Лапы, уши и хвосты

После того случая с Сяньшу Лю Миньянь отчитали, но позже Ци Цинци похлопотала, чтобы слишком об этом никто не распространялся. Неделю Цинцю не приходил к шиди — боялся, что Цингэ все неправильно поймет; пока не получил от него письмо, пестрящее ругательствами, из которого Шэнь понял, что пора навестить названного братца. Цинцю долго топтался перед дверью, но всё-таки постучал. В доме что-то упало, босые ноги зашлепали по полу. Шиди открыл ему дверь с радостным «Шисюн!» и бросился на шею. «Какого. Черта. Тут. Происходит. Вашу мать!» — подумал Шэнь. Цингэ, кажется, понял, что ведёт себя как девица с (мать его) Сяньшу, поэтому быстро отстранился. — Почему ты босиком? — Эм… Жарко. — Где твои лапы? — удивился смущенный Цинцю. — Хах, медитации — это вещь! — Лю довольно помахал человеческими руками. — А я тебе что говорил, — самодовольно улыбнулся Шэнь. — Надеюсь, шисюн помнит про свои обещания… — хитро прищурился Лю. «Чего я там опять наобещал?! Я забыл!» — продолжалась внутренняя истерика Цинцю. — Д-да, конечно, помню… Довольный Цингэ подставил кошачьи уши под руку Шэню. — Почеши! «Слава небожителям, я это ему обещал. Ну большой ребёнок, ей богу!» Он погладил бледными пальцами твердые бархатные ушки. Кажется, они стали меньше… Да, точно! И хвост короче. И мурчит он тише. — Скажи, ты специально так много медитировал, чтобы я тебя погладил? — Всё-то ты знаешь… —За эту неделю твои уши и хвост стали меньше. Думаю, ещё пара недель и ты полностью выздоровеешь. — Знаешь, я уже даже привык. Без лап, конечно, лучше, но уши мне совсем не мешают, слух никак не изменился. — Без них вопросов меньше. Как Лю Миньянь? — Да в порядке, — Цингэ нахмурился, — получила от своей чокнутой наставницы, извинялась ходила передо мной. Чем дольше учится на этом Сяньшу, тем ненормальней становится! Когда она была маленькой, она вообще была милым и спокойным ребёнком. А сейчас она только с виду примерная ученица, но на самом деле… Даже я уже не знаю! Всё-таки мы слишком мало общаемся. — Цингэ вздохнул и грустно улыбнулся. — Когда мы вообще последний раз были дома? — Шиди, твоим домом уже давно стала Цанцюн… — Да, но когда-то у нас с Миньянь были родители, когда-то мы жили, как все, пока нас не отправили сюда. Я даже не помню, почему нас отправили в Цанцюн. Прошло столько лет… А ведь мы не знаем, что теперь с нашими родителями. — Редко в Цанцюн приходят те, у кого есть семьи. Многие ученики — сироты. — Хочешь сказать… — Я ничего не хочу сказать, — хлопнул веером Цинцю. — Ты сам не помнишь; это одна из версий. И к чему все эти разговоры? [+10 баллов за частичное раскрытие истории второстепенного персонажа! Заполнение сюжетных дыр выполнено на 0,2%] — запищала Система. «Ну куда же мы без тебя! Ты можешь помолчать, тут стекло намечается!» — Шисюн, что-то не так? — недоуменно спросил Лю. — Нет, все хорошо. Давай я передам тебе энергию. Цингэ кивнул. Пальцы Шэня заполнились мягким светом, он приложил их к спине шиди и влил свою ци. — Готово, — заключил Цинцю и поднялся, поправляя одежду, — Я зайду завтра вечером, жди. — Ты уже уходишь? — расстроенно спросил Цингэ. — Да, если ты не знал, у меня, кроме тебя, есть ещё ученики, за которыми тоже надо следить. Они учатся писать стихи, как бы не наваяли мне произведений похлеще, чем твоя сестра! — с этими словами Шэнь встал на меч и взмыл в воздух. «Вот что с человеком делает недельная изоляция!» — размышлял Цинцю. «Всего неделя медитаций, а какое самопознание, как изменилось мировоззрение!.. Может, с Бинхэ также попробовать? Тогда никого не придется сбрасывать в бездну!» [Невозможное развитие сюжета!!!] — заверещала Система. «Кто бы сомневался, что ты будешь против!»