Мальчик, у которого не было выбора

— Как всё прошло? — Драко только заметил входящую в дом Нарциссу, как сразу подбежал к ней. — Драко… — прошептала женщина, обнимая сына. Малфой успел заметить на её глазах слёзы. — Неужели вы не оправдались? — Драко просто не мог в это поверить. — Люциуса видели, при чем много человек, в том числе и Поттер, — голос Нарциссы дрожал, она прижимала к себе сына, словно боясь его потерять. — Но… — Драко не мог подобрать слов. Что-то внутри оборвалась после слов матери. Малфой пытался найти хоть смутнуюнадежду, что-то хорошее. — Дементоры ведь почти на тёмной стороне, а значит отца вызволят…

***

— Они серьёзно провинились передо мной, особенно Люциус. Он не выполнил моё поручение, он не достал пророчество. Он попал в Азкабан, и я ничего не имею против. Я не собираюсь вызволять Люциуса.       Последняя надежда пропала.

***

— Драко, ты должен принять Чёрную метку завтра, — Нарциссу зашла в комнату сына.       От неожиданности Малфой вскочил с кровати. — Но я думал, Тёмный Лорд рассержен из-за провала отца. — Видимо не совсем, не на столько, чтобы лишить тебя метки. Ты должен её принять — голос Нарциссы дрожал, но говорила она весьма уверенно. — Но я не хочу становиться Пожирателем Смерти! — не выдержал Драко. — Не хочешь? — Нарцисса была явно, мягко говоря, удивлена. — Не хочу, я всё это время смотрел на отца. Я больше не беру с него пример. Он — игрушка в руках Тёмного Лорда. Я не хочу этого. Жить в вечном страхе и выполнять чьи-то приказы — в голосе Драко звучало столько боли и ненависти, как никогда раньше. Конечно, всё это довольно веские причины, но главная — Гермиона. Гермиона, которой он пообещал, что на его руке никогда не будет метки.       На глазах Нарциссы появились слезы. Она медленно подошла к сыну и заключила его объятья. Драко никогда так остро не чувствовал её любовь и заботу. — Я всё понимаю. Но ты должен. Понимаешь, он убьёт тебя, если ты не примешь метку, — еле слышно прошептала Нарцисса.       Драко промолчал. Он всё понимал. Отчаяние накрывали с головой, но Малфоевская оболочка не давала чувствам вырваться наружу. Он ожидал чего-то подобного. Он сразу вспомнил слова Блейза в Хогвартс Экспрессе. Чёрт, Забини оказался прав. У Драко просто не было выбора. Потому что он — Малфой.

***

— Подойди ко мне, Драко.       На негнущихся ногах, стараясь сдержать страх и гнев, Малфой подошёл к Тёмному Лорду. — Дай мне руку.       Драко растегнул рукав рубашки и протянул дрожащую руку Волан де Морту. Сейчас его жизнь навсегда изменится в худшую сторону. Навсегда. И он ничего не может сделать. У него нет выбора.       Палочка Тёмного Лорда коснулась его руки. Жгучая боль пронзила всё тело. Драко сжал руку в кулак, чтобы не выдернуть.       Боль прошла также быстро, как появилась. Волан де Морт убрал палочку и отошёл. А Драко всё также стоял, боясь пошевелиться, боясь опустить глаза и увидеть на своей руке Черную метку.       Тёмный Лорд вышел из зала. Нарцисса подбежала к сыну, но Драко всё ещё боялся посмотреть вниз. Он не хотел в это верить, не хотел верить, что это правда.

***

      Привычная родная спальня. Комната, где он может побыть наедине с собой и своими мыслями. Комната, где его никто не потревожит.       И только здесь, спустя пол часа Драко решился взглянуть на руку.       Чёрная метка. Ну, а чего ещё он ожидал. Он знал, что увидит, но не был готов к этому. Не был готов увидеть этот ужасный знак на своей руке.       К горлу подступал комок, становилось сложно дышать. Драко сжал зубы, закрыл глаза. Он не должен показывать свои чувства, свою слабость. Никому, никогда. Даже самому себе.       Пусть его жизнь больше не зависит от него самого, пусть выбора больше нет. Это не значит, что он сдался, нет. Он теперь сделает всё ради своей семьи, ради мамы. А потом, кто знает, может наступят светлые времена.

***

— Он выбрал меня, — Драко и Нарцисса сидели в столовой Малфой мэнора, который за последнее время было почти не узнать. — Почему меня? Ведь есть более профессиональные, взрослые. Есть… — Да, есть Северус, но думаю, ты и сам догадываешься… — Он просто хочет отыграться! — не выдержал Драко. — Отыграться за неудачу отца! — Боюсь, ты прав. Ты должен сделать это. Ты справишься, — голос Нарциссы дрожал. Она снова заключила сына в объятья. Драко и представить не мог, что она чувствует.

