Святая шестёрка

Январь 2012 год       После зимних каникул в школе проходил ежегодный был, посвящённый памяти графа Щербатова. По этому случаю, все учащиеся и преподаватели были одеты в одежду прошлого века: у женщин — платья, у мужчин — костюмы.       В библиотеке играла классическая музыка, подходила к концу приготовления. Все были в предвкушении, кроме компании сыщиков. Максим в очередной раз нагрубил отцу, и тот решил проучить его, лишив лекарства. Пётр поставил условие: Максу надо извиниться, и сразу получит антидот. Но Макс был гордым и не собирался этого делать, не взирая на просьбы ребят, беспокоившихся за него.       Войдя в комнату, чтобы позвать друга на репетицию вальса в библиотеку, Рома нашёл его лежащим на полу. — Макс! — позвал Рома, в ужасе глядя на товарища. — Макс! — парень упал на колени возле брюнета, едва не плача. — Не ори, — отозвался Макс. — Я не глухой. Пока еще.       Морозова занял сидячее положение, прислонившись спиной к кровати. — Он так и не дал тебе лекарство? — Конечно, не дал! — хмыкнул Макс. — Я же не извинился. Ты вообще помнишь, какой сегодня день? День, когда этот ублюдок убил Темку. А сегодня я убью его самого, — сообщил он, глядя на побледневшего товарища. — Только мне нужна твоя помощь. Я могу на тебя рассчитывать? — Что я должен сделать? — с сомнением спросил Рома, нервно выдохнув. — Достать мне ружье.       Павленко побледнел. Он думал, что друг пошутил, но тот был настроен серьёзно.       Дав Максу слово помочь, Роман пробрался в сарай, достал из шкафа ружье и патроны. Пришлось замотать это всё в курточку, чтобы пронести по школе. К несчастью парня, в коридоре он столкнулся с Самойловой.       Развернувшись, он направился в сторону туалета, не оборачиваясь на отклики девушки. Забежав в туалет, успел спрятать ружье в одной из кабинок, как в комнату вошла Юля. — Что ты здесь спрятал? — спросила блондинка, прищурившись. — Спрятал? Тебя глючит? — прикинулся дураком Рома. — За дуру меня не держи. Я видела, как ты что-то нес сюда в куртке, — Самойлова скрестила руки на груди.       Хмыкнув, девушка рванула к первой кабинке и распахнула её, уставившись ружье, лежащее на полу. — Отдай! — парень выхватил ружьё. — Зачем тебе ружье? — спросила Юля, пристально глядя ему в глаза. — Это для Макса, — все же сообщил школьник. — Он умирает и хочет убить Морозова. Отомстить. — Ты прикалываешься? — удивлённо вздернула брови Самойлова. — Ладно, Макс больной, не понимает, что делает, а ты то! Давай сюда! — Не могу, — ответил Рома, пряча ружье за спину. — Я ему обещал. Ему не на кого больше рассчитывать, кроме меня. — Ну, и хрен с вами! — раздражённо бросила блондинка.       Войдя в комнату, Павленко сразу сообщил: — Макс! Я принес что ты просил!       Рома с ужасом уставился на друга, у которого был приступ кашля. На кровати и полу лежали окровавленные салфетки. — Ну все, хватит! — решительно проговорил Рома. — Тебе нужно лекарство, и я его достану! — Мне нужно ружье, — остановил его Максим. — Это оно? — он покосился на курточку. В глазах все плыло. — Ты не сможешь его убить, ты не убийца. Ты не такой, как он!       Не обращая внимание на слова друга, Морозов схватил ружье, поднимаясь с кровати. Рома покачал головой. Что же он наделал? Не надо было слушать Макса и нести это чёртово ружье. Только сейчас он осознал, что натворил.

