Другие пути

      Нет, она изменилась. Смотрит уже иначе. Не так открыто и уверенно. И в глубине глаз уже не та прежняя радость и вера в лучшее, а разочарование и даже какая-то усталость. Но все равно это она. Моя Алиса. И она снова здесь. Снова рядом со мной.       Прошло так много времени с того момента, как я последний раз касалась ее тела, любила его. Что-то позабылось, что-то появилось новое в ее движениях, в ее прикосновениях. Но ощущения не изменились. И мне все так же хорошо с ней. Хотя бы это одно осталось прежним.       Из моей жизни ушла одна, но вошла другая. Я съехала из квартиры Киры и поселилась у Алисы. Она предложила это сама. Я не стала возражать. До сих пор не знаю, насколько хотела этого. Но точно у меня больше не осталось сил, что-то решать, думать, как будет лучше. Нет. Мы не стали парой. Просто я приходила к ней домой и оставалась там ночевать. Чаще мы даже не ужинали вместе. Она все время где-то с кем-то пропадала, или уходила подрабатывать в ночной клуб барменом. И даже ночевала я у нее в основном на диване, на кухне. Иногда конечно она приходила ко мне или я к ней, и мы занимались любовью. И ни одна из нас не требовала большего, не устраивала каких-то истерик.       Зачем тогда я разрушила все с Кирой? Всего-то ради этого? Я не знаю. Может, в глубине души я все еще верю, что у нас с Алисой что-то может получиться. Может, мне хочется все еще надеяться на это. Потому что лишь она знает меня, как никто другой. Как не знаю даже я себя. Ведь она как раз поняла, что сейчас от меня чего-то ожидать будет бессмысленно. И она не ждет. Но когда она смотрит на меня, когда целует, гладит мое тело, я вижу. Она все еще любит меня. И я ей нужна, но она не знает, как показать это иначе. Слишком много прошло времени и выстроилось так много стен между нами, чтобы их можно было легко разрушить лишь одним желанием.       Зато вместо этих стен, разрушено мое сердце. Я ужасно скучаю по Кире. Постоянно мысленно разговариваю с ней, что-то рассказываю, спорю, доказываю, потом горько смеюсь над своими нелепыми доводами. Люблю.       Не хочу никуда выходить из квартиры. Желание только одно. Спрятаться ото всех, от всего мира. И просто заснуть. Не видеть, не слышать, не чувствовать. Но сны не приносят покой. Только еще больше терзают. Раньше в них была Алиса. Теперь поселилась Кира. С Алисой было проще. Я злилась на нее. Но с Кирой этого сделать не могу. Обе были правы и не правы одновременно. Хотя большая вина все же на мне.       Но я не жалею. Распадаюсь на части в руках Алисы. В них я становлюсь той прежней Алекс, которая верит в любовь, окрыленная ею. Без них снова становлюсь собой. Грустной, разбитой, одинокой. Без ответов и с одними вопросами.       В таком состоянии прошел месяц, затем другой. Решила даже уже, что привыкла к этому. Но вчера что-то произошло. Я сорвалась. Позвонил Максим. Попросил о встрече. Увиделись. Он был холоден со мной. Оно и понятно, он и раньше был против наших отношений с Кирой. А теперь я вообще в его представлении конченый человек, которая ушла от его сестры к другой. Долго мы с ним не беседовали, обмениваясь любезностями. Он протянул мне завернутый в бумагу прямоугольный холст. И сказал, что Кира решила вернуть то, что принадлежит мне. Там оказалась моя картина. Ее сняли с выставки и позвонили Кире, чтобы вернуть. Вот она и решила, что нужно отдать ее автору. Обидно, связалась со мной через своего брата. Даже не позвонила сама. И вот вернувшись в квартиру и оставшись наедине с этой картиной, я не выдержала.       Алиса пришла в тот вечер поздно. Но я дождалась ее. Не спала, а все сидела не двигаясь и смотрела на эту злополучную картину. Не помню, о чем я думала в тот момент, что чувствовала. Вероятно ничего. Потому что мне казалось, что я так просидела всего лишь несколько минут. А оказалось несколько часов. Но когда в двери повернулся замок, я очнулась. Вышла в коридор.       - Где ты пропадаешь? – задала я ей вопрос.       - Я была в клубе, как обычно. А ты чего не спишь? Поздно же уже, - удивилась Алиса.       - Нет. Ты далеко. Где ты пропадаешь?       Она внимательно посмотрела на меня, медленно положила свою сумку на пол и расстегнула куртку. Она поняла, что я имею ввиду.       - Думала, тебе нужно время, - ответила она. - Понять, что ты хочешь и что между нами. Ты сама мне это говорила.       - Это было раньше.       - Да. Когда ты была не свободна. Но твое расставание ничего не решило.       Я думала, что она говорила обо мне. Что это ничего не изменило в моем поведении и отношении к ней. Не знала, что на самом деле она имела ввиду себя.       - Я так устала. Все уходят от меня. И ты ведь тоже снова уйдешь, - опустившись, я вытянула ноги и села прямо на пол и прислонилась к стене. Закрыла глаза, запрокинула голову. Алиса опустилась рядом со мной.       - Я люблю тебя, Алекс. От этого я никогда не смогу уйти, - произнесла она шепотом.       

