Только ты и я в этом мире

Утро пришло незаметно, не скрывая тени сомнений и несбыточных мечт. Радовало только то, что темная ночь, со своими ультрамариновыми отблесками, наконец покинула сердца верящих в несбыточное. Для кого-то эта ночь могла быть совершенно обычной для скудной повседневности. Но для маленького мальчика она перенесла в сердце миллиарды крошечных частиц тех, что нередко опустошали полную чашу отчаяния... Вновь проснувшись в уютной комнате, Леви понял, что невольно сам начинает привыкать к этой безмятежности. Время в этом доме будто текло иначе, чем во всем подземном городе. Хоть солнце заграджал потолок, этот дом будто бы находился в самом центре под солнцем. Будто бы солнечным лучам было плевать на преграды, они освещали и согревали каждый миллиметр души... В эту ночь, мальчику почти не удавалось заснуть, поэтому весь день он провел отсыпаясь. Время от времени Люсия будила Леви, чтобы дать ему лекарство или воды. Приговаривая: "Надо пить как можно больше воды"— она заставляла больного выпивать кружку за кружкой. Ронест несколько раз заходил к Леви, но не мог нормально представиться, потому что каждый раз, когда тот появлялся в комнате, мальчику было плохо. Следующая ночь была немного спокойнее, Леви даже удалось немного поспать. На следующий день мальчик просто был рад, что все закончилось. Температура больше не поднималась, слабость пропала, да и настроение улучшилось. Леви даже встал с кровати и, впервые за это время, самостоятельно поел. У Люсии даже появились слёзы на глазах, вытирая их руками, женщина улыбалась. Столько радости приносила маленькая первая победа. В два часа дня у отца начиналась работа, поэтому он решил, что свободное время нужно потратить на что-то полезное. Ронест долго возился по дому, делая уборку, моя посуду и играя с Амелией. За это время мужчина познакомился с мальчиком, и они даже поладили. Около одиннадцати часов Леви вдруг начал капризничать, плакать и звать маму. Он настолько сильно хотел увидеть ее, что уже сам собирался уйти из дома. Но тут его остановила Люсия: —Леви, стой! Что ты? Куда ты собрался? Ты же ещё не до конца выздоровел?—сказала она, оттаскивая мальчика от двери. —Я хочу к маме!— плакал он. —Подожди! Давай мы вернёмся туда, когда ты полностью поправишься? Сейчас ещё слишком опасно, ты можешь снова заболеть. —Мамочка!— вырывался из рук Леви. —Что за шум?— спросил Ронест, войдя в коридор. —Мама! Хочу к маме!— кричал Леви. —Ты хочешь, чтобы мы отвели тебя к твоей маме?— задал вопрос мужчина. —Да! К ма-ме! —Дорогой! Пока не надо... Это опас... —Успокойся, Люсия, так мы ничего не решим...— прервал на полуслове Ронест,— Сейчас, это в наших силах. —Но,— закусила губу женщина. Мужчина присел на корточки и заглянул к Леви в самые глаза: —Леви, ты сможешь показать нам, где твоя мама? —Да... —Хорошо, тогда, Люсия, прямо сейчас, пока у меня есть время, мы пойдем туда. У меня не очень хорошее предчувствие... Одень Леви потеплее, я возьму его на руки, так нам будет проще. —Хорошо,— согласилась мама. Все это время Амелия стояла за дверью и слышала весь разговор. Девочка не могла оставаться в стороне, ей хотелось помочь мальчику и узнать обо всем произошедшем у других людей. Мама уже начала одевать Леви, когда в комнату вбежала Амелия: —Мама, я пойду с вами! Мне тоже надо знать все об этом! Я тоже хочу помочь! —Амелия! Ты точно хочешь этого?— спросила Люсия,— Подумай, ты точно не будешь жалеть об услышанном? —Да!— без промедления ответила девочка. —Ладно, только одевайся как можно быстрее!