***

      И снова Хогвартс экспресс. Драко хотел уже зайти в пустое купе, как вдруг кто-то коснулся его плеча. По одному лишь прикосновению Драко понял, это Пэнси. — Идём к нам, — прошептала девушка, проводя Малфоя к соседней двери.       «К нам» — эти слова Малфою уже не понравились. Значит там есть ещё кто-то. А компании Драко сейчас хотелось меньше всего.       Малфой вошёл в купе, закинул чемодан на полку и сел у окна, абсолютно игнорируя Блейза, Кребба и Гойла. — Привет, Драко, — бросил Забини. По его самодовольному выражению лица Малфой сразу понял: Блейз принял Чёрную метку.       Словно в подтверждение его мыслям Забини поднял рукав рубашки.       На лицах Кребба и Гойла сразу появился некий восторг, а Пэнси аккуратно прикоснулась к метке на руке Блейза, словно это было что-то очень важное и дорогое.       Малфой же абсолютно никак не отреагировал, упорно рассматривая пейзаж в окне и стараясь сдержать ненависть и отчаяние. — Драко, покажи метку, — прошептала Пэнси.       Рука Малфоя сжалась в кулак. Но он сдержался и снова нацепил привычное презрительное выражение лица.       Рука медленно скользнула по рукаву рубашки, растегивая пуговицы. И хоть внутри всё кипело от злости, боли и ненависти, Драко смотрел на друзей свысока с самодовольным выражением на лице.       Не спеша подняв рукав, Малфой открыл Чёрную метку.       Кребб и Гойл переводили взгляд с Блейза на Драко. Пэнси моментально забыла о Забини, подскочила к Драко и теперь с благовением рассматривала метку на его руке. А Блейз лишь ухмыльнулся и одними губами прошептал: — А я же говорил.

***

      Всё тот же Большой зал, распределение, ужин. Но теперь всё по-другому. Теперь его жизнь больше не будет прежней. После принятия метки, после этого почти невыполнимого задания.       Драко не слушал Дамблдора, не видел распределения, он заметил за Гриффиндорским столом её. Её каштановые волосы, больше не напоминающие воронье гнездо, её огромные карие глаза, её улыбку.       Малфой знал, скоро она исчезнет из его жизни. Как только увидет метку, как только узнает, что он не сдержал обещание.

***

— Привет, рада тебя видеть, — Гермиона сквозь стену влетела в их любимый уголок и сразу бросилась в объятья Драко.       Малфой говорить не спешил, он прижимал её к себе, просто знал, что это в последний раз. — Что-то случилось? — прошептала Гермиона, заметив странную боль в глазах Драко.       Но он снова промолчал, коснувшись губами её губ. Она, как будто переняла его настроение. Он снова почувствовал уже привычный, но настолько приятный вкус клубники. Он знал, что это в последний раз, поэтому наслаждался, просто наслаждался моментом, её близостью.       Гермиона отстранилась. В её глазах читался страх, смешанный с волнением. — Я же вижу, что-то случилось, — прошептала Грейнджер. — Помолчи, пожалуйста, — голос Драко дрожал, но звучал уверенно.       Как ни странно она послушалась. Она полностью отдалась ему. Он снова прижал её к себе. Он слышал её горячее прерывистое дыхание, биение её сердца. Он ждал, что она отстранится, оттолкнет его. Но она всё поняла. Она обвила руками его шею и запустила пятерню в его волосы.       Он аккуратно взял её за талию и притянул к себе. Она расслабилась. Он заправил, лезущие в глаза, каштановые локоны ей за ухо и прильнул к её губам. Снова, но как в первый раз. Только в первый раз он чувствовал, что всё впереди. А теперь. Теперь он знал, что это в последний раз, что она будет ненавидеть его. — Драко... — прошептала Гермиона, пытаясь остстраниться, но Малфой снова притянул её к себе.       Он просто не мог отпустить её, он пытался растянуть этот момент. Он готов был так стоять, прижимая её к себе, целую вечность. — Драко... — она снова отстранилась и отошла на пол шага назад — Что происходит? Что случилось?       Всё. Больше оттягивать нет смысла. Драко глубоко вздохнул, словно собираясь с мыслями, его ладонь скользнула по рукаву рубашки, расстегивая пуговицы.       Гермиона следила за каждым его действием.       Дрожащей рукой Драко поднял рукав, обнажая Черную метку. — Нет! — воскликнула Гермиона, и в её голосе слышались неподдельное отчаянье — Ты же обещал!       На глазах Гермионы появились слезы. Она уже готова была убежать, но Драко аккуратно взял её за руку. — Я понимаю, о чем ты сейчас думаешь, ты не захочешь слушать мои оправдания, — прошептал Малфой. — Ты доверилась мне, но я не смог, не сдержал обещание. Прости. Я понимаю, если ты не захочешь общаться с Пожирателем Смерти. Но прошу, выслушай меня.       Гермиона больше не пыталась убежать. — У меня не было выбора, — еле слышно продолжал Драко. — Отец провинился перед Тёмным Лордом и попал в Азкабан. А Тот-кого-нельзя-называть решил отыграться на мне, как на единственном наследнике. Если бы я не принял метку, он убил бы меня и маму… И отца. Я понимаю, что это меня не оправдывает… — Не говори больше ничего — прошептала Гермиона.       Драко замолчал. Он знал, она сейчас уйдёт, она не захочет иметь дело с Пожирателем Смерти.       Тишина. Они стоят друг напротив друга. Он пытается поймать её взгляд, но она смотрит в пол. — Прости, Гермиона, — он решил больше не давить на неё, ей и так сложно. — Спасибо за всё.       Становилось трудно дышать, слезы наворачивались на глаза. Он больше не мог сдерживать чувства.       Он шагнул к стене, чтобы уйти, но она вдруг схватила его за руку. Настолько крепко, словно боялась потерять. — Нет, останься, — её голос звучал настолько тихо, что Драко еле расслышал её слова. — Ты нужен мне. Я же знаю, ты не такой, как они. Ты только здесь, со мной, настоящий. Я люблю тебя, Драко. Я всегда буду с тобой, что бы ни случилось…