Мальчик, у которого не было выбора

— Поттер, а я всё-таки оказался прав, — Драко задержался на поле и подошёл к трио, трибуны уже опустели, игроки разошлись по раздевалкам, так что никто не мог помешать разговору. — Может хватит злорадствовать, Малфой! — Гермиона отвернулась от Рона и сделала шаг к Драко. — Я лишь говорю правду, — продолжал давить тот. — Да, ты прав, а теперь отвяжись, — впервые за столько лет голос Гермионы звучал холодно и жёстко. И этот тон приносил Драко куда больше боли, чем все слова Поттера и Уизли вместе взятые. И эта боль постепенно собиралась в тугой комок в груди и превращалась в зудящую ненависть, не к Гермионе, ко всем и всему, кроме неё. — Надеюсь вы переформируете команду. Уизли — дыра на воротах, да и ты, Поттер, оплошал, — продолжал Малфой. — Против Пуффендуя, и то играть сложнее.       Все эти фразочки не давали должного эффекта, но бесить Поттера было слишком заманчиво. Да и нужно же было на ком-то выместить всю злость. — Отвяжись! — рявкнула Гермиона, шепча что-то Рону, видимо, чтобы тот не бросился на слизеринца. — Я не с тобой говорю, грязнокровка! — Драко не хотел это говорить, но так сказал бы Малфой, а значит должен сказать и он. Да, он и раньше для маскировки называл Гермиону этим ужасным словом, но тогда они оба знали, что это лишь для виду. А теперь… Теперь она воспринимал это всерьёз, и с каждой секундой он отталкивал её от себя всё дальше. Он проклинал себя за слово, которое сам же еле выдавил из себя. — Как ты смеешь! — прошипел Рон, вырывая свою руку из рук Гермионы и доставая из кармана палочку. Гнев и ненависть в его глазах не говорили ни о чём хорошем.       Драко среагировал быстро. — Остолбеней! — вспышка вырвалась из палочки Малфоя и попала чётко в цель. Рон отлетел на несколько метров, Гермиона сразу бросилась к нему.       Но вторая атака оказалась слишком неожиданной. Драко перевёл взгляд на Поттера, в руке Гарри мелькнула палочка, и… — Антецо! — странная золотая вспышка вырвалась из палочки избранного.        «Что это за заклинание?» — мелькнуло в голове Драко.       Вспышка достигла цели. В глазах резко потемнело, мозг отключился, резкая боль в затылке, и больше ничего…

