Не твоя смерть

Часть 1.

Ритмичные шаги гулко разгоняли застоялую лесную тишину и то и дело припугивали зазевавшихся птиц на ветках огромных деревьев. Невысокого роста девушка быстрым, но спокойным шагом двигалась между деревьев и что-то тихо бубнила себе под нос. — Черт, да когда этот сраный лес уже закончится. — Девушка злостно вскинула подбородок и воючи протянула — это уже третье опоздание за неделю, Шадис меня прибьет и даже папа мне не поможет. На ее лице появилась пародирующая гримаса лысого инструктора и, пытаясь повторить его тон, девушка сказала: — Харрис, черт бы тебя подрал, сегодня только сраный четверг, а ты опаздываешь на утреннюю тренировку уже третий раз. Как это понимать? Тут меж прямыми кронами деревьев девушка смогла разглядеть тренировочную площадку. Все кадеты уже построились, а Кит Шадис, инструктор 104го корпуса кадетов уже кричал на кого-то. — Видимо этот старикан опять без настроения, ну сейчас я его развеселю — На лице девушки появилась хищная улыбка и, выпрямив спину, она гордо и не спеша зашагала в сторону инструктора. — Доброе утро, сэр, прошу прощения за опоздание! — отчеканила девушка текст, который за 2 года стал почти, что каждодневным ритуалом и, приложив кулак к груди, отдала честь. Шадис медленно повернул голову, казалось, что вот-вот она повернется на все 180, но пока девушка не смогла этого добиться. Глаза инструктора загорелись адским пламенем, из них летели искры и вот-вот волна негодования должна была обрушиться на нее. — Нэнси, черт возьми, блять Харрис. Я не буду спрашивать, почему ты опаздываешь на сей раз, ведь за два года твоя отговорка ещё не повторилась и это похвально, но знаешь ли ты что, будучи офицерской дочкой, ты и можешь попасть с лёгкостью в военпол, но окончить кадетское училище папины связи не помогут. Неужели твоя тупая голова этого не понимает? Сколько можно испытывать мое терпение! — словесный поток оскорблений, упоминаний отца и матерных слов пополняющий запас всех кадетов продолжался, а Нэнси лишь очаровательно улыбалась и глупыми глазками смотрела прямо на инструктора. Конни придерживал рот рукой, из его глаз сыпались слезы, но он не мог засмеяться, иначе гнев старика перекинется на него. Рядом Саша Браус сидела на коленях и била кулаком землю, их обоих разрывало от любимого зрелища каждый день как в первый раз, но хоть все начиналось одинаково с опоздания Нэнси, Кит всегда приходил к разным выводам. Например, на прошлой недели он пришел к выводу, что за такие грубые опоздания Нэнси стоило бы привязать за ноги к турнику, чтоб кровь приливала к мозгу и ее тупейшая седая голова начала думать, а вчера ей пришлось весь обеденный перерыв чистить конюшню, чтоб ее братья по разуму смогли её вразумить. Глаза девушки светились какой-то непонятной остальным забавой, и кажется, что никому крики Шадиса не приносили столько удовольствия, сколько этой зеленоглазой бестии. Когда инструктор закончил свою речь, или просто запас матерных слов был исчерпан, то Нэнси было разрешено встать на место, между Жаном и Сашей. Не желая нарваться на наказание, помимо вагона оскорблений, Нэнси быстро заняла отведенное ей место и повернула голову в сторону Саши, тело которой все ещё содрогалось от истерических смешков, которым она так отчаянно не давала вырваться наружу. — На самом деле я думала сегодня будет что-то поинтереснее. — задумчиво протянула Нэнси, поглядывая на инструктора сквозь ряды впереди стоящих кадетов. — Да ладно тебе, Нэнс, мы с Конни чуть не умерли со смеху, ты отлично постаралась. — Лучезарная улыбка растянулась на лице темноволосой девушки, которая уже переключила свое внимание с подруги на Конни Отрывки фраз инструктора долетали гулким эхом до ушей девушки, пока она, зарывшись в свои мысли, думала о