Океан

Прохладная вода мягко касалась кончиков ног, щекотя и оставляя приятные ощущения. Чонгук сидит на берегу Атлантического океана, чуть прикрывая глаза от ветерка, раздувающего волосы, громко вздыхает и позволяет себе на пару секунд задуматься о том, что, возможно, жизнь не так уж и ужасна. Но, возвратясь в суровую реальность, искажает лицо в странную гримасу, которая, буквально, кричала «спасите меня, кто-нибудь». На спасение он, конечно, не надеялся, ведь спасать его было некому. Немного посидев на белом песке, Чонгук идёт обратно к дереву, возле которого он обычно и сидит, иногда выходя к берегу, чтобы обмочить ноги. Людей здесь по вечерам не обитает, поэтому юноша может спокойно насладиться тишиной. Но сегодня, видимо, случилось исключение. За деревом послышалось шуршание листьев, отчего брюнет дрогнул, ведь это был явно не ветер. Внезапно справа от него появляется силуэт. Лица не разглядеть, но по телосложению парень, на вид худенький, ниже самого Чонгука. Они оба замерли на месте и прислушались. Тишину первым решил нарушить Чонгук. — Ты здесь часто бываешь? — изгибает бровь темноволосый и упирается руками в песок. Пытается разглядеть лицо незнакомца. — Каждый день, — слышится приятный бархатный голос в метре от Чонгука. — Подойди, не бойся, — спокойным монотонным голосом проговаривает парень и стукает ладонью рядом с собой. Дождавшись, пока тот сядет, он внимательно вглядывается в лицо обладателя красивого голоса и приятно удивляется. Красивый. Даже очень. — Я и не боюсь. Я просто первый раз тебя здесь вижу. — И я впервые. — Я Тэхён. Ким Тэхён, — Ким тянет руку Чонгуку, чтобы пожать. — Чонгук, — пожимает руку Тэхёну и улыбается ему, сверкая глазами. Они сидят в тишине минуты три, а затем Чонгук всё же не сдерживается и поворачивает голову на нового знакомого, засматриваясь и восхищаясь мягкими чертами лица. У него, кажется, светлые пшеничные волосы, Чонгук рассматривает и их, затем опускает взгляд на пухлые губы, очень странной для него формы, которая выглядела на его лице невероятно. Нос тоже достаточно необычной формы, но он гармонировал с лицом и создавал настолько симпатичный образ, что Чонгук, вроде бы, клюнул. — Извини меня, мне нужно идти, уже достаточно поздно. Я буду здесь завтра, ровно в 21:00. И я бы хотел познакомиться с тобой ближе, буду очень рад, если ты придёшь и завтра, — Чонгук подмигивает и кротко улыбается, а после медленным шагом уходит в сторону частного сектора, скрываясь за домами. У Тэхёна в голове непонятно что. Он всю свою жизнь боялся смотреть в глаза людям больше, чем три секунды, а Чонгук смотрит в них постоянно. Но в его взгляде ничего, кроме холодной пустоты. Глаза у него чёрные, даже зрачков не видно. Он смотрит в карие глаза Тэхёна без эмоций, не прочитаешь. Стеклянные глаза его по истине всегда привлекали. Да и сам Чонгук красив. Вот только как человека Тэхён его пока не знает. Сам Ким словно открытая книга, прочитать его не составит большого труда, он совершенно обычный человек, простой в общении и в характере, любит зелёный цвет, растения и петь. Всю жизнь его подводила только влюбчивость, сильная и крепкая. Он ненавидит свой характер за то, что цепляется за людей. Говорят, что одинокие люди так делают. Одинок ли Тэхён? Возможно. Во всяком случае, спасать его некому. Как и Чонгука. Безысходность.

