Только ты и я в этом мире

Это был один из самых тяжёлых случаев за всю практику Люсии. Раньше, когда они с Ронестом жили ещё на поверхности, женщина была одним из лучших врачей в городе. Она могла вытащить с того света почти любого, но в этот раз все было совсем иначе. Если с первого взгляда оценить состояние Кушель, то сразу можно растеряться, ведь в глаза сразу так очевидно бросается целый букет болезней. Все проблемы начались из-за лёгкой простуды, но из-за нехватки лекарств она переросла в нечто, похожее на пневманию. ... В соседней комнате находились дети. Леви долго сидел на кровати, смотря в одну точку опустошённым взглядом. Его серо-голубые глаза превратились в нечто, что всей своей натурой напоминало льдинки. Такое же холодно-голубое, такое же мрачное. Амелии было грустно наблюдать такую реакцию, она так хотела начать разговор, чтобы устранить безмолвную тишину. Девочка предприняла несколько потыток заговорить, но безрезультатно. Губы дрожали от страха. Всё же Амелия сжала руку в кулак, уняла дрожь и совсем ещё не уверенно заговорила: —Л-леви, ты в порядке? Ответа не последовало. —Т-ты можешь рассказать мне о том человеке, что мы видели сегодня? Когда вы познакомились? Девочка, что все это время сидела на кресле, поднялась и подошла к кровати. Подсев к мальчику, Амелия взяла его за плечи: —Пожалуйста, пойми меня правильно, Леви, если ты мне ни о чём не расскажешь, то я не смогу тебе ничем помочь. Пожалуйста, не игнорируй меня! —Прости... Хорошо...— последовал неспешный ответ,— Я расскажу тебе об этом человеке... Его имени я не знаю, но он велел называть себя "хозяин", так как по его словам:"Вы все тут жрёте за мои деньги и живёте в моем доме, а значит я тут— полноценный хозяин." Когда я родился, мама уже жила в этом доме. Я не могу сказать, что этот "хозяин" был рад моему появлению и поэтому постоянно загружал мамочку работой, даже зная, что после родов ей было тяжело восстановиться. Вскоре это увлечение ему наскучило, и он решил отыгрываться на мне. Оттуда и объяснение всех моих царапин и синяков. Если говорить конкретнее о том, почему я оказался на улице, то это можно описать так. Последнее время "хозяин" решил, что оставлять меня и мою больную матушку без еды— это наилучший способ понаблюдать за нашими страданиями. Я не ел ничего уже три дня и был до безумия голоден. Я тайком пробрался на кухню и незаметно отщипнул от большого куска хлеба маленький кусочек. Меня до потери сознания ослаблял голод, но маме становилось все хуже и хуже. Поэтому я не съел хлеб сам, а накормил ее. Вскоре о пропаже хлеба узнал ОН. С бешенным рёвом "хозяин" ворвался в нашу комнату, а потом... Голос Леви надорвался. Воспоминания до боли реалистично воссоздавали всё произошедшее после. Каждый удар хлыстом по оголённым рукам и ногам, каждый пинок. Особенно болезненно в памяти воссоздался сильнейший удар ногой в живот, после которого Леви кубарем скатился вниз по лестнице. То, как ОН жестоко избивал мальчика ногами, несколько раз ударив лицом о пол. От этих болезненных "уроков" Леви начал всхлипывать. Такие ужасные вещи происходили с ним чуть ли не каждый день в этом доме. Хрустально-чистые слезы градом потекли из стеклянных глаз, возвращая им человеческую чувствительность. —Я ведь не хотел, чтобы я или моя мама страдала! Я ведь просто хотел жить спокойно! Но постоянно вынужден был бороться за право жить!— рыдал мальчик,—Как же я устал от всего этого! Вдруг Амелия неожиданно приблизилась и позволила утонуть в объятиях. Леви продолжил плакать, а девочка лишь прижала его голову к себе. —Все будет хорошо! Тебе больше не стоит так сильно переживать! Теперь ты не один, мы сможем защитить тебя! Просто верь нам! ... С тех пор прошло целых два года. Многое изменилось,но лишь одно навсегда осталось прежним. Амелия и Леви немного подросли, но все ещё не покидали друг друга. Обещание, что было дано в прошлом, навсегда связало их вместе. Дети узнали друг друга получше и их дружба становилась все крепче и крепче. Кушель, благодаря всем приложенным стараниям Люсии и Ронеста, чудом выздоровела. На это потребовалось много времени, но те минуты, что они провели вместе, укрепили их хорошие отношения между семьями. Обратно в бордель Кушель не вернулась, на этом твердо настоял Ронест, и ещё обещал хорошо поквитаться с "хозяином". Семья Аккерманов осталась жить у Вальдесов. Конечно, пришлось немного потесниться, но жить они стали вместе весьма дружно, постоянно помогая и выручая друг друга. Люсия попросила своего начальника принять на работу ещё и Кушель. Он был человек строгий, но очень чувствительный, поэтому почти сразу разрешил Кушель приступить к своим обязанностям в лавке. Постепенно дела начинали налаживаться и у взрослых, и у детей. Всем было хорошо, и они наслаждались беззаботной жизнью, однако опасность никогда не утихала и лишь разгоралась с новой силой, готовая в эту же секунду нанести сокрушительный удар.