонким детским голоском, Бартон нашёл бы, что к нему добавить. Но, убедившись с помощью дверного глазка, что его маленькая соседка на лестничной площадке одна, он поставил пистолет на предохранитель и засунул его сзади за пояс джинс. – Ты соня, – укоризненно заявила она, перешагнув через порог, но потом, видимо, о чём-то вспомнила, и веснушчатое личико посерьёзнело. – Могу я видеть Боба? Это ещё что! Вот когда-то прозвучал вопрос, дома ли он. Как будто таракан мог отлучиться в магазин или собраться на премьеру в кинотеатр. Со временем Клинт привык. – Говно вопрос, – сделав морду кирпичом, ответил он и сунул руку в аквариум, чтобы выудить Боба. – А это твой друг? – ребёнок с любопытством посмотрел куда-то ему за спину. – Ему плохо? Клинт обернулся. Взъерошенный, завернутый в одеяло Старк жмурился и действительно выглядел больным. Синяки на лице проступили резче. – Не, ему хорошо, – отмахнулся Бартон. – Хочешь погладить таракашку? – великодушно предложила "больному" девочка. – Смотрю, это у вас тут обязательный ритуал при знакомстве, – не обрадовался Тони. – Деточка, ты надолго? – Не обращай внимания, – погладил рыжую головку Клинт. – Он сегодня и правда какой-то странный. «Кто-то, значит, тараканов разводит, а я странный», – подумал Тони и поморщился. Как только он вышел из комнаты к этим двоим, то сразу почувствовал едва заметный запах гниения. Конечно, можно было списать это на его «предвзятое» отношение к Бобу, но один раз услышав сладковатую, оседающую на языке вонь, уже ни с чем её не спутаешь. С другой стороны, наличие насекомого, пусть даже такого большого и противного, тоже ничего не объясняло. – Ты часто у него убираешь? – Каждую неделю, – растерялся Бартон, а затем тоже принюхался. Несло с лестницы, и, как только он захлопнул двери в квартиру, запах почти пропал. – Тебе должно быть стыдно! – сообщила Старку девочка, которая догадалась, что тот сразу обвинил во всём её любимца. – Да я теперь просто не знаю, как с этим дальше жить, – скептично отозвался тот. Клинт посмотрел на него неодобрительно. – Тони, прекрати, она же ребёнок. – Сколько тебе лет? – Семь. – Вот видишь, она взрослая! О, у меня идея. Может, вы с Бобом пойдёте вместе погуляете? Протиснувшись мимо них, Старк широким жестом снова открыл входную дверь и застыл, оказавшись нос к носу с источником того самого отвратительного запаха. Улыбка, которую он старательно тянул, медленно сползла с его лица. Зомби, равнодушно смотрящий на него единственным глазом, при жизни был невысоким белым мужчиной, который, скорее всего, занимался поднятием тяжестей. Иначе сложно было объяснить гору мускулов, делавшую его похожим на загородный крепко сбитый кирпичный сортир. Наверное, он потратил на это тело кучу времени, тягая в спортзале штангу, а теперь стоял и гнил перед ними на пороге. Только что поднятые зомби иногда выглядели как по-настоящему живые. Они отличались осмысленностью взгляда, свежим, хотя и довольно бледным цветом кожи, отсутствием каких-либо нарушений мелкой моторики. К ним даже частично возвращалась память. Но их неожиданного посетителя всё это никак не касалось. То ли он уже долго бродил среди живых, то ли кто-то, поднимая его, не слишком старался. Старк отшатнулся назад, и рука, которая к нему потянулась, зачерпнула только воздух. Зомби не спеша шагнул к нему, шаркнув ногой об порожек, будто уже не способен был его переступить. Тони попятился быстрее и, запутавшись в одеяле, не упал только потому, что Бартон успел его подхватить. В закрытом пространстве выстрел прозвучал оглушительно громко. Зомби даже не обратил внимания на дыру, которую разрывная пуля пробила у него в груди. Ему не нужно было сердце, чтобы продолжить двигаться вперёд. Не остановился он и тогда, когда следующие две пули пробили колени, а ноги под ним подломились. Подтягиваясь на одной руке, зомби всё так же целеустремлённо пытался пробраться мимо Клинта, который методично продолжал отстреливать от него приличные куски. Каждый из них извивался и полз