Часть 35
14 мая 2023 г., 18:52
Я всё ещё не мог понять, что я вижу на самом деле. Точно ли это реальность, или мимолётное видение, которое рассыпется лёгкой дымкой после того, как я открою глаза. Узнавать правду мне, на самом деле, не хотелось. И, если быть с самим собой честным, я бы остался тут навечно.
Мне виделась моя солнечная Лумь – яркий город под моим частичным управлением, герцогство, что достанется мне полностью по наследию. Меня окружали медные сосны, будто я в огненном лесу. Их иглы переливались на солнце, отражали его свет. Мой взгляд опустился чуть ниже, и я увидел жуткое зрелище: на земле лежала моя Нора, её кожа покрыта гематомами, белое платье испачкано грязью, в волосах трава. Но самое первое, на что бы мне стоило обратить внимание – её глаза.
Лазурные, яркие, как две звёздочки глазки, нещадно поедали муравьи. Рот открыт в немом ужасе, казалось, будто её личико застыло таким навсегда, и больше всего на свете мне хотелось, чтобы это было не так.
Я кинулся к девушке, упал на колени и остолбенел, понимая, что ей уже не помочь. Её прекрасная девичья фигурка уже никогда мне не ответит, как бы я не старался проникнуть ей в голову. Душа Норы покинула тело, сознание погасло, а нити разума все до единой разорваны. Да так, что даже мне не удалось бы их связать.
Пальцы сами потянулись к ней, хотели в последний раз запустить ей руку в волосы, но рука заныла. Я не сразу почувствовал ту боль от ногтей, что впились мне в запястье, ведь мой взгляд был прикован к Норе. Она смотрела на меня, чуть подняв голову. Её лицо ничего не выражало, а она заговорила тревожным и хриплым голосом.
– Как смеешь ты меня трогать? – Спросил труп, разжав пальцы на моей руке. – Меня ведь уже давно похоронили.
***
Тупая боль на затылке заставила меня открыть глаза. Я сразу же поднялся и скривился, потирая голову. Меня окутывало что-то тёплое и мягкое, только осмотревшись я понял, что нахожусь в своих покоях во дворце. Как я тут оказался и кто меня принёс? Из-за плотно задёрнутых штор мне ничего не было видно. Всматриваясь в темноту, я заметил двое стражников, что стояли по бокам у входа. Один из них, приоткрыл двери и что-то сказал человеку, что стоял за ними. Скорее всего там слуга. Я только что проснулся, поэтому ещё не забытый сон не давал мне покоя. Кажется, вчера я не ожидал увидеть трупов и это противное зрелище прицепилось ко мне. В голову начинали приходить воспоминания минувшего дня. Я вспомнил заснеженный лес, пьяного Миккеля, старую хижину на горе, два тела и то, как меня огрели по голове. Наверное, так меня и нашли. А что на счёт Вивьен и Фраиллы? Я уверен, их находка, удивила всех не меньше моей. И «удивила» ещё мягко сказано. Вивьен была единственным законным наследником короля. Родных братьев или сестёр у Вилена нет. Перед смертью он должен передать кому-то свою власть. На ум сразу же приходит мой отец, его двоюродный брат. Но они почти ровесники, поэтому даже мой отец не подходит на эту роль из-за его возраста. К тому же его сын, то есть я, – эльфийское отродье, что моментально делает меня не способным управлять королевством. А это ещё одна причина не отдавать управление моему отцу. Народ будет должен выставить своих кандидатов на трон. В Дорэне ещё есть властные и достойные семьи. Стражники пропустили в комнату кого-то ещё. Мой гость подошёл к окну и раздвинул шторы. Утренний свет разлился по покоях, мужчина посмотрел на меня и строго приказал: – Господин, лучше ложитесь. Я последовал приказу. В руках у мужчины была аптечка, сразу стало ясно, что это врач. Он придвинул к кровати стул, аккуратно приподнял мою голову и начал осмотр. Его лица я