FlowerFell: ПОЛНЫЙ ПЕРЕЗАПУСК. Часть первая

Два дня спустя...       День для города монстров начинался как обычно. Взрослые уходили на работу, а дети – в школу. И обычно для школьников это было не самым приятным временем, так как те желали еще поспать в своих кроватках. Но только не для юного принца. Ведь сегодня у него день рождение. Один из тех событий, когда его родители бывают вместе. Хоть и временно. А также это тот праздник, когда он может почувствовать себя как ребенок в душе. Ведь козлик хорошо помнил, что его детство очень рано закончилось в тот момент, когда умер вместе со своей названной сестрой – Чарой. А следующее его перерождение было не самым счастливым из-за монстров, что сильно обижали сына Азгора и Ториэль. И поэтому, будучи Флауи у него, никогда не было счастливых моментов. Кроме одного. Это встреча с Фриск. С первым настоящим другом со времен перерождения в цветок. Правда до нее были и другие человеческие дети, с которыми Азри пытался подружиться. Все они были разными, но у них была одна общая цель, а именно выбраться из подземелья и освободить монстров. Как в принципе и Фриск. К сожалению, те дети не смогли сделать то, что совершила шатенка, так как их настигла одна и та же судьба. Смерть от рук жителей под землей. Одних убивали слабые монстры. Других настигла королевская стража. А третьих порешила сама глава этой армии – Андайн. И со всеми этими детьми юный Дримурр не успел подружиться из-за чего он надолго оставался одиноким. Даже думал, что у него никогда не будет друзей. И что ему придется жить в одиночестве подальше от злых монстров. Но к счастью в его жизни появился последний упавший человек, который и стал тем самым другом. Тот, которого так сильно хотел цветик – Фриск. Но в то же время боялся, что с девушкой случится ужасное, если та останется без защиты в лице разумного растения. И Азри хотел избавить ее от такой судьбы. Поэтому когда в первый раз цветик умер, то он стрельнул своими пульками в ее душу, чтобы та не страдала от рук жестоких жителей подземелья. Но, к сожалению это не сработало, так как Фриск имела способность возрождаться в последней точке сохранения. Хуже того. Она начала покрываться желтыми цветами на своем теле, которые причиняли ей боль. И принц до сих винит себя за это. Если бы знал, что у нее была такая способность, то не стрельнул бы своими семенами. Хотя он больше боялся, что Фриск будет страдать от этих чудовищ. Поэтому он и решил избавить шатенку от этого. Но когда понял что это бесполезно, то стал помогать подруге как мог, чтобы помочь ей пройти все подземелье и выйти оттуда живым. Защищал зеленоглазку от всех этих чудовищ. Особенно от Санса, который любил наблюдать за страданиями других и жестоко шутить. Поначалу когда только появился как цветок и встретил этого скелета впервые, принц сильно его ненавидел, так как тот плохо с ним относился и оскорблял. Унижал и многое другое. По большей части из-за него на Фриск появлялись множество лепестков. И поэтому красноглазый мальчик старался, чтобы она не связывалась с этим чудовищем. Но девушка старалась донести до всех, что делая добро можно изменить мир. Что монстры могут быть более счастливыми, если будут относиться друг к другу хорошо. Более человечно в душе. И если раньше Азри не верил в это, так как знал жестокую натуру своего народа, то сейчас вспоминая, как Фриск смогла изменить всех, он полностью изменил свое мнение об такой вещи как пощада и пацифизм. Будучи уже козликом владелец красных глаз старался вести более достойно. По-доброму со всеми. Помогал всем, как мог. Не только родителям и друзьям, но и своим подданным. Но, несмотря на это Азриэль не был счастлив. Фриск умерла, Санс, что успел стать другом для принца, стал более замкнутым, родители не смогли помириться, а многие монстры по-прежнему ненавидели людей. Хоть те и получили свою долгожданную свободу. И это сильно огорчало юного Дримурра. Временами даже думал, что возможно все это было бесполезно. Что, несмотря на этот мир, жители Эботта все еще ненавидели тех, кто запер их под землей. И хоть в открытую они не показывали свою ненависть, но монстры до сих пор держали обиду. И принц, наблюдая над всем этим, больше убеждался, что бывшие жители подземелья никогда не примут добро в свое сердце. Что они всегда останутся злыми к своим бывшим врагам. И что настоящего мира никогда не будет. Поэтому козлик