чем-то таком далёком от этих забытых богом земель. Она думала о доме, родителях и предстоящей службе. Красивая жизнь складывалась в воображении девушки, но что тут забыла эта самодовольная мордашка? -Харрис, твою мать, ты что оглохла? — Жан уже было хотел схватить девушку за плечо, но та вовремя перехватила его руку. — Не прикасайся ко мне. — в тоне Нэнси отчётливо читалось раздражение и неприязнь. Жан смутился на пару секунд, после чего виновато ссутулился и убрал руку. — Шадис дал задание тренировать рукопашный бой, ты со мной в паре… И знаешь в отличие от тебя я бы не хотел получить от него, ведь мне намного проще вылететь отсюда и крики этого фанатика дисциплины меня ничуть не радуют. — Хорошо, Кирштейн, тогда я предлагаю позаниматься в тени, а то на улице слишком жарко для конца лета. — оттягивая ворот водолазки девушка направилась к ближайшей тени, которую отбрасывало огромное дерево с краю тренировочной площадки. В нескольких метрах от ребят расположилась пара Энни и Кристы, а чуть дальше девушка только заметила свою лучшую подругу — Берту. Та сидела на песке, пытаясь привести дыхание в порядок, пока до раздражения спокойная Микаса виновато прожигала затылок девушки. — Вот блин, Микаса опять урыла Берту! Вот почему я не попадаю с ней в пару, я бы ей такое… — Не успела девушка закончить, как Жан перебил ее — Стой, ты хочешь сказать, что смогла бы побороть Микасу? Да ты шутишь, она же самая лучшая — багряный румянец щедро залил щеки парня, и он быстро выпалил — Самая лучшая из кадетов! Я хотел сказать из кадетов! Нэнси тихонько рассмеялась и хлопнула парня по плечу — Не переживай, засранец, тут все знают о твоей невзаимной любви. — Девушка гневно расхохоталась и отошла чуть вглубь тени. Жан искрился от возмущения, его лицо исказила гримаса злости и отчаяния одновременно, и только стоило ему повернуться, как он встретился с глазами Нэнси, которые находились в двух шагах от него. Девушка приняла оборонительную позу и ехидно процедила — ну же, нападай. — Черт возьми, Харрис, мне больно! — Жан вопил лёжа на песке, пока Нэнси впечатывала его лицом в песок, заламывая правую руку. — Видишь, Жан, я не такая слабая, как ты думал. — Вскинув голову, девушка рассмеялась, потеряв бдительность и этой доли секунд хватило Жану, чтоб сбросить ее с себя и, перекатившись, оказаться над ней, крепко фиксируя ее на земле. — Смотри Харрис, теперь я на коне! — самодовольная и до ужаса противная улыбка появилась на лице парня и Нэнси до ужаса захотелось содрать ее вместе с кожей, но в текущем положении, единственной натренированной мышцей готовой для атаки был язык. — Слушай, дорогуш, лошадиная морда тут только у тебя, так что имей уважение к собратьям и перестань раскидываться такими заявлениями. — Лицо Жана застыло в непонимании. Вот же дурак, как долго до него доходит. — Отпусти меня уже, а то ты весишь под центнер, да и от твоего захвата на запястьях синяки останутся, мало ли что люди подумают. Избавившись от захвата Жана, Нэнси встала и начала отряхиваться от песка, который забился ей, кажется, куда только мог. Жан лишь сидел на земле и глупо смотрел в землю. — Слушай, Харрис, за что ты меня так ненавидишь? — он повернул голову и заглянул в глаза девушки, по ее телу тут же прошли мурашки, а на спине выступил холодный пот. Ей показалось, что она на допросе, но собравшись с силами, девушка присела на землю рядом с парнем и заговорила. — С чего ты решил, что я тебя ненавижу? Ты меня бесишь своей постоянной самодовольной ухмылкой? Да. Меня раздражает твой высокомерный тон? Очень даже, но иногда мне кажется, что мы могли бы поладить, будь ты менее задиристым. — Нэнси глупо усмехнулась и уставилась куда-то перед собой. Она понятия не имела, зачем сказала это человеку, который раздражал