не видел, поэтому по его выражению не мог понять, насколько всё серьёзно. По личным ощущениям, могу сказать, что не так уж и сильно меня ударили. – Обычная шишка, но вчера она была больше, – подтвердил мои догадки врач. – Я скажу, чтобы вам принесли завтрак. Вставать сейчас лучше не стоит, может кружиться голова. Если всё будет хорошо, завтра можете отправиться домой. – Спасибо, – тихо поблагодарил я. Завтрак мне подали очень быстро, но кажется, во дворце меня не любят, поэтому принесли мне невкусную овсянку и очень горький кофе. – Можете уходить, – бросил я страже. – Я уже пришёл в себя, и доктор меня обследовал. Вам больше нет необходимости за мной наблюдать. Двое мужчин послушно и молча вышли из моей комнаты. Теперь я могу спокойно прочитать письмо, которое лежало на подносе вместе с моей едой. На конверте была магическая печать. Она светилась голубым и была жутко холодной. Такой конверт никто не откроет с помощью ножа для бумаг. Я ухватился за тонкие края света и смахнул печать так, будто это была лишь пылинка.Маркизу Каспару Тиффенье
Дорогой господин, не пытайтесь меня искать и молитесь, чтобы снова случайно не оказаться в одном месте со мной. Ваша злость ко мне не имеет границ, я это прекрасно понимаю. Но хочу сказать, что моя совесть не испытывает и капли сожаления по сложившейся ситуации. Я всегда делаю, что хочу и только то, что мне действительно нужно. Один момент вышел совершенно случайно, я не хотела, чтобы всё так получилось, поэтому считаю своим долгом хоть немного всё исправить. Если Вашу светлость заинтересовало моё послание, попрошу его не игнорировать и явиться в указанное место.Ваша леди Л.
На обратной стороне листа была нарисована карта Луми. Красными чернилами был нарисован крест в лесу рядом с моим поместьем. Такое и правда не могло не заинтересовать. Что же леди Л для меня приготовила, засаду или подарок? Сам этого от себя не ожидая, я решил проверить. Не думаю, что этой мерзавке нужна моя жизнь. Быстро проглотив отвратительную кашу, я встал с кровати. Головокружения я не заметил и это стало для меня знаком к тому, чтобы начать что-то делать. Я переоделся в чистую белую рубашку, накинул пиджак и вышел в коридор, направляясь к крылу, где ошивался придворный маг. Миккель будто знал, что я приду. Или же тихо меня выжидал. Я столкнулся с ним на первом же повороте и лицезреть его улыбку, чувствовать отвратительный запах перегара, мне хотелось меньше всего. Меня очень тянуло спросить, где же Нора, но так заведено, что первым делом идут дела государственной важности. – Здравствуйте, Ваша светлость, – он произнёс эти слова будто с издёвкой, насмехаясь надо мной и моим положением. – Где Дастин? – Мне не хотелось вести вежливых бесед. – Он тоже тобой интересуется. Моё лицо не дрогнуло, я даже бровью не повёл, но внутри меня всего выворачивало от того, что я ни о чём не осведомлён в нынешней ситуации, а этот недоумок имеет смелость надо мной шутить. Непорядок. На следующей дуэли мне придётся показать, кто здесь господин. Но у меня сейчас не было сил с ним ссориться. Моё самочувствие оставляет желать лучшего, а настроение просто ужасное после того сна. Всё-таки, первым делом нужно было спрашивать о Норе. Этот сон был не спроста. Я потёр ноющий затылок, обошёл Миккеля и направился прямо по коридору, сам толком не понимая куда нужно идти. – Да стой же ты, больной, – окликнул меня не менее адекватный. – Он в зале переговоров. Мне не хотелось с ним разговаривать, я пробормотал что-то похожее на «чудесно», и побрёл в зал. По пути мне попадались слуги, которые то и дело смотрели на мой помятый вид и предлагали помощь, я выплёвывал