Сможешь проникнуть

Маленькие капельки воды постепенно стекают с чистой, белоснежной кожи, оставляя на своем пути влажный следы. Только этим каплям позволено исследовать уставшее от тренировок тело, но и им не удается проникнуть сквозь эту оболочку и узнать, что же срывается внутри, их успевает впитать белое хлопковое полотенце, которое почти сливается с мраморной кожей. Юнги выходит из душа почти обнаженный, полотенце находится на бедрах. Вечер — время для размышлений, время, когда хочется полностью отдаться своим мыслям, но вместо этого оно постоянно тратится на безудержных тренировках, которые не дают и малейшего шанса остаться наедине с самим собой. Закончив всю дневную рутину Юнги наконец-то может посвятить себя отдыху, это все, чего он хочет в данный момент. Кровать стоит в центре комнаты у стены и ожидает действий, для которых она, собственно, предназначена. Соприкоснувшись с теплым покрывалом, Юнги наконец-то чувствует расслабление, но и этим ему не дают насладиться долго. Стук в дверь. У порога стоит Чимин в светлой рубашке, ткань которой открывает вид на ключицы и оголяет левое плечо, на ногах же у него обычные черные штаны, которые совсем чуть-чуть, но все же дают свободу коже ног, а из-под Чиминовых прядей волос, Юнги может заметить горящие, красные щеки. — Юнги хен, впустишь? Старший открывает дверь, тем самым давая пройти Паку. — Чего тебе? — Можешь мне помочь кое с чем, пожалуйста? — С чем именно? — Ну, это немного странно, — Пак усаживается на слегка влажную кровать, выпрямляет спину, и только сейчас осознает, что Юнги недавно пришел из душа. — Понимаешь, я хочу произвести на кое-кого впечатление, проблема в том, что это я хочу сделать действием, в котором у меня совсем нет опыта. — Младший поднимает свой взгляд на стоящего перед ним Юнги, хен смотрит на него сверху вниз непонимающим взглядом. — Чимин, можно ближе к делу, я так устал сегодня, что у меня совершенно нет сил на разговоры. — Тебе делали минет? От этого вопроса глаза старшего увеличились в объеме, и сейчас в них читается не только непонимание, но и шок. — Эмм, да. На этом все? — Юнги уже отходит к двери желая наконец-то выпроводить Пака из своей комнаты и провести вечер и ночь со своей драгоценной кроватью. — Научи. — говорит пак смотря прямо в эти непонимающие глаза. Юнги останавливается. — Ты в своем уме, как я могу тебя этому научить? — Юнги присаживается на кровать рядом с Чимином и фокусирует свой взгляд на время в своем телефоне. «Скоро баскетбол» — думает Юнги, и решает поскорее разобраться со странной ситуацией. Лишь потом до него доходит мысль, что Пак сам собирается сделать кому- то минет, то есть парню. — Парню?! — Естественно парню, Сказать, что Юнги стал похож на долгопята, значит ничего не сказать. — Стоп, стоп, тебя когда в эти дебри-то занесло? — взгляд долгопята постепенно становится лисьим. — Не важно, ну что, поможешь? — Как понимаю, не отстанешь? — Нет. — Ты совсем ни к тому человеку обращаешься, как я могу тебя обучить тому, чего сам не делал? — Достаточно того, что тебе делали. — Как это связано между собой? Да и вообще, скоро трансляция матча по баскетболу начнется, я ее не собираюсь пропускать. — Мы быстро- сказал Чимин, пододвинувшись ближе к Юнги, и смотря на него в упор. — Ладно. Как? — с выдохом проговорил Мин. — Пальцы, — Пак берет ладонь Юнги. — Чимииин, — старший отдергивает свою руку. — А как иначе? Лекцию мне читать будешь? — Чимин смотрит непонимающим и чуть сердитым взглядом- Успокойся и дай мне свою чертову руку! — Ну ты и придурок, ладно, только левую- старший аккуратно протягивает ладонь, согнув руку в локте — А что, правая обычно другим занята, слишком порочна