Не твоя смерть

Часть 16.

Берта сидела меж нескольких кадетов в небольшой повозке, прицепленной к гнедой кобыле. По правую сторону сидела Нэнси, нервно потирая ладони, но в остальном ничем не выдавала своего волнения. С другой стороны от нее расположилась Криста. Ерзая на деревянной лавке, она то и дело задевала локтем Берту, но ей было не до этого. В ее мыслях было лишь предвкушение о скором прибытии в штаб легиона. Вчера на закате с дюжину кадетов посвятили свои сердца человечеству. Но ей было плевать на них. На Жана, на Конни и остальных, кто пошел в разведку, мысли были заполнены лишь одним человеком. Эрен. Где он. С той злосчастной операции в Тросте прошло три дня, три чертовых дня она не видела его. Не говорила с ним. Ей столько всего хотелось узнать. Время тянулось, словно еловая смола. Муторно, вязко и ещё более медленно. Спина и ноги уже успели порядком затечь от долгого нахождения в одном положении, хотелось сбросить тугие сапоги и хорошенько размять каждый сустав. К счастью Берты, среди однотипных пейзажей территории за стеной Роза начал маячить штаб. Так его называли солдаты, но на деле это был внушительных размеров старинный замок. С разнообразием помещений, башен и огромным двором. Заехав на территорию штаба, девушка лишь подметила, что солдатам было абсолютно плевать на прибытие новобранцев. Они продолжали сновать туда и сюда по своим делам. Лишь небольшая кучка людей стояла явно дожидаясь их. Среди знакомых Берта смогла различить лишь Хильд. Рядом с ней стояла темноволосая женщина в очках с толстенными линзами и добродушно улыбалась. Чуть за ними стоял высокий мужчина со светлыми волосами и небольшой бородкой. В стороне Берта смогла различить низкорослого темноволосого мужчину. Он стоял, опиравшись на стену и прикрыв глаза, будто ему и дела до этого не было. Рядом с ним же стоял мальчик. — Эрен! — Крикнула Берта, перепрыгивая через край повозки и приземляясь на землю. Изумрудные глаза расширились от удивления и кинув взгляд на низкого мужчину, юноша устремился в направлении подруги. Преодолев расстояние между ними за считанные секунды, Берта крепко обняла Эрена, казалось, что она слышала, как трещат его ребра. В следующую секунду пришло осознание. Осознание того, кем он являлся. Тот, кем стал ее другом. Кому она доверяла и кем восхищалась. Тот, кто клялся уничтожить титанов, сам оказался им. Эти мысли будто отрезвили девушку и резко схватив Эрена за плечи она резко отодвинула его от себя и заглянула в глаза, где разливалась небесная синева. Такая тихая и беспечная. — Ты ведь не собираешься меня жрать прям тут? — Берта прищурила карие глаза и серьезно взглянула Эрену в глаза. — Конечно нет! Ты что с ума сошла? — Юноша раздосадовано посмотрел на Берту. Неужели и она считает его чудовищем? Но в то же мгновение она снова прижалась к нему и на выдохе прошептала: — Шучу, ты все ещё мой друг. Тут за его спиной показались Армин и Микаса. Эта троица прибыла раньше остальных после военного суда. Суда над Эреном. Широко улыбнувшись, Берта посмотрела на друзей и заключила всех в объятия. Нэнси неуклюже свалилась с телеги прям к чьим-то ногам. Осторожно подняв голову, девушка встретила лишь взгляд голубых глаз, устремленных на нее. — Ты чего, нужно быть аккуратнее. — Райнер, будто являясь страшим братом, чуть закатил глаза, но тут же поднял девушку на ноги и немного отряхнув ее куртку заглянул ей в глаза. — Ты до сих пор из лазарета не вылезла, а уже пытаешься получить новую травму. Впредь будь осторожнее. Когда он отвернулся, Нэнси слегка закатила глаза и подхватив небольшую сумку с личными вещами нашла глазами Хильд. Та стояла рядом с женщиной в очках и о чем- то очень оживлённо ей рассказывала. Вымученно выдохнув, Нэнси подошла к ним. Девушка уже почти не хромала, лишь старалась перевести больше веса на здоровую ногу для удобства, так что со стороны ее походка все ещё выглядела нездоровой. — Доброе утро капитан. — Нэнси дружелюбно улыбнулась и посмотрела на врача. — Доброе, Харрис. — Хильд посмотрела на свою собеседницу и