сердитое «брысь», и они без лишних слов убегали. Неужели я и правда такой страшный? В этих, раньше красиво украшенных, коридорах было мрачно. На оконных арках свисали чёрные ленты, персонал ходил с кислыми рожами. Конечно же, каждый из них знает сестёр Фраиллу и Вивьен. А я их брат, который был не очень близок с ними, но всё равно чувствовал утрату. Ещё даже не прошло и месяца с гибели Неро. Складывалось ощущение, будто я теряю родных одного за другим, и в этом опять виновата Либитина. Огонь да простит её. Я не стал стучать, ворвался в зал и сразу увидел Дастина, который сидел за столом и рассматривал какие-то бумаги. Я расположился напротив него, перед этим поздоровавшись. Он мне не ответил, даже глаз не поднял. Документы находились от меня под таким углом, что я не смог бы их рассмотреть, не попавшись, поэтому я и не стал пробовать. Но советник выглядел таким занятым, что даже отвлекать его не хотелось. Хотя, это скорее всего связано с тем, что личность Дастина мне неприятна в любой ситуации. И это у нас взаимно. Кажется, патлатый идиот опомнился, посмотрел на меня и наконец-то заговорил: – Ваша светлость, доброе утро. Как вы себя чувствуете? А, в прочем, оставим это, я слишком занят, чтобы тягаться с Вами. – Даже спорить не буду. – Значит так, – Дастин захлопнул папку с бумагами, – господин Каспар, возвращайтесь домой. Ваше присутствие тут больше не требуется. – Вы меня выгоняете? – Я нисколько не удивился. Дастин сложил перед собой руки, поднял глаза вверх, будто молился высшим силам, чтобы те дали ему ума и фантазии на предлог отправить меня откуда пришёл. – Никак нет. Просто видите ли… – парень задумчиво теребил перед собой пальцы, – похороны прошли сегодня ночью, когда упала первая звезда. Их высочества похоронили в слитной могиле. Вы выполнили свою задачу, можете идти. Если хотите выразить свои соболезнования королю и королеве, то их сейчас во дворце нет и ждать придётся очень долго. Сами понимаете, похороны. Ну а если уж на то пошло дело, то госпожа Нора уехала ещё вчера. Уехала без меня? Разве она могла так поступить, настолько самостоятельно, не сказав мне? Оно и верно, ей нечего постоянно за мной бегать. Может я и являюсь её покровителем, но она всё ещё взрослый человек, который может принимать решения сам. Но если хорошо подумать, она бы всё равно не стала ехать без меня. – Пользуясь отсутствием короля, Вы и её выгнали? – Улыбнулся я своим догадкам. – Ну что Вы, – протянул Дастин, – не имею права. Я обратился к герцогу, которому сказал то же, что и вам. Я непроизвольно выдохнул, осознавая какой же передо мной сидит наглый, хитрый и подлый идиот. Я не хотел даже смотреть на эту паскуду, просто встал и вышел. – Ваши вещи будут собраны немедленно, – сказал мне на прощание советник. Хлопнув дверьми, я направился к выходу из дворца. Оно и ясно, почему Дастин так поступил. Мы же его так опозорили перед всем дворцом, когда Нора ему отказала, а немного ранее влепила по морде из-за ерунды. Бедному Дастину надоело это терпеть, а вот мне надоело, что каждый пытается поставить себя выше меня и совсем со мной не считается. Как и говорил Дастин, когда я вернулся в свою комнату, моих вещей там уже не было. Тогда, попросив моё пальто, я направился вон из дворца. Мою машину парковал другой человек, поэтому я был сопровождён служанкой, и от неё я узнал, что остальные гости уже давно покинули дворец, остался только я. И эта ситуация очень хорошо показывает, насколько знати Дорэна плевать на их правительство, что они сразу же ушли после завершения задания. А как же верность государству, монаршей семье? А как на счёт скорби? Лицемерие и жажда власти охватила всех, кто узнал о потере наследницы трона. Теперь будет лишь соперничество между правящими семьями, ведь народ выберет тех, кто помогал им больше всего.***
