Медиум

Питер подъехал в белому особняку и вышел из машины, вдыхая свежий утренний воздух, ещё не пропитанный выхлопами от автомобилей. Ник вроде бы рано вставал, так что Берк не сомневался, что застанет парня уже не в постели. Так и вышло. Когда Ник открыл дверь, в его комнате отчётливо витал божественный аромат кофе. И где только Джун покупает зерна? — Питер, — поприветствовал Ник. — Приехали договориться о следующем сеансе? Я дам вам телефон, чтобы вам не пришлось ехать через весь город в следующий раз. — Спасибо, Ник, — поблагодарил агент. Он ожидал, что ему запишут цифры на бумажке или дадут визитку, но Ник принялся диктовать номер, так что Берку пришлось вытащить телефон и записывать. — Вот и все, — улыбнулся Ник, — будем на связи. — Да, — согласился Питер. — Извините за беспокойство, Ник, мне не хотелось вот так врываться… — Ничего страшного, вы вовсе не помешали, — заверил медиум. — Ах, какой запах! Вы варите кофе? — Да. — А вот я не успел, представляете! Торопился заехать к вам и на работу. — Я могу вас угостить, — радушно предложил Ник, на что агент и рассчитывал. — Нет, что вы, не хочу вас стеснять. — О чем вы говорите, какое стеснение? Я с удовольствием выпью чашку кофе в хорошей компании. — Спасибо. Ник, казалось, говорил вполне искренне и, получив согласие, тут же разлил кофе в чашки и водрузил их на поднос, вместе с ложками, сахарницей, блюдцем с домашним печеньем и салфетками. — Пойдёмте на террасу, там сейчас чудесно, — предложил он и, не дожидаясь Питера, направился к стеклянным дверям. Питер незаметно открыл кухонный выдвижной ящик и достал ещё одну ложку, спрятал ее в карман, а затем двинулся к террасе. Несмотря на прохладу, пить кофе на воздухе действительно было хорошо. Спокойно и уютно, рядом с гостеприимным Ником, который наслаждался этой простой радостью с таким видом, будто распивал кофе где-то на курорте. Впрочем, не факт, что на курорте было бы лучше: он находился в самом центре Манхэттена, рассматривая небоскрёбы, а неподалёку располагался шезлонг со сложенной на нем газетой. Наверняка до прихода агента Ник там отдыхал. — Как вам кофе? — осведомился Ник. — Очень вкусно, — искренне похвалил Питер. — Это итальянская обжарка. — Да, мне нравится… только знаете, я люблю добавлять немного молока. — Без проблем, — медиум тут же встал. Пока он открывал холодильник, Питер переложил ложку из кармана на салфетку, а ложку, принесенную Ником, осторожно опустил в специальный небольшой пакет для улик. — Скажите, когда хватит, — Ник вернулся и наклонил молочник, и Питер, который никогда не пил кофе с молоком, почти сразу же остановил его. Взяв подменённую ложку и размешав напиток, агент отклонился на спинку стула с чувством выполненного долга, глядя на Ника. Ни дать ни взять кот, наевшийся сметаны — такой же лохматый и довольный, щурящий глаза от солнца. — Признаюсь, я немного завидую вам, Ник. — Вот как? — Холден отставил чашку и удивленно взглянул на собеседника. — В чем же, Питер? — Я много работаю, и выполняю свою работу хорошо. И у меня нет вида на Манхэттен за десять миллионов долларов, которым я могу наслаждаться, потягивая кофе. — Почему нет? — «Почему нет»? — переспросил Питер. — Да. — Ник пожал плечами. — Вы могли бы арендовать эту комнату точно так же, как я. Стоит всего семьсот долларов в месяц. — Все это — за семьсот долларов? — Ещё я иногда помогаю Джун, например, выгуливаю ее мопса или мою «Ягуар»… — А как вы познакомились? Вы и ей помогли с родственником, попавшим в больницу? — Нет. — Но как она узнала о вашем даре? Ник надкусил печенье, прожевал, отпил кофе. У Питера сложилось впечатление, что он тянет время. Чтобы не казалось, что это допрос, агент и сам попробовал выпечку. Печенье было вкусным — свежим, с шоколадной крошкой. Эл иногда баловала его таким. — Джун рассказал мой друг, — наконец, ответил Ник. — Знаете, мне всегда было интересно, как вы обнаружили у себя этот дар, — сообщил Берк. — Не каждый может общаться с духами. Это, должно быть, занимательная история. Расскажете? — Разве вы не спешите на работу, Питер? — вдруг сказал Ник. Агент посмотрел на часы. — Вы правы, я совсем забыл о времени. Значит, расскажете в другой раз? — улыбнулся он. — Это долгая история, — без улыбки протянул Ник. — Я бы послушал. — Да, возможно, в следующий раз, — уклончиво ответил Холден. Он встал, чтобы проводить гостя до двери, и к нему вернулась обычная благожелательность. Питер сел в машину и нажал на последний набранный номер. — Да, босс, — Диана сняла трубку. — Какие новости? — Мы проверили все, о чем ты говорил — духи, фотографии, гардероб, свечи, твоё кольцо… я отправила криминалистов на кухню, они уже обследовали мебель в гостиной и… — Дай угадаю: вы ничего не нашли. — Питер, мы проверили, но здесь только отпечатки Элизабет и твои. — Я ничего другого и не ожидал, — кивнул Питер, — он слишком умён, чтобы оставить отпечатки. — Питер, — зашептала Диана, и агент явственно представил, как она отошла подальше, чтобы сотрудники ее не слышали. — Почему ты думаешь, что у тебя дома кто-то был? Замок не взломан, следов проникновения нет… — Он был у меня дома, Диана. Другого объяснения нет. — Объяснения чего? О ком ты говоришь? — Собирай команду и возвращайтесь в офис, — скомандовал Берк. — Я добыл отпечатки, надо, чтобы пробили их по базе. Уже в офисе Питер передал пакет своему лучшему агенту. Бэрриган скептически уставилась на него: — Ложка? — Нужно было взять такую вещь, пропажи которой он не заметил бы. — Кто «он»? — Да, кстати, проверь имя «Ник Холден». — Босс, это как-то связано с текущим расследованием ограбления Метрополитен-музея? Или это зацепка по старому делу? — Нет, — Питер оглянулся по сторонам. — Это для меня лично. Отчёт составлять не нужно. И, Диана, мне бы хотелось, чтобы об этом не знал никто, кроме тебя и Джонса. Хьюзу тоже пока не говори. — Питер, ты же знаешь, на нас с Клинтоном можно положиться, — кивнула Диана. — Но я не уверена, что криминалисты будут молчать. Их вызвали на работу с утра пораньше без причины… — Не волнуйся, я скормлю им правдоподобную версию.

