Болью сшили нас времена

      На следующий день Юнги удосуживается прийти в школу, но буквально на десять минут. Взглядом полным ненависти окидывает шайку. Ёнджун встречает его ехидной мордой, и Мин читает в его взгляде:       — Ну и что же? Без Тэхёнчика, ты, никто, да?       Но брюнету всё равно, он не обращает внимания и подходит к классному руководителю, и узнаёт, что Тэхён в школе не появлялся две недели. От этого сердце больно сжимается. Потому что факт — не факт, с КимТэ точно, что-то случилось. Но Юнги не собирался сдаваться, он, во чтобы то ни стало найдёт, обязательно. Всё было бы намного проще, зная он хоть маленькую зацепочку, хоть что-нибудь, но единственное, что знает брюнет это то, что он идиот, и на этом его познания заканчиваются. Это не фильм, где по особому чутью можно найти свою любовь. Здесь реально нужно постараться и попотеть. Без улик, всё намного сложнее, прям как собрать машину, не зная, на каком месте находится каждая деталь. Понятное дело, что все мысли о чужом самоубийстве Юнги выкидывал прочь из головы. Он понимал, что процент есть, но Тэхён бы такого не сделал, однозначно. (Правда ведь.?) Он совершенно не слабый человек и не расстанется из-за этого с жизнью. Надо его искать, и как подсказывает чутьё Юнги, это нужно делать быстро. Погружённый в свои мысли парень выходит из школы, прижимая к себе сумку Тэхёна.

***

      — Так, Юнги похоже начал действовать, а это не смешно, потому что мошка просто так не отступит. Не уж-то так сильно он привязался к Тэхёну… И не дай Бог, если он начал нас подозревать в чём-то. — Сок Хун прерывает напряжённое молчание в подсобке.       Его, как и всех остальных насторожил тот факт, что Мин начал искать Тэхёна. Потому что он парень не глупый, докопается до правды, и им тогда несдобровать. Парень взглянул на сидевшего рядом Ёнджуна, и ему реально стало не по себе. Ли весь дрожал от гнева, его зрачки были сужены, губы поджаты и всё тело напряжено. Он выглядел, как психически нездоровый человек, поэтому невольно, но шатен отодвинулся от Ёнджуна.       — Бог — не Бог, но я уверен, что, если у Юнги будут подозрения о том, что Тэхёна похитили, то первым делом он подумает на нас. Даже учитывая то, что мы разыграли такой огромный спектакль перед ним, очернив Тэхёна. — подал голос Чанёль.       То, что сказал парень, отпечаталось явно у каждого на подкорке мозга. Ынхёк громко выдохнул, Сок Хун вновь оглянулся на Ёнджуна, который взглядом, метающим молнии, стрельнул в сторону Пака.       — Что ж блять, этот ёбанный Юнги, нихуя не понимает? Сколько раз я дал давал понять этой суке, чтоб он даже думать не смел прикасаться к тому, что принадлежит мне? Тупая сволочь… — внезапно, Ёнджун бьёт рукой по деревянному шкафчику с химическими средствами. От чего швабры и веники, стоящие рядом, начинают пошатываться и дрожать.       Незамедлительно Ли встаёт с пола и выходит из подсобки, громко хлопая дверью. На что оборачиваются и вздрагивают оставшиеся в каморке парни. И Ынхёк, чуть-чуть подождав, оглянувшись на дверь, будто бы убеждаясь в том, что их никто не подслушивает, явно слишком осторожничая, подаётся вперёд и шёпотом произносит:       — Честно говоря меня больше беспокоит моя собственная задница, нежели зад Тэхёна. Я думаю никто из нас не хочет оказаться в тюряге, тем более, что мы совершеннолетние…блять…ладно, нужно решать, как отвести от себя все подозрения. Слушайте, может сдадим Юнги Ёнджуна? Того и глядишь на нас заяву не накатает.       — Ты реально думаешь, что этот ненормальный только на Ёнджуне отыграется? Не смеши, все мы прекрасно понимаем, что если сдадим Ёнджуна, то сами на себе крест  поставим. — Чанёль точно знает о чём говорит, и ему самому доводилось видать в своей жизни и не такое дерьмо.

