Окончательно и бесповоротно

Каждую неделю видеть того, кто заставляет колотиться сердце, как безумное, было больно. И несправедливо. Говорят, встретить человека с таким же психическим расстройством, как у тебя — бесценно. Возможно. Но не точно. Ярко-синие глаза, подобные морю, одновременно заставляли тонуть и держали на плаву. Стоило чуть погрузиться, чтобы понять: это всё. Окончательно и бесповоротно. Антон заметил за собой это давно, недавно признался себе в том, что он — несостоявшийся гей. Человек, истинный которого даже не рассматривал его в роли больше, чем друга. И это больно. Даже слишком. «Арсений, Арсений, Арсений…» Это стало молитвой, ежедневным ритуалом, мольбой о помощи. Но наверху подозрительно молчали. Теперь имя «Арсений Попов» имело полноценный синоним — F63.9 Любовь, ставшая зависимостью. Боль, ставшая привычной. Окончательно и бесповоротно.

***

— А сегодня со мной был соведущий, у которого перед выпуском умер домашний питомец, — улыбнувшись и хитро посмотрев на зрителей, произнёс Арсений. Послышался звук нажатой кнопки, Паша отрицательно мотнул головой, а Антон кивнул, побуждая развить мысль. Арсений ненадолго задержал взгляд на друге и вздохнул про себя: сложно. Сложно не обращать внимания на случайные прикосновения, коих было столько, что банально не сосчитать. А взглядов, брошенных в сторону Арса, и подавно — столько только песчинок в Сахаре. Он умный, он знает. Попов слегка повернул голову, дабы посмотреть на Шастуна — так и есть. Сразу наткнулся на внимательный влюблённый взгляд коллеги. Сердце слегка сжалось, а мысли вернулись в реальность — громкие овации от восторженной публики способны помочь кому угодно. » — Я тебя люблю, — восторженно, до нелепости торжественно и очень вдумчиво, влюбленно. — Пройдёт, — собрано, спокойно, излишне холодно». И, кажется, в этот момент Арсений слышал треск — это разбилось чьё-то сердце. Сердце того, чьё имя начинается на «Ан», заканчивается на «тон». Сердце того, чьи плечи резко упали, а слеза мгновенно пробежала по щеке, покрытой лёгкой щетиной.