ее больше, чем Микаса, со своей флегматичной физиономией, вечно шныряющая за тем кричащим мальчиком или Шадис, когда тот решал отчитать Берту за то что, видите ли, природа наградила ее отличными мозгами, а не крепкими мышцами. — Поладить? С тобой? Харрис, ты королева драмы нашего набора, некоторым кажется, что если с тобой лишь заговорить, то ты можешь их с потрохами сожрать, но когда я так откровенно начинаю с тобой перепалку, то кажусь круче в глазах остальных. — Все равно внимание Микасы ты, таким образом, не привлечешь, так что перестань задирать меня, чтоб я могла сконцентрироваться на своей цели! — Нэнси вскочила, гордо выпрямилась и, скрестив руки на груди, посмотрела вдаль. — На цели? Какая же у тебя цель, мисс «мой папочка решит все мои проблемы»? На лице Нэнси промелькнула печаль, но быстро вернув маску улыбчивой девушки, она сделала вид, что слова сокурсника ее не задели. — Моя цель, добраться до столовки раньше тебя, долговязый, и расправиться с твоим завтраком вместе с Сашей. — после этих слов девушка хихикнула и подорвалась в сторону столовой. Жан ещё с пару секунд пытался переварить информацию. Остальные кадеты уже направлялись в сторону столовой и лишь когда Марко похлопал друга по плечу, тот вскочил — Прости, дружище, я должен догнать ту мелкую дрянь, иначе она реально скормит картофелине мою порцию. — кинул через плечо парень и кинулся вдогонку девушке. Хоть Нэнси и была одной из лучших в забегах на длинные дистанции, но утренняя тренировка и плохой сон дали о себе знать. С каждым метром девушка сбавляла темп, тем самым позволяя противнику быстрее догнать ее. Но, не увидев его за собой, она остановилась и, потянувшись, начала искать взглядом Берту. Девушка шла в паре метров от Нэнси и ей не составило труда за секунды оказаться рядом. — Доброе утро, Берта. — максимально тепло протянула Нэнси и обняла подругу. — И тебе доброе — Берта прикрыла глаза и, положив голову на плечо подруги, вздохнула. — Из-за этой блядской утренней тренировки все кости начинают ныть с утра пораньше, а мы ещё даже не завтракали. — Не переживай ты так, моя дорогая, мы уже почти в столовой. — Не успела она закончить, как чья-то крепкая рука схватила ее за плечо и резко развернула. — Вот ты и попалась, дрянь бледнолицая. — запыхавшийся Жан оперся руками о плечи девушки и безуспешно пытался отдышаться. — Ребят, не хочу портить настолько интимный момент, но если мы не поторопимся, то наши порции и в правду слопает Браус. — Сказал Марко. Он стоял за спиной Жана и плечи этого дылды перекрывали весь обзор девушке. — Отпусти меня ты уже, вон на дружка своего вешайся. — Нэнси направилась в сторону столовой, а Жан, не выдержав таких обращений в сторону единственного друга, бросился за ней, продолжая глупую, словесную перепалку. — Знаешь Берта, а эти двое ведь чем-то похожи. Оба обожают споры и остры на язык, но мне кажется, что между ними есть какая-то связь — Глаза Берты округлились от фразы Марко и он сразу же поправил себя. — Нет, не то о чем ты подумала, мне кажется, они могли бы подружиться, ведь Жан не такой уж и плохой, а его слова почему-то не действуют на Нэнси как на Эрена, скорее всего, он не собирается серьезно обижать ее. — Ну, уж нет, Марко. Я, конечно, понимаю что, он твой друг, но Нэнси он жутко бесит, так что не думаю, что ты прав, кажется, из них получились бы лишь отличные соперники. Марко тяжело вздохнул и посмотрел в небо. Пушистые облака лениво тянулись по голубому небосводу, заслоняя собой теплое августовское солнце. По сторонам слышались разговоры различных людей, но Марко смотрел лишь на Жана, который отчаянно пытался пробить броню, безразличия к его выходкам, Нэнси. Ах, милая Нэнси, если бы только знала всю правду то, как бы вела себя тогда?

Часть 2.