***

      — Сука! Как же меня заебала эта гребаная мошка. Чёртов Мин Юнги! Блять…ещё раз попадётся мне на глаза, ещё раз посмотрит на меня сверху вниз, я от его лица только кровавое месиво на стенке оставлю! — Ли разорался на весь дом, громко кидая предметы, попадающиеся под руку, хлопая дверьми с такой силой, что были ощущения, как они просто скоро слетят с петель.       Тэхён словно очнулся от забвения, услышав грохот на нижнем этаже. Его очень сильно ломило от усталости и он погрузился в дрёму, как вдруг на него будто вылили ведро холодной воды. От неожиданности парень вздрогнул. Шаги на лестнице ясно давали понять, что Ёнджун идёт именно сюда и кажется он в очень плохом настроении.       Дверь захлопывается и с силой запирается на щеколду, когда Ли заходит в помещение. От него так и веет убийственной аурой. И Тэхёну бы взвыть от представления, что с ним сейчас будут делать, а точнее весь вечер до самой глубокой ночи, но к сожалению ему остаётся только молчать, крепко стиснув зубы, и мысленно причинять боль своему похитителю.       Ёнджун был слишком резок, даже больше чем обычно. Жёстко развернул Тэхёна и вжал его в простыни, заставив того, больно упереться носом в подушку. Стянул джинсы с себя и вошёл так, что Ким не смог сдержаться и вскрикнул. За что ему прилетел удар по одной из половинок. Тяжёлый, жгучий, острый. Тэхён зажал в зубах наволочку, стараясь не издавать больше звуков. Быстрый темп, долбление по простате, удары по заднице, глухой рык в спину и больные укусы в районе лопаток, всё смешивается в одно большое кровавое пятно и Ким кажется уже начинает терять сознание. В глазах всё плывёт, ощущения обостряется, поэтому и больнее становится раз в десять.       Кажется проходит целая вечность, когда Ёнджун наконец изливается спермой и в последний раз, ударяя Тэхёна по уже буквально фиолетово-красной заднице, уходит в душ. А брюнет в обездвиженном состоянии, старается вытереть мокрые дорожки на щеках белой простынью. Еле повернувшись обратно на спину, Тэхён практически отключается, потому что голод тоже даёт о себе знать, больными импульсами стуча по мозгу.

***

      Сцена. Снова сцена. Яркий свет софитов ослепляет худую фигуру посередине. Сокджин с закрытыми глазами вдыхает побольше воздуха чуть приоткрыв рот. Ещё одно его выступление в детском центре в Кванджу. Ким так не любит смотреть в грустные детские глаза, потерявшие огонёк задора и надежды. В них только океаны отчаяния и безысходности. Такие маленькие не должны пробовать жизнь на вкус в таком возрасте. Сокджин всегда так думал.       В зале раздаются громкие аплодисменты. Детки повскакивали со своих мест и с улыбкой скандировали имя шатена. Кажется будто он вселял им надежду в их крохотные сердца. Ему так хотелось смотреть, как они будут смеяться громко и заливисто, и он старался делать для этого всё. Благотворительность, фонды поддержки, не редкая подработка в разных детских домах. Всё ради них, ради будущего поколения. Когда глаза напоминают те самые, родные, близкие горящие самоотверженностью глазки-пуговки. И Сокджину нравится смотреть, и пусть его назовут безнадёжным или глупым, он слишком много отдал ради них.       Парень спускается по ступенькам, удовлетворённо давая усталости проникнуть внутрь и пульсирующими покалываниями расходиться по всему телу. Гитара слегка давит на шею своим грузом, но так даже лучше, она не отпускает из реальности.       Душные помещения, где бегают волонтёры, готовясь к своему выходу на сцену, сменяются — одно за другим. Кажется шатен идёт слишком долго. Наконец он опускается на диванчик, обитый искусственной кожей и вдыхает полной грудью. Долгожданный отдых после выступления достиг его. И парень даже не слышит, как скрипит дверь, как пол прогибается под чужими ботинками, как вдруг далёкий, но такой знакомый голос зовёт его.       — Пришло время, Сокджини.       Словно прошибает током. Гитара, лежавшая рядом, с укоризненным звуком двигается в сторону. Когда Ким резко оборачивается.       — Я очень рад видеть тебя.       Джин срывается с места и бросается на шею к блондину, кажется совершенно забывая про усталость.       — Хосок!       И парень чуть не падает из-за повисшей на нём туши, и уже чувствует, как его хлопковая футболка намокает из-за чужих слёз, но прижимает к себе ближе и счастливо зарывается носом в любимые волосы.       — Сокджин, я приехал забрать тебя. Время пришло. — Хосок шепчет на ушко, мягко поглаживая по спине.       — Я ждал, я так долго ждал этого…но я боялся, что ты всё-таки не приедешь за мной… Хосок, ты убивал меня каждый день морально.— горячо шептал Ким, сильнее прижимаясь к родному телу.       — Йа! Хён, а ну-ка перестань плакать. Ну чего ты нюни распустил? Я же приехал, я рядом и теперь мы едем в Сеул.       — С-сеул.?       — Тэхён скучает по тебе, не смей его разочаровывать.       Чон мягко отпустил Джина и стал собирать его вещи. Пока Ким всё ещё неподвижно стоял на месте.       — Стой…но откуда ты узнал, что я нахожусь здесь? Ты…       — Я ещё успею тебе обо всём рассказать, но а пока собирайся, мы заезжаем за твоими вещами и едем туда, где по тебе очень сильно скучают. — Хосок загадочно и счастливо улыбнулся, продолжив собирать чужие вещи по гримёрной.

***

      Юнги постоянно думает о Тэхёне. Мысли о нём совершенно не покидают миновский разум.       «Тэ…я уже устал ждать тебя, найдись скорее, прошу… Почему же вообще нет никакой информации о том, где он? Почему он не взял с собой телефон? Почему его школьная сумка осталась в шкафчике? Так стоп. Значит, что он не сбежал.? Тогда это может значить, что его похитили. Чёрт! Как же я раньше не додумался… Ёнджун…так, где он был, когда мы поссорились с Тэхёном? Он завернул за угол, значит должен был пойти через запасной выход. Но он же всегда был закрыт…и даже сам охранник не знает, где ключи от него. Ли слишком тупой, чтобы найти их. Значит он так и остался там стоять?! Вот же сука…если это реально он похитил его. Это нужно проверить!»       Юнги сорвался с лавочки в парке и снова поспешил в школу. Его посетила мысль о том, что скрытые камеры наверняка засекли Ёнджуна! Конечно он скорее всего позаботился обо всех камерах, ведь знает, где они расставлены, он же хулиган, но попробовать стоило.       Массивное серое здание встретило Юнги тоскливой тенью, закрывающей вход от солнца. Мин забежал по ступенькам вверх и толкнул дверь от себя. Грозный охранник встретил его понурым взглядом.       — Аджоси, добрый день, я видел на заднем дворе нашей школы стаю собак, они валялись на солнышке на выложенной камнем дорожке, около сарая, пожалуйста проверьте, иначе девушки могут сильно испугаться. — не стыдясь, правдоподобно врёт Мин, очень надеясь, что мужчина поверит ему.       Охранник недоверчиво оглядел парня и переключил камеры на школьный двор. Никого не было видно. На что Юнги, ни капли не смутившись, ткнул пальцем в левый верхний угол.       — Вон там, смотрите, видите что-то чёрное мелькает? — актёрская игра парня действительно впечатляла.       И кажется мужчина, сощурившись, заметил что-то неладное. Он схватил свисток со стола, и развернувшись, небрежно кинул парню:       — Последи тогда пока что за сторожкой. Я быстро вернусь, эти хвостатые ещё не знают куда зашли.       