и не заметил, как начал постепенно становиться тем, кем был до своей встречи с Чарой и Фриск. Более злым, раздраженным и холодным ко всем. Только к родителям, к Сансу и Монстр Киду он старался быть более добрым. Но даже так это не смягчило его сердце, а так все сильнее погружало в пучину прежней ярости. Неизвестно что было бы, если другая Фриск не переехала бы в ”Новый-новый дом”. Ведь именно она своей добротой и решительностью смогла вернуть юному принцу веру в то, что добрыми поступками и отношениями можно изменить мир к лучшему. И это даже забавно. Ведь сначала Азриэль относился к этой другой пацифистке скептически и с подозрениями. Ну а как иначе, если принц встретил ту, которую внешностью и повадками была похожа на его умершую подругу? Но к счастью он быстро смог подавить это и перестал смотреть на шатенку как-то холодно. А главное владелец темно-красного свитера сумел подружиться с ней за каких-то несколько недель. Хотя думал, что у него это не получится из-за своего непростого характера и нрава. Но сейчас у юноши все наладилось. Не только с родными, но и с друзьями и другими монстрами. Даже в школе уже не было так плохо. Хотя и раньше у него не имелось проблем. В общем, у Азриэля все было хорошо, если не считать его родителей, что по-прежнему не были вместе. И сегодня он был настроен, чтобы провести свой день рождение хорошо. Красноглазый козлик успел до этого позвать Фриск и МК, а также некоторых еще детей на свой праздник. А ведь у него должен получиться достаточно неплохим, так как узнал от мамы, что сам Меттатон придет к ним, чтобы поздравить его и повесить всех. Хотя у мальчика было нехорошее предчувствие на этот счет, так как знал, что у робота была не очень гладкая репутация. Но все-таки он надеялся, что все пройдет идеально. А главное Азриэль был уверен, что сможет, наконец, поговорить с Фриск о том сне, который был у него два дня назад. Он у него не выходил из головы все это время. И ему хотелось, наконец, это понять. Был ли это просто сон? Или это что-то большее? И вот сегодня сын короля и королевы собирался это узнает.       На удивление сегодня уроков было меньше чем раньше, так как один из учителей заболел. Поэтому дети смогли освободиться пораньше, чтобы погулять или заняться своими делами. А вот Азри шел к себе домой. Ведь ему нужно подготовиться к празднику. Привести себя в порядок помочь маме и все такое. Как-никак ему хотелось, чтобы его день рождение прошел идеально. А главное надеялся, что ничто и никто не сможет этот день испортить. — Азриэль! Услышав этот знакомый возглас, козлик развернулся и увидел ее хозяйку. — Фриск? Тебе что-то нужно? — спросил мохнатый мальчик, когда к нему подошла зеленоглазая девочка. — Ты забыл забрать свой учебник по истории. Поэтому и бежала за тобой, чтобы отдать. — Оу. Спасибо, что вернула. — Не за что. Ведь я как-никак твой друг, а друзья должны помогать друг другу. — Знаю. Ты не раз это говорила. И не только мне, но и Монстр Киду и остальным из нашего класса. — Хи-хи-хи-хи-хи. Чтобы вы не забывали, — сказала девушка, не прекращая улыбаться своей искренней улыбкой, — кстати. Ты же идешь домой? — Ну да. Ведь скоро придут гости. И я должен привести в порядок. Как-никак я принц. И должен выглядеть опрятно, но без переборов. — Это точно. Ну а если честно, то ты и так очень хорошо смотришься. — Серьезно? — удивленно поднял мальчик бровь. — Конечно. Да ты и так знаешь, что я никогда не вру. — Я... знаю. И все-таки слышать такие комплименты в мою сторону... — Не нужно этого стесняться, Азриэль. Особенно если это говорит твоя подруга. — Ну... и то верно. И все же... почему ты так хорошо со мной общаешься? Ведь я же в начале нашего знакомства не очень добро к тебе относился. — Потому что я сразу поняла, чтобы ты не плохой... когда впервые тебя увидела, — вымолвила девочка, идя рядом с козликом. — Поняла? Как это? — По твоим глазам было видно. — По моим-то? Вряд ли. Красные глаза не признак доброты. — Не говори так. Они у тебя очень красивые и милые. Даже завораживают, когда ты улыбаешься искренней улыбкой. От таких слов юный Дримурр слегка смутился, так как не привык к такому. Особенно ему было непривычно слышать такие лестные слова от человека. Но от Фриск они почему-то звучали по-доброму и искренне. И если признаться честно, то ему было даже приятно, когда это говорит именно зеленоглазая шатенка. Именно поэтому