Текстуры боли

      Я могла говорить о тебе часами… Днями… К сожалению, месяцами… Искать диалоги со смертью. В отражении своих же надежд. Мимолетным желанием дать отпор. Сейчас же все просто. Не просто. Прострация. Я ненавижу ваш мир. Ведь эти кошмарики слишком похожи. Забыть бы тебя как холодную зиму. Не париться больше о легенде старого острова. Одна слишком любимая книга. Моя постоянная терапия.       Я бы могла курить с тобой часами… Одну сигарету… На двоих… И наблюдать как сжигаю мосты. Мы жили каждый день как последний. И веровали в надежде на счастье. Мы читали друг друга как рассказы и книги, основанные на фактах. Такие как ты не уходят из жизни людей незамеченными. На улице ноябрь бесится. Зима, наверное. А потом кто-то несчастный опять сильно скучает. Какая погода твоего настроения сегодня? Снега к весне растают. У кого-то свихнется разум. Обнять бы тебя…       Я бы могла обнимать тебя часами… Но тебе этого было бы мало. Вернее, я просто не та для тебя. Чем ближе к тебе, тем дальше оказываюсь. Пристыди хоть немного. Зима как последняя тварь, заставляла делать поспешные выводы. Молила Бога чтоб изменил решение, хоть и веры во мне вовсе нет. Молитвы из моих уст звучали чаще, чем даже твоё имя. Вновь кто-то, но не я. Всегда кто-то, но не я. Это безразличие убило. И скольких же ты поведал? Лживая мысль и желание вернуться. Как думаешь, где я сейчас?       Я могла притворяться другой часами… Я так хотела тебе понравиться… Пыталась отучить тебя от злых привычек. Истеричек. Рвала фортепиано. Оставался всеми моими последними мыслями. Ненужно лингвистики. Помню замершие руки. Холодными пальцами. Теплым взглядом. И злость. Каждая частичка тела помнит эту дрожь. Никогда не соберешь по-новому. Твои проколотые уши. Акварельно-голубые глаза цвета дождливого неба. До тошноты помнить завистливых поклонниц. Которые и части не знают о творчестве. Говорить бы с тобой хоть о чем-то…