Размеренные разговоры кадетов, сидящих в разных концах столового зала, наполняли своды здания, заставляя любого вошедшего очнуться от собственных мыслей и попытаться разобрать чужие разговоры. Но Берте такой расклад не нравился. Девушка вообще не слишком любила большие скопления людей и ученики, сидящие вокруг нее, лишь напрягали каждую клеточку ее организма. Нэнси и Берта заняли свои места за небольшим столом, вместе с Конни и Сашей, устало потягивая каждую мышцу тела. — Нет, Нэнси, сегодня, правда, было неплохое выступление Шадиса, ещё и наказания тебе не досталось. Можно сказать ты победила. — Саша как обычно говорила с набитым ртом, будто боялась, что этот кусок хлеба кто-то отберёт у нее, если она не съест его прямо сейчас. — Ох, Саш, ты понимаешь, что Нэнси не может дальше этого продолжать, иначе однажды у Шадиса закончится терпение и поедет наша подруга обратно к себе домой. — Берта говорила тихо, будто отчитывала Сашу за промашку, но без злости, просто как факт. — Девочки, да ладно вам, этому старикашке, наверное, самому нравится. Ну, в чей ещё адрес он может придумать столько оскорблений, да и ни разу не повториться? — Лицо Конни сияло от гордости за Нэнси, будто она совершила какой-то подвиг, а не в ещё один раз опоздала на тренировку из-за своей чертовой несобранности. Если бы только ребята знали, что хоть ей и нравится, когда Шадис выходит из себя, но в тот же момент ей чертовски страшно. Каждая клеточка ее тела сгорает от страха, а кровь пульсирует в сосудах, готовая разорвать девушку на мелкие кусочки. — Знаете, ребята, мне кажется, что мне стоит перестать опаздывать лично для себя. Я собираюсь в военную полицию как-никак, а пунктуальность это навык хороший. — ах, если бы девушка верила в свои слова так же, как ее друзья. Что если она вылетит с кадетов и тогда плакали ее мечты, даже отец не сможет помочь в такой ситуации. Берте хватило лишь одного взгляда на Нэнси, чтоб понять, что данный разговор приносит ей дискомфорт, и мгновенно поменять тему разговора. — Слушайте, совсем скоро у нас отпуск, планируете съездить домой на пару дней? — Берта точно знала, что разговоры о семье быстро отвлекут эту парочку от любой темы и заставят рассуждать бесконечно о том, как дома хорошо, солнце там теплее, вода мокрее, а трава зеленее. — Конечно, я уже так долго этого ждала, мне не терпится проведать родную деревеньку, ведь сейчас разгар сезона и, наверное, лес кишит дичью. — Саша начала рассуждать о том, как ее отец поймает самого крупного оленя, а потом они будут его готовить на костре, или сделают отбивные, или рагу. Это может продолжаться бесконечно, так что Берта с Конни тоже начали обсуждать то, как им не терпится увидеть родных. Лишь Нэнси, понуро подперев подбородок рукой, сидела и рассматривала людей вокруг. Но ее мысли были заняты скорой встречей с семьёй. Опять эти гости, платья и мамины разговоры о замужестве. — Милая, у Нельсонов сын подрастает, помнишь его — Паул, так вот он всего на год тебя младше, но вы бы так хорошо смотрелись. Да и мальчишка он хороший, воспитанный и добрый. — Нэнси вспоминала этот разговор с матерью каждый раз, когда сильно грустила по дому и всю тоску, как рукой снимало, но сейчас печаль, будто ещё сильнее сковала девушку. Она сидела неподвижно и глупо пялилась в одну точку, почти не моргая. Лишь через пару минут, когда сознание Нэнси вновь прояснилось, она поняла, что все это время смотрела куда-то между Марко и Жаном, которые сидели напротив, через пару столов, и что-то бурно обсуждали с Томасом и Дазом. Смутившись своим поведением, она быстро отвела взгляд, поправила прядь, спадающую на лоб, и живо выскочила из столовой, оставив всех в недоумении. Но как хорошо, что Берта знала, что если Нэнси вот так срывается с места, никому ничего не сказав, то лучше оставить ее наедине с мыслями и просто подождать. И в этот раз Берта лишь глубоко вздохнула, встала из-за стола и махнув Конни с Сашей вышла из здания. Теплые солнечные лучи ласково грели светлую кожу девушки и яркими бликами переливались по длинным, будто сатиновым, смольно-черным волосам. Как неожиданно у себя за спиной Берта услышала громкий хлопок и звук падающих стульев. Забежав внутрь она увидела, как Эрен сидит на полу потирая ссадину на щеке, а самодовольный Жан, продолжает что-то ему говорить. Возмущению девушки не было предела, мало того, что этот засранец ударил своего товарища, так ещё и продолжал подначивать его продолжить стычку. Таким обстоятельствами Берта была отнюдь не довольна и, преодолев расстояние до зачинщика драки за пару шагов, собрала все свое раздражение в кулак и смачно вмазала по правой скуле парня. Жан, словно тряпичная кукла, то ли от силы удара хрупкой девушки, то ли от неожиданности отлетел назад и приложился головой об стол. В его глазах застыло непонимание и стыд, ведь его поколотила девчонка, которая дышит ему в грудь. Берта осторожно помогла Эрену подняться и под мрачный взгляд Микасы вывела его из столовой. — З-зачем ты это сделала? — Глаза Эрена округлились от удивления, и он этого ни капли не скрывал. — Просто меня выбесила эта самодовольная ухмылка. Если считает, что крутой, то можно задирать кого угодно? Чтож, раз головой этот придурок не понимает, то пришлось объяснить силой, что есть люди способные дать сдачи. Глаза Эрена светились от восхищения спокойствием, но в то же время готовностью выйти из себя, Берты. Когда ребята пришли в медпункт, то Берта обработала ссадину Эрена и, разминая ушибленный кулак сказала. — Ты легко отделался, чуть выше и сильнее и этот осел бы оставил тебе огромный синяк под глазом, хотя сам отмазался разбитой скулой. Вот черт, нужно было сильнее бить. — Глаза девушки загорелись непонятным Эрену огнем, но одно он понимал, точно, она испытывает к Жану Кирштейну точно такие же чувства, как и он.