***

      Самойлова не собиралась сидеть ровно и ничего не делать. Отыскав Яну, сидящую в библиотеке, блондинка торопливо направилась к ней. Схватив за руку, повела прочь из библиотеки. — Юль? Юль, что происходит? — удивлённо спросила Яна, когда подруга без объяснений вытащила её в холл. — Твой умирающий бойфренд сошёл с ума и решил замочить Морозова, — шёпотом рассказала Юля. — Он попросил Рому притащить ему ружье. Не знаю, что было в голове у этого придурка, но он принёс ружье. — Подожди, зачем он…? Что значит умирающий? Макс сказал, что Морозов дал ему антидот, — проговорила Барышникова, ничего не понимая.       Самойлова хмыкнула, давая понять, что Макс обманул и свою девушку, и друзей. — Юля, найди ребят и остановите Макса. А я пойду к Морозову просить антидот, — распорядилась Яна. — Ты уверена, что он даст? — Нет, — честно ответила та. — Но другого варианта у нас нет.       Кивнув, Самойлова торопливо направилась в комнату девушек, а Яна поспешила к Морозову. Конечно, она могла бы позвонить Лёше, но тот слишком далеко и не успеет привезти лекарство. Дёрнув ручку комнаты Петра Алексеевича, девушка поняла, что закрыто. Она не знала, где искать мужчину. С начала этого семестра на пост директора вернулась Крылова, а Пётр находился в школе на правах главы попечительского совета. И, конечно же, чтобы выдавать ребятам лекарство.       Ходя по коридорам и известным помещениям, она спрашивала у проходящих не видели ли те Морозова. Один из учеников сообщил, что видел час назад, как бывший директор покидал школу.       Барышникова положила руку на лоб, шумно выдыхая. Это был конец. Макс не принимал лекарство уже целые сутки, и она не могла рассчитать, сколько у него осталось времени. Возможно, часы, а может, счёт идёт уже на минуты.       Был ещё один вариант, о котором блондинка даже думать не хотела, но выбора не оставалось. Она поспешила к комнате физрука, надеясь, что хоть тот у себя.       Открыв дверь и увидев на пороге гостью, Уваров удивлённо присвистнул. Всё время, с момента возвращения после каникул, она избегала его. Правда, уроки физкультуры посещала исправно, не давая повода прицепиться к ней. — Какие люди пожаловали в мою грешную обитель, — усмехнулся Вадим, приваливаясь плечом к дверному косяку. — Что же тебя заставило снизойти до моей скромной персоны? — Будем разговаривать в коридоре, чтобы все знали? — задала встречный вопрос Яна, вскинув подбородок. Главное не показывать, как сильно она его боится.       Мужчина молча распахнул дверь шире и отошёл в сторону, пропуская школьницу. Обойдя её, сел в кресло и выжидающе уставился. — Мне нужен антидот, — сразу перешла к делу блондинка. — Ну, ты хотя бы для приличия спросила, как у меня дела, — издевался шатен, но заметив хмурый взгляд девушки, стал серьёзен. — Зачем тебе антидот? — Разбила утром свою ампулу, — соврала и глазом не мигнув.       Шатен окинул школьницу внимательным взглядом, заостряя внимание на ключицах и зоне декольте, которые удачно подчёркивало красное платье. — Прекрасно выглядишь, как для человека, находящегося одной ногой в могиле. И так, попытка номер два. Зачем тебе антидот?       Яна мысленно чертыхнулась. Не поверил. А может, и вовсе знает, зачем, но притворяется. — Морозов поругался с Максом и не дал ему антидот. Максиму очень плохо. — Ну, так и шла бы к Морозову просить. — Его нет в школе, — сообщила Яна. — И у тебя не осталось выбора, кроме, как обратиться за помощью к убийце, чудовищу, фашисту, человеку, которого ты ненавидишь. Что я ещё пропустил? — Извини, что наговорила всё это. Я была под эмоциями, — извинилась девушка, надеясь, что это может получить лекарство.       Вадим задумчиво посмотрел на блондинку, которая нервно переминалась с одной ноги на другую, думая, что под длинным платьем это не видно. — Думаешь, одного «извини» достаточно? — Что ты хочешь взамен на ампулу? — прямо спросила Барышникова. У неё не было времени играть в «угадайку». — А как далеко ты готова зайти? — Что за игры в вопросы? Скажи прямо! — Раздевайся!       