следом. Ни боли, ни нетерпения. Важна была одна единственная цель, которую в него вложили. Плотоядные зомби встречались, но очень редко, и то только тогда, когда человек, поднявший мертвеца, не мог больше его контролировать, не рассчитав свою силу. Или же если следовал чьему-то чётко отданному приказу, как этот. После того как Клинт отстрелил ему всю верхнюю часть черепной коробки, он начал хуже ориентироваться в пространстве, но единственным способом остановить его окончательно было сжечь. Протянув к Бартону оставшуюся левую руку, которую он до этого бережно прижимал к себе, зомби разжал пальцы. Его ноша напоминала тёмный свежий кусок мяса. Больше мертвец не шевелился, и Клинт удивлённо оглянулся на Старка. Нездорово бледный, тот молчал и жался к стене, закрывая ладонью глаза ребёнку. – Тони? Никакой реакции. Стараясь насколько это возможно быть дальше от расстрелянного им тела, Бартон присел и посмотрел внимательней на то, что зомби принёс. Это было чьё-то настоящее, очень бережно вырезанное сердце. Полиция приехала даже быстрее, чем Клинт ожидал. Кто набрал 911, оставалось только догадываться, но, в конце концов, звуки выстрелов в обычном жилом доме ещё не были привычным делом. По крайней мере, пока он здесь не поселился. Хотелось бы, конечно, свалить всю вину на Старка, но это был уже третий подобный инцидент за последних полгода. Так что пора было задуматься над тем, чтобы съехать куда-то к чёрту на рога. Хотя бы пока они не разберутся со всем этим дерьмом. Кстати о нём – зомби так и лежал у порога, дожидаясь, когда то, что от него осталось, заберут на экспертизу, и въедливый сладковатый запах гниения быстро расползся по всей квартире. Бартон вообще сомневался, что он когда-нибудь выветрится, а Тони, кажется, ничего и не замечал, только кутался в одеяло. – Может, оденешься? Внизу под окнами уже стояли две патрульные машины. Но Старк его будто не услышал – с места не сдвинулся. От маленькой соседушки и то пользы было больше. Она, послушно не открывая глаз, дала отнести себя домой и пообещала, если спросят, сказать, что его, Клинта, даже в страшном сне не видела. Бартон очень надеялся, что Тони действительно не дал ей ничего увидеть, иначе кошмары ребёнку и правда были обеспечены. Стоило с ней обязательно про это поговорить. Потом. Потому что если хочешь разобраться со всеми своими проблемами – решай по одной за раз. А начинать надо было со Старка. Забрать одеяло, выдавать вещи по очереди. И лучше футболку, а не рубашку. Клинт в очередной раз заметил, как легко, стоило ему хоть немного растеряться, Тони забывал про очки. Возможно, он так и не привык к необходимости их носить. Пока это было не критично, но не хотелось бы, чтобы в один из таких моментов у него в руках случайно оказался пистолет с теми самыми крышесносными самодельными пулями. Прицел у Старка и так был слегка сбит. А вот особой впечатлительностью он как раз не отличался. Во всяком случае, Бартон ничего похожего за ним до сих пор не замечал. Боже, да Клинт был уверен, что этот парень и пожрать, присутствуя на вскрытии, сможет! Наверное, ошибся. Нет, Тони не устроил истерику. По крайней мере, пока что. Он просто сидел, слабо реагируя на внешние раздражители, вроде бы глубоко задумавшись, и… не помогал, хотя как раз у него получилось бы намного лучше выглядеть безобидным при общении с полицией. Объяснить, откуда у тебя в квартире труп не первой свежести, у которого отстрелены почти все конечности, иногда бывает нелегко. Как выяснилось, в мире ещё оставались люди, которые вполне могли смириться с соседом-ясновидящим, но были твёрдо убеждены, что никаких зомби на самом деле не существует. И всё было бы ничего, если бы такие не работали в полиции. Впрочем, лежать лицом в пол Бартону не пришлось, а спустя всего полчаса на «месте преступления» уже командовала Хенсен. И, надо отдать ей должное, она перешагнула их маленькую проблему, даже глазом не моргнув. – Время смерти? – поинтересовалась детектив. – Около недели назад. Врач