для моего ротика? — Пак медленно опускает свои губы на тыльную сторону ладони Юнги, целует так, словно она принадлежит той самой барышне, жившей в 18 веке, затем берет указательный палец и чуть касаясь, облизывает подушечку, не отводя взгляд от глаз напротив. Юнги вздрагивает. — Идиот, я только с душа, просто правая будет занята- Юнги берет телефон и включает игру. – Баскетбол? Как ты мне собираешься помогать, если все твое внимание будет уделено телефону? Мне нужно говорить хоть какие- то замечания, думаешь я просто буду сидеть и сосать твои пальцы? — Пак выглядит рассерженным, но все же смиряется и приступает. — Иди в школу если тебе нужен профессиональный учитель, но думаю, с такой просьбой он пошлет тебя на хуй. — Юнги опускает свой взгляд на мокрые от слюны пухлые губы младшего и в его голову что-то ударяет (а в голову ли?). Он отводит его и внимательно смотрит на экран телефона, отслеживая счет игры. Дольше минуты Юнги не хватает, способность концентрироваться на игре исчезает, и появляется новая. Юнги старается держать свое лицо хладнокровно и не замечать того, как Пак погружает глубоко в рот уже второй палец, не замечать, как влажный язык медленно исследует всю длину, не замечать, как вены на руке начинают виднеться еще больше. — А третий слабо? — говорит Юнги, ухмыляясь. Пак берет третий палец, не сводя глаз с нечитаемого взгляда напротив. старший отворачивается, вновь смотря в телефон. Чимин начинает двигать быстрее головой, сопровождая действия громкими хлюпаньями, представляя настоящий, теплый член, лежащий на его языке. В какой-то момент Паку это начинает нравится, нравится эти длинные пальцы в его рту, этот человек, сидящий напротив и полностью игнорирующий действия, которые совершает над ним, нравится и раздражать. В его сторону от старшего неслышно ни одного замечания, появляется желание спросить все ли так он делает, но так как оставлять свой рот не заполненным не хочется, это желание отступает на второй план, а на первый выходит жажда, хочется получить как можно больше удовольствия, больше, больше, больше! Юнги вынимает пальцы с пошлым хлюпом. — Что - то не так? — младшего самого удивляет свой жалобный голос. — Ты застонал – спокойно отвечает ему Юнги. Пак в шоке, как он мог сам этого не заметить. Сейчас в нем смешались какие-то странные ощущения, стыд и желание, он сам не понимает, чего именно хочет, но точно не падать в грязь лицом перед Мин Юнги. И что с того, что он простонал, в этом нет ничего серьезного. — Тебя не смутило то, что я сосу твои пальцы, но смутил мой стон, ты серьезно? — Чимин старается недовольным тоном произнести это предложение, у него получается. — Я вообще-то тренируюсь, было бы странно, не стонать во время того, как делаешь дорогому человеку приятно. — Ну и кто же этот дорогой человек, которому ты так хочешь угодить? — Не имеет значения. — Пак отворачивает голову в сторону. — Тогда уходи. — Чонгук - говорит Чимин смотря в глаз Юнги. Он сам не понял, как так быстро смог проболтаться. — Вы встречаетесь? — голос Юнги все так же спокоен. — Нет, я смотрю ты не очень удивлен, просто… — его перебивает Юнги. — О Чимин-и, знал бы ты как я сейчас удивлен, только не знаю больше от твоих поступков или от того, что ты хочешь применить их на Чонгуке. –Небольшая пауза - Ладно, давай продолжим если ты так этого хочешь. Юнги выключает телефон, кладет его на кровать и раздвигает ноги, полотенце остается на бедрах. — Спускайся. Спустя несколько секунд молчания Чимин наконец-то понимает, требование Юнги - встать перед ним на колени. — Ну ты же хотел чтобы все было как можно правдоподобней, смотрю к пальцам ты уже приспособился, но Чимин-и никто не делает