Округлив глаза, Яна ошарашенно уставилась на сотрудника «Ingrid». — Что? — переспросила она, надеясь, что послышалось. — Раздевайся, — спокойно повторил шатен, едва заметно усмехнувшись. — Одна ночь взамен на жизнь твоего сопляка. Готова пойти на такое, чтобы спасти его жалкую жизнь?       Яна опустила голову, шумно выдохнув. На глазах появились слёзы. Она не хотела этого, понимая, что потом будет противно от самой себя. Но, ведь на кону была жизнь любимого человека. Конечно, она может отказать, дождаться Морозова, но ведь пока он вернётся может стать уже поздно или Вадим запретит своему сотруднику давать лекарство. Готова ли она жить с мыслью, что могла спасти Максима, но не сделала этого?       Видя, что ей и так тяжело принять решение, Уваров начал действовать на нервы. Он достал из ящика ампулу, которую поставил посреди стола, а сам начал постукивать пальцами по подлокотнику кресла.       Барышникова перевела взгляд на заветную ампулу, которая расплывалась из-за слез перед глазами. Ничего не говоря, она сглотнула ком в горле. Руки потянулись к корсету на талию, начав его расшнуровывать. Поднявшись с кресла, Вадим направился в её сторону, обошёл и остановился за спиной. — Готова пожертвовать собой, чтобы спасти жизнь своему дружку. Так сильно его любишь? — прошептал на ухо шатен. Его губы двинулись ниже, оставляя невесомый поцелуй на шее.       Старшеклассница едва сдержалась, чтобы не передернуть плечами и не отойти. Вадим шумно втянул воздух, вдыхая аромат духов девушки. Его руки двинулись к корсету. Яна сразу опустила свои, решив, что он сам решил справиться с преградой. Совершенно неожиданно, мужчина начал завязывать ленты, вызывая у девушки недоумение.       Стоя не шевелясь, Яна прислушиваясь к каждому шороху за своей спиной, не зная, что ожидать.       Завязав корсет, Вадим обошёл блондинку, останавливаясь напротив. Заглянув в голубые глаза, полные слёз, он смахнул большим пальцев одну слезинку, покатившуюся по щеке. Яна закрыла глаза, чтобы совладать со своими эмоциями. В этот момент физрук наклонился вперёд, едва ощутимо касаясь её губ своими. — Забирай антидот и уходи, — сообщил Уваров, резко отстраняясь.       Распахнув глаза, Барышникова с удивлением посмотрела на мужчину. Тот повернулся к ней спиной.       Пока он не передумал, быстро схватила ампулу со стола, направившись к двери. Уже повернула ручку, но поняла, что не может так просто уйти. — Спасибо. Возможно, ты не такое чудовище, каким пытаешься казаться. — Не строй иллюзий на мой счёт, — отозвался Уваров, не поворачиваясь.       Яна вышла в коридор, прикрыв за собой дверь. В руке она держала ампулу. Теперь оставалось найти Максима.       Как жаль, что в средневековых платьях не был предусмотрен карман для мобильного телефона. Придя в комнату парней, она увидела там всех, кроме Макса. Ребята выглядели напряженными. — Мы не смогли его найти, — сообщила Юля. — Проверили все помещения. Даже чердак. — Значит, надо проверить ещё раз! — нетерпеливо проговорила Яна. — Морозов дал лекарство? — удивилась Даша. Барышникова кивнула. — Когда успела? Я его в библиотеке видел пять минут назад, — рассказал Андрей.       Посмотрев на Андрея, Яна развернулась и выбежала из комнаты. Ничего не понимая, ребята поспешили следом.       Внизу уже начинался бал. У камина стоял Морозов, который толкал речь. Выйдя на галерею, Яна увидела там Макса, сидящего на полу с ружьём в руках. Руки парня дрожали, он едва мог сфокусировать взгляд. — Максим! — блондинка села возле парня на колени, отламывая горлышко от ампулы. — Пей!       Опустив ружьё, Морозов взял ампулу в свои руки, выпивая спасательную жидкость. В этот момент подоспели остальные. Зрение постепенно начало восстанавливаться. Барышникова крепко обняла возлюбленного, притягивая к себе. По щекам девушки катились слёзы. Подняв ружье, Самойлова сунула его в руки Рома. Она посмотрела на него красноречивым взглядом, мол, неси туда, откуда принёс. Пока все были внизу, это было легче всего сделать.