Азриэль смог так быстро с ней подружиться. Ведь она была чем-то похожа на Чару и на другую Фриск. — Ну... если ты так говоришь, то я поверю. И если признаться, то моя улыбка действительно завораживает. Ее я будто становлюсь... другим монстром. — Более добрым? — Более... человечным... — промолвил рогатый юноша, слегка почесав свою мохнатую голову и при этом тихо вздохнув. Это тут же заметила Фриск и легонько взяла друга за руку. — Азриэль. Что-то случилось? — Да нет. Просто вспоминаю, каким был раньше, когда я, мои родители и остальные монстры еще находились в подземелье. До этого я имел холодный нрав и не очень хорошее поведение. Из-за этого у меня не было друзей. — Ни одного? — Да. Ни одного. Я был не шибко дружелюбным. Да и вообще не старался заводить друзей, так как тогда считал это бессмысленным. — Ну... и что же заставило тебя изменить мнение? — спросила Фриск, все еще ходя рядышком с козликом. Тот немного помолчал, глядя на чистое солнечное небо, после чего закрыл глаза и сказал: — Моя... названая сестра... — Названая... сестра? И... как ее звали? — Чара. — Чара? Хм. Хорошее имя. Ну и... какой она была? И как с ней познакомился? Расскажешь? Мальчик поначалу не хотел говорить девочке об этом, так как воспоминания для него были не очень хорошими. Но видя умоляющие глаза Фриск, он не смог ей отказать. И поэтому, остановившись, Азри развернулся к подруге и начал свой рассказ. — Эх... с Чарой я познакомился, когда один гулял по руинам. Мне тогда было скучно. Поиграть в нечего, а родители были заняты своими королевскими делами. Я искал что-то, что сможет меня развеселить. Или хотя бы... поднять мне настроение. И вот когда приближался к поляне золотых цветов, то услышал чей-то девчачий голос. Он звал кого-то на помощь. Ну и я стал стоять на месте и пошел проверять. Заодно хотел узнать, что это за монстр, который попал в беду. Но я был сильно удивлен, когда увидел, что этим невезунчиком оказался человек. Если быть точным – девочка. Она была одета примерно точно так же... как и ты. — Как и я? — Да. В темный свитер с красными полосками, в черные штаны и коричневую обувь. — Оу. Неожиданное совпадение. — Угу. Даже слишком. Также у нее был каштановый цвет волос. — Ничего себе. — Правда... у Чары были красные глаза, а не зеленые как у тебя и... еще одного человека... которого я знал. — Знал? — Неважно. В общем, как я тогда понял, та повредила свою ногу при падении и не смогла самостоятельно встать. — И ты решил помочь своей будущей сестре? — Не совсем... — тихо прошептал Азриэль, смотря себе под ноги, — поначалу я хотел убить ее, так как папа говорил мне, что все люди – ужасные и подлые. И что им нельзя доверять. Поэтому когда я подошёл к Чаре, то пнул по ее руке и злобно спросил, является ли она человеком. — Азриэль. Это же плохо и некрасиво. — Не забывай, что я был... другим. Более злым и холодным. И тогда я считал Чару не более... чем слабым и беспомощным человеком. В общем, та ответила на мой вопрос, сказав, что она им является. Получив ответ, я хотел Чару побить. За все то, что ее соплеменники сделали с нашим народом. Но в тот день... я почему-то не сделал это. — Не сделал? — Да. Я не мог... ее ударить. То ли меня сдерживала какая-то сила, то ли чувство вины не позволяло мне сделать это. В общем, отказавшись от насилия, я помог ей встать и стал отводить ее к своим родителям. Чаре пришлось на меня упираться, так как ее нога сильно болела. И ей приходилось подпрыгивать, держась за мое плечо. И пока ходили туда, я спросил ее имя. Ну а дальше я не успел и заметить, как мы стали разговаривать о всяком. По мелочам. Например, я узнал, что ее любимый цвет – синий. Что она обожает шоколад. И что она любит петь, когда никого рядом с ней нет. В общем, спустя немного времени мы дошли до дому, где нас встретили мои родители. Они естественно были удивлены, что я привел человека. Спрашивали меня, как было. Почему у Чары нога болит и так далее. И я нехотя ответил родителям все. Когда же я это все рассказал маме и папе, то они решили взять ее к себе в семью. В тот день у меня появилась не родная сестра. — Вот как? Интересно... — промолвила Фриск, наклонив свою головку набок, — ну и как вы вместе уживались? Наверно круто иметь сестру. Играть с ней в разные игры. Вместе рассказывать друг другу всякие истории. Гулять там и дурачиться. — Ну... не совсем... — М? — Эх... если быть