улыбнулась. — Ханджи, познакомься, эта та самая Нэнси Харрис. Нэнси, это майор Ханджи Зое, глава исследовательского отряда. — Ханджи вежливо кивнула девушке и окинула ее изучающим взглядом. — Очень приятно познакомиться, майор. — Нэнси приложила кулак к сердцу, на что женщина звонко рассмеялась. На лице девушке появилось неподдельное удивление. Что смешного она сделала? Может что не так с прической? Или она просто смешно выглядит? Все эти мысли лишь больше затапливали разум, не позволяя трезво мыслить. — Мне тоже приятно, не переживай, просто я не очень люблю все эти официальные представления и прочее. Не мое это, всегда вызывает искренний смех. — Женщина смахнула пальцем слезы выступившие в уголках глаз и ещё раз изучающе взглянула на Нэнси. — Ты права Хильд, она и вправду необычная. Я чуть позже зайду, нужно будет поболтать. — Ханджи мягко положила руку Нэнси на плечо. — Конечно если ты не против поболтать. — Я не против. — В глазах Нэнси загорелся любопытный огонек. Зое казалась интересным собеседником для Нэнси, даже если речь пойдет о ее «проблемах». Благо о жизни до кадетства известно лишь хорошее. Не хотелось бы чтоб поползли слухи об ее родителях. Да и ней самой. Стоп. Жан. Он все знает. Она выложила ему все. Все до мелочей. Но сейчас Нэнси лишь надеялась, что этот дурак будет держать свой длинный язык за зубами, хоть немного испытывая сочувствие к подруге. Вежливо кивнув Хильд, Ханджи быстро удалилась, оставив лишь впечатление в мыслях Нэнси. Впечатление умной, но не от мира сего женщины. Она довольно громко разговаривает и не скрывает своего искреннего любопытства. Она такая какая есть. Хотелось бы Нэнси тоже не скрывать от других свои истинные чувства, но маска спокойствия и невозмутимости за много лет крепко приросла к ней. Хоть Трост и заставил ее треснуть, рыдать на глазах людей, ломаться, истерить и сдаваться, но Нэнси перетерпит. Она привыкла терпеть. Выстроит заново. Заткнет каждую трещинку и дыру. Она вытерпит, верно же? Она сильная. Но чем больше Нэнси повторяла эти слова, тем больше они теряли свой смысл. Заставляли смеяться от собственной слабости и ничтожности. Берта удивлённо осматривала высокие своды потолков замка. Холодные каменные стены нисколько не сдавливали пространство, а лишь наоборот наполняли его прохладой. В тесных душных бараках корпуса кадетов Берте хотелось лезть на стены, лишь бы вдохнуть свежего воздуха былой жизни. С просторными коридорами и высокими потолками. И вот штаб добродушно принимает ее своим полумраком и прохладой, заставляя успокаиваться каждую клеточку тела. В каждой комнате разместилось по несколько кадетов. Берте повезло и их с Нэнси поселили вдвоем. Но пока та пару дней должна была отшиваться в лазарете, девушка могла наслаждаться долгожданным одиночеством. Выйдя в коридор и пройдя вглубь кадетского крыла, Берта вышла к небольшой гостиной. Небольшой диван, пару кресел, низких стол и книжный стеллаж. Это было все убранство скромной комнаты, но девушку не волновало состояние комнаты или ещё что-либо. Книги. Сейчас она видела лишь их. Подойдя ближе и проведя пальцами по ровному ряду потрёпанных корешков, девушка лёгким жестом выхватила толстую книгу в потертой коричневой обложке. «Завет культа стен.»— тонкие пальцы нежно очерчивали золочёные буквы, повторяя каждый изгиб шрифта. Такая же книга была у нее дома. Она видела ее тысячи раз, но и не думала к ней прикоснуться. У нее никогда не было интереса к отцовским занятиям, кроме его путешествий. Она любила слушать про другие города за стенами, про их жителей и политику в них. Но более занимательными были его сказки про дальние земли и титанов. Берта не помнила этих бредней, сейчас ей были интересней реальные факты, которых увы было отнюдь немного. Ещё немного по разглядывая книги, девушка отправилась в комнату и принялась раскладывать свои вещи. Зубная щётка, кусок душистого мыла, пижама и пару комплектов сменной одежды. Это все чем мог похвастаться рядовой солдат. Но у девушки было ещё кое-что. Небольшая медная монета. Вроде бы обычная, но если рассмотреть