***

— Как? Как можно было додуматься до того, чтобы убить Морозова?! — - Вика расхаживала по комнате, не скрывая своего возмущения. — Ладно, у Макса от вируса мозги поплыли, но ты, Ром? — Он попросил меня, — отозвался Павленко, опустив взгляд. — Вдруг бы это была его последняя просьба, а я не выполнил. — А, если бы он тебя с крыши попросил спрыгнуть?       Девчонки невольно хихикнули. Вика напоминала маму, которая отчитывала своих непослушных детей. — Ты вообще понимаешь, что, если бы убил Морозова, то убил бы и нас! Кто бы нам лекарство выдал? — В школе половина преподов работает на «Ingrid». Кто-то выдал бы, — отмахнулся Морозов поморщившись. А затем и вовсе добавил, что от её нотаций разболелась голова. К тому же, он устал и хочет спать.       Кузнецова хотела уже начать новую тираду, но Самойлова взяла её за плечи, развернула и начала подталкивать к двери. — Не знаю, как у этих дебилов, но у меня голова точно болит от твоих криков.       Вика с обидой посмотрела на блондинку. Поддержала, блин.       Однако возмущение не покидало Вику и после того, как они пришли в свою комнату. Девушка была в шоке, что друг собирался решиться на такое. А ещё ей было страшно представить, что было бы, узнай об этом Пётр Алексеевич.       Возможно, Кузнецова и дальше продолжила выступать, но её прервал звонок мобильного. Достав аппарат из кармана, девушка взглянула на дисплей и не смогла сдержать улыбки. Старкова сразу поняла, кто звонит и невольно посмотрела на Яну. Та как-то помрачнела. Она до сих пор не рассказала Вике о том, что Лёша работает в «Ingrid». Не знала, чего ждёт. Если только чуда какого-то. Или повелась на слова брата, который обещал всё рассказал и умолял не вмешивать в это Вику.       Когда Вика ответила на звонок и вышла из комнаты, Даша проговорила: — Похоже у них всё серьёзно. — Не знаю, — сухо ответила Яна, подходя к шкафу. — Всё в порядке? — Да, просто перенервничала из-за Макса.       Старкова не стала задавать больше вопросов, начав стирать макияж. Яна же решила избавиться от надоевшего платья. Как только она коснулась пальцами лент на корсете, перед глазами всплыли недавние события. Вадим шумно втянул воздух, вдыхая аромат духов девушки. Его руки двинулись к корсету. Совершенно неожиданно, мужчина начал завязывать ленты, вызывая у девушки недоумение.       Стянув платье, Яна накинула халат и, взяв полотенце с косметичкой, направилась к двери. Старкова проводила её взволнованным взглядом. Что-то в поведение подруги вызывало у неё тревогу, но она не могла понять что.

