Другие пути

      Молодая, привлекательная брюнетка открыла зонт и, застегнув плащ, выбежала из дверей гостиницы под холодный майский дождь. По мокрому асфальту раздался звонкий стук маленьких каблучков. Еще на прошлой неделе светило солнце, и погода радовала своими теплыми деньками. Но сегодня холодный ветер с Арктики принес с собой не только промозглый холод, но и непрекращающийся с самого утра проливной дождь.        Свернув за угол и пройдя несколько шагов, Мия открыла дверцу своего беленького мерседеса и, свернув зонт, села за руль. Ей никогда не нравилась вся эта слякоть: ехать по покрытому огромными лужами асфальту, с включенными дворниками, которые все равно не справлялись со своей задачей. Но она знала, что если бы отменила встречу, то, кто знает, когда бы они увиделись в следующий раз. Все же выкраивать эти встречи было не самым простым занятием. Удивительно, как Артем все еще не догадывался об ее изменах. Женщины без сомнений умеют гораздо лучше скрывать правду. Хотя это работает только  с мужьями, но не с детьми. Их сложнее обмануть.        У Мии было два ребенка. Две дочки. Сашенька была еще маленькой, только в прошлом году пошла в первый класс. Она была хорошим, послушным ребенком. И, конечно, она еще ничего не могла понимать, что творилось в их семье, не видела, что мама уже давно не любит папу. Для нее пока реальнее был придуманный мирок безмятежного детства, чем жестокие реалии жизни. Но вот со старшей дочерью дело обстояло совершенно иначе. У Яны всегда был сложный характер. Да она была вся в своего отца. Своего настоящего отца – Артем-то никогда не был этаким «праведником». Такая же замкнутая, благочестивая и ужасно трусливая относительно всех вещей, которые выходили за рамки ее придуманных принципов и морали.  Это, разумеется, отталкивало мать и дочь друг от друга и приводило к конфликтам. Осложняло ситуацию и то, что именно она, та, кто должна была узнать в последнюю очередь, если вообще узнать, была в курсе похождений своей матери. Мия встречалась с женщинами. И с первой из них – ее бывшей коллегой Алекс, их и застукала Яна. Увидела случайно их поцелуй, когда гуляла рядом с маминой работой. Да, тогда Мия была не такой осторожной. Она без памяти влюбилась в ту девчонку. И ради нее она хотела даже бросить все и уйти от мужа. Но у Алекс были другие планы. Она только притворялась, что любит, обманывала Мию и как только представилась возможность ушла к другой.         Мия уже давно поняла, что замужество стало слишком дорогой ценой за ее ошибки. Залететь в 16 лет из-за «великой» любви, такое делают только по глупости. Она рано узнала,  что если тебя и не предают люди, то может в этом больше преуспеть сама жизнь. Ни на кого нельзя полагаться. И когда эта истина открылась ей,  то она поняла кое-что и другое, не менее важное.  Если не можешь изменить ситуацию,  надо взять ее в свои руки, так сказать, под контроль. И она решила стать, если не счастливой, то уж точно обеспеченной и не имеющей ни в чем недостатка. А главное, она перестала ждать подарков от судьбы, большего результата можно добиться, если рассчитывать только на себя. И она смогла найти себе подходящего парня, старше ее и уже имеющего далекоидущие перспективы в лице папаши-начальника. Влюбила его в себя, а потом и выдала за отца ребенка. Настоящий же виновник по стечению обстоятельств избежал ответственности. Конечно, он бы женился на ней, воспитывал бы свою дочь, ведь так было правильно, так было нужно. Вот только этот благочестивый и высокоморальный юноша, учащийся в духовной семинарии, успел лишь согрешить с невинной девственницей, в которую без памяти влюбился. Сколько не учи все эти каноны, не  следуй постам и заповедям, а против любви и влечения плоти сложно пойти. А потом он нелепым образом погиб, переходя дорогу на зеленый сигнал светофора, под колесами небрежного автолюбителя, который тоже соблюдал правила только для видимости, а не по-настоящему. Мия выросла в детдоме, и кроме того мальчика, у нее не было никого ближе и роднее. И ей оставалось только одно -  она рассказала все его родителям, надеясь на их поддержку и помощь с будущим ребенком, но они не поверили ей. Их милый правильный сынок не мог бы оприходовать какую-то девочку. Они назвали ее лгуньей. И это был последний раз, когда правдой она пыталась добиться справедливости. Последний раз, когда она ради любви совершала глупости. Хотя нет, не последний. Ведь потом, когда она осознала, что не любит мужа, да и вообще ее тянет скорее к женщинам, чем к мужчинам, - она полюбила Алекс, и все пошло тогда снова наперекосяк. И идет до сих пор.        