в голове одно: я тебя люблю.

***

      Юнги тихо поворачивает ключ в замочной скважине, молится, чтобы тот не щёлкнул слишком громко. На часах немного за полночь, если быть точнее четырнадцать минут третьего. Вроде как обещал прийти по-раньше, но вновь засиделся в студии, отключился прямо на месте за аппаратурой. Подготовка к выпуску нового альбома крайне время затратна, Мин не успевает функционировать как нормальный человек. Намджун наверное будет ругаться. Если только не спит.       Дверь поддалась плавно, Юнги аккуратно заходит в квартиру, хлюпая замёрзшим носом. На улице только конец октября, а холод подступил внезапно и рано. Быстро мёрз, часто простужался, а после долго отогревался в объятьях своего парня. Кутался в подаренном Намджуном свитере, если приходилось уходить очень рано, когда город ещё не был согрет лучами холодного солнца.       Тихо снимает ботинки, аккуратно ставит на полку в прихожей, рядом с обувью младшего. Освобождает руки от рукавов пальто, сильно гремит ключами в кармане, матерясь себе под нос. Надежда застать парня спящим, тает так же быстро, как туман по утрам.       Юнги идёт в душ, отмечает, что комната в спальню закрыта. Даже к лучшему, он не разбудит парня, если тот вдруг спит. Стоя под теплой водой, в клубах пара, напряжение отпускает тело. Мысли вдруг кажутся неизмеримо лёгкими, а голова наоборот тяжёлой. Осознание усталости накатывает внезапно, ноги немного подгибаются. Гель выдавливает на руку, определённо не свой, намыливает тело, параллельно разминает затекшие мышцы. Не то чтобы у них были разные гели. Пользовались они исключительно гелями друг друга, опираются на 'хочу пахнуть как ты', и никто совершенно не против, хоть и мало толку, ведь покупали два одинаковых.       Выйдя из душа, Юнги надевает чистую одежду, не обращая внимание на то, что она нагрета.       Бесшумно бредёт на кухню, натыкается на тёплый ужин на столе. Он так и замирает, смотрит на еду, а глаза начинают щипать. Почему Намджун был таким? Никогда не отпускает, не даёт забыться и потеряться в своей же голове, окружает нужной любовью и заботой, является всем для него. Записка 'я люблю тебя' у кружки с кофе, была последним ударом в сердце старшего. На лице невольно расползается улыбка, он совершенно не может её контролировать. Хочет ли?       Быстро расправляется с едой, тихо пробирается в спальню, всё-таки надеясь застать Намджуна уже спящим. У него нет завтра ни одной пары в университете, эта ночь прекрасная возможность отоспаться и набрать сил на предстоящие будни. Мин не хочет недосып на лице младшего.       Стоило Юнги прикрыть дверь в комнату, как за спиной раздаётся лёгкий щелчок прикроватной лампы. Он медленно разворачивается, видит сонного парня, на голове которого полный беспорядок, обрамляется очками. В его руке книга зажата на какой-то странице, но она быстро отходит на второй план.       — Детка, тебе не нужно было меня ждать, — мягко произнёс Мин, не сдерживав виноватой улыбки.       — Всё в порядке. Это был мой выбор, — Намджун откладывает книгу. Очки устраиваются на ней же. Устало потеряет глаза ладонями, фокусирует взгляд на настенных часах. — Который час?       — Около трёх, — он ложится рядом, утыкаясь носом младшему в грудь. От него всегда приятно пахнет. Пахнет домом. Пахнет уютом и всем хорошим, что случалось в его жизни. Вдыхает поглубже, как будто пытается пропитаться этим запахом изнутри. Сейчас он чувствует что-то сладкое, немного непривычное, но не неприятное. Вдыхает ещё раз, смакует, вжимаясь носом в одежду немного сильнее.       — Это мёд, — тянет Ким, мягко поглаживает парня по спине. — Отличная альтернатива сладкому, я считаю. Полезнее и менее калорийное, — звучит так, словно он сомневается в своих же словах.       — Не понимаю, зачем тебе это?       — Я..—  нахмуривается. — Я вроде как поправился, — небольшая пауза. — Сильно поправился.       — Что? Кто тебе это сказал? — мягкая дрёма покидает его тело напрочь. Юнги приподнимается на уровень глаз младшего, опираясь на локоть.       — Никто, — отводит взгляд, неловко пожимает плечами. — Ты не заметил каким я стал? — глазами обводит своё тело, задерживаясь на каких-то местах. Но Мин не следит за ним, он берёт его за подбородок, ловит взгляд. Юнги видит страх и комплексы. Они упорно боролись с ними, не для того, чтобы те вернулись так быстро.       — Ты не поправился, Джун-и. Нигде. Слышишь? — тот неуверенно кивает. — Ты прекрасен, хорошо? Если твоё тело не рельефтное это ни в коем случае не делает тебя хуже. Ты всегда лучше других, — мягко притягивает к себе, прижимаясь к его губам. Намджун не отвечает, словно всё-таки сомневается в произнесённых словах. Юнги переживает. — Я люблю тебя. Всё, что не любишь в себе ты, люблю я, — он целует его ещё раз. И ещё раз, в губы, в щёку, в нос, осыпает лицо короткими, чувственными поцелуями до тех пор, пока не ощущает, что младший расслабляется, а улыбка не трогает его губы.       — Стоит ли говорить, что я люблю тебя? — он звучит немного лениво, укладываясь на подушках удобнее.       — Я чувствую это, — мажет носом по изгибу шеи, утыкаясь в ключицу. Пропускает ногу между бёдер младшего, обнимая как можно крепче. Намджун укрывает обоих одеялом, оставляя на виске Юнги поцелуй, прежде чем уснуть.       Мин вслушивается в спокойное дыхание Намджуна, медленно выводя ладонью круги на его спине. Отпугивает кошмары, что частенько забираются в сны Кима, отбирая силы и уверенность в себе. Комплексы. Очень много комплексов. Они приследуют младшего всё время, ни на минуту не оставляя в покое. Слишком высокий, недостаточно высокий. Полный, тощий. Недостаточно умный, заучка. Скучный, слишком общительный. Ленивый, через чур активный. Он падает из одной крайности в другую, не в силах самостоятельно удержаться посередине. И Юнги протягивает ему руку, заставляет смотреть в глаза, не озираясь по сторонам. Ведёт за собой, не давая вновь упасть и помогает подняться, если тот случайно оступается.       — Ты не выспишься завтра, если проспишь ещё пару часов, детка, — шепчет на ухо Юнги, целует в висок, мягко поглаживая бок младшего.       — Ещё пять минут, — Намджун поворачивается, обвивая руками тело парня. Улыбается, чувствуя несколько поцелуев в лоб и длинные пальцы в волосах, приятно массирующие кожу.       — Я всё равно не дам уснуть.       — Это звучит немного двояко, — замечает Ким, делает глубокий вдох. Глаза сразу же распахиваются, поднимает голову на парня, встречаясь взглядами. — Как давно не спишь? — смотрит на часы. Одиннадцать.       — М... часа… два? — проснулся около девяти, не уснул, пошёл на кухню, просидел пару десятков минут, приготовил завтрак.       — Только не...       — Всё как ты любишь, дорогой, — мягко целует в нос-кнопку. Вытягивает младшего из постели, ведёт на кухню.       — Это ужасно слащаво, — вздыхает Намджун. Яичница с сыром и ломтиками хлеба, ягодный чай и жаренные тосты с шоколадной пастой. Всё как он любит.       — Но тебе это нравится, — довольно говорит Юнги.       — И это раздражает, — недовольно фыркает, но садится есть. Больше чем уверен, что будет жалеть о об этом, но ведь-       — Даже не думай о весе. Всё в порядке, тебе не стоит переживать, — обвивает пальцами свободную руку парня, мягко сжав. — Ты прекрасен, не устану это доказывать. Я когда-нибудь врал тебе? — машет головой, крепче сжимая руку. — И не буду.       Ким улыбается, тянется к нему за поцелуем, незамедлительно получая. Намджун прекрасен. Если Юнги верит в это, значит и он будет.