Часть 3.

Солнце уже лениво клонилось за горизонт, в воздухе повисла долгожданная прохлада, остужая пылких кадетов. Тренировки на сегодня закончились и наконец, все могли, как следует отдохнуть. Нэнси, подхватив небольшую сумку, быстро выбежала из барака и направилась в сторону леса. Пробежав еще около трехсот метров, девушка остановилась перед большими зарослями кустарника и аккуратно раздвинула ветви. Перед ней открывался вид на долину. Она подошла чуть ближе к краю утеса и, устроившись поудобнее возле большого камня, достала из сумки крупный блокнот и карандаш. Нэнси часто приходила на этот утес, чтоб побыть в одиночестве и порисовать. За более чем два года, в ее блокноте уже почти не осталось свободных страниц, поэтому она продолжала вставлять все новые и новые, отчего он уже плохо закрывался, но пестрил карандашными набросками пейзажей или товарищей. С самого детства ей прививали любовь к искусству, но девушка не отличалась талантами к музыке или танцам, поэтому всегда рисовала, выливая на бумагу как можно больше своих эмоций. Проведя у обрыва еще около часа, девушка собрала свои вещи и отправилась обратно в лагерь. Она шла по тихому лесу, летний ветер осторожно трепал ее прямые, серые волосы, а мысли уносились все дальше отсюда, как вдруг девушка врезалась в кого-то и неуклюже плюхнулась на землю. — Ох, Армин, прости меня, пожалуйста, я замечталась и не заметила тебя — протянула девушка, поглаживая ушибленную ляжку. — Ничего, мне тоже стоило смотреть по сторонам — он протянул ей руку, чтоб помочь подняться и мило улыбнулся.  — Черт бы тебя подрал, Харрис, ты, что блять такое. Маньячка ненормальная. — Кирштейн стоял чуть позади, держа блокнот девушки в руках и пристально рассматривая рисунки людей. — Посмотри, Марко, эта ненормальная даже тебя нарисовала, смотри, как отлично вышло, прям точь-в-точь, будто весь завтрак на тебя глазела, прям как сегодня. — По лицу Жана расплылась отвратительная ухмылка и Нэнси опять захотелось ударить его, но продолжая сохранять внешнее спокойствие, она лишь наблюдала за ситуацией. — Жан, прекрати, ты ведешь себя как кретин! — Взорвался Марко и, выхватив блокнот из рук друга, протянул его девушке. — Прости его, он не всегда ведет себя как ублюдок, правда. — На лице Марко застыла виноватая улыбка, а Жан надулся, словно индюк и поспешил покинуть место происшествия. — Спасибо, Марко, но тебе не стоит выгораживать Жана, он полнейший засранец и я вообще не понимаю, как ты его терпишь. — Жан мой самый близки друг и я ценю его, каким-бы человеком он не был, он не желает тебе или еще кому-либо зла, у него просто такой характер и я надеюсь, что все это однажды поймут. — Он еще раз мило улыбнулся и, развернувшись, направился в сторону бараков. А Нэнси так и осталась стоять с блокнотом в руках думая о том, что имел в виду Марко. После этих событий, Нэнси стала больше общаться с Марко, чтоб, наконец, понять ход его мыслей, а в следствии и с Жаном. Как бы они друг друга не раздражали, но были похожи и часто находили общие шутки и забавы. На самом деле они и в правду неплохо поладили за столь короткое время, но все еще случалось, что их мнения слишком расходились. Девушка узнала, что на самом деле Жан тоже неплохо рисует и даже подарила ему портрет, который рисовала пару месяцев назад, а в замен, он показал ей чудную поляну, рисунок которой отлично украшает стену над кроватью девушки. В таком темпе прошло еще пару недель, после чего ребята смогли съездить домой на пару дней. Вернувшись в корпус, Нэнси чувствовала себя или очень отдохнувшей, или максимально убитой морально, ведь мать с отцом прожужжали ей все мозги на счет учебы и замужества, но вот она вырвалась и снова засыпала на жёсткой койке женского брака, под мелодичное сопение Берты.