***

Настоящее       Солнце светило с самого утра. Температура уверенно держалась на двадцати пяти градусах. Яна мысленно прокляла Уварова несколько десятков раз. Из-за его агрессии ей пришлось выбрать бледно розовое платье до колена с длинными рукавами, но с открытой спиной.       Когда Вадим остановил автомобиль у загса, девушка решила ещё раз напомнить о том, о чем они говорили дома. — Я не знаю, кого они ещё решили позвать, кроме ребят, но, пожалуйста, держи себя в руках, — попросила Яна, кладя ладонь на руку супруга, которая ещё была на руле. — Не обещаю быть хорошим мальчиком, но намерено организовывать драку не буду, — криво улыбнулся шатен, беря руку девушки и целуя. — Хотя какая свадьба без драки?       Ему всё шуточки, а Яна дико волновалась. Это была свадьба её брата и подруги, поэтому она не хотела проблем.       Выйдя из машины первым, Вадим открыл дверцу со стороны жены, помогая ей выбраться. Стоило девушке ступить на асфальт, как мужчина притянул её к себе, целуя в щёку. Со стороны они могли показаться идеальной парой, и только Яна знала, что за красивой картинкой  скрывается прогнившее полотно.       Переведя взгляд на дворец бракосочетания, Яна увидела брата с Викой, остальных ребят, а также неожиданно Виктора с Тамарой и Машу с Володей. Вершинина, увидев бывшую девушку сына, посмотрела на неё с разочарованием, а на её спутника с ненавистью. Яна понимала, что женщина имеет на это право. В конце концов она предала её сына и уехала с их врагом.       Остальные тоже окинули Уварова с открытой неприязнью. Неловкую ситуацию сгладил Алексей, который обнял сестру, говоря, как рад, что она приехала. Переступив через себя, Барышников протянул руку Вадиму. Помедлив, Уваров пожал её.       Почувствовав на себе пронзительный взгляд, Яна обернулась. Чуть в стороне стоял Максим с сигаретой. Брюнет смотрел исключительно на неё, изредка косясь на руку Уварова, которая по-хозяйски лежала на талии девушки. Когда их глаза встретились, блондинка не выдержала и отвела взгляд первой. — Наша очередь! — прокричал Рома, стоящий ближе к двери.       Роспись прошла быстро, но заставила Вику, Дашу и Яну пустить слезу. Особенно горько было Яне от мысли, что она могла не присутствовать здесь в этот важный дня брата день. А ещё, что его не было рядом, когда она выходила замуж. Впрочем, на их с Вадимом свадьбе не было никого, кроме их самих. Хотя сейчас это было сложно назвать счастливым днем, но тогда Яна в какой-то степени была счастлива. Ей казалось, что Вадим меняется в лучшую сторону и у них получится стать семьёй. — Добро пожаловать в семью, — с улыбкой проговорила Яна, обнимая Вику. — Но для меня ты всё равно останешься Кузнецовой. — Как и ты для меня Барышниковой, — отозвалась Виктория.       Блондинка вздрогнула. Родная фамилия казалась теперь какой-то чужой.       После загса молодожёны и гости отправились в ресторан. Конечно, атмосферу нельзя было назвать тёплой. Уваров держался ото всех обособлено, и его супруге пришлось делать тоже самое. Она периодически ловила взгляды ребят и остальных, что не давало расслабиться. — Единственное, что прекрасно в этом месте — ты и вино, — прошептал Вадим, опаляя ухо и шею девушки горячим дыханием. — Попробуй, — он пододвинул ей бокал, принесенный официантом. — Что-то не хочется. Я лучше сок, — проговорила Яна, беря стакан с апельсиновым соком. — Хорошо себя чувствуешь? — Голова немного болит из-за жары.       Надеясь, что на этом разговор окончен, Уварова перевела взгляд в центр зала, где танцевали Лёша с Викой. Пара не сводила друг с друга влюблённого взгляда. Для ним, словно не существовало ничего и никого, кроме них. — Со мной воспитательные беседы проводил о разнице в возрасте, а сам, — усмехнулся Вадим, опустошая бокал одним глотком.       