***

Сегодня утром он не был у жены, целиком поглощённый текущим расследованием. Чувствуя угрызения совести, Питер приехал к Эл днём, не забыв про цветы. Хуже всего, что мысли агента теперь занимал таинственный квартирант Джун, а не ограбление музея. Хорошо, хоть кто-то помнил о деле: Диана поехала взять показания у обнаруженных свидетелей, поэтому ничего ещё ему не сообщила. Питер сидел в палате с книгой на коленях, но не читал, размышляя о Нике. — Кто же он такой, Эл? Он точно не медиум, ты бы не ошиблась в таких вещах… обычный шарлатан? Но откуда-то же он узнал все это. Он не просто порылся в вещах, он изучил нашу жизнь, он провёл настоящее расследование… он знал даже то, чего не знали другие. Зазвонил телефон, на дисплее высветилась фамилия Дианы. Берк взял трубку. — Босс, прости, что звоню в обеденный перерыв, — произнесла слегка запыхавшаяся Диана. — Пришли результаты по отпечаткам. Ты не поверишь, но этот человек проходил у нас по делу о краже старинной монеты с аукциона. — Свидетелем? — Нет, подозреваемым. — Когда это было? — Полгода назад, была украдена монета 1343 года, «Двойной леопард», золото. Ее стоимость оценивают в шестьсот тысяч долларов с лишним. Агент приствистнул. — Я что-то не припомню такого дела. — Его вела я, Питер. Ты тогда был… Повисла тишина. Питер знал, что она хотела сказать: он сначала был в вынужденном отпуске, потом проходил обследование у психолога (опять же — принудительное), а потом ему было не до того. Его внимание едва удерживали мошенничества с закладными. — И имя этого подозреваемого — Ник Холден? — Нет, босс. На этого Ника Холдена я вообще ничего не нашла. — Ладно, кто же он тогда? У нас есть имя, Диана? — Есть, — с торжеством отозвалась Бэрриган. — Нил Кэффри.