Я решил не заезжать сразу домой. Все симптомы моей травмы ушли, или я их не замечал на фоне моих размышлений. Но в любом случае, я решил, что не умру, и направился сразу к той точке, которую отметила мне леди Л на карте. Мысленно поблагодарив Либитину – нет, я не могу такое сказать – за то, что она не спрятала свой подарок на территории барона. Его владения начинаются в самом начале леса, а эта мерзавка де Морте поставила точку в метре от ограждения. Барон почему-то очень бережно относится к своим лесам, они закрыты кирпичным забором в высоту два с половиной метра и никого туда не пускает. Я не представляю, что бы я делал, будь метка чуть-чуть дальше. Не было обозначено, где именно, под каким деревом искать, да и выделялся средь сплошных медных сосен лишь пень. Со стороны это может показаться глупым, но большинство ритуалов проводятся с деревьями, как символ всего живого и обращения к природе. Поэтом у я и решил присмотреться сразу к нему. Может ли быть такое, что Либитина что-то спрятала внутри пня? Логично, что никто не должен видеть, что именно дочка графа хотела мне передать или сообщить, потому и выбрала такое странное место. К тому же, в пне простой человек точно ничего необычного не увидит и не станет его обыскивать. А вот я увидел: с помощью не хитрых махинаций, стало ясно, что он внутри пустой. Таким образом пень стал чем-то вроде таинственного ящика, который Каспару предстоит догадаться, как же его открыть, не повредив содержимое. Ведь Либитина же такая умная, не оставила ни подсказок, ни загадок. Какая молодец. Пристально посмотрев на остаток срубленного передо мной дерева, я заметил ещё то, что оно дрожит и немного расплывается по краям. Стало быть, это плохо сделанная иллюзия, а я как идиот бегаю вокруг неё, не заметил сразу. И у меня нет при себе ничего, что защищало бы от неё. Даже перстня из вольфрама, который я всегда носил, ведь кое-кто у меня его украл. Тогда мне пришлось пойти на крайние меры. Либитина не умеет делать иллюзии, поэтому обмануть её уловку будет очень просто. Я всего лишь вывернул пальто на изнанку и моему взору предстала человеческая голова. Мне понадобилось много сил, чтобы не отшатнуться и не испугаться, но это было слишком сложно. Я видел перед собой Неро. Его пепельные волосы, серые, жутко распахнутые глаза, из одной глазницы торчал свёрток. Мне удалось разглядеть подделку почти сразу: у моего брата родинка на крыле носа, а у этой пустой головы её нет. Это восковая фигура, которая совсем на Неро не похожа, но моему, ещё не окрепшему от утраты сознанию, тяжело это сообразить с первых секунд. Я смог переступить через внутреннюю преграду шока и ступора, нагнулся, достал свёрток из восковой глазницы и развернул посмотреть, что же там написано. Корявые символы расплылись фиолетовыми чернилами по листу, образуя кривую фигуру в форме короны. Мне сразу стало ясно, что это значит, и что сейчас лежит в моих руках. При всей моей ненависти к Либитине вар Морте, она вручила мне знание, что дороже золота. Она исправила не только свою, но и мою ошибку. Голову я спалил.***