Бывшая Барышникова покосилась на мужа с беспокойством. Она его трезвого иногда боялась, а что уж можно было ожидать от выпившего. — У меня были планы на вечер, и я не хочу, чтобы ты уснул, — блондинка выдавила из себя улыбку, глядя на мужчину игривым взглядом.       Она уже давно поняла, что стоило ей проявить инициативу в их отношениях, как Уваров готов бросить весь мир к её ногам. Это ни раз спасало её от его гнева, особенно в первое время их совместного проживания. — Жду не дождусь, когда мы вернёмся домой, — усмехнулся Вадим, наклонившись к уху девушки. — К тому же, тошнит от этих…лиц. Пойду покурю.       Уваров поднялся из-за стола, направившись в сторону двери. Проводив мужа взглядом, Яна осмотрелась по сторонам. Лёша с Викой были увлечены друг другом, ребята болтали, Маша с Володей, Виктор с Тамарой и Даша с Андреем танцевали. — Потанцуем?       Повернув голову, Яна встретилась взглядом с Максом. Парень стоял около её стула, протянув руку ладонью вверх. — Плохая идея. Очень, — отозвалась девушка. — Тебе лучше оставить меня в покое. — Всего лишь танец. По старой дружбе, так сказать, — нервно дёрнул губой Максим. — Я не танцую. — Любовь моя, не будь такой категоричной, — раздался насмешливый голос. Вадим, словно из воздуха, появился за спиной брюнета. Девушка напряглась. — Думаю, Морозов заслужил танец в честь вашей бывшей… дружбы. К тому же, я не люблю танцевать, а тебе чего сидеть.       Бросив настороженный взгляд на мужа, Яна всё же поднялась со стула, вкладывая руку в ладонь Макса. Она почувствовала, как в этот момент на них устремились взгляды всех присутствующих. Наверняка ожидали драки.       Когда бывшие возлюбленные вышли в центр, музыка сменилась на медленную и даже какую-то грустную. Морозов положил одну руку на спину девушки, касаясь обнажённой спины, из-за чего ту невольно передернуло. — Чего ты добиваешься? — спросила с недовольством Яна, начав медленно следовать за партнёром. — Хотел поговорить. Это был единственный способ. Твой цербер не отходит от тебя ни на шаг.       Уварова поджала губы, посмотрев в сторону мужа. Тот сидел на стуле, наблюдая за ними, а в руке держал стакан с виски или коньяком. Шумно выдохнув, блондинка повернулась к бывшему возлюбленному. — Я… Мы с ребятами хотим помочь тебе, — сообщил Максим. — Можешь сколько угодно отрицать, но мы не дебилы, и понимаем, что этот урод поднимает на тебя руку. Не знаю, что за помутнение у тебя произошло, когда ты уехала с ним и вышла замуж, но этот человек опасен для тебя. Сначала ударил, а потом и вовсе убьёт! — брюнет пытался перехватить взгляд девушки, но та смотрела ему куда-то в районе шее. — Всё сказал? Тогда я пошла.       Ему пришлось сильнее прижать к себе Яну, чтобы не дать уйти. Он ещё не договорил. — Ты понимаешь, что сейчас делаешь хуже не только себе, но и мне?! Если Вадим что-то заподозрит… — прошипела блондинка. — Пойдём в полицию, снимем побои. Если этого будет недостаточно, у Володи остались доказательства его преступной деятельности, — не сдавался Максим. — Хватит! Если ты действительно беспокоишься обо мне, то держись подальше!       Понимая, что привлечёт внимание, если сейчас прекратит танец до конца музыки, Уварова постаралась взять себя в руке, не показывая эмоций. Максим тоже замолчал, понимая, что ему не удалось достучаться до неё.       Чтобы как-то отвлечься, девушка попыталась вслушаться в слова песни. Губы дрогнули в грустной улыбке. *Так далек от свободы. Прошлое преследует меня. Будущее не в моей власти.       Эти слова словно отражали её жизнь. У неё не было свободы. Вокруг люди из её прошлого, а её будущее не зависит от неё самой. — Ты любишь его?       Вопрос раздался совершенно неожиданно. Яна подняла голову, встречаясь с зелёными глазами, которые смотрели на неё как никогда серьёзно. — Да.       