скорой помощи, приехавшей всего на пару минут позже полиции, брезгливо отряхнул руки. А кто сказал, что сквозь перчатки нельзя получить полный спектр «приятных» ощущений? Просто остаёшься чистеньким, но от остального они не спасают. – В целом, – добавил он. – Но отдельные части всё ещё двигаются. И я не уверен, что смогу это объяснить. – У нас есть специалисты, – успокоила его Хенсен. – Тони? Она была настолько рада такому свидетелю, что это было до неприличия очевидно. – Никогда не интересовался вуду, – ожил тот. – Но определился, с чем мы имеем дело, сразу, – многозначительно посмотрел на Хенсен один уже знакомый им полисмен, Стоун. – Я бы на вашем месте не стал слушать, что он говорит, – вмешался Клинт. – Это наш эксперт, – возразила детектив. – Сейчас он в первую очередь жертва. – Поправьте меня, если я ошибаюсь, но это же ваша квартира. Бартон уже собирался объяснить, что зомби, собственно, плевать на номер дома – он ищет человека. Но Тони его опередил. – А я не привык к таким побудкам! Вот теперь взгляд, которым наградила Клинта Хенсен, точно нельзя было назвать дружелюбным. – Может, на улицу выйдем? – как назло вцепился в него Старк. – Не раньше, чем ты дашь показания. Настроение у детектива явно ухудшилось. Впрочем, Клинт мог её понять. Даже если не брать во внимание личную сторону вопроса, которая, между прочим, тоже сыграла не последнюю роль. Хенсен не добилась от Тони ничего внятного с тех самых пор, как они начали работать над делом. И он сам, кстати, тоже. Не считаясь ни с кем из них, Старк сам решал, что рассказать, а какую информацию оставить при себе. Надо ли говорить, насколько это раздражало? А Тони, как будто смирившись с обстоятельствами, глубоко вздохнул и... зря. Широко распахнув глаза, он замер на несколько секунд, а потом, зажав рот рукой, пулей вылетел из квартиры. – Я, эээ... пойду, гляну, как он там, – сообщил Клинт, медленно отступая к двери, слегка растерявшейся Хенсен. Когда Бартон нашёл Тони, тот, вопреки его ожиданиям, спокойно сидел на тротуаре чуть в стороне от занимавших почти всё свободное пространство машин и жмурился на солнце. – Замечательная погода для октября, – улыбнулся он. – Симулянт, – фыркнул Клинт, усаживаясь рядом. – Ну, талант не пропьёшь, – философски заметил Старк. Зато теперь было понятно, о чём он говорил, когда заявлял, что сможет обмануть любого. И всё-таки насчёт оборотней Бартон очень сильно сомневался. – Если мы собираемся врать полиции, я хочу знать, почему, – посерьёзнел он. – Мы просто не будем рассказывать Майе всё сразу. Значит, Майе, а не детективу Хенсен. – И в чём принципиальная разница?! – Врать, – тоном заправского лектора объяснил Старк, – это значит сообщать заведомо неверную информацию, чтобы сбить с правильной мысли. – Если недоговаривать, получается то же самое. И, между прочим, тебе не кажется, что по отношению ко мне ты поступаешь так же? – Неправда! – возмутился Тони. – Иначе, зачем я тебя сюда потащил? На свежий воздух, что ли? Вообще-то, именно так Клинт и думал. Дышать в квартире становилось невозможно. – Я знаю, кого мы ищем, – доверительным шёпотом сообщил Старк. – Догадался уже. Даже странно, что, когда один понижает голос, другие, не договариваясь, следуют его примеру. Вот и Бартон тоже перешёл на шёпот. – Нет, ты не понял. Я с ним знаком. Лично. – Насколько близко? – Клинт недобро прищурился. – Я ему дом сжёг, – покаялся Тони. Бартон, не ожидавший такого поворота, поперхнулся. – Я смотрю, это твоя стойкая жизненная позиция – быть занозой в чьей-то заднице. – Не без этого, – согласился помрачневший Старк. Меньше всего ему хотелось рассказывать кому-то самую нелицеприятную страницу из своей жизни. И, пожалуй, несколько деталей, которые непосредственно не имели никакого отношения к их делу, стоило опустить. Тони замолчал, раздумывая, относится ли к их разряду тот факт, что вместе с домом сгорели обитатели его подземной части, и надо ли упоминать, при каких обстоятельствах вообще началась вся эта история.