Аджосси выбежал на улицу, откуда начал доноситься неприятный свист. Юнги понял, что времени у него крайне мало, поэтому не мешкая, парень быстро сел в кресло, начав громко печатать что-то на клавиатуре. Вот он, заветный файл, сохранённый с камер наблюдения. Сейчас брюнет узнает, куда делся его друг. Но в папке оказалось пусто, ни одного видео зафиксированного на этой видеокамере не нашлось. Юнги слегка опешил, но тут же взял себя в руки. Он не был компьютерным гением, но знал как залезть в «корзину корзины». То есть в облако, в котором до сих пор остался неочищенный кэш с этих роликов. Его нужно было только скачать, но на это ушло бы ещё минут десять. А охранник кажется уже возвращался обратно. Как вдруг Мин выглянул в окно. Повариха улыбаясь, махала мужчине заходящему по ступенькам в школу. Когда он обернулся, в его глазах загорелся огонёк молодости и озорства. Мужчина вприпрыжку бросился к плотной женщине и сам заулыбался в ответ.       Юнги повезло, теперь у него было достаточно времени. Всего пара кликов компьютерной мышью, как файлы уже были готовы к установке. Время летело незаметно, видео были восстановлены, когда парень поймал себя на мысли, что его сердце вырывается от волнения из груди, ладошки вспотели, и он сам затаил дыхание. Правда раскроется стоит ему только кликнуть левой кнопкой мыши. На экране отображается знакомое болью помещение, там стоят Юнги, Тэхён и Ёнджун, вот он, злосчастный диктофон, вот у Тэхёна уже глаза на мокром месте, вот Ли злорадно смеётся, вот Мин пускает слезу и убегает. Тэхёна осаживается на пол, содрогаясь в громком плаче. Вот Ынхёк с ломом оглушает Кима, и тот валится без сознания. Вот вновь выбегает Ёнджун и начинает громко кричать. Тут как тут, Сок Хун и Чанёль, вместе с Ынхёком они поднимают Тэхёна и выносят в след за Ёнджуном. Видео обрывается…       Юнги сам не осознаёт, как начинает всхлипывать. Слёзы срываются с глаз и текут вниз по подбородку. Бедный Тэхён! Не стал бы ведь виноватый человек так громко и отчаянно плакать, не стал бы играть истерику. Мин в который раз убедился, какой же он всё-таки мудазвон. Осталось теперь найти шайку и разобраться с ними, а потом поскорее забрать у них Тэхёна. Юнги удаляет все видео, закрывает все вкладки и несётся на второй этаж.       «Я найду вас, твари»       Гремит в голове, пока парень перепрыгивает через одну-две ступеньки.       В класс он забегает очень быстро, но там никто на него внимания не обращает. Гнев кажется вскипает и изливается наружу, желваки ходят на злом лице, когда парень замечает Чанёля. Идёт точно на худощавую фигуру и останавливается в паре сантиметрах от чужого лица. И шипит точно в губы:       — Долго ли собирались от меня это скрывать, сука?       Пак меняется в лице, после злорадной гримасы. Он бледнеет и напрягается, тянет руку сжатую в кулаке, но её резко останавливают, блокируя все действия.       — Говори, где Тэхён. И быстрее, иначе я сломаю тебе руку. Предупреждаю, я считаю до трёх и если я от тебя даже слова не услышу то дрочить ты себе сможешь только левой рукой и то, если я тебя пожалею…время пошло, мразь.       — Я ничего не знаю. Мошка думаешь сможешь меня напугать? — Пак пытается принять отсранённый вид, но его слишком сильно выдаёт дрожь и сморщившееся от боли лицо.       — Раз.       — Эй, Ынхёк, вразуми этого идиота! — зовёт Чанёль, но на Юнги такая уловка не действует и он лишь сильнее сжимает чужую руку.       — Два. Я тебя предупреждаю, я слова на ветер не бросаю, или ты реально хочешь, чтобы весь класс увидел, как ты опозорился? Погоди…ты сказал «мошка»? — до Мина доходит почти сразу — Неужели вы настолько прогнили, что даже этими нелепыми угрозами занимались вы? То есть это вы причинили столько боли моему отцу и матери, да? Вот ведь… Сука, я лично придушу тебя и всю твою компашку. — Юнги шипит, сдавливая чужие кости.       — Твою мать, какого черта тут происходит? — Мин, не отпуская чужую руку, резко разворачивается и бьёт вперёд наобум, и удар прилетает Сок Хуну по уху.       — А ты не охуел случайно?       — Ты мне тоже пригодишься, говори, где Тэхён, иначе тебе тоже будет плохо. — Юнги толкает Чанёля в конец класса и корпусом разворачивается на Сок Хуна.       