— поторапливала женщина. —Ага... Через несколько минут вся семья была на улице. Слышались только торопливые шаги, бешеный стук сердца и редкие указания Леви. Всё были в предвкушении. Неизвестность одновременно пугала и привлекала. Так трудно было не поддаваться искушению и не сорваться. Вскоре, всё были у злополучного четырех этажного здания. Им потребовалось ещё некоторое время, чтобы обойти его по периметру, чтобы попасть к парадному входу. Спереди участок выглядел совсем иначе. Чистый двор, деревья, всё это окружало дом. Вскоре взгляд толпы упал на вывеску над дверями. Этот удар пульса, можно было услышать через большое расстояние. Глаза Люсии и Ронеста расширились от увиденного. Там висела безобидная вывеска, что неумолимо убивала всю надежду... Она гласила:"БОРДЕЛЬ" Сглотнув ком, что застрял в горле, преодолевая собственное самолюбие, Люсия дрожащими губами спросила: —Л... Леви. Ты точно уверен?... Что мы пришли по нужному адресу? —Да... Я здесь живу с моей мамой,— ответил мальчик. В тот момент все самые страшные опасения Ронеста подтвердились. Хуже и быть не могло. Он не раз видел смерть в подземном городе... Она подстерегала на каждом шагу. Мужчина уже видел, что делают с женщинами, которые работают в борделях. Они приносят прибыль только когда ещё молоды, красивы и в добром здравии. Хозяева хвалят их и называют ночными цветами, но как только женщина перестаёт приносить владельцу прибыль, то тот сразу же отказывается от нее. Отказывается от той, что несколько ночей назад называл своей и обещал лучшей жизни. Такие женщины сразу становятся никому не нужными, и их дальнейшая судьба— сгнить где-то там, где никто не увидит, в то время когда хозяин будет смеяться с новой бестией. Люсия тоже прекрасно понимала все это и осознавала, что помощь явно нужна. Обеспокоенный шумом снаружи, из-за двери высунулся человек: —Кто же это там шумит и отвлекает меня от важных дел?— спросил он. Взглянув на всех собравшихся, человек полностью показался. Это был невысокий, очень толстый, небритый мужчина лет сорока. Он был одет в роскошный халат и сапоги. Наклонив голову так, чтобы все видели его лысину, он вдруг поклонился и начал расхаживать вокруг приговаривая: —Здравствуйте, достопочтенный господин и госпожа! Я рад приветствовать вас в нашем борделе! Вижу вы решили посетить нас всей семьёй? Мы готовы показать вам все прелести нашего сервиса!— бойко притопывая, хозяин предлагал зайти,—Я могу предложить вам наших самых лучших женщин по соответствующей цене. Он щёлкнул пальцем, и во двор выбежали самые разные девушки и женщины, самого разного возраста. Каждая из них была одета в невероятно откровенную и непристойную одежду. Каждая начала тянуть свои руки к ним, приговаривая: —Прошу, согрейте нас своей жаркой любовью, а если таково ваше желание, то мы готовы сделать вам все, что вы пожелаете. —Постойте, нет! Вы не правильно нас поняли,— прервал их Ронест,— Мы здесь по другому поводу. Владелец щёлкнул пальцем, и все девушки сразу же разбежались в разные стороны. —Ваше право, господин. Прошу, в таком случае доложите цель своего, столь важного для нас, визита. —Спасибо за понимание! Я бы хотел уточнить, знаете ли вы этого мальчика и его мать?— спросил Ронест, приподнимая одеяло, которым был окутан Леви. Серо-голубые глаза мальчика устремили свой взор прямо на мужчину. Тот, при виде его моментально поменялся в лице. Улыбка, что доселе не сползала с лица хозяина, вдруг бесследно пропала. Глаза наполнились нескрываемой ненавистью. —Ах ты, грязный оборванец, как ты вообще посмел вернуться сюда?! Я что, недостаточно сильно избил тебя несколько дней назад? Тебе что, было этого мало? Я выбью из тебя всю дурь, сволочь!— разъяренный владелец поднял с земли тяжёлый камень и кинул его в Леви,— Сдохни, сукин ты сын! Мальчик начал вырываться из рук Ронеста, если бы не твердая хватка мужчины, то тот бы точно вырвался и убежал. Камень уже полетел точно в голову Леви. Предмет был кинут с такой силой, что без труда смог бы пробить мальчику череп и лишить жизни. Леви закрыл глаза и приготовился к худшему... Но вдруг камень остановился в нескольких сантиметрах от лица мальчика. Он был пойман сильной рукой Ронеста. Тот, не сказав ни слова, выкинул камень за спину. —Я один чего-то не понимаю, господин хозяин, или вы сейчас пытались убить этого ребенка?