С новыми силами, я быстро добрался домой, почти влетел в поместье. Даже не поздоровался с Густавом, который ожидал меня прямо у входа. Я немедля забежал в свой кабинет и спрятал свёрток в столе. Сел в кресло. В моём кабинете всегда шторы задёрнуты, через них лишь немного пробивался свет с окна, и эта тьма меня успокоила, помогла собраться с мыслями. Я вспомнил, что дома у меня отец и его всё ещё жена, Шарлотта, которая убила его любовь и матерь моего брата. Как они ужились? Когда она заявилась к нам, отец даже ушёл из дому. А когда я шёл сюда, мне ни одна служанка не попалась на глаза. Или, благодаря моему отсутствию, все разленились, или Шарлотта их запугала, хотя и ту, и ту версию я отрицаю. А где же Нора, о которой я с утра так много думал? Вот теперь нужно выйти из моего укрытия и разобраться с делами дома. А Норе я расскажу позже, о том, что мне попалось в руки. Никто не должен это услышать. Первым делом я зашёл на кухню. Повар опять меня не заметил, но он не был чем-то сильно занят. Мужчина сидел за столом, что-то читал. Я прошёл дальше и сел на против него. – Ваша светлость, добрый день, – повар встал, в знак приветствия. А может просто со страху подпрыгнул. – Здравствуйте. Чем занимаетесь? – Да вот… – мужчина указал на книгу перед собой – госпожа герцогиня заказала какое-то какой-то неизвестный мне десерт. А я и знать не знаю, что такое торт «наполеон». Сижу, пытаюсь его найти. Я не стал говорить, что тоже первый раз слышу о таком… – Значит, матушка всё ещё здесь? Повар посмотрел на меня как-то странно, будто не понимая моего вопроса. И правда, где же быть, графине, которая приехала к себе домой? По этой же причине мы не можем выгнать Шарлотту. Это даже будет очень-очень странно, если вернувшаяся спустя столько лет графиня Тиффенье, снова куда-то исчезнет. Люди будут задавать вопросы, на которые никто не сможет правдоподобно ответить. Мужчина не ответил на такой вопрос, промолчал. Тогда, попытавшись исправить положение, я решил перейти к сути моего визита на кухню: – А вторая госпожа? – Графиня не отходит ни на шаг от госпожи Норы. И, сказать честно, господин, – повар перешёл на шёпот, – как-то странно госпожа Нора на неё смотрит, будто в чём-то подозревает. Они сейчас в гостиной и уже очень давно оттуда не выходят. По моему удивлённому лицу стало ясно, что я не хотел больше продолжать разговор. Мне нужно было увидеть это своими глазами и убедиться, что с Норой всё хорошо, ведь я помню, как вела себя Шарлотта ещё в Имирине и это зрелище не выходит у меня из головы. Стоило бы поблагодарить главного сплетника в нашем поместье, но я в спешке забыл о манерах и направился в гостиную, проверять как у них дела. Меня очень напрягало, что работа в поместье стоит. Никогда такого не было без особой на то причины. Вот же! Пока шёл вспомнил, что забыл спросить о моём отце. Он сопровождал Нору. Разве ему не захочется проследить, чтобы с его прекрасной нимфой всё было хорошо в моё отсутствие? Вот только от повара об этом ни слова, да и если бы он здесь был, меня бы встретил и решил вопрос с безделием. Тогда что же случилось? Я опередил служанку, что шла в гостиную и несла в руках… фужеры? Первым делом, мне бросилась в глаза не Нора, не Шарлотта, а бутылка. Элитное вино из нашего винного погреба. А уже потом госпожи. Герцогиня не на шутку вошла в образ: лицо, шея и руки разукрашены эльфийскими узорами, волосы – чёрная туча с вплетёнными золотыми лентами, на ушах золотые эльфийские серьги-каффы, а это бархатное красное платье неизменно подчёркивало её принадлежность к странному культу. Рядом с ней Нора, в похожем вульгарном платье, которое она по собственному желанию не надела бы. По ней точно можно сказать, что ей не комфортно, её глаза говорили мне «помоги». Я ничего не успел сказать, как Шарлотта бросила бутылку на стол и резко поднялась. Расставила руки в стороны и с широкой улыбкой пошла прямо на меня, быстро преодолев между нами расстояние. – Каспар! – Обняла она меня, что удивило меня ещё больше. – Как же я рада