Как только песня закончилась, блондинка ловко освободилась из его рук, тем более, он уже не удерживал. В горле появился комок, поэтому вместо того, чтобы вернуться за столик, девушка поспешила в сторону уборной.       Стоило ей вбежать в кабинку, как тошнота поднялась выше. Отравилась чем-то или жара сказывается.       Подойдя к раковине, Яна включила воду. Прополоскала рот, а затем приложила мокрые ладони к щекам. С зеркала на неё смотрела побледневшая блондинка с испариной на лбу. Так плохо она себя уже давно не чувствовала. — Что ты творишь?! — раздался сердитый голос вместе с открывшейся дверью.       В отражении зеркала Яна увидела Вику. Та остановилась за её спиной, скрещивая руки на груди и прожигая хмурым взглядом. — Мою руки, — слабо усмехнулась Яна, хотя поняла вопрос. — Очень остроумно. Что ты сказала Максу, что он так расстроился? — Он спросил люблю ли я Уварова. Я ответила. Если ответ ему не понравился, не надо было спрашивать. — Но ты же соврала, — укоряюще покачала головой Вика. Сестра её мужа промолчала. — Яна, мы беспокоимся о тебе. Это ненормально, что он бьёт тебя! Беги от него! — шатенка развернула подругу за плечи, заглядывая в глаза. — Куда бежать? Он меня из-под земли достанет! И тогда синяки покажутся ещё пустяком! — повысила голос Яна, пытаясь донести до неё смысл. — Я вас прошу не лезьте. Вы можете сделать только хуже. Особенно Макс. С чего такая забота с его стороны? Решил искупить вину?       Кузнецова, вернее, теперь Барышникова, мысленно чертыхнулась. Это была не её тайна, но молчать больше нет сил. — Максим бросил тебя потому, что узнал о своей смертельной болезни. Он не хотел, чтобы ты видела, как он умирает и потом страдала, — на одном дыхании выпалила Вика, понимая, что друг её убьёт. — Макс болен? — ошарашенно спросила Яна. — Уже нет. Яна, это не мой секрет. Я и так сказала лишнего. Вам надо поговорить с Максом, и все решить. Хватит тайн. — Я не могу. Если Вадим узнает… — Мы что-нибудь придумаем, — пообещала Виктория, обнимая подругу за плечи.       Вернувшись за стол, Яна облегченно выдохнула. Пока её не было, Вадим не устроил драку, за что девушка была ему благодарна. Наверняка Уварову было сложно сдерживаться, учитывая откровенные враждебные взгляды со стороны ребят и старшего поколения. — Всё нормально? Ты какая-то бледная, — проговорил Вадим, окидывая внимательным взглядом супругу. — Может, домой? — Всё нормально. Давай ещё немного посидим, пожалуйста. Ей не хотелось ехать домой, который и домом было сложно назвать. Скорее, золотая клетка, из которой не выбраться. — Слушай, я отъеду на часик по делам? В офисе какая-то проблема, — неожиданно сообщил Уваров. — Не обидишься?       Блондинка едва сдержала улыбку. Сделав грустное выражение лица, проговорила: — Конечно, я понимаю. — Я приеду за тобой сразу, как… — Не беспокойся, я сама доберусь, — перебила его Яна. — Я же знаю, как ты устаёшь на работе. Зачем мотаться туда-сюда? Увидимся дома. — Я рад, что у меня такая заботливая жена, — улыбнулся Вадим, наклонившись и поцеловав её.       Уваровой пришлось ответить, изображая из себя счастливую жену. В этот раз улыбка была настоящей, ведь она пару часов могла быть самой собой и не бояться, что он подумает что-то не то.       Поднявшись из-за стола, Вадим направился к Алексею. Ещё раз поздравив его с женитьбой, сообщил, что вынужден уехать по делам. Барышников старался не показывать, но очень обрадовался этому, особенно, узнав, что сестра ещё остаётся.       Как только Уваров покинул ресторан, всем стало гораздо легче дышать. Однако Яна по-прежнему чувствовала себя какой-то чужой на этом празднике жизни. Особенно замечая взгляды Вершининой, Шевцова и Полякова, которые теперь стали более заметными, ведь до этого не хотели провоцировать её мужа.