Моя лучшая фантазия

Ранее утро. Шастун стоит у окна и смотрит на прогуливающихся внизу пациентов. Пару минут умиротворения для Антона перед выходом в реальный мир — то, что нужно, вернее, очень даже необходимо. Ведь к двенадцати дня его должны уже выписать, и он поедет домой. Д о м о й Какое прекрасное чувство — быть дома, наверное… Для многих это точно так. Дом — это безопасность, спокойствие, уют, теплота, убежище. Дом ассоциируется с родными, но у Антона нет никого: родители погибли, сестра где-то далеко за границей. Так что Шастун живёт один, и ему страшно возвращаться. Там нет никого, кто мог бы присматривать за ним, а сам Антон помочь себе не сможет в случае чего. Антон задумывается о том, что сейчас он размышляет совсем не так, как в прошлый раз, когда его выписывали из лечебницы. Тогда он был несказанно рад покинуть эти стены, вырваться из клетки, в которой всё только и говорит о том, что ты болен. Но в этот раз он остался бы ещё. Тут есть кому о нем заботится, он под контролем, и болезнь под контролем. Тут спокойно. Сначала страшно, конечно, даже если знаешь, как всё будет, даже если проходил это уже в прошлом. Где-то на второй неделе прибывания все утихло, глюков не было, и это хорошо. Небольшие срывы были, конечно же, но это уже незначительно по сравнению с тем, что привело Антона сюда.

<flashback>

Осень 2017

— Ты не видел моего сына? Он такой маленький, зелёные глазки и русые волосы, вот смотри, — женщина в очередной раз потягивает Шастуну смятый рисунок, но парень не обращает внимания. — Они у него вьются от влажности, так мило. Он на тебя похож, только он маленький, а ты такой большой. Мой сыночек тоже вырастет таким же высоким, как и ты. Ой, твоя мама, наверное, тоже тебя ищет. Давай я помогу тебе её найти. Но ты точно не видел моего мальчика? — Нет, извините, — Антон пытается как можно быстрее пройти мимо неё, стараясь не смотреть ей в глаза и не дать к себе прикоснуться, иначе она просто не отцепится, и рассоединять их придется санитарам, а хуже от этого будет только ей. Женщина перестаёт уделять внимание Антону, как только видит другого пациента. Шастун идёт дальше по больничному коридору и продолжает думать о том, как же сильно хочет отсюда выбраться. Но пока нельзя. С того времени, как Дима нашёл его на полу в слезах и шепчущего какой-то бред, прошло полторы недели. Позов отправил его сюда в надежде, что парню помогут, друг замечал что что-то с Антоном не так, но не думал, что всё так серьёзно. Шизофрения — отличный диагноз, который поставили Шастуну все эти психологи, психотерапевты, психиатры. Антон не запоминал их специальности, потому что не хочет быть со всем этим связанным. Точно также он не запоминает имена тех, кто находится здесь: ни пациентов, ни персонала. Они все представляются и напоминают, когда замечают, что Шастун их не знает, но Антон старательно продолжает стирать имена из своей памяти, ведь как только запомнит, эти люди станут знакомыми, а он не хочет связываться с этим сборищем психов. — Ты сам псих, — говорит голос в его голове, не сообщая впрочем-то ничего нового, но слушать его от этого сильнее не хочется. — Отвали, Арс! — Антон отмахивается, будто от невидимой мухи, и продолжает свой путь. — Правда не считаешь себя одним из них? — голос продолжает звучать, и Антон начинает внутренне закипать. — Ты же здесь, в психушке, в месте для таких, как ты. — Я. Сказал. Отвали! — прикрикивает Антон и оглядывается в поисках глюка, чем привлекает всеобщее внимание более-менее адекватных жителей этого места. — Антон, у тебя всё в порядке? — санитар обращается к Антону, вот только ему это совершенно не нужно, поэтому парень, сжав зубы, подавляет желание здесь и сейчас драться с плодами своей болезни. — Да, все нормально, — санитар кивает и возвращается к работе, а Антон к своему походу по этажу. Ага, нормально. Страх перед глюком перерос в гнев и агрессию, и теперь, как только Арсений появляется в его мыслях, Шастуну стоит титанических усилий, чтобы не начать всё громить, хотя не всегда получается сдерживаться. Вот как и сейчас, всё немного вышло из-под контроля, и это привлекло внимание. Парень не сомневается, что санитар точно доложит о его странном поведении, а значит, на сегодняшней встрече с врачом будет снова обсуждаться контроль агрессии. Просто блеск! Неожиданно кто-то хватает Антона за руку и тащит в направлении палат. Шастун понимает, что это один из пациентов, и пытается вырвать руку, но тот явно сильнее. Мужчина что-то мычит и, дотащив Антона до двери, заталкивает его в чью-то палату и заходит следом. — Ты чё придурок что-ли? — Антон пытается открыть дверь, но та оказывается заперта. — Отдай ключ! Откуда он у тебя вообще? — мужчина отрицательно кивает, а затем улыбается и, вытащив ключ из кармана, кладёт его себе в рот. — Э-э-э… Мужик, давай ты просто отдашь его мне, я открою дверь и уйду, обещаю никому на тебя не жаловаться. Просто дай мне уйти, — Мужчина снова мотает головой и указывает пальцем на что-то позади Шастуна. *Так, ладно, нужно просто дать ему то, что он хочет, и он отцепится.* Антон оглядывается и замечает девушку, стоящую на стуле и завязывающую порванную простынь на крепление кондиционера. — Что за? — девушка продевает голову в петлю. Секунда осознания для напичканного препаратами Антона, и он бросается к девушке. В который раз осознавая, что у него потрясающий рост, Шастун стаскивает с чужой шеи импровизированную петлю, но девушка начинает отбиваться. — Потом ещё спасибо мне скажешь. Да перестань же ты брыкаться! Девушка не слушается, но её ослабленному препаратами телу не хватает сил, чтобы справиться с Антоном. Взяв на руки, парень кладёт её на кровать, продолжая удерживать. — Эй, я понял, что ты хотел ей помочь. Надеюсь, ты не передумал, так что выплюнь ключ и позови санитаров, — мужчина слушается и уходит куда-то в коридор, но девушка, воспользовавшись отсутствием внимания, кусает Шастуна. — Да твою ж мать! — через пару секунд в палату заходят двое мужчин в белых халатах, и Антон передаёт девушку им, объясняя ситуацию. Уже лёжа на своей кровати, Антон рассматривал надоевший потолок белоснежной (как впрочем-то и всё здесь) палаты и который раз думал о том, как же сильно он хочет домой.