***

С утра брюнета разбудили поцелуи по всему лицу, вместо привычного ему будильника. Сначала он думал, что ему снится, а после до него дошло, что он спал не один. — Чонгук-аа. Я соскучился, — тянет Джинмин и целует старшего в нос. — Доброе утро, малыш, — Чонгук сонно улыбается и укладывает голову юноши себе на грудь. Джинмину стукнуло 17 лет 3 марта. Сладкий мальчик, местами даже очень наивный. Он совсем ещё мал, но любовь к Чонгуку у него настоящая. Крепкая, сильная и, кажется, взаимная. Он буквально сходит по нему с ума, не может прожить и минуты, если не дотрагивается до него. Что не скажешь о самом Чонгуке. Тактильность явно не его конёк, он ненавидит, когда Джинмин к нему липнет, бывает грубит и огрызается, а после не извиняется, но Джинмин уже привык. За месяц отношений он поведал и не такое. Их отношения не такие уж и идеальные, как может показаться на первый взгляд. Старший часто пользуется им, его гордость не позволяет решить множество ссор и проблем в их отношениях, Чонгук не идёт на компромиссы и твёрдо стоит на своём, заставляя принять его точку зрения. В порыве агрессии он может сказать достаточно много, речь свою он никогда не фильтровал, даже после того, как остынет, не извинится. Потому что ему без разницы на то, что чувствует Джинмин в такие моменты. — Мини, меня сегодня ночью не будет, можешь уезжать обратно к родителям, — еле слышно говорит старший на ухо парню и прикрывает глаза, спихивая его с себя и поворачиваясь на бок. Джинмин врёт, что уходит к другу на ночёвку, а Чонгук каждый раз звонит его матери и представляется, как отец его якобы друга, чтобы та ничего не заподозрила. Ориентация Джинмина для его родителей станет настоящим шоком, возможно, разочарованием, поэтому он лишний раз не хочет говорить про это. Врёт, что нравится девочка из класса. — У меня шея в засосах, ты издеваешься? — по интонации Джинмина чётко прослеживалось то, что он расстроен. Он хотел подольше побыть с Чонгуком, но того это, видимо, совершенно не интересовало. — Замажешь. — Чем? Отдай мне свою водолазку в таком случае. Мне нечем их замазывать. — На твоём лице дохуя штукатурки, неужели ничего из этого не подойдёт, чтобы их замазать? — Чонгук не раздражён, это его привычная речь, но младшего такое всегда задевало, хотя он и не реагировал снаружи. — Не подойдёт, — отвечает младший и обиженно спрыгивает с кровати, быстро собираясь. — В шкафу чёрная водолазка, возьми её. Дарю, — последнее слово произносит с саркастичным тоном и самодовольно улыбается. Младший почти в слезах выбегает из квартиры Чонгука и позволяет себе проплакаться лишь когда выходит на улицу. Окончательно разрыдавшись, он садится на скамейку и уродливо плачет, захлёбываясь и задыхаясь, но продолжая реветь. И так каждый раз. Каждый раз Чонгук его ломает, даже не понимая, что делает. А может он просто строит дурака. Джинмин уже ничего не понимает.

***

21:00. пляж Арпоадор, Рио-де-Жанейро, — Доброй ночи? — Подсаживается Тэхён к сидящему возле дерева Чонгуку. — Доброй, — неспешно отвечает тот и улыбается, когда тот появляется в поле зрения. — Ты выглядишь уставшим. — Я по жизни уставший, — усмехается брюнет, — Это и твоё любимое место? — И моё. Я сюда прихожу каждый день, уже около недели, — Тэхён поправляет волосы, зачёсывая их. — Ясно. Сколько тебе? — Девятнадцать. А тебе? — Я на год старше, — незаметно улыбается Чонгук и облизывает губы, — Ты приходишь сюда, чтобы просто посмотреть на красивый вид? — Я прихожу сюда, чтобы побыть наедине с собой, Хён, — Тэхён вмиг поникает и опускает голову, пока Чонгук соображает, что делать, — Шум волн создаёт хотя бы какую-то видимость того, что я живу, а не существую. Почему-то именно они помогают мне расслабиться и подумать о том, что я не один. Океан меня слышит, я уверен. Даже слушает порой, просто не все это принимают. — Одиночество? — Старший наклоняет голову к Тэхёну и приподнимает её пальцами за подбородок, по привычке заглядывая в глаза цвета молочного шоколада. И Тэхён молчит. Он старается увернуться от взора чёрных глаз, не провалиться в омут с головой, но не выходит, Чонгук шагает по самым больным местам, не щадя. — Тебя легко прочитать. Ты боишься смотреть мне в глаза, часто поджимаешь и кусаешь губы. Что с тобой произошло? — Тихо, еле слышно спрашивает брюнет, стараясь обхватить тэхёново лицо ладонями. — Я действительно одинок. Одинок настолько, что разговариваю со стенами дома. Я живу совсем один, единственная радость в моей жизни — растения, за которыми я ухаживаю. Я не понимаю, почему так, я не понимаю, за что заслужил быть один, настолько один, что я даже не ощущаю своей жизни, это будто не моё тело, я устал от этой рутины, правда, — у Тэхёна по щекам текут капельки слёз, которые Чонгук старается стереть большим пальцем. Облокотившись спиной на дерево, старший укладывает Кима головой на свои колени, перебирая волосы, зарываясь пятёрней в пряди и снова пропуская песочные локоны сквозь пальцы. Тэхён чувствует мягкость, тепло, заботу, которая исходит от Чонгука. Они знакомы второй день, но он все ещё до конца не понял, как взаимодействовать с ним. А по Чонгуку ощущение, будто он за эти два дня узнал Тэхёна лучше, чем себя. У Чонгука внутри ровно ничего. Пустота. Такая тёмная, тихая, по-своему мудрая, но всё ещё холодная. Она душит всех, кто пытается туда залезть. Понять ведь никто даже не пытался. Тэхён не пытается надавить на Чонгука, как это делали остальные. Он не пытается туда залезть, он хочет понять, хочет по-своему приручить её. Чонгук прижимает светловолосого к себе, громко выдыхая. — Когда-нибудь нас спасут, Тэхён-а, — но никто из них двоих на спасение и не надеется. Ведь спасать их некому.