честным... наши отношения были не лучшими по началу. Она старалась быть со мной по-доброму, а я всегда только ее унижал и оскорблял. — За что? — Ну... она всегда была такой... милой. Хотела меня порадовать чем-то и развеселить. Шутки рассказывала, чтобы рассмешить меня и родителей. Пела и готовила. — Готовила? — Угу. Чара напросилась к моей маме в ученицы, так как хотела научиться готовить. Она желала быть такой же способной кулинаркой, как и мама. Видимо Чарка хотела приготовить мне что-то съедобное, чтобы порадовать. — Ну и... у нее получилось научиться готовить? — Ну... да. Правда... своеобразно, — почесал принц свое ухо. — Это как своеобразно? — Как бы сказать... у нее не так, как у мамы. Например, когда Чара пыталась приготовить мамин фирменный ирисково-коричный пирог, то у нее получилось как-то не так. Вкус не такой. Да и выглядел не очень. — Как не очень? Невкусным получился? Некрасивый? — Не в этом дело. Просто... если у мамы пирог был по-настоящему привлекательным и аппетитным, то у сестренки как-то... иначе. Был меньше размером, чем мамин. А вкус... несмотря на то, что Чара приготовила именно ирисковый пирог... по ощущению не был на него похож. Скорее... на какое-то кондитерское изделие, которое готовит Маффет. То есть вкусно... но не более того. Я, конечно, сказал, что вкусно, так как не хотел ее обижать. — Но на самом деле... тебе не очень понравился. — Я не говорил, что мне не понравилось. Он, правда, был неплохим на вкус. Но все-таки до уровня мамы Чаре далеко. — Понятно. Ну и... что дальше у вас было? — Ну... постепенно наши отношения стали более дружескими. Я, в конце концов, стал с ней играть. Слушал, как та пела. Причем даже очень хорошо. А еще показывала свои рисунки. И один из них был интересным. Ведь она нарисовала меня более взрослого и в необычном одеянии. — Да? А у тебя сохранился ее рисунок? — спросила зеленоглазка, надеясь на положительный ответ. Но, к сожалению, не в этот раз. — Нет. Это было давно. И я не знаю, как рисунки Чары. Либо они остались в старом доме... либо исчезли навсегда. Но если признаться... у сестренки рисунки получились хорошими. — Эх... жалко. Ну а так у вас было очень хорошо. Горя не знали. — Да. Какое-то время... пока однажды... Чара не позвала меня в нашу комнату, чтобы поговорить. — О чем? — О нашем... плане... — тихо промолвил козлик, отвернув взгляд. Услышав это, Фриск заинтересовано спросила козлика об этом плане. Красноглазый козлик не хотел рассказывать девочке, так как воспоминания тех лет были для него не очень приятными. Но услышав, как шатенка умоляет мальчика рассказать ей, Азри грустно вздохнул. И после нескольких минут просьб юный принц согласился. — Эх... в общем... она говорила о том, что спасти всех монстров от заточения. — Спасти? — Да. Ведь она привыкла к нам. Нашему нраву и всему такому. Но главное – мы стали для нее... семьей. Она любила нас всех. Маму... меня... даже отца, который вначале относился к ней очень злобно и недоверчиво. Чара смогла растопить его сердце. И папа сумел полюбить ее как свою дочь. Она так сильно любила нас, что желала сделать что-то такое великое для нас. — И она решила вас освободить... — Да. Она рассказала о своем желании. И что у нее даже был план. Но когда та его рассказала, то в моей душе горела только ярость. — Ярость? Но почему? — Потому что она предложила самый ужасный план на свете. — Какой? — слушала Фриск друга, стараясь при этом его успокоить. — Она сказала... чтобы я поглотил ее душу. Услышав это, шатенка сильно удивилась, но старалась быстро успокоиться, чтобы не привлекать внимание других жителей города. — Поглотить? Но... нет. Я знаю, что монстры способны поглощать души людей. Но чтобы твоя сестра... такое попросила тебя? Это... не верится... — Знаю... но это так. Она попросила, чтобы я сделал это. И естественно я отреагировал на это очень злобно. А все потому, что Чара стала для меня как сестра. И я не хотел ее жертвовать. Поэтому я сказал ей, что нет. Что не буду этого делать. Но... ее это не остановила. Она была... очень решительной. Хотела выполнить этот план. Заставить меня... это совершить. И поэтому через несколько дней после этого... она сильно приболела. Врачи старались ее вылечить. Использовали все способы для этого. Но, к сожалению, ничего не получилось. — Как так получилось? Ведь только недавно вы разговаривали между собой. И у нее наверняка не было