минет сидя в том положении, в котором ты сейчас находишься, но если конечно у какого-нибудь человека член не пару метров, и это уже точно не про Чонгука. Чимин видит этот ласковый взгляд хена, ему становится спокойнее. Чего он вообще переживает? Что после этого перестанет считать себя гордым человеком? Что он точно не сможет считать себя адекватным? А раньше разве считал? Обращаясь за помощью к Мину, эти мысли не приходили в голову, так почему сейчас они решили его посетить? Да и когда Пак облизывал чужие пальцы, на его самооценке это никак не сказалось и гордость оставалась в порядке, что вообще может пойти не так, в конце концов он сам попросил помочь. — Ладно, так бы сразу. — говорит Чимин, вставая на колени перед юнги, положив свои руки на ноги старшего. «Только в одном полотенце» — подмечает Пак. Мин Юнги слегка касается губ Чимина, проводит большим пальцем по нижней и в очередной раз удивляется их мягкости. На этот раз Юнги следил за процессом, ни на что не отвлекаясь. «Интересно какие они на вкус». — думает старший, но потом сразу выкидывает из головы посторонние мысли. — Открой рот, Пак Чимин. Младший слушает хена и приоткрывает рот. Указательный палец проникает внутрь — Ты сейчас представляешь Чонгука? — палец оттягивает щеку изнутри. От этого вопроса Паку почему-то захотелось простонать, не от того, что Юнги упомянул это имя, скорее от того, что кажется, в этом тоне Пак уловил тонкую нотку ревности, такую же тонкую, как первая струна на гитаре, которая, если ее сильно перетянут, может порваться. Почему это так возбуждает, он и сам не может понять, но все-таки удерживает свой порыв, боясь, что Юнги снова отстранится. — Ты думаешь о нем? — Юнги погрузил второй палец и начал двигать ими быстрее, не отводя взгляд от Чимина, у второго кажется в глаза начала поступать влага. — Отвечай - резким движением Юнги вгоняет третий палец, касаясь гланд младшего, от этого движения Чимина одолевает кашель, руками он отталкивается от хена, но продолжает стоять на коленях. — Ты совсем с ума сошел?! — грозно посмотрел Пак на своего хена, но после все же ответил, вытерев рукавом рубашки слюну, что стекала с губы — нет, да и пошел ты, что за тупые вопросы, какое тебе дело, да и вообще, если что-то не устраивает, скажи спокойно, а не… — Пак не успевает договорить, он видит, что полотенцу уже надоело прикрывать белоснежные бедра, чувствует как его тянут за волосы, чувствует в себе точно не пальцы. В его рту не осталось свободного места, что-то горячее, твердое, чуть солоноватое вбивается в его горло, и Чимин уже не может сдержать свой стон. Рука, что лежит на затылке, помогает голове Пака двигаться быстрее, из- за этого появляется огромное желание усерднее работать языком. Юнги только сейчас осознает, что он насадил рот Пака на свой член. Он опошлил эти губы, губы, что принадлежат такому очаровательному Чимину. — О Божее, Чимин, прости, прости, я не сдержа-а-а-лся - Юнги старается как можно быстрее отпустить мягкую макушку младшего и отстраниться, но эти губы уж слишком сильно сжимают. — Пак, блядь, ты что делаешь - говорит Юнги непонимающе смотря на того, кто всеми силами старается не выпускать инородный объект изо рта. — Все нормально, не обращай внимания, — произносит Пак, наконец-то вытащив член Юнги. — Не обращать внимания на то, как ты сосешь мой хуй? — возмущению старшего не было придела. — А кто мне его в рот вообще затолкал, чертов извращенец - почти шипит . — Я извращенец? Да делай вообще что хочешь, заебал - Юнги наклоняет голову смотря в потолок, и совсем не обращает внимание, на то, как его член снова погружают во влажный, горячий рот этими маленькими, элегантными ручками. — Хен, вот