Заехав во двор своего дома, она остановилась на паркинге, и, выключив зажигание, вышла из машины. В квартире с громким мяуканьем и попытками оцарапать ноги ее встретил голодный полосатый котенок мейнкуна. Ее младшенькая попросила его себе на день рождение. И вот уже как несколько месяцев у них жил этопушистоенечто. Кто ж знал, что от обычного животного может быть столько шума и шерсти. А еще она и не подозревала, что коты могут так много есть. Он ел гораздо больше ее детей, хотя весил гораздо меньше их обеих взятых. Разувшись и скинув плащ, она первым делом проследовала на кухню и насыпала в миску сухого корма. Теперь нужно было успеть смыть всю косметику и переодеться в домашнюю одежду. Она успела принять душ в гостинице, но на одежде все равно оставался запах чужих женских духов. Да и к тому же, трудно было бы объяснить, почему на работу она так уж разоделась. Яна, по крайней мере, точно бы что-нибудь могла заподозрить. Вот они ее рядовые будни – скрывать свои измены не столько от ревнивого мужа, сколько от своей дочери.        Мия снова вышла на работу лишь год назад. Артем подарил ей бизнес – собственное фотоагентство. Он стал учредителем, а все развитие и управление легло на ее плечи. Сначала, когда она ушла из редакции, ей не хотелось ничем заниматься. Пока ее муж активно развивал свое дело, которое начал несколько лет назад, и начинал наконец-то получать ощутимую прибыль от него, она сидела дома, занималась детьми и думала лишь об одном. Как вернуть Алекс. Но все ее попытки увидеться заканчивались провалом. Алекс избегала ее, не отвечала на звонки,  и вообще вела себя с ней очень грубо. И все почему, потому что Мия решила открыть глаза на ее пассию. Та считала ее такой правильной и доброй. Но правда заключалась в том, что Кира была абсолютно такой, какой считали ее другие – безжалостной лицемерной сукой. И тогда Мия поняла, что  если ей не удалось найти доказательства этой правды, то Кира сама себя выдаст рано или поздно. Она знала, что Кира предаст Алекс, причинит ей боль. И нужно было только подождать, а потом она появилась бы в нужный момент и ее любовь излечила бы израненное сердце. Ну а пока это не произошло, нужно было чем-то отвлекать себя от бесконечных мыслей и переживаний. Новая работа и оказалась таким решением. А еще появившаяся вместе с ней возможность развлекаться с симпатичными мордашками. Если бы еще не приходилось постоянно себя контролировать и делать все возможное и невозможное, чтобы скрывать свои интрижки, то ее жизнь была бы вообще очень даже сносной. Сносной до тех пор, пока она не будет с Алекс, и тогда она, наконец, будет счастлива. Впервые за долгое время она выберет не обеспеченность и деньги, а чувства.         Мия переоделась в домашний шелковый халатик и зашла снова на кухню. Включила плиту и поставила чайник. И услышала, как во входной двери поворачивается замок. Спустя мгновение, на пороге появилась ее дочь. Кинув сумку на пол, она стянула с себя кеды и прошла в свою комнату, не забыв при этом с силой хлопнуть дверью. Мия подошла и постучалась. Но реакции никакой не последовало. Тогда она постучалась еще раз.        - Яна, открой, пожалуйста. Это мама, - строгим голосом проговорила она.        - Чего тебе? – услышала она за дверью.        - Открой дверь. Мне нужно с тобой поговорить.        Щелкнул замок, и Мия зашла в комнату. Там перед ее взором пристал так называемый творческий беспорядок. Хотя она бы назвала его скорее кошмарным свинарником. На полу валялась грязная одежда. Джинсы, в которых Яна обычно выходила на улицу, сейчас удобно свисали со спинки кровати. На письменном столе лежали учебники, потрепанные тетради, открытый ноутбук весь заклеенный тинейджерскими наклейками. Мие захотелось в ту же секунду накинуться на Яну, отругать ее за увиденное. Но внезапно, она вспомнила другую комнату. С похожей обстановкой. Только там на стуле сидела не ее дочь, а ее любимая. Алекс никогда не слыла любительницей порядка и чистоты и частенько могла появляться на работе не пойми в какой мятой одежде, а уж о содержимом ее квартиры можно было только догадываться и ужасаться, когда все же оказывался там.         Взяв себя в руки и отпустив так невовремя появившееся воспоминание, Мия обратилась к хозяйке комнаты.         - Не знаю, сказал ли тебе уже отец, но в июле мы всей семьей собираемся уехать на море. У тебя ведь как раз закончится сессия, и после экзаменов ты будешь свободна.         Яна нахмурилась от такого положения дел. Странно, но папа ей не говорил ничего об этом. Может, забыл, замотался на работе. Он ведь работает допоздна и, приходя домой, только находит силы лишь переброситься с ней парой нейтральных фраз.        - Мне обязательно ехать вместе с вами?  - с надеждой на отрицательный ответ спросила Яна.        - Да. Тебе обязательно.        - А тебе? Ты тоже с нами едешь? – нет, Яна не хотела выводить ее из себя. Но не могла удержаться от подмывающего изнутри желания. Она уже с самого утра была на взводе. Хотя в этом виноват был совсем другой человек. Но Яне не хотелось о нем думать, проще было выплеснуть свои эмоции на ту, что поступала так же эгоистично.         - Да. Я же сказала мы едем всей семьей. Да и зачем мне здесь оставаться одной без вас, - удивленно спросила Мия.        - Чтобы спать со своими женщинами к примеру, - злобно выпалила Яна, правда тут же пожалев, что не сдержалась. Она знала, что мама виновата, но ей не хотелось вновь вспоминать то, что она видела. Слишком все это было грязно и неприятно.         Мия тут же приблизилась к Яне и уже замахнулась, чтобы ударить свою дочь. Но вспомнив, что еще час назад и правда лежала в женских объятиях,  остановилась. Помимо того, что она была права, Яна еще и оставалась ее ребенком. Жестоким к своей матери - но ведь все дети так поступают по отношению к своим родителям.        - Не разговаривай со мной в таком тоне. У меня никого нет. Я же объясняла тебе, что это было лишь один раз и то пару лет назад, - решила убедить ее Мия, стараясь придать голосу как можно больше уверенности и невинности. Ей не нравилось обманывать дочь. И дело было не в том, что ей претил обман. Нет, ей не нравилось делать этой перед той, кто был ей так далек, кто не понимал ее. Но она желала своему ребенку только добра и за исключением своих измен, которые касались, в общем-то, только ее взаимоотношений с мужем, она не причиняла зла, не делала ничего плохого и предосудительного. Но Яна была вся такая правильная, идеальная и не могла прощать неидеальность других. Но может она имела на это право. Дети хотят, чтобы их мама и папа были всегда вместе, и им безразлично, с кем измена, главное, чтобы никто не развелся в итоге. Вероятно, это и была причина, почему Яна ничего так и не рассказала своему отцу. Не раскрыла ему глаза, так сказать, на его неверную жену. Может да, а может, и нет.        - Знаешь, дорогая моя, люди порой ошибаются, представь себе. Но это не делает их плохими, тем более если они на самом деле не хотят причинять боль другим, а делают то, что не могут не делать, не могут обманывать себя.        - Мне нужно было тогда все рассказать папе, тогда бы ты ему доказывала, что делала лишь то, что могла.         - И почему ж не рассказала? – решила спросить Мия, хотя уже знала ответ.        - Потому что это причинит ему боль, что бы ты тут мне ни говорила. Нельзя разрушать семьи, даже такие как у нас.         - Ты права. И я от многого отказалась, чтобы быть с твоим отцом. Я совершала сложные выборы и несла ответственность за их результаты.        - Вот только этого недостаточно. Ты не одна такая, кому пришлось отказаться от желаемого, сделать невозможное,- в голосе Яны впервые стала проскальзывать грусть, а не злость, как обычно. Вот, настал момент, когда она хотела открыться, поделиться тем, что у нее было на душе, что тревожило ее уже столько месяцев.  И она открыла было рот, чтобы поделиться этим хоть и со столь чуждой ей, но все же ее мамой, - но Мия перебила ее вопросом в своей агрессивной манере, которую она использовала теперь все чаще в разговорах с дочерью.        - И что же это, интересно узнать? Какие у тебя могут быть заботы в твои восемнадцать лет?!        - Не важно, - тут же снова закрылась Яна. - Ты пришла, чтобы узнать про поездку. Так вот, я поеду с вами. Мы закончили разговор. Мне нужно готовиться к завтрашнему семинару.        Яна отвернулась от матери и уставилась в свой ноутбук. Мия развернулась и вышла из комнаты. Но перед этим обернулась и, взглянув на дочь, подумала: «А ведь она всего на пару лет старше меня, когда я была беременна ей. Когда я творила глупости и ничего не понимала в жизни. Кто знает, может в этом тихом омуте тоже скрыто много чертей?»  И сама усмехнулась от нелепости этой мысли.