      В ту ночь мы легли спать вместе. И между нами более не существовало стен недосказанности, непонимания. Мы осознали, что есть друг у друга. И это ничто не изменит. И нам об этом не нужно было говорить, доказывать. Мы снова стали теми юными девочками, которые так невинно и преданно любили. Мечтали, верили и просто жили.       Посреди ночи я проснулась от того, что не почувствовала ее рядом. Открыв глаза, я увидела темный силуэт возле окна. Я позвала. Но она не обернулась. Смотрела куда-то вдаль на спящие улицы, а потом произнесла:       - Какая она была, эта твоя Кира?       Такой же, как ты в стремлении узнать мое прошлое и понять, - подумала я. Вот только почему мне снова не хочется рассказывать. Будто, как и раньше не хочу, чтобы они встречались, пусть даже и вот так, лишь в моих рассказах. Я люблю обеих. Но они это два разных мира и мне никогда не суметь их объединить, хотя бы даже в себе.       - Другой.       - Чем я или чем ты?       - Чем мы.       - Зачем же ты тогда с ней была? – в ее голосе прозвучало не то удивление, не то насмешка.        Я укутала в одеяло свое обнаженное тело и подошла. Обвила руками, нежно поцеловала в спину и прижалась к ней. А потом сдержалась, чтобы не вздохнуть. Нет, я точно не хочу вспоминать Киру сейчас. Не здесь. Не когда я теперь с Алисой и мое настоящее стало прошлым, а прошлое, появившись, вступило в свои права. Права на мое сердце, которое тянулось к этой девочке, что я обнимала.       - Не хочешь отвечать?       - Лучше расскажи про себя. Ты мне так и не сказала, где была, с кем, что делала все эти годы, что мы не виделись, - попыталась я перевести разговор.       На этот раз вместо меня вздохнула Алиса.       - Не знаю, как рассказать об этом. Ты правда хочешь знать? Ты не спрашивала раньше.       - Тоже не знала как. К слову наверно не приходилось.       - То есть не хочешь говорить о своем прошлом, но хочешь знать о моем?       - Ну пожалуйста, - ласково попросила я.       - Хорошо. С чего же начать. Так, я много путешествовала, потом поселилась в небольшом испанском пригороде, посреди живописных гор и возвышенностей. Почти что Альпы. Там жила, нашла работу по душе, помогала детям в реабилитации при спортивных травмах. Видимо, сказалось детство, проведенное в больницах и с тобой. Мне нравилось помогать им, видеть, что мои усилия приносят реальную пользу.       - В этом вся ты, Алис. Я тоже считаю, что без тебя бы так и не поднялась с больничной койки.       - Но ведь я тебя не лечила.       - Ты делала больше. Лечила мою душу, - она посмотрела на меня и улыбнулась от этих слов. - Хорошо. А что потом?       - А потом я женилась.       - Что ты сделала? – опешила я.       - Нашла себе жену. Вот хочешь - верь, хочешь - нет. Она тоже русская, родилась здесь, а потом, отучившись, смогла устроиться там по программе культурного обмена. Работала вместе со мной, только психологом. И мы сблизились с ней. Она понимала меня, мою страсть помогать другим, разделяла ее. Мы начали встречаться, жить вместе и потом официально зарегистрировали брак. Там это уже лет десять как разрешено.       - Так ты все же сделала то, о чем мечтала? – почувствовав укол ревности и обиды спросила я.       - Да. Хотя и не с тобой, - с грустью ответила она.       - И как это, быть в браке с женщиной? И там вас принимали, не осуждали, как я понимаю?       - Ну везде есть неадекватные люди. Но в основном да. Можно было не таясь ходить с ней по улицам, встречаться с друзьями и знакомыми. На работе о нас все знали и никто и слова против не сказал. Когда я поранила руку, неудачно опробовав новое привезенное оборудование, то она ухаживала за мной в больнице. Ее пускали туда без всяких вопросов.       - Звучит очень круто, - произнесла я, хотя на языке так и вертелся вопрос: «Что тогда ты делаешь здесь? Почему сейчас не с ней?»       - Да, есть такое, - ответила она.       Мой желудок подал свой голос в утренней тишине. Время уже было 7 утра, и начинало светать.       - Подожди, меня же Светка готовить научила их блюда, - встрепенулась Алиса. - Пошли, приготовлю тебе на завтрак фриттату, испанский омлет. А ты иди пока прими душ, - проговорила она и, повернувшись, легким движением коснулась моих губ.       Потом она натянула на себя мою висевшую на стуле майку. И в ней и в одних трусиках, отправилась на кухню. Я стянула с себя одеяло и побежала в ванную.       Вытерев полотенцем мокрые волосы и взъерошив их, я натянула на себя спортивные шорты и зеленую футболку поло. Открыв дверь, я тут же ощутила аппетитный запах приготовляемого блюда.       - Пахнет вкусно, - сказала я и села на стул, положив локоть на стол и оперевшись на него.       - Это ты еще не попробовала его. А как съешь даже только кусочек, уже влюбишься в мою стряпню, - ответила она и поставила передо мной тарелку с приготовленным блюдом.       - Я уже люблю тебя.       Слова сами слетели с моих губ. То, в чем я не могла признаться годами после нашего разрыва. Что не произносила все эти месяцы, что мы были вместе, я смогла произнести, вот так просто и буднично, как доброе утро.       - И правда безумно вкусно, - попробовала я.       - А я что говорила, - усмехнулась Алиса, и тоже наложив себе в тарелку, села напротив меня.       Мы ели несколько минут молча, наслаждаясь каждая едой. До этого мы не завтракали с ней вместе. Обычно я убегала на работу, пока она еще спала.       Я отлучилась в комнату, и там позвонила на работу и попросила Марго прикрыть меня. Это нужно было сделать прежде, чем там заметило бы мое отсутствие начальство. А так Марго сможет придумать отговорку, что я уехала по делам к клиентам. Я не знала, захочет ли этот день провести со мной Алиса. Но мне точно не хотелось сегодня никуда выходить. Я вернулась снова на кухню.       - Извини. Нужно было успеть позвонить на работу. Не хочу сегодня идти туда.       - Ты сказала это серьезно? - настороженно спросила Алиса.       - Что решила прогулять работу? Разумеется, - усмехнулась я.       - Я не про это, - серьезно ответила она. И действительно, вопрос был не про это.       - А, ты про то, что люблю. Да. И не переставала никогда. Понимаешь, тогда мы обе допустили ошибку. Я ошиблась в том, когда отпустила тебя. Не стала разбираться, не стала бороться за нас. Свалила и все тут. А потом уже когда одумалась, когда решила, что хочу попробовать дать нам второй шанс и хотя бы поговорить, выслушать тебя, было поздно.       - Да. Я была так неправа, что причинила тебе боль. Разрушила тот наш мирок, который мы так тщательно строили. Но я испугалась. Это не веская причина, не оправдание моего поведения. Но другой у меня нет.       - Ничего. Мы живые люди. И теперь все может быть по-другому. Ты же вернулась ко мне, сюда. И все можно построить иначе. Теперь и мы другие. И значит, у нас больше шансов, не допустить прежних ошибок. Ты разведешься со своей. Я... а моя теперь далеко.       Мне было больно вспоминать о ней. Но я не могла быть с ними двумя. И надо уже признать, что у нас так и не смогло ничего получится. Мы оказались слишком разными. Но с Алисой всегда было иначе. Мы понимаем друг друга, знаем, какие мы. И мы с ней больше похожи, чем с Кирой. Поэтому, я не стану давать волю своей грусти, своим чувствам к той, что теперь не со мной.       - Алекс. Все сложнее, чем ты думаешь.       - Я устала от сложностей. Ты же тоже не переставала любить меня.       - Да. Ты была и останешься моей первой любовью. Ты часть моего сердца, часть меня. И благодарю всех богов, что мы вновь встретились, что снова я ощутила, что это такое, быть с тобой, - она потянулась и поцеловала меня, а потом добавила, глядя мне в глаза с грустью и сожалением. – Но я не могу.       - Почему?? Ты же буквально уехала от нее на другой конец света. Ты бросила все там. Я понимаю теперь, с ней ты была несчастлива. Потому что мы можем быть счастливы только друг с другом. Так было и так будет всегда.       - Я запуталась. И вернулась сюда. Повидаться с родителями, погулять по знакомым улочкам. Вдохнуть этот воздух моих родных мест. И найти ответы.       - И ты их нашла. Во мне.       - У меня там осталась жена.       - Которую ты уже не любишь.       - Нет, я все еще люблю ее. Как и моего сына, - она заметила мое замешательство от услышанного, и продолжила:       - Понимаешь, у нас на самом деле все было прекрасно. Я была самым счастливым человеком. Я жила там, где хотела, где меня вдохновляли люди, природа, сам город. Со мной были мои близкие. Которых любила я, а они любили меня. И главное, знали, какая я и принимали. Но в один миг все это ушло. Я помню, как вот так же сидела за столом, ела завтрак, пила свою обычную чашку чая и поняла. Точнее, спросила себя. А что дальше? И это все, чего ты хочешь? И я спрашивала себя об этом потом каждый день, засыпала и просыпалась с одной и той же мыслью. И спустя месяц не выдержала. Да, собрала вещи, и просто прилетела сюда. Поняла, что буквально задыхаюсь там.       - Ты думаешь, что вернешься?       - Да. Когда пойму, что было не так и как это исправить.       - А я? Что тогда со мной? Я ведь из-за тебя свою девушку оставила, не поехала с ней.       - Ты это сделала не из-за меня, признайся. Я была таким же твоим предлогом сбежать. Сама посуди, разве у нас может получиться что-то серьезное? Алекс, мы же расстались из-за глупости. Наворотили обе дел. И вместо того, чтобы их решить, чтобы поговорить, устраивали друг другу сцены, кто больше страдает, кому тяжелее.       - Но мы же любим друг друга. Разве это ничего не стоит?       - Это стоит всего. Поэтому я сейчас и здесь, с тобой.       - Но лишь на время, - сказала я с грустью. - А я верила, что все можно вернуть. Что ничего не потеряно и что только с тобой я могу получить все, о чем мечтаю. Мне так нужно быть с кем-то, кто меня поймет, кому я буду нужна.       - Ты еще не поняла эту тяжелую истину? Любовь рождается лишь в нас самих. Мы должны быть нужны себе прежде всего. Посмотри, какая ты замечательная, интересная, настоящая. Зачем тебе кто-то, чтобы знать это. Пойми сама это, увидь и тогда сможешь не гнаться за любовью других, не требовать, а получать ее как подарок, ценить, больше даря при этом самой. Не расстраивайся, моя хорошая, - Алиса встала и, подойдя, притянула меня к себе.        Сидя на стуле, я уткнулась в нее, прижимая своими руками, и заплакала. Я плакала о всем том времени, что искала себя. Что терзалась от своего одиночества, от всех чувств, которые не давали мне покоя. О своих разочарованиях, о своих слабостях. О том, что разучилась радоваться, а вместо этого пустила во все уголки своей души страхи и сомнения. Я стала забывать уже о той девочке, что была прежде. И не знала, смогу ли я найти ее снова. Смогу ли я хоть что-то поменять, чтобы больше не чувствовать эту опустошенность.       Алиса отвела меня в спальню. И там снова уложила, а сама легла рядом. Гладя меня по голове, она говорила, что все будет хорошо. Что все пройдет. Что я должна все это прочувствовать, выпустить наружу. А потом я заснула. И когда проснулась, то мне стало немного легче. Но главное, я знала по крайней мере одно.       Алиса улыбнулась мне, заметив, что я открыла глаза. И я даже не знала, спала ли она, или всего лишь лежала рядом.       - Как ты? – спросила она.       - Лучше, Алис. Я пока не знаю, что буду делать со своей жизнью. Но узнаю, обязательно. Это я тебе обещаю. Но я хочу сказать одну вещь, которую поняла благодаря тебе.       - Да?       - Возвращайся к своим. И ищи ответы там. Ты сказала, что нужно учиться быть счастливым самой по себе. Думаю это так. Но если есть люди, которым дорога ты, то нужно быть с ними. В жизни итак полно сложностей.       - Но ты дорога мне.       - Да. И поэтому прошу тебя уехать. Я знаю тебя, может, лучше себя самой. Ты мой лучший друг. Поверь мне, не беги, остановись. Не допускай той же ошибки, что я совершила с тобой пять лет назад.       - А ты? С кем ты здесь останешься?       - Я не пропаду. Есть те, кому я нужна. Есть Женька. Она не даст мне унывать. А теперь иди ко мне и подари последний наш день и ночь, - попросила я и протянула ей свою ладонь. И она взяла ее в свою.