— нахмурившись, сказал мужчина. —Этот сопляк! Как он ещё не сдох?— безудержно орал толстяк. —Завали пасть, животное недорезаное!— сорвался Ронест,— Мне срать хотелось на твои недоделанные оправдания! Кусок дерьма, ты сам только что признал, что все синяки и ссадины на его теле— твоей паршивой морды дело! Так вот если все это с ним сотворил ты, то я имею полное человеческое право поступить с тобой так же, как со скотом! Учитывая то, что он ещё ребенок, я могу не сдерживаться и отделать тебя по полной программе!— доставая нож, Ронест пускал пену изо рта. Мужчина направил холодное оружие прямо на хозяина борделя, заставляя его дрожать от страха. Ронест был в несколько раз крупнее и сильнее его, так что шанса спастись, если тот разозлится, уже не было. Мужчина подходил к толстяку с безразличным выражением лица, оно явно подсказывало, что ему совершенно плевать на жалкую, ничего не стоящую жизнь владельца. От страха тот даже присел спиной к двери, пытаясь убежать. Ронест преподнес острие ножа к шее ублюдка. —Как думаешь, мне рискнуть? Ведь чем меньше подлых тварей в этом мире, тем лучше? А? —П-п-прошу... Не надо... Остановись... Я исправлюсь... Я больше не буду...— умолял толстяк. —А больше и не надо... —Неееееееет!— безумно плача, истерически закричал хозяин. ... —Свинья, я дам тебе всего одну попытку... Сейчас же поднял свою немытую задницу и показал мне, где находится мать этого мальчика,— сказал Ронест, сжимая горло хозяина. —Д-да...Сейчас, сейчас... Как только мужчина отодвинулся, толстяк вскочил и, промочив халат, помчался вперёд. За ним нехотя последовали все остальные. Пока они поднимались по темной лестнице, Люсия тихо подошла и на ухо спросила: —Ронест, ты уверен, что в этот раз ты не перегнул палку? —Нет, я уверен, что сделал все правильно. Со скотом надо обходиться именно так. —Как знаешь... Как только компания поднялась на четвертый этаж, а проще говоря дряхлый чердак, владелец указал на дверь и сказал: —П-прошу, господа. Здесь живёт этот мальчик со своей замечательной матерью. Правда за последнее время Кушель Аккерман слегка приболела, но это не помешает вашему посещению! —Ясно, кыш от сюда. Ты больше не нужен!— прогонял толстяка мужчина. —Смею откланяться. —Прочь отсюда! Хозяин торопливо сбежал по лестнице вниз, а Ронест постучал в дверь. На стук никто не ответил, дверь была не заперта, поэтому все зашли в комнату без разрешения. Картина, которая предстала их взору, поразила всех без исключения. Худая, болезненная женщина лет тридцати лежала на кровати без сознания. От увиденного аж прихватило дыхание, когда лёгкие вновь потребовали воздух, ощущение реальности происходящего снова вернулось. Амелия и Люсия прикрыли рты от ужаса, всё выглядело настолько плохо, что было страшно просто что-то сказать. Первым вымолвить слово смог Ронест. —П*здец,— несдержанно выразился он,—Люсия, хватай быстрее Леви, а я возьму ее,— если не помочь сейчас—она умрет через пару часов. —Да!— еле-еле коротко ответила женщина, взяв у мужа мальчика. Ронест же неспеша поднял больную женщину и понес к выходу. На обратном пути семья встретила владельца-толстяка, но ни у кого из них не было сил кричать снова. Ронест лишь кинул на него убийственный взгляд из подо лба. Он гласил:"При следующей встрече— молись!". Леви беспокоился о маме, сильно переживал за нее, вдобавок ко всему случившемуся, ещё и сильные впечатления давили на мальчика. Амелия же вообще лишилась дара речи. Так тяжело было в тот момент не сойти с ума. Сочувствие к Леви и его маме только возрастало. Смотря на их лица, хотелось только плакать. Скоро, все были дома. Люсия сразу принялась помогать женщине и Леви, но самой ей было определено не справиться. Ронест, понимая это, попросил отгул на работе, чтобы помочь жене и не оставлять ее со всеми трудностями в одиночку. Теперь у семьи Вальдес проблем только прибавилось. Выживет ли Кушель? И как трудно предётся Амелии?