<flashback>

Сейчас Антон чувствует себя этой девушкой, и, хотя он не был знаком с ней или ее историей, парень задумывается о том, правильно ли сделал, что вытащил ее тогда из петли. Ведь он спустя почти два года поступил так же, как она, и в тот момент, а может и до сих пор, Антон считал, что это действительно было единственным выходом. Потому что по факту сейчас мало что изменилось с того времени, как Шастун впервые покидал эту белую ментальную клетку. Но что-то всё-таки изменилось, потому что Антон в этот раз скучает по Арсу. Так, конечно, спокойней, ведь если нет его, то и плохого тоже. Без Арса легче, но парень всё равно скучает.

Прощание до встречи, Время не лечит, но мне Без тебя легче, без тебя, без тебя…

Антон достает из своей тумбочки начатую пачку сигарет и, вытащив одну, закуривает. Раньше он не курил, начал уже здесь от сложностей бренного бытия, как выразился бы Арсений под градусом. Правда, Поз этому рад не будет, хотя и сам давно находится под влиянием этой пагубной привычки. Но что тут поделаешь, если так проще быть. Когда было совсем плохо, Макар подсунул ему пачку и сказал, что может помочь. Антон спорить не стал, ведь если есть хоть маленькая возможность избавиться от этого ужаса в его голове, он попробует. Шастун затягивается и думает о том, как настроиться на то, чтобы выйти к Позу в нормальном настроении. Другу надо увидеть, что Антону стало лучше, ему помогли, и всё придёт в норму. Ну помогли ведь? Помогли, только вот что-то всё равно не так. Может лучше станет дома? Хотя и страшно снова туда, но к Позову Антон не поедет. Он так решил, и решение своё не поменяет. Будет совсем плохо — вернётся сюда, но Димку нагружать он не станет. Антон тушит сигарету и, посмотрев на время, забирает свою дорожную сумку и выходит из палаты. Немного канцелярской работы, и парень покидает больницу со справкой. Отличная такая бумажка, которая говорит, что он чокнутый чуток. Это ничего, это не смертельно. Ну может, иногда… Дима уже стоит во дворе, опираясь на капот своей машины, и говорит с кем-то по телефону. Как только Позов замечает идущего к нему парня, сразу прощается и прячет телефон. — Ну чё, я снова на свободе, — натянув улыбку, Антон подходит к Диме. — Вот и отлично, — Позов притягивает друга к себе и хлопает по плечу. — Я ж говорил, что всё будет хорошо. — Конечно говорил. — Ладно, пойдем уже домой. На последнем слове по телу Антона пробегают мурашки, но он не подаёт виду и спокойно садится в машину. *Он же сказал, что все будет хорошо...*