Часть 4.

Прошло уже чуть больше месяца с того момента, как Нэнси была дома. Учеба продолжалась полным ходом, а письмо от родителей было лишь одно. Хоть Нэнси и переживала по этому поводу, но это не мешало ей сладко видеть сны на занятии по тактике ведения боя. - Харрис. Эй, Харрис. Черт, проснись, дурында, занятие закончилось, ты тут одна осталась. — Жан нависал над девушкой и тряс ее за плечо. Нэнси медленно подняла голову. Под ее глазами залегли синяки, волосы были растрепаны, да и в прочем выглядела она неважно. — Ох, Жан, я что опять проспала все занятие? Вот блин, не нужно было пол ночи с Марко гулять, но в эту ночь звезды с обрыва выглядели особенно красиво. — глаза девушки загорелись детским счастьем, но Жан не разделял ее веселья, ведь он чувствовал лишь болезненные уколы обиды. — Вставай, зайчиха, тебе нужно развеяться. На сегодня занятия кончились и… — не успел он закончить свою мысль, как Нэнси перебила.  — Ах, точно, я же сегодня иду к озеру, что к северо-востоку от корпуса, думаю сделать пару набросков. — эта мысль привела девушку в дикий восторг и ее глаза стали еще больше и зеленее от радости. Тень разочарования промелькнула на лице парня, но он смог лишь печально выдохнуть. — Хм, как думаешь, может позвать ребят? На улице последние теплые деньки и хоть купаться уже, наверное, холодно, но полюбоваться видом никто не запрещал? — Нэнси сделала задумчивое лицо и начала тереть подбородок пальцами, делая вид полной заинтересованности в своих мыслях. — Слушай, тут такое дело, я бы тоже хотел порисовать эти твои пейзажи, и… — Жан смущенно почесал голову и отвел глаза в сторону. — Ты? Рисовать? Кто полтора месяца назад гнобил меня за мои рисунки? Кирштейн, чертов ты засранец, что с тобой происходит? — Хоть слова девушки и звучали по дружески шуточно, но ее взгляд говорил об обратном. — Ладно, мне просто нужно с тобой кое-что обсудить и это очень важно. — Вот так бы сразу и сказал, а то я, было, подумала, что ты хочешь мило провести со мной время. А на тебя это абсолютно не похоже, да и завалишь экзамены и поедешь в Трост с солдатами гарнизона стену драить, а мне что потом без тебя в полиции делать? — Девушка игриво подмигнула Жану и вышла из кабинета. — Стоп, она что подумала, что я с ней заигрываю?! — Раздражение тут же затрещало искрами по коже Жана и он выбежал на улицу вслед за девушкой. Яркое осеннее солнце тут же его ослепило и ему понадобилось пару секунд, чтоб привыкнуть к яркому свету. Жизнь в корпусе кипела полным ходом. Тут и там громко смеялись компании ребят, малочисленные парочки нежились в лучах теплого солнца, а всякие умники типа Армина или Берты читали свои умные книжки, скрывшись в тени гигантских деревьев. Жан лишь стоял и глупо озирался по сторонам пытаясь найти знакомую седоволосую макушку, но выходило хреново. Тут Жана окликнул знакомый голос друга, и он резко повернул голову. — Вот ты где, а я тебя искал — Марко выглядел спокойным, как обычно, и добродушно улыбнулся другу. — Ага, вот он я, прости, задержался в кабинете. — Жан направился в сторону мужских бараков, не оставляя Марко выбора, кроме как последовать за ним. Берта сидела, оперившись на ствол дерева, и бесстрастно смотрела на пожелтевшие страницы книги, которую она, кажется, перечитала уже сотню раз, но слишком уж мал был выбор доступных книг. — Привет, Берта. — знакомый голос заставил девушку оторвать взгляд от выцветших страниц и обратить внимание на Эрена. Он стоял всего в паре шагов от нее. Его большие, зеленые глаза с интересом смотрели на девушку, а взгляд был чуть задорным и изучающим. — Ой, привет, Эрен, прости не заметила тебя сразу. — девушка смущенно отвела взгляд от парня и боковым зрением заметила, как его щеки залились алым румянцем. — Я хотел узнать, не занята ли ты, чтоб немного поболтать со мной иии… — Нет, я абсолютно свободна. — Девушка мило улыбнулась и похлопала по