Хроники Арли. Книга вторая. Кто Я?

Я дул уже вторую кружу пива, Аридил налегал на вино, Оррик расправлялся с кусками окорока, а Валена маленькими глоточками тянула из стакана сидр. — И что теперь собирается делать ваша милость? — спросил Оррик, высасывая из косточки мозг. — Я думаю, — огрызнулся я. — Когда ты думаешь, у меня одно место чешется, — сказал Оррик. Оглядев присутствующих, он задержал взгляд на волшебнице и посчитал нужным уточнить: — То, которое об седло трется. Выдав «перл», он понял, что все равно получилась двусмысленность, но дальнейших уточнений никто не дождался. Валена была единственным человеком в нашей компании, кто пока был не в курсе, что моя игра в крутого детектива обернулась полнейшим фиаско. Освещением событий как раз и занимался Оррик в то время как я царапал ногтем крышку стола. По моей милости в темницах Архана томилось нынче неслыханное ранее количество изменников, а главный инквизитор оказался автором разоблачения заговора вселенских масштабов. Всему виной оказался один-единственный вопрос, который пропихнул в мой список отец Поль. Звучал он достаточно размыто: «Злоумышлял ли ты когда-нибудь против власти инквизиции в Архане?» — поэтому я и пошел ему на уступки. К несчастью, мне далеко не сразу пришло в голову, какую я совершил глупость, дав слабину. Когда Грид «спалился» на этом вопросе, я даже испытал нечто вроде удовлетворения: ну хоть что-то в моей жизни прошло без сучка и задоринки, но после третьего подряд случая догадка сверкнула в моем мозгу. К сожалению, было уже слишком поздно — главный инквизитор закусил удила, и теперь конвейер начинался именно с этого вопроса и им же заканчивался. Весь мой тщательно продуманный план просто попал в утиль. — Его можно как-нибудь вразумить? — Этого борова? — Оррик хмыкнул. — Ему уже в грезах видится сан епископа и кабинет в Цитадели. Ты ему преподнес повышение на золотом подносе, потому что такого события даже в летописях не найти. Чем больше людей повяжут, тем выше заслуги! — Но ведь они невиновны! Да меня самого можно обвинить в том, что я хочу нанести урон инквизиции в этом проклятом городе! — Хорошо, что ты сам себя спросить не можешь, — сказал Оррик. — Ты подумай ещё вот о чем: в новом качестве да ещё в ореоле славы он покончит и с тобой, и с твоим покровителем, — заметил Аридил, меланхолично потягивая вино. Ситуация прескверная: я сам своими руками вложил в руки врага оружие против себя самого. В камеру попало больше сорока человек, отец Поль не пожалел даже раненых. Тюрьма была переполнена, на такое количество арестантов никто не рассчитывал. — Так. Давайте думать, что можно сделать, — сказал я. — Просто так сдаваться я не намерен. — А что тут поделаешь? — сказал Оррик. — Если раньше мне светил только костер, то теперь представить, что со мной сделают, не хватает воображения, а оно у меня богатое. — Тебя это огорчает? — спросил Аридил. — Уж точно не радует. — Еще недавно ты жалел, что тот негодяй не прикончил тебя в бою, а теперь огорчаешься по таким пустякам. — Когда хочу, тогда и огорчаюсь, — буркнул Оррик. — Не тебе же иголки под ногти будут совать. — Вот уж никогда не думала, что в инквизиции одни нытики! — фыркнула Валена, до сих пор молчаливо выслушивающая наши разговоры. — А ты вообще молчи, колдунья! — бухнул Оррик. — Ты тут просто потому, что вот этому молокососу отчего-то вздумалось тебя защищать. Была бы моя воля… — Я не колдунья, а волшебница! — вспыхнула Валена. — И вообще я дочь барона. — Да мне… — Хватит! — рявкнул я. — Мы сейчас все в одной лодке. И дочь барона, и сын кузнеца, и принц, и… я. Ругаться друг с другом будем, когда все закончится! Благополучно, ибо другого варианта я не рассматриваю. Мне удалось перехватить изумленный взгляд волшебницы, которым она уставилась на эльфа. Пусть теперь все будут в курсе, кто есть кто в нашей компании. А если дальше попрет в таком духе, то они весьма скоро узнают и о моей профессии, или что это там такое. — Аридил, опиши Валенбергии, пожалуйста, нашу текущую ситуацию, — попросил я. — Только коротко, без рассусоливаний. Аридил как будто только и ждал моей просьбы. — Вас, миледи, как волшебницу, бросят в костер за нападение на священника. За создание голема, — при этих словах глаза девушки поползли на лоб, — положена дыба или четвертование. Оррика ждет разжалование за проигрыш в схватке — люди такого ранга, как епископ, не терпят подле себя слабых, — и