Невидимые силы

– Адриенна, – сказал Дирк, делая столько фото, сколько только мог, со всех возможных углов. – Я уверен, что у нее есть какая-то программа, которая поможет понять. Она трудилась над этой разработкой столько, сколько они с Дирком были знакомы, улучшая ее так, чтобы та могла найти и различить даже гравировку на камнях. Он надеялся, что эта программа поможет что-то найти и им. Он встал, удовлетворенный сделанными фото, и услышал хруст веток слева в лесу. В его голове пронеслись миллионы вариантов, это могло быть животное, гуляющие, какие угодно естественные причины звуков в лесу. И все же, что-то екнуло внутри. Опасность. – Ты это слышишь? – прошептал он, очень стараясь не шуметь. Тодд выглядел удивленным, но прежде чем он успел что-то сказать, Дирк снова почувствовал опасность. Их тут не должно было быть, и кто бы или что бы ни шло по лесу, знало это. Они очевидно что-то вынюхивали, и Дирк чувствовал, что будет очень-очень плохо, если их поймают. Разрушенное поселение пуритан было не самым популярным местом у туристов, и у них не было никакой причины быть тут. Если только… Решение пришло мгновенно, и Дирк даже не успел обдумать его последствия. Он только сказал: – Прошу прощения. А потом прижал Тодда к ближайшему дереву. Ему как раз хватило времени на то, чтобы увидеть удивление на его лице, прежде чем он наклонился и поцеловал его. Он ожидал, что это будет странно, или что Тодд его оттолкнет, но тот наоборот тут же прижался к нему. То, как Тодд положил руку ему на шею ощущалось искренним, не постановочным. В других обстоятельствах Дирк бы даже может смог притвориться, что это все правда. К несчастью, в сложившихся условиях Ровен вышла из леса как раз вовремя, чтобы все испортить. Они обменялись неловким смехом и обсудили ее работу, но Дирк не как не мог перестать чувствовать опасность. – Точно, – сказал он, желая уйти как можно быстрее. – Ну, мы пойдем, чтобы тебе не мешать. Марта упаковала нам с собой ланч, не хотелось бы, чтобы он пропал. Если Ровен что-то и ответила, они этого не услышали, потому что Дирк схватил Тодда и потащил его с поляны, прежде чем они даже успели попрощаться. Его сердце колотилось в груди от паники, и он не мог сказать, было ли это от того, чтобы они избежали опасности или от того, что Тодд держал его за руку, пока они не сели в машину. Губы Дирка все еще покалывало, когда он сел за руль джипа. Он начинал понимать, что совершил огромную ошибку. Он не говорил ничего, просто вел, поворачивая там, где говорило его чутье, не обращая внимания на дорогу. Теперь он знал, как это – целоваться с Тоддом, и забыть это у него никогда не получится, даже если б он захотел. А он не хотел. Он начал чувствовать, что все это дело – плохая идея. Поначалу оно казалось не слишком запутанным и легким. Простым. Ему стоило знать, что ничего в его жизни не бывает просто, и ему не стоило думать, что долгая влюбленность не будет проблемой. То, как Тодд ответил на поцелуй, было потрясающе, будто он действовал инстинктивно, а не из страха быть раскрытым. Дирк все еще чувствовал руку Тодда на своей шее, движение выглядело рефлекторным. Может, подумал Дирк, может… Нет. Дирк остановился на кемпинге и припарковал машину. Такие мысли обычно заканчивались разбитым сердцем и рушили дружбу. Он достал их ланч с заднего сиденья и открыл свой. Это был какой-то сэндвич с беконом, яблоком и чеддером, очевидно, восхитительный. Он задумчиво жевал с минуту или две, боясь, наверное, впервые в жизни, говорить, не подумав. Конечно, правду было сложно принять, но нельзя было игнорировать. Поцелуй был ошибкой, и хотя Тодд принял его, он был бессмысленный. Ровен увидела, что они целуются, так что теперь нельзя было отказаться от прикрытия. Ровен… Ровен. Она была опасна, он знал. – Она мне не нравится, – наконец, Дирк дал себе это признать, боясь, что молчал уже какое-то время. – Кто, Ровен? – спросил Тодд, очевидно не ощущая той опасности, что беспокоила Дирка. – Она милая, и, вероятно, безвредная. – Даже безвредные люди могут быть опасны, – сказал Дирк. Он начал сомневаться в себе. Может, нервозность исходит от ревности, а не от опасности. Он старался делать вид, что не настолько сильно влюблен в Тодда, но, может, настолько. – К тому же, она нравится тебе, потому что она на тебя запала. Он не знал, ждет он подтверждения или отрицания, но не получил ничего. Тодд просто открыл ланч и рассмеялся. Они поговорили о деле и обменялись печеньем, прежде чем вернуться с отель, и Дирк чувствовал, что у него было больше вопросов, чем ответов. * Они сидели внизу, и Дирк печатал письмо Адриенне, пока загружались фото. Уверенный, что Тодд не понимает по-французски, он добавил небольшую записку в конце письма. «Я был неосторожен», говорилось в ней. «Никто не сжег меня заживо, но я боюсь, что случилось худшее. У меня есть чувства к Тодду, и это приносит проблемы. Я не могу доверять своему чутью, потому что не понимаю, действую инстинктивно или из ревности. Я не могу работать без своих инстинктов. Если у тебя есть для меня совет, к сожалению, для него самое время.» Когда Тодд попросил у него флешку, Дирк нажал на кнопку отправки и передал ему ноут. Его собственная флешка была почти полностью забита сериями «Великого Британского Пекаря», так что лучше было использовать флешку Тодда. – Вот, дорогой, – сказал он, надеясь, что шутливый, слишком преувеличенный тон сделает это все менее реальным. – Спасибо, детка, – сказал Тодд, очевидно, ответив автоматически, не думая. Не преувеличивая. Не шутя. Естественно. Дирк замер там, где сидел, сердце колотилось в горле, он очень желал, чтобы они никогда не начинали всего этого, и ему одновременно с тем было интересно, так ли звучал бы Тодд, если б они действительно были вместе. Ему стоило перестать использовать слово «вместе». Этого не произойдет. Тодд неловко прочистил горло, решительно смотря в экран компьютера. Они больше об этом не разговаривали.