траве, приглашая парня присесть. Эрен облегченно выдохнул и плюхнулся рядом на прохладную траву. — Так о чем ты хотел поговорить? — карие глаза девушки с интересом наблюдали за реакцией Йегера. — Ты ведь тоже с Шиганшины, но я никогда не слышал, чтоб ты рассказывала, как вы познакомились с Ненси и как ты попала прямиком за Сину. — Мне удалось спастись на пароме, а после моя тетя, вдова офицера военпола, стала моим опекуном и вырастила меня в Стохесе. С семьей Нэнси я познакомилась, ведь миссис Харрис и моя тетя, хорошие подруги, живущие по соседству, мы часто заходили к ним на обед или просто поболтать. Вообще мы с Нэнс сначала друг друга терпеть не могли, она считала меня зазнавшейся заучкой, а я ее избалованной истеричкой, но взрослея, мы поняли, что у нас много общего и вот так и дружим до сих пор. — Берта, кажется, вспоминала время, проведенное в Стохесе с теплой грустью, но для нее это определенно приятные воспоминания. — Когда я узнала, что Нэнси собирается пойти по стопам отца, то я решила тоже пойти в кадеты. Моя тетя была несказанно рада, что я стану полицейским, мистер и миссис Харрис так же поддержали меня, но никто из них до сих пор и не догадывается, что я собираюсь в разведку. Кажется, мы в этом с тобой похожи. — В чем же? — В глазах парня застыло непонимание. — В желании вступить в разведку и вернуть родной дом. Когда в первые недели я услышала твои речи, то сразу вдохновилась твоим намерением спасти человечество и решила, ни смотря ни на что сделать все возможное для победы людей. Зеленые глаза Эрена загорелись задорным огнем, наконец, он нашел человека, который думал как он, который был согласен с ним в стремлении попасть в разведку и не называл его чертовым суицидником. Который заступился за него перед Жаном, но не относится как к ребенку, подобно Микасе. Наверное, Берта была из тех немногих людей, с которыми Эрен мог чувствовать себя более чем комфортно.

Часть 5.

Багряное зарево уходящего за горизонт солнца окрашивало все вокруг в цвета наступающей осени. Прохладный вечерний ветер протяжно завывал в кронах гигантских деревьев, поднимая клубы пыли в сухой воздух. Нэнси неспешно двигалась в сторону того самого обрыва и раздвинув ветви увидела Жана, который стоял к ней спиной, но общая напряженность его тела, кажется мгновенно передалась и девушке. — Так что ты хотел обсудить и почему нельзя было это сделать в стенах лагеря? — Девушка натянула самую безмятежную улыбку, что могла и подошла чуть ближе. Когда Жан повернулся к ней, то его вид был мрачнее тучи в пору майских гроз. Желудок девушки будто превратился в камень, а в горле застрял ком. — Послушай, Нэнси, я вообще не думал, что этот разговор когда-нибудь состоится, но вот я тут стою перед тобой. — по нему было видно, насколько трудно ему давались слова, улыбка постепенно сползла с лица девушки и теперь ее серьёзное лицо не выражало ничего, кроме мучительного ожидания худшего. — Ты не плохой человек, хорошо ладишь со многими кадетами, может и не внушаешь доверия, не и не наживаешь себе врагов, так что я считаю нужным тебе кое-что сказать. Он замялся, холодный пот выступил на его и без того побледневшем лице, а пальцы нервно теребили ворот рубашки. Лишь Нэнси была беспристрастно спокойна, даже слишком. По ее лицу промелькнула тень, и она взглянула на Жана. Не переставая сверлить его взглядом, она устало опустилась возле камня и, притянув колени к груди, сказала: — Можешь не распинаться, Жан, я все знаю. Худое лицо парня вытянулось от удивления и страха, продиктованного нормами морали. — Да, я не отличаюсь умом, не являюсь лучшим бойцом, но кое-что я могу узнать в любом виде и это ложь. Какой бы она не была, я всегда вычислю ее, какой бы сладкой она не казалась. Признаю, я поняла все не сразу, да и не без помощи Марко с Бертой, но когда почуяла неладное, то сразу захотела разобраться. Добыть информацию от Марко