***

— Нет, Гарри, стой! — Гермиона подбежала к Поттеру, но уже было слишком поздно. Странное заклинание вырвалось из палочки Гарри и достигло цели. Драко отлетел метров на десять назад и теперь не проявлял абсолютно никаких признаков жизни.       Гермиона сразу забыла о Роне и бросилась к Малфою. Сердце колотилось с бешеной силой. Пусть Малфой и её злейший враг, но она сейчас хотела лишь одного — чтобы он остался жив. Она сама не знала, что происходит, но это был страх не за Гарри, не за то, что его могут исключить, нет. Это был странный страх именно за Малфоя. — Драко? — еле слышно прошептала Гермиона, абсолютно не отдавая себе отчёт в действиях. Впервые она называла Малфоя по имени. Впервые при разговоре с Малфоем её голос звучал мягко. Впервые она боялась за Малфоя и надеялась, что всё обойдётся.       Девушка упала на колени перед ним и приложила руку к его груди. Жив… Но с каждой секундой смертельный исход всё ближе… Пульс становится едва заметным, дыхание неровным…       Гермиона подняла над головой палочку, и в небо взлетел целый фейерверк красных искор. — Драко, не уходи, — всё также еле слышно прошептала Грейнджер и устремила полный надежд взгляд на двери Хогвартса. А к горлу уже поступал комок, на глаза наворачивались слёзы.       Он, Малфой, сейчас лежал на земле. И от неё зависла его жизнь. Нет, уже не от неё. Она сделала всё что могла.       А рука сама потянулась к волосам Драко, пальцы коснулись белых локонов, а его грязнокровка прозвучало теперь куда обиднее и задело её куда глубже.       Фейерверк Гермионы увидели. Двери распахнулись, и из замка выбежали МакГонагалл и Помфри. — Что здесь происходит? — в голосе Минервы явно слышалось волнение.       Но ответа не последовало. Волшебницы увидели оглушенного Рона и побежали к нему. Мадам Помфри сразу убедилась, что ничего особо страшного не случилось. — Профессор, — слабый, дрожащий голос Гермионы отвлек женщин от Рона. МакГонагалл сразу увидела, что произошло.       Волшебницы наклонились теперь уже над Драко и стали что-то проверять. Гарри оттащил Гермиону так, чтобы она могла лишь смотреть со стороны. Грейнджер уже приготовилась высказать Поттеру всё, что думает о нем, как вдруг МакГонагалл оторвала взгляд от Малфоя и подошла к гриффиндорцам. — Мисс Грейнджер, благодаря вам мистер Малфой остался жив. Ещё минут двадцать, и спасти его было бы невозможно. Спасибо. Сейчас мистера Малфоя доставят в больничное крыло. Он придёт в себя, правда, возможно, не скоро. А вы, мисс Грейнджер, мистер Поттер, проследуете за мной и подробно расскажите, что здесь произошло.       МакГонагалл подошла к Рону, наставила на него палочку и тихо сказала: «Оживи». Уизли очнулся, вскочил и сразу схватил с земли свою палочку. — Где этот хорёк?! — голос Рона звучал так, будто он был готов убить Малфоя. — Мистер Уизли, всё в порядке? — Минерва снова говорила строго и спокойно. — Вы пройдёте вместе со своими друзьями в мой кабинет и всё объясните.       Абсолютно ничего не понимая, Рон последовал за профессором и Гриффиндорцами, бросая на друзей удивлённые взгляды. Но Гермиона лишь отвернулась, смахивая с лица слезы и стараясь успокоится, а Гарри промолчал.       МакГонагалл привела трио в кабинет, закрыла дверь и без лишних предисловий спросила: «Что там произошло?» — Он назвал Гермиону грязнокровкой, — в голосе Рона звучала неподдельная ненависть. — Мистер Уизли, я не к вам обращаюсь, — Минерва устремила взгляд на Гермиону. — Мисс Грейнджер, расскажите всё.       Девушка перевела взгляд с МакГонагалл на Рона и Гарри, абсолютно не понимая, что говорить. Если она расскажет правду, Поттера исключат, а правдоподобной лжи она придумать не могла. — Мисс Грейнджер, расскажите, что знаете, — уже более мягко попросила Минерва. — Малфой назвал Гермиону грязнокровкой, я не мог держать себя в руках, но он опередил меня, больше я ничего не знаю, он оглушил меня, — протараторил Рон, а в голосе его снова слышалась неподдельная ненависть. — Мисс Грейнджер, это так?       Гарри кивнул, словно подсказывая Гермионе. — Да, — прошептала девушка. — Что было дальше? — голос МакГонагалл снова стал строгим. — Я не сдержался и использовал антецо… — начал было Гарри, но МакГонагалл его остановила. — Где вы нашли информацию об этом заклинании? — теперь Минерва выглядела не только злой, но и взволнованной. — В библиотеке, в запретной секции, — быстро соврал Поттер. — Такого заклинания нет ни в каких книгах! — отрезала МакГонагалл. — Скажите уже правду, Поттер! — Ладно, я нашёл старый пергамента, в котором чернилами было написано: Антецо, движение палочки вверх, использовать против злейших врагов, если нет другого выхода. — Отдайте этот пергамент, Поттер.       Гарри вытащил из кармана листок и протянул МакГонагалл. — Можете идти, — Минерва встала, показывая на дверь. — Собирать вещи? — подавленно спросил Гарри. — Нет, это было последнее предупреждение, мы скажем, что мистер Малфой пострадал в результате несчастного случая, а это останется между нами. Вам повезло, мистер Поттер, что не было смертельного исхода, который, кстати, является целью этого заклинания. За попытку убийства вас должны исключить, но я не могу этого позволить. Вы — слишком значимое лицо для всей Магической Британии. Но знайте, это последнее предупреждение. — Спасибо, профессор, — искренне прошептал Гарри, заметно повеселев. — И да, ещё, хоть вы и Избранный, вы не выйдите сухим из воды, — остановила его МакГонагалл. — Минус двести очков с Гриффиндора, мистер Поттер. — Но, профессор… — Никаких но!       Гарри, Рон и Гермиона вышли из кабинета МакГонагалл. — Почему ты не сказал нам о заклинании?! Зачем ты им пользовался?! Гарри, ты чуть не убил человека! — крик Гермионы, наверное, был слышен во всём, к счастью, пустом коридоре. Её голос, раздраженный и испуганный эхом отдавался от каменных стен. — Я и сам всё понимаю, я поступил как идиот, но этот Малфой…! — рука Гарри инстинктивно сжалась в кулак. Гермиона поняла, он сейчас представляет, что эта самая рука сжимается на горле Драко. — Просто забудь о нем, словно его нет, он не стоит твоего внимания, — но сейчас слова Гермионы абсолютно разнились с её мыслями. Она думала о Драко, только о Драко. Она не могла выкинуть из головы его образ, когда он был на волоске от смерти. Гермиона спасла Малфоя. Звучит странно, но это так. Гермиона спасла Малфоя Драко.