детальнее, то можно было заметить надписи на нечитаемом языке, изображения странного человека и прочие символы. Глупая безделушка, привезённая отцом, но сейчас, вдали от дома эта сувенирная монетка согревала теплом былого дома. Теплом родительской любви и спокойной жизни. Тем, чего девушке не хватало добрую часть жизни. Проглотив горький ком обиды, вставший поперек горла от нахлынувших воспоминаний, Берта завернула монетку в платок и спрятала под матрас. «На удачу.» — Кончики губ неосознанно поползли вверх, заставляя девушку улыбнуться. Она раскроет эту тайну, длинною во всю ее жизнь. Как бы ей не мешали, она доберется до правды любой ценой. Даже ценой крови. Неважно своей или чужой. Это сущая мелочь по сравнению с правдой. Страшной, горькой, но правдой. В лазарете было немноголюдно. Несколько раненных солдат и с пол дюжины сестер милосердия с врачами. Белоснежные простыни пустующих коек ярко выделялись на фоне каменной кладки серых стен, заставляя все вокруг будто светиться. Нэнси угрюмо вертела в руках небольшой кулон с гербом военпола и не замечала ничего вокруг. Ее состояние было уже почти вполне приемлемым для того, чтоб не находиться в лазарете, но Хильд настояла на обратном. Будто могло быть по-другому. Подавляя зевок, девушка откинулась на подушку и устремила свой равнодушный взгляд в потолок. — Харрис, это к вам. — Молодая медсестра на секунду оторвалась от бумажного завала на столе и тут же вернулась к работе. Приподнимаясь на локтях, девушка взглянула в сторону двери. — Привет, Нэнси. Я обещала зайти. — Майор все так же широко улыбалась и быстро приблизилась к девушке. — Здравствуйте, Ханджи. — Нэнси так же улыбнулась женщине в ответ. Подхватив рядом стоящий табурет, Зое резко придвинула его к кровати и нелепо, чуть заваливаясь на бок присела. — Я лишь хотела узнать на счёт твоих волос. Вижу такое впервые. Не думаю, что это может помочь в исследовании титанов, но тоже выглядит вполне любопытно. — Глаза Ханджи загорелись странным сумасшествием после упоминания гигантов, а Нэнси лишь поежилась. Перед ее глазами вновь проносились события Троста. Смутно, будто было во сне, но, к сожалению, это была блядская реальность. То, что нельзя забыть, как бы не хотелось. — Да на самом деле я и сама не слишком понимаю причины этого, но как сказали врачи — это генетическая мутация. Кажется, передалась мне от бабушки по отцу. — Нэнси никогда особо не приходилось рассказывать о своей болезни, да и рассказывать было нечего. Врачи лишь разводили руками отмахиваясь генетикой. Наверное, так оно и было, но технологии времени не позволяли разобраться в этой проблеме. — Хм, а что звучит интересно. Не пойми меня неправильно, но выглядит занятно. И... — Ханджи щёлкнула пальцами, пытаясь подобрать нужное слово. — И довольно необычно. Слушай, я слышала, что твой отец в военполе, почему ты пошла в разведку? — Женщина серьезно взглянула в глаза девушке, Нэнси даже показалось, что та ковырялась в ее мыслях. — Я… Я не хочу это обсуждать, простите. Мне неприятно говорить об этом. — Девушка немного стушевалась, повыше натягивая одеяло. — Ох, прости, тогда может в другой раз. — Мгновенно переменившись в эмоции, майор снова широко улыбнулась. — В таком случае отдыхай, не буду тебя больше мучать, наверное, устала после дороги. — Зое кинула мимолётный взгляд на часы, висящие возле стола. — Через пару часов ужин, ты вполне успеешь отдохнуть. Кивнув на прощание, женщина быстро вышла из лазарета, будто ведомая уже абсолютно другими мыслями. Для Нэнси была загадка хода ее мыслей и идей, но было в этой улыбчивый женщине что-то пугающее. Тот сумасшедший огонь, что горел в ее карих глазах, заставляя чувствовать себя некомфортно в родном теле. От этих мыслей, Нэнси зябко поежилась и замотавшись в одеяло свернулась калачиком. Ей и в правду был необходим небольшой отдых. Не только телу, но и покалеченному разуму, который работал на износ последние дни. Как только ее веки плотно сомкнулись, защищая глаза от яркого солнца, заливающего всю комнату янтарным светом, она провалилась в сон.