Парень видел, что Мин очень зол, и настроен очень решительно, поэтому чтобы спасти свой зад, Сок Хун просто даёт дёру из кабинета. Юнги бежит за ним, преследует его по пятам и наконец догоняет на лестнице.       В этом крыле школы практически никого не бывает, поэтому здесь очень тихо. Брюнет железной хваткой впивается в плечо одноклассника и бьёт теперь ровно в челюсть несколько раз подряд. После удар между ног заставляет Сок Хуна вскрикнуть от боли и согнуться пополам. Мин садит его на бетонный пол и хорошенько прикладывает хулигана об стенку.       — Я ещё раз спрашиваю, где Тэхён, тварь? Куда вы его дели?       — Ёнджун отвёз его к себе домой, он дома у Ёнджуна. — Парню прилетает удар в поддых.       — В личном доме Ёнджуна, за городом, несколько километров в первом посёлке. Серый двухэтажный дом с маленькими окнами. — хрипит голос снизу, сплёвывая кровь изо рта.       Юнги его отпускает и выбегает из школы. Он очень сильно надеется, что Тэхён не особо пострадал от лап этого ненормального. Бежит он прямиком на автобус, доехать до посёлка проще некуда, но вот время поджимает, скоро уроки закончатся и Ёнджун тоже поедет домой.       На остановке Мин первый вылетает из транспорта и бежит по координатам Сок Хуна. Он знает, что тот точно бы не соврал, поэтому быстро отыскивает нужный ему дом. Перепрыгивает забор и впечатывается в дверь. Снаружи этот дом выглядит совсем обычным, так что даже дверь открывается с помощью шпильки, которую Юнги всегда носил с собой.       — Молодой человек, здравствуйте, вы к кому? — кажется дворецкий стоит на пороге, изучающим взглядом, оглядывая вхожего в чужой дом.       Юнги на это ничего не отвечает. Парень, не разуваясь, пробегает в глубь дома, и замечая лестницу бежит по ней вверх. Ему нужно проверить каждый уголок в этом доме. Он слышал за собой шаги и крики, но какое ему дело, когда его друг провёл в настоящем аду целых три недели. Глаза почему-то предательски начинает щипать. Силы будто испаряются, но вот она. Перед ним заветная дверь, закрытая на замок. Мин тянется вперёд, и снова пробует открыть замок шпилькой, но ничего не выходит. Паника охватывает с головы до ног. Тэхён точно там, другого варианта и быть не может! За спиной раздаются тяжёлые шаги и какой-то противный лязг. Юнги оборачивается, прижимаясь спиной к двери. На него направлен пистолет.       — Уважаемый, отойдите от этой двери иначе мне придётся применить оружие.       А брюнет понимает, почему даже не в полицию позвонить за вторжение. Потому что они чёрт возьми удерживают человека у себя в плену!       — Сука! — Юнги стучит по двери, пытаясь её выбить.       — Я вам сказал, остановитесь! — снова рявкнул мужчина и выстрелил из пистолета.       Ногу пронзила адская боль. Юнги громко заорал, чувствуя, как кровь горячими каплями начинает стекать по ноге. В брючине на бедре теперь красовалась чёрная дыра, постепенно пропитывающаяся красной жидкостью. Парень кинулся на выстрелившего, головой боднув в грудь мужчину, он захватил руку с пистолетом. Дворецкий уже перезарядил ствол и хотел вновь выстрелить, как внезапно упал под чужим весом, ударившись головой о перила и, выстрелив пистолет со звоном шмякнулся, где-то рядом с головой мужчины. Мину повезло, потому что в момент выстрела он пригнулся и пуля пролетела у него над головой, вырвав пару волосинок, и попала точно в замок. Медные «кандалы» с громким стуком отлетели куда-то на пол. Пелена перед глазами не давала, нормально думать и чувствовать. Осталось немного, стоит только толкнуть дверь и Юнги увидит Тэхёна. Так тяжело, нога онемела от выстрела и вообще не ощущалась, шаг в темноту.       На кровати со связанными руками и полностью обнажённый, обездвижено лежал Тэхён. Всё его тело покрывали синяки и гематомы, где-то простыня была перепачкана в крови. Чужие руки, кажется были совершенно синими от стягивающих узлов, не дающих и шевельнуться. Слёзы как по щелчку полились из глаз, крик отчаяния, раздавшийся на весь дом, эхом отскакивал от стен.       