говори, что хочешь, это все-равно не отнимет тот факт, что у тебя столбом стоит - смеясь говорит Пак, при этом водя головкой старшего, что сочится смазкой, по своим губам. Правда, когда он берет член почти по самое основание, Пака удивляет тот факт, что у него совсем отсутствует рвотный рефлекс, но это его даже очень радует, ведь теперь он точно удовлетворит своего псевдо учителя. Движения становятся все быстрее и энергичнее, Юнги начинает понимать, что в данный момент его интересует только человек, стоящий перед ним, он сам не замечает, как начинает двигать бедрами заставляя взять глубже, но и этого ему не хватает. — Окей Пак Чимин, я смотрю тебе это очень нравится, стонешь ты как последняя сучка, давай проверим, сможет ли эта сучка стонать, как последняя шлюшка, для своего хена? — Юнги встает с кровати и берет Чимина левой рукой за волосы, правой за горло и начинает долбиться в него, не щадя его обладателя. — Чимини, слушай, я если бы не знал, не поверил бы, что ты раньше в рот не брал - движения становятся еще быстрее, Юнги чувствует как его бедра обхватывают и сильно начинают сжимать маленькие ладошки. Паку сложно дышать, его рот наполнен, горло сжимают, ноги дрожат так, будто он сейчас пробежал 4 километра, но бег не приносит удовольствие, которое Пак получает от происходящего. Чимин наконец-то может услышать этот долгожданный, срывающийся с уст Юнги, стон. Пак готов кончит просто от такого Юнги, сексуально, красивого, да, красивого, младший никогда не рассматривал мемберов группы в этом ключе, он понимал, что они все привлекательны, а Чонгук… Да Чимин даже не понимает, чем этот мелкий ему так понравился, а понравился ли вообще? Сейчас Чимин благодарен макне за то, что именно из- за него он смог увидеть Юнги совсем с другой стороны, Пак чувствует себя той самой каплей, которая стекает со лба старшего, только вот она не может проникнуть в душу Юнги, а он может, точнее сможет, всеми силами будет стараться расположить к себе сердце Мин Юнги, только его Пак Чимин желает всей душой. — Знаешь, о чем я сейчас думаю? — в ответ лишь мычания и пошлые звуки от соприкосновения члена со слюной — Куда мне следует кончить, на твое лицо? — глубокий вдох, толчок - Или все же в твой рот? — Юнги сказал это, не желая так поступать, скорее просто хотел поиздеваться над младшим. Еще несколько глубоких толчков и Мин начинает чувствовать приближение разрядки. — Как же в тебе хорошо, надо было прийти ко мне раньше, малыш - Юнги задерживает член в глотке Чимина прекращая двигать тазом. «Надо вытаскивать сейчас, иначе не успею» — думает Юнги отодвигая Чимина за плечи, но лишь чувствует, как хватка на его бедрах становится еще сильнее. — Ааа, Чимин, отпусти, я сейчас…- старший не успевая договорить, кончает в рот младшего с протяжным стоном, хватая того за волосы и выгибая спину. — Идиот, выплюнь - но в ответ ему лишь звук глотка. Теперь на кровати лежит два человека, один в светлой, легкой рубашке и опухшими губами, другой с влажными волосами и розовыми щеками. Юнги не помнит, когда последний раз его щеки так горели, но надеется, что они не в последний раз наливаются в столь яркий розовый цвет. Непонимание в комнате продолжает расти с каждой минутой. Чимин с Юнги продолжают лежать, рассматривая узор на потолке. Отдышка что у первого, что у второго проходит, погружая комнату в тишину, кто знает, сколько бы они еще так пролежали, если бы из пелены чувств Мин не услышал мелодичный голос Пака: — Хён. — Ммм? — Не отпущу. — произносит Чимин спокойным, ласковым тоном. — Что? — Юнги не совсем понимает, что имеет в виду младший. Они поворачивают головы, устремив свой взгляд друг на друга. — Ничего.