признаков болезней. — Это так. Но потом я узнал от нее ужасную правду... — прошептал Азриэль, смотря куда-то вдаль. — Какую? — Она... отравила себя. Лепестками желтых цветов. Услышав это, зеленоглазка не поверила своим ушам. И немудрено. Ведь она видела эти самые цветы в саду отца Азриэля, когда козлик решил познакомить ее с ним. Такие прекрасные они были. И знать, что их съедала Чара, чтобы себя отравить. Это просто невозможно в это поверить. — Гм... и что дальше было? — Я тихо ругай ее. Спрашивал, почему она сделала это и для чего? В ответ... Чара сказала, что это единственный способ спасти всех монстров. И она умоляла меня поглотить ее душу. Чтобы я взял и прошел через барьер. Чтобы я собрал семь человеческих душ и вернулся назад для разрушения барьера. — И ты... послушал ее? В ответ козлик несколько минут не отвечал, так как воспоминания били по его сердцу. Несмотря на то, что прошло много времени, Азриэль до сих пор помнил свою сестру. Как и ее последнюю просьбу, перед тем как он поглотит душу краснощекой. — Да. Но при этом она попросила одну вещь. — И какую? — с волнением промолвила девушка, положив руку на плечо козлика. — Чтобы я... отнес тело Чары в ее деревню. Ведь там росли ее любимые желтые цветы. И как ты поняла... я не мог отказать своей сестре. И поэтому... поглотив ее душу я, будучи измененным, забрал тело и пошел к барьеру, чтобы потом выйти на поверхность. — И ты... сделал это... — Да. Оказавшись там, я медленными шагами шел в сторону деревни людей. Я хотел выполнить обещание своей сестры и собрать души для разрушения барьера. Но не успел я приблизиться, как люди увидели меня и, взявшись за вилы, пытались убить. — Что? Но почему? — Потому что я монстр, который нес мертвое тело маленькой девочки. — Но ты не убивал Чару. Можно же было им это объяснить. — Я пытался, но люди не желали меня слушать. Ведь зачем слушать страшного монстра, который нес в руках тело мертвого ребенка? Проще убить, чем слушать головой. Ну а я... поначалу терпел боль, стараясь защитить Чару. Но чем дольше переносил все это, тем быстрее возвращалась моя ненависть к людям, которые заперли нас в подземелье. В конце концов, я не выдержал и стал их убивать. Одного за другим. Ведь у меня была сила, чтобы сделать это. Чтобы покарать их. Но потом в моей голове... прозвучал ее голос. — Ее? То есть... эта была Чара? — Да... — ответил красноглазый козлик девочке, — наверно из-за того что я поглотил ее душу. Не знаю точно, но именно благодаря сестре я смог потушить свою ярость и одуматься. После этого с Чарой в руках стал уходить обратно на гору Эботт. Но к тому времени я уже получил множество ран. И когда вернулся домой, то умер на руках своих родителей.       Выслушав все это, девочка грустно посмотрела на мальчика. На ее лице не было шока или ужаса. В ней было только сочувствие. Ведь до этого зеленоглазка не знала всего этого. Принц не рассказывал ей свою историю. И вот сейчас получив ее, Фриск хотела как-то успокоить. Как-никак, но ему пришлось рассказать шатенке начало его знакомства с Чарой и печальную их участь. И поэтому она аккуратно обняла козлика, чтобы успокоить его душу. — Фриск? — Прости, что заставила тебя вспоминать все это. И я понимаю, что больно это помнить. — Ты не виновата. Просто... я сам устал держать в себе все это. Я давно должен был выговориться перед кем-то. И... я рад, что смог это сделать. — Я тоже, — добро улыбнулась зеленоглазка, не переставая обнимать монстра. К сожалению, она не могла делать это долго, так как понимала что ее другу необходимо личное пространство. И поэтому спустя пять минут девочка отпустила пушистого монстра, — ну... так... а как ты все-таки вернулся к жизни? Но Азриэль, услышав это, грустно вздохнул и отрицательно покрутил головой. — Я... не хочу пока об этом говорить. Да и мы уже довольно долго тут разговариваем. Я должен домой идти, чтобы подготовиться к встрече гостей. — Оу... ну... ладно. Я тоже тогда пойду готовиться. И это... — М? — Я подарок тебе приготовила. И он... очень хороший. — Хех. Спасибо. — За что? Я же еще его не принесла. Но не бойся. Я приду очень быстро. — Не сомневаюсь. Ну ладно. Пошел я готовиться. — И я, пожалуй. До встречи, Азриэль. — Угу. До встречи... Фриск. И попрощавшись, дети разбежались по домам, чтобы подготовиться к празднику. Но они не знали, что не все сейчас были переполнены праздничным настроением.