Тэхён поморщившись еле разлепил глаза, дрёма слетела с глаз моментально, перед ним стоял сам Юнги. Вдохнув, парень замер с раскрытым ртом, будто бы увидел перед собой мифическое существо и стоит пошевельнуться, как оно сразу же испарится.       — Что ты здесь…— голос парня дрогнул, стоило ему произнести хотя бы один звук.       Тэхён прохрипел очень тихо, будто бы на грани срыва и мелко задрожал. Глаза забегали из стороны в сторону, губы сжатые в одну тонкую полоску часто подрагивали. А Киму бы лицо руками прикрыть, да не может. Последняя капля — лицо парня напротив в слезах. Горький водопад облил щёки, не переставая литься и литься дальше.       — Юнги…— заикаясь, простонал парень и зажмурился от бессилия.       Мин также плакал. Не стыдясь никого: громко, с тяжёлыми всхлипами и сбившимся дыханием. Его очень сильно поразило состояние Тэхёна… истощённое тело, осунувшееся лицо, синяки и раны. Юнги не мог этого вынести, он прижал руки к лицу и взвыл к небу. Парень бросился к Тэхёну и прижал его худющее тело к себе, бережно, нежно и аккуратно. Уткнулся в чужие волосы лицом, смачивая их. Тэхён лежал в объятиях Юнги и также плакал, надрывая голос и кажется, разбивая своё сердце на тысячи мелких осколков. Он не мог себе этого простить. Не мог себе простить того, что Юнги искал его, не мог себе простить, что Юнги разбил своё сердце, не мог себе простить того, что Мин сейчас также громко плачет и прижимает к себе.       Юнги достал телефон из заднего кармана джинс и набрал в полицию. Истерическим и дрожащим голосом еле-еле проговорил адрес выбросил телефон к чёрту. Из сумки, так и болтающейся лишним грузом на шее, достал ножницы, которые Тэхён всегда носил с собой в школу, и перерезал туго связанный жгут, на запястьях парня. Высвободил чужие руки и уткнулся в них лицом.       — ТЭХЁН, ПРОСТИ МЕНЯ, ПРОСТИ! — кричал Юнги сорванным голосом — ГОСПОДИ, Я ТАКОЙ ЕБЛАН! Тэхён, умоляю, прости меня, пожалуйста! Я так сильно перед тобой виноват, я снова согрешил перед тобой…я признаю, ты можешь и дальше ненавидеть меня, я это правда заслужил!       А Ким, не переставая плакать, вытянул свои ослабевшие руки из чужих, и прижался к груди Юнги. Он продолжал дрожать, шмыгать носом, но со всей силы, которая у него осталась он прижимался к парню.       Они наконец-то встретились…       В объятиях они просидели до приезда скорой и полиции. Не отпускали друг друга до самого конца. А потом у Юнги вытаскивали пулю из ноги, оказывали первую помощь, так как времени ехать до больницы не было, иначе парень бы потерял слишком много крови. Тэхёну обработали все раны и накормили. Истощение было слишком сильным.       В больницу парни наотрез отказались ехать, поэтому врачи сделали всё, что могли, прописали лекарства и уехали с горем пополам. Полиция забрала дворецкого. И несколько нарядов отправили в школу, где повязали и остальных бандитов.       Юнги достал форму для физры из сумки, которую он, слава богу, взял с собой и отдал Тэхёну. После чего парень заказал такси до своего дома.       — Тэ, тебе нужно прилечь, я даже представить не могу сколько ты всего испытал, пока я на тебя так зря обижался. Поэтому прошу, ложись и постарайся заснуть. Опасность тебе больше не угрожает, я защищу тебя от всего. И тебя больше никто и пальцем не тронет — Мин шептал, сидя на его кровати Тэхёну, боясь, что вновь расплачется.       Было слишком больно смотреть в чужие глаза полные боли, поэтому парень наклонил голову вниз. А Тэхён всё продолжал плакать. Его лицо опухло, глаза воспалились, но он всё также продолжал. Он не хотел, чтобы Юнги уходил, хотя понимал, что Мин всё равно будет в квартире, рядом.       — Хорошо, Юнги, я лягу, но, пожалуйста, не плачь больше…— Тэхён, всхлипнув, потянул Мина за рукав кофты и разрыдался.