костер за передачу знака «Голоса». Иану уготованы колесование или дыба за самозванство, а также много чего за все остальное. Ну а я умру, потому что связан с ним клятвой «защитника» и убью любого, кто захочет причинить ему вред. Так-то вот… Ну, за нас, за отъявленных головорезов и смутьянов! — Аридил поднял бокал и опустошил до дна. Над столом повисла подавленная тишина. Каждый переваривал слова эльфа, который весьма точно описал, что нас ждёт. Как-то я не задумывался, что все настолько серьёзно. Может, попросить эльфа перерезать мне глотку два раза и не ждать, когда судьба соизволит это сделать сама? — Как ты узнал про голема? Он рассказал? — спросила Валена, с подозрением поглядывая на меня. — Мисс Валена, вы оставили столько следов, что мне достаточно было задать пару вопросов, — сообщил Аридил. — Дознаватели инквизиции потратили бы на расследование немного больше времени, но им не составило бы особого труда раскрыть ваш секрет. Волшебница погрустнела. — Я об этом не подумала. — Так был ещё и голем? — Оррик задохнулся от возмущения. — Ее сожгут, даже если мы каким-то чудом выпутаемся из ситуации! Это чистая некромантия! — Но ты же знаешь, как она сможет себя спасти, — возразил эльф. Валена, видимо, поняла, к чему клонит эльф, потому что вспыхнула и гневно вскрикнула: — Ни за что! А вот я ничего не понял. — О чем речь? — О полной амнистии, которая предоставляется магу на пожизненной службе инквизиции, — сказал Аридил. — За нее может замолвить словечко епископ. У него есть право принимать клятву. — Я ни за что не пойду на службу к инквизиторам! — Епископ на дух не переносит колдунов! — Оррик никак не мог успокоиться. — Да он ее первый на костер бросит. А я дров подкину! — Да я сожгу тебя прежде, чем… — Заткнись, ведьма, еще одно слово и… Я не выдержал и стукнул о стол кружкой с пивом. Толстые стенки не выдержали, и куски глины разлетелись вокруг, обдав всех холодной пеной. Резко запахло хмелем. Посетители ошарашенно пялились в нашу сторону, видимо, ожидая развития ссоры и последующего мордобоя. Мои спутники хлопали глазами и обтекали. — Ну, хватит! Мне надоели ваши разборки! Или ведите себя подобающе, или идите ко всем демонам сразу! Мы все в одной лодке, и она вот-вот утонет. Аридил усмехнулся и оглядел всех по очереди, в конце концов он посмотрел на меня. — Не умеешь командовать? Ну-ну. Эй, хозяин, еще пива моему другу, да кружку неси покрепче! Валена и Оррик смущенно молчали, друг на друга они старались не смотреть. — Епископ действительно может дать ей защиту? — спросил я. — Может, — буркнул Оррик, — только захочет ли? В конгрегации вряд ли сыщется человек, который на столько не переносит ко… волшебников. — Это уже моя забота, — сказал я. — Ну-ну, — хмыкнул инквизитор. — Хотя, кто тебя знает, может, и заговоришь старика. — А что, мое мнение уже значения не имеет?! — воскликнула Валена. — А какие у тебя еще варианты? — буркнул Оррик. — Или хочешь на костер? — Если ты не дашь клятву служения, ты умрешь, — сказал Аридил. Валена закусила губу, ее взгляд метался, словно птица в клетке, по которой стучат гаечным ключом. Наконец она остановила взгляд на мне. — А могу я дать клятву ему? Все посмотрели на меня с удивлением. — Когда он станет инквизитором, сможешь, — сказал Оррик, посмотрел на меня и ухмыльнулся. — Вечно к тебе липнет всякое… — Так он что, не инквизитор?! — уловила главное для себя Валена. — Он только едет в академию, чтобы сдать экзамен, — пояснил Аридил. — Угу, — Оррик зарылся бородой в чашку с пивом. — Поди еще пройди испытание. Тут волшебница выдала такое, что даже Оррик удостоил ее уважительным взглядом. — Но и это ещё не все, — сказал инквизитор. — Мне действительно больше не видать службы у отца Тука, как своих ушей. Проигравшие ему не нужны. Но и отпустить меня он не сможет, потому что я знаю слишком много. А вот оставить в помощниках у «Голоса»… думаю, согласится. Я разинул рот: моя мечта о создании своей команды воплощалась прямо на моих глазах. — Если Иан станет инквизитором, уверен, отец Тук сможет замять скандал, — сказал Аридил. — Князь Аэларэль рассказывал мне, что епископ имеет очень сильную поддержку наверху. Потянет здесь, дернет там, и про Иана забудут. — Есть ещё кое-что, что вам всем следует знать, — вздохнул Оррик. — Иан никогда не пройдёт поединок, потому что епископ лично распорядился, чтобы его убили во время проведения боя. Как можно более кровавым способом.