В масштабах одной маленькой вселенной

      Боль резкая, колючая, электричеством пробегает по всему телу. В висках стучит кровь, а мир вокруг на время превращается в калейдоскоп. Воздух из легких выбивает ударом, и вздохнуть полной грудью получается далеко не с первой попытки. Звуки смешиваются и доносятся будто из под воды.       Упал. Бывает. Юнги встает, слегка пошатываясь, шок от падения не прошел и перед глазами все еще мутно, но тренировка не закончилась, столько всего отработать нужно. Он лишь кивает тренеру, мол "все хорошо", и продолжает.        "Ты должен взять первое место, мой сын станет настоящей звездой" Дышать сложно, но завершить программу необходимо, и повторить провальный прыжок.       Уже в раздевалке он позволяет себе тяжело выдохнуть, откинувшись на спинку скамьи.       - Плохо, черт, это все плохо. - Мин бормочет под нос, огорченный своим катанием. Только сейчас он замечает как болят бедро и плечо - наверняка синяки будут здоровенные. Но стягивая коньки с носками вместе, Юнги понимает, что дела хуже, чем он предполагал.       - Блять! Блять! Да какого хуя?! - руки дрожат, и фигурист осторожно касается заметно опухшей лодыжки. Она приобрела синеватый оттенок и, вероятно, намеревалась стать еще больше.       - Чеееерт...- в дверях стоит Чимин и, прикрывая ладошкой рот, испуганно смотрит на Юнги. - Хён, нужно в больницу, срочно, твоя нога Но Пак не успевает договорить, как Юнги перебивает его.       - Не смей никому говорить! - рычит Мин.       - Но, хён, это серьёзно!       - Я сказал, не смей! - Юн подскакивает на ноги, но лодыжка предательски подворачивается и горит будто огнем. - Закрой дверь и помоги. Чимин поспешно закрывает дверь на замок и подбегает к другу.       - Хён, она выглядит ужасно. - Пак морщится, оглядывая пострадавшую ногу. - Ты не сможешь выступать. Боже, это ужасно. - глаза у Чимина на мокром месте, будто это он ногу сломал, будто его жизнь сейчас висит почти на волоске.       - Херня, придумаю что-нибудь, буду пить обезбаливающие, и пластыри обезболивающие наклею. Соревнования через неделю, всего-то. - Юнги храбрится, хотя внутри понимает, что будет сложно, пиздец, сложно.       Обезболивающие помогают слабо говоря хреново, нога немеет в туго затянутом коньке, от тупой боли картинка перед глазами плывет, а тренер орет, что Юнги такими темпами не пройдет даже в десятку.       В злополучный четверг, буквально за день до соревнований Юнги резко тормозит посреди катка, замечая на спортивной майке пятна крови. Сознание медленно мутнеет, и арена погружается в туман. В себя Мин приходит в медпункте. Врач пытается угомонить тренера, сокрушаясь громким шепотом.       - Вы загнали детей, они у вас ходят на мертвецов похожие. Этот, - она указала рукой на Юнги, лежащего за ширмой, - Четвертый, ЧЕТВЕРТЫЙ, на неделе попадает ко мне в таком состоянии. Девушка ещё что-то говорит, но Юнги не слушает, садится, отмечая, что даже столь простое действие требует много сил.       - Сонсенним! - в кабинете раздается знакомый голос. - У меня тут вот. - обладатель голоса что-то показывает врачу. Девушка начинает копаться в шкафу и замечает сидящего фигуриста.       - Юнги, ты очнулся? Ты не должен сейчас вставать. Мы позвонили твоим родителям, они заберут тебя, вам нужно поехать в больницу, твоя нога       - Юнги? Хён? - Джун, не вытерпев, заглядывает за ширму. - Хён, что случилось? Ты...ты выглядишь ужасно. - в глазах парня плещется беспокойство, смешанное со страхом. Он совсем забывает о сломанных пальцах, почти подлетает к парню, хватает за плечи и внимательно всматривается в лицо, осматривает всего Мина с ног до головы. Взгляд, конечно, падает на ногу, на которую врач успела наложить шину. У Юнги синяки под глазами, почти черные, как его волосы, щеки исчезли, губы потрескались, он до сих пор измазан в крови, которая шла носом от перенапряжения и в целом он выглядит как жертва долгих пыток.       - Хёёёооон..- тянет Намджун, обнимая фигуриста, прижимая к себе крепко, но бережно, как фарфоровую куклу. Юнги срывается, сжимает пальцами толстовку парня, зажмурившись, прячет лицо и плачет.       - Джун, - голос Мина хриплый, дрожит. - Джун, я облажался, я думал, что смогу, думал, что ерунда, справлюсь, Юдзуру же справился, голову разбил, но катался и выиграл почти, я что, хуже? Я откатаю, мне только обезболивающие посильнее, и откатаю, обещаю. Отец...Отец расстроится, если я не попаду, не выиграю, он же так хотел это. Я хотел выиграть, и ты бы гордился мной, хотел на равных быть. - его трясет, но он продолжает говорить, не обращая внимания ни на хриплый голос, ни на уставившихся на них тренера и врача. - Я же неделю почти тренировался, и ничего. Просто немного устал, я отдохну сейчас и закончу.       - Хён, посмотри на меня. - Намджун пытается перебить поток, вырвавшийся из Юна. - Ты не должен никому ничего доказывать. Тебе отдых нужен.