Часть 17.

Женщина грубо тянула девочку за собой, игнорируя то, что малышка отнюдь не желает бежать. Глупый ребенок. Резко остановившись и поправив подол светлого платья, женщина присела на корточки и положив руки на смуглое лицо дочери заглянула в ее золотистые глаза. Они были полны страха. Детского страха от непонимания ситуации. — Милая, нам нужно бежать иначе они догонят нас. Давай, до парома осталось чуть-чуть. Там твой папа. — Серые, будто залитые ртутью радужки смотрели вглубь глаз девочки. Белки глаз женщины были покрасневшими, а в уголках скопились слезы. Но она не плакала, не могла себе позволить. — Мам, а куда мы уезжаем? — Девочка потёрла глаза кулаком и взглянула на маму. — Давай попозже расскажу, сейчас нам нужно торопиться. Скорей. — Женщина вновь схватила дочь за руку, и они вместе побежали. Возле парома столпилось множество людей, но мест на всех не было. — Дана! — Высокий мужчина с темными, будто смоль, волосами, отчаянно махал женщине и девочке. — Сюда, скорее! Пробираясь сквозь толпу, Дана подошла к мужчине и крепко его обняла. — Эрик, я надеюсь тебе удалось? — Дана прошептала это ему на ухо, чуть пристав на носочки. — Да, милая, наша дочь будет спасена. Все будет хорошо. Черные, отливающие золотом от слез и яркого солнца глаза впились взглядом в девочку. — Милая. — Мужчина опустился на колени и взяв девочку за плечи поймал ее взгляд. — Ты уже взрослая девочка, поэтому тебе придется немного помочь маме с папой. Сейчас тебя посадят на паром, и ты уедешь далеко, к тете, помнишь ее? Тебе нужно будет немного подождать, мы с мамой вскоре приедем, у меня есть некоторые дела, так что потерпи. Мы обязательно встретимся, когда придет время. Но сейчас послушай меня. — Эрик чуть тряхнул девочку за плечи. — Робин, слушай меня, когда спросят имя, говори Берта… Берта Скинт. До тех пор, пока мы с мамой не найдем тебя. Девочка лишь смотрела на отца и послушно кивала. Она не до конца понимала зачем ей это, но понимала то, что раз отец так говорит, значит нужно поступить так. Он никогда не врал ей и желал лишь добра. Она любила его. — Хорошо, папа, я сделаю все что ты скажешь. — Золотисто-шоколадные глаза девочки не выражали непонимания или вопросов, лишь послушное согласие. Эрик поднялся с земли и начал нервно оглядываться. Людские крики вокруг нагнетали обстановку, Дана тихо всхлипывала, крепче сжимая ладонь дочери, но та лишь спокойно стояла, смотрев в небо. Оно такое голубое и красивое. Облака медленно тянутся, а птицы, ведомые свободой, летят куда им вздумается. Девочке на секунду тоже захотелось забраться повыше и расправив крылья взлететь. Над всем этим. Над стенами и наконец вырваться из удавки этих каменных громадин. — Филипп! — Эрик махнул солдату гарнизона и вновь повернулся к жене. — Вот и Филипп. Я договорился. С Робин все будет хорошо. — он подошёл к Дане и приобняв за плечи, нежно поцеловал в макушку. — Никто не узнает кто она. Эта тайна умрет с этим городом. Наша дочь будет свободной.