наконец-то тебя видеть. – Здравствуйте, госпожа, – язык не поворачивается назвать её мамой. «Как же ты на меня похож», – послышалось мне. Что? Шарлотта не носила вольфрам, как и я сейчас. Поэтому не ясно кто к кому проник в голову, но я ничего не делал, а моя мать хоть и чистая эльфийка, но не знающая. Может ли быть, что в ней есть задатки той же силы, что и у меня? Или наоборот – я унаследовал её от своей матери. «Ты сможешь меня простить?» Я сделал вид, что не услышал, а тем временем Шарлотта отстранилась и уже приняла два бокала от служанки. Выразительно посмотрела на Нору, на что та отрицательно покачала головой. Если у Норы повышался градус дискомфорта, то у герцогини повышался просто градус. Я стоял при входе, со сложенными за спиной руками, досмотрев, как Шарлотта каким-то образом открыла вино без штопора, убедился, что мне тут нечего делать. – Простите, Ваша светлость. Я вынужден забрать Вашего собутыльника, у нас с ней есть разговор. Нора сразу же подбежала ко мне, и мы с ней вышли, не слушая возмущения Шарлотты. Я не стал задерживать на девушке взгляд, мне первый раз было сложно что-то ей сказать или начать разговор. Не нашлось ни одного варианта с какой стороны подойти. А вот у Норы такого чувства не было. – Как ты себя чувствуешь? Я так испугалась, когда ты не вернулся после осмотра леса, а потом мне рассказали… – Всё нормально, – сухо выдавил я. Я не сразу заметил, что я, как и раньше иду чуть впереди, держа Нору за запястье, с которого вечно не сходят синяки от моей хватки. Никак себя не могу переучить не делать этого, поэтому и отпустил её только сейчас. Нора растерялась от этого жеста, наверное, подумала, что что-то не так, но всё равно продолжила идти за мной, только уже не так уверенно. – Куда мы идём? Мне не хотелось говорить ей. Да и зачем, если мы уже пришли? Нас встретила всё та же пыль в зале, скорее всего, служанки боятся сюда заходить. Тут холодно и очень темно, ведь зимой вечер приходит раньше. Я шёл в самый конец ритуально зала, проводя пальцами по канделябрам на стенах, чтобы зажечь свечи. Я намерен действовать серьёзно. Моё присутствие активирует амулеты и росписи на стенах, которые увеличивают шанс на успешный исход ритуала. Именно поэтому мы здесь. Осмотрев зал, я увидел всё те же предметы на столе и на полу, которые мы бросили с Неро при перемещении в Имирин. Их сейчас и рассматривает Нора. В свете этих свечей она первый раз показалась мне особенно красивой. Но, может быть, мне так подумалось на нервах, в страхе, что сегодня может быть последний день, когда я её вижу. Девушка заметила мой взгляд, выпрямилась. – Я могу задавать глупые вопросы? – Сейчас можно. Я смотрел в её глаза и видел, червей, которые так и просятся залезть к ней в роговицы. – Почему вокруг этой книги нет пыли? – Из-за волн, которые она излучает. Я взял Нору за руку и приложил к странице. Как и ожидалось, в девушке недостаточно силы, чтобы удержать магический объект, поэтому её рука оттолкнулась от книги, как два магнита с одинаковыми полями. Нора почему-то усмехнулось. Неужели такая глупость показалась ей забавной. Или это, как у меня, на нервах? – Нора, – я решился ей рассказать, – ты больше не вещь Неро. – Что? – Переспросила она, обдумывая эту внезапную новость. На этом вся моя уверенность закончилась. Я опять не мог найти слов, чтобы объяснить ей, но я же так хотел помочь ей вернуться домой, исправить свою ошибку. Почему сейчас мне так тяжело? – Либитина? С душой Неро, она забрала меня себе? – Нора подошла ко мне ближе, тревожно держа руку на ключице, где у неё была метка. – Только не говори мне, что я в её руках. – Нет, Нора. В моих.