было невозможно, хоть он что-то и знал, так что почти все мои догадки обоснованы лишь вашим поведением и умением Берты соотносить детали. — Жан все так же стоял в изумлении ближе к краю обрыва и молча слушал девушку. — Я знаю, что ты пытался втереться в мое доверие не просто так и выбрал лучший способ, привлечь к себе внимание спорами, что я так обожаю. Это очень умно и твой план сработал. Но хочу тебя разочаровать, тебе бы связи моего отца в полиции не многим помогли, ведь. — плечи девушки истерично задрожали и она обхватила колени руками, будто на улице было очень холодно. — Я не уверена, что они теперь смогут помочь мне в полной мере. Меня до сих пор могут засунуть в полицию по блату, но лишь на должность простого рядового. Звучит херово, не правда ли? — Девушка вымученно посмотрела на Жана, лицо которого выражало эмоции от удивления, до жалости. — Но почему ты так спокойно реагируешь? — непонимание ситуации искрилось вокруг него облаком и не давало ухватиться хоть за одну, хоть малость разумную мысль. — Я не собираюсь тебя винить за твой эгоизм, ведь сама не лучше, ничуть. — Ты что, бледнолицая, святошу из себя корчить решила? — Удивление на лице Жана в один миг сменилось раздражением и, подскочив к девушке, он небрежно дернул ее за воротник куртки. Ей пришлось встать с земли и чуть привстать на носочки. Жан обоими руками держал Нэнси за воротник, метая с высоты на нее гневные взгляды, заставляя воздух между ними трещать. — Нет, конечно, просто наш мир настолько прогнил, что выражение животного эгоизма вполне нормально. Все пытаются спрятаться подальше за стены и жить побогаче, это и есть чистой воды эгоизм. Я не могу винить тебя, ведь моя семья занималась подобным задолго до моего рождения, а теперь я, идя по их стопам, желаю для себя такой же лучшей жизни за стеной Сина. Вся моя жизнь построена на манипуляциях, выгодах и беспринципности, так что ты меня ничуть не удивил, ты лишь, как и все пытался сделать лучше себе и это твое право. Жан осторожно отпустил воротник куртки Нэнси, и чуть поправив ее, заглянул ей в глаза. — И ты не злишься на меня, не хочешь ударить или просто оскорбить? Давай же, сделай хоть что-то, не будь такой отстраненной, будто тебя это не касается. — Его голос местами срывался на крик, но взгляд девушки был все таким — же спокойным. — Ты не прав. Я зла на тебя, но лишь за то, что ты врал мне, врал Марко, а самое главное врал себе. Я не люблю ложь и буду с тобой как обычно честна, ты конченый ублюдок, для которого нет ничего святого в этом мире. Твой единственный друг, тот, кто смог тебя вытерпеть и то оказался вплетенным в твои жалкие сети. Но я ценю то, что ты решил признаться благодаря ему. Неужели у тебя есть советь, которая тебя замучила, Кирштейн? Бросив последнюю фразу прямо в лицо Жану, Нэнси развернулась на каблуках и быстро зашагала прочь. Она не хотела видеть ни его, ни Марко, ни Берту и никого другого. Девушка сидела вдали от казарм на старом ящике и крутила в руках небольшое письмо. Аккуратные буквы, выведенные на хорошей и плотной бумаге, не давали ей покоя. Это было единственное письмо от родителей за все время, а она все не находила сил написать ответ. — Нэнси, мне правда жаль, что… — парень запнулся на мгновение, но это говорило лишь о том, что он не привык извиняться. — Я так поступил. Я поступил мерзко и если ты когда-нибудь найдешь в себе силы простить меня то, пожалуйста, сделай это. — Тебе нужно извиняться не перед о мной, а перед Марко за то что втянул его и поблагодарить за то, что был твоей совестью, Жан. — быстрым движением она сложила письмо и засунув его в нагрудный карман, повернула голову в сторону парня. — А теперь, не приближайся больше ко мне, пожалуйста, я не слишком хочу тебя видеть. Осторожно поднявшись, она последний раз заглянула Жану в глаза и, кивнув на прощание, молча удалилась, оставив его наедине со своими мыслями.