Goodbye, Agony

      — Я нахожусь здесь, потому вы все, и ты в том числе, ублюдки, в нужное время были где угодно, но только не рядом с Энди. Так что будь добр заткнуть своё помойное еблище и свалить под юбку к своей жене, если конечно там найдётся для тебя место, — парочка из экс-барабанщицы и экс-басиста Невест зашла в отделение больницы не под привычный монотонный шум больницы, а под едкую, разгромную речь Ронни.       — Опа, кажется, сам Рональд Джозеф Радке решил навестить болезного и навести тут порядок. Что ж, пока мешать им не будем, — Эшли осторожно провел хихикающую Сандру мимо мужчины, устроившего разнос гитаристской парочке, что в тот день дежурила в больнице.       Радке всё же нашел время, дабы посетить друга в больнице, и, естественно столкнулся там с «доброжелателями». Только вот Ронни был не из тех, кто полезет за словом в карман, а поэтому Невестам аккуратно так намекнули на их косвенную причастность к инциденту, и вообще посоветовали знать своё место.       Услышав уже поднадоевшие слова врача о стабильности пациента и убедившись в том, что Бирсак пока и не думал приходить в себя, в очередной раз развернулась на выход, практически ни с чем. Неумолимо подбирался тупик.       — Сандра, подожди меня, я с Ронни переговорю кое о чем. Расспроси заодно, что путного там нашли копы у Джинкса. Только аккуратно, он сам не в себе больше обычного, — попросил Эшли Алваренгу, дожидаясь, пока Радке прекратит кошмарить и без того опущенных по самое не балуйся гитаристов.       — Доброе утро, Ронни. Я вижу, ты сегодня в ударе, — Парди взял мужчину под руку и отвел аккуратно в сторону, чтобы им никто не мешал.       — Побойся бога. Я так, всего лишь культурно побеседовал с зарвавшимися детишками, — Радке дружелюбно усмехнулся.       — Какие новости?       Эшли кратко пересказал свой разговор с Сайксом, стараясь не упустить важных деталей.       — Знаешь, вы, конечно же, не очень его любите всей группой, и Оливер успел дерьма натворить за свою жизнь, но он далеко не идиот. Этот парень явно зрит в корень, так что старайся держаться поближе к Сайксу. Даже если кто-то захочет устранить тебя… Что ты на меня так смотришь? Твоё копошение точно кому-то да помешает, а к Оливеру в здравом уме никто не полезет. И да, он абсолютно прав, когда говорит, что кто-то из группы будет следующим в ближайшее время, — Ронни помрачнел, и его настроение передалось Парди.       — Ты был у него… в палате Энди?       — Да, меня пустили ненадолго. Знаешь… может быть, я себе надумал, но вот что я заметил: на теле у него нет нигде живого места, кроме горла. Рабочий инструмент, что называется, не задет. А вот остальные побои такие, будто над ним издевались несколько дней подряд. Будто тот, кто это сделал, или точно знал, или был предупрежден заранее, кто перед ним, поэтому не бил в шею. И лицо не сильно обезображено. Эти ссадины заживут даже без особых шрамов. Будто хотели не убить, а показать что-то. Любой судмедэксперт скажет про характер ран тоже самое, только умными словами. Когда дело будет готово, эти документы должны быть на руках. Копы явно отстанут от Алваренги на днях окончательно, поскольку доказательств у них нет, — Ронни задумчиво нахмурился, прикидывая, что ещё может быть подозрительным.       — Знаешь, вот что я тебе посоветую. Но, тебе нужно проворачивать это с кем-то, на кого никто не подумает. Гуд, к примеру, будет с тобой за одно, думаю, слушай…       Ронни где-то минут двадцать давал наставления индейцу, периодически косясь по сторонам, дабы не проморгать чужие уши, и уточняя дополнительные вопросы.       — Если сделаешь всё в точности, как я сказал, и моя теория подтвердится, то можно будет выйти на виновных. Помни, про это должен знать минимум людей. Иначе есть риск того, что спугнем. Бывай, Парди, мне надо проводить Сарайю. Она улетает на очередное мероприятие в качестве специально приглашенной звезды. Сколько её не будет дома известно одному Богу, так что я хочу провести этот вечер с ней. Кристиану привет, и смотри за ним получше, — Радке, накинув на голову капюшон худи, незаметно удалился.        В этот же момент к Эшли подошла Сандра.       — Ты был прав, Джереми действительно как будто бы на другой планете находится, но путную вещь всё-таки рассказал. Полицейские внимательно прошерстили крест, на котором распяли Бирсака, и нашли нечто вроде обратного адреса. Крест-то стащили из одной заброшенной церкви недалеко от Лос-Анджелеса. Там же и следы крови нашли, предположительно, Энди. Как, правда, он там оказался, они не знают. Не знаю, поможет ли это, или нет, но это всё, что я смогла выудить из Джинкса, — Алваренга, кажется, сама была раздосадована мизерным объемом информации, а вот Эшли наоборот, только улыбнулся.       — А вот это очень даже поможет… Хех, надо будет позвонить Мэтту, пригласить его на поездку за город. Чего? Ну не доверяю я копам, имею право. Адрес церкви есть?       Индеец записал в телефон координаты будущего пункта назначения, и парочка уже собиралась уходить, как к ним прибежал запыхавшийся, бледный как смерть Джинкс.       — Бирсак… пришёл в себя… — прохрипел взволнованный скрипач, и Сандра тут же побежала за ним.       Эшли словил минутный ступор, пытаясь обработать столь неожиданную информацию, но потом сбросил оцепенение и ринулся в палату, испытывая смесь страха и любопытства.       — Где я..... Это… это всё закончилось…? — были первые слова пришедшего в себя вокалиста, вырвавшиеся из его груди с тихим хрипом.       — Энди… ты в больнице… ты… в безопасности… — Сандра оказалась крепче всех присутствующих, хотя и её накрыло волной ужаса от увиденного.       — Сандра… — признал Бирсак бывшую барабанщицу.       — Почему… почему вокруг всё такое белое…? Где ты…?        Некогда небесно-голубые, холодно искристые глаза Энди сейчас были полностью затянуты мутной, плотной плёнкой, заставив почти слиться в неразличимую массу зрачок и роговицу. Бельмо затронуло оба глаза, делая взгляд пустым и убитым, подчеркивая зарубцованные от каких-то жутких увечий, исцарапанные веки. Шрамы расходились кругами вокруг глаз, будто маска или неудачный макияж, что на фоне бледной кожи выделялось еще более зловеще.       Если бы неизвестный садист решил разрезать Энди рот от уха до уха и отрезать нос, то парень точно бы напоминал маньяка из одной городской страшилки, но даже без характерной «улыбки» Бирсак выглядел действительно кошмарно.       Эшли шумно сглотнул и подошел близко к постели своего бывшего вокалиста, пока Джинкс пытался унять дрожь в руках.       — Ты… ты не одна…? — Энди по наитию приподнял неутыканную иглами и датчиками руку к источнику звука, пытаясь что-то нащупать.       Парди, не в силах оторвать взгляда от невидящих глаз напротив, будто под гипнозом протягивает свою ладонь навстречу, ощущая слабую, дрожащую хватку бледных пальцев.       Бирсак некоторое время молча сжимал чужую руку, словно проверял, не мерещится ли ему, а затем его мимика изображает легкое недоверие.       — Эшли… это ты…?       — Да… это я… — подтвердил осипшим голосом Парди, которому происходящее до последней секунды казалось дурным сном.       — Что… что происходит…? Я слышу тебя… но не…       Прибор тревожно запищал, сигнализируя об учащенном сердцебиении. Эшли будто бы со стороны наблюдал за тем, как Бирсак отпускал его руку, а тело на автомате отходило подальше, уступая место прибежавшим на зов Питтса врачам, пытавшихся не дать Энди снова уйти в кому. В чувства индейца привёл голос Сандры уже в коридоре.       — Эш, ты слышишь меня?! — уже испуганно повторяла Алваренга.       — Бирсак… он слепой… — подал наконец-то признаки рассудка басист, переварив полученную информацию и подавив в себе эмоции.        Через полчаса вышедший врач принес относительно хорошие вести. Энди остался в сознании, но новость о своем увечье принял спокойно лишь потому, что просто не имел сил на полноценный нервный срыв. Его тело всё ещё слабо и требует долгого периода восстановления. Тут же явилась в больницу и Джульет, узнав о том что Энди очнулся. Голос жены, её всхлипы слез счастья и облегчения от того, что Бирсак всё-таки пришел в себя, немного успокоили вокалиста, и тот даже нашел в себе силы на слабую улыбку.       Свидание получилось коротким и скомканным, так как доктора настаивали на строгом покое, а после Симмс вызвали на разговор. Женщина позвала с собой Эшли в качестве поддержки, и Парди закрыл за ними дверь кабинета.       — Ваш муж и без того не отличался сильным здоровьем, так что реабилитация будет довольно затяжной, но не особо тяжелой. Что же до зрения, то тут все обстоит хуже, — врач говорил медленно и спокойно, понимая, в каком состоянии его собеседники.       — Это навсегда? — роль переговорщика на себя взял Эшли, наблюдая за поведением Джульет.       — Энди нужно будет тщательно обследовать на степень повреждения зрительного анализатора. Но, даже если зрительный нерв не задет, шансов очень мало. Кератопластика или пересадка роговицы может помочь, но это будет возможно провести только после полного восстановления остального организма. Глаз — орган и без того хрупкий, а отторжение трансплантата встречается часто. Конкретного прогноза вам ни один врач не даст. Есть шанс выздоровления, а есть шанс того, что ваш муж останется слепым навсегда, — описал ситуацию медработник как есть.       — Как долго Энди нужно будет провести в больнице? — спрашивает Джульет, пытаясь держать себя в руках.       — Ещё минимум две недели. Если ему не станет хуже, то можно будет поговорить о том, чтобы он долечивался дома. Хотя, с такими травмами, речь может идти о месяце, а то и больше.       — Что ж, спасибо, что рассказали всё откровенно, — Эшли увёл Симмс из врачебного кабинета.       — Джульетт, теперь всё зависит от тебя. Ты слышала, сейчас главное поставить Бирсака на ноги, а потом уже решать, как быть дальше, — Парди проводил женщину до выхода.       — Эшли, я знаю, после всего, что было, это звучит странно, и ты имеешь полное право отказать… Господи, мне даже кажется, что мы все это заслужили… Я, Энди, группа… Наш грех в том, что мы играли в Богов, и я принимаю это наказание… но… пожалуйста, узнай, кто сотворил это с Энди…. Проси, чего только захочешь. Я знаю, ты, в первую очередь, защищаешь себя и Сандру, и это твоё право… Но мне больше некого просить об этом… Я никому из них не верю. Они напуганы, деморализованы… Одну ошибку я уже совершила, когда не поверила собственному мужу… Мне страшно от мысли о том, чего это может стоить ему и мне..... — Джульет будто бы была на исповеди, словно это последнее, что она делает в своей жизни.       Эшли, который уже успел повидать за свою жизнь достаточно, выпал в осадок от такой откровенности. Безусловно, обида и злость за предательство была ещё жива и никуда не делось. Такое вряд ли можно искупить или простить, но почему-то Парди кивнул, глядя Симмс прямо в глаза.        Теперь действовать нужно было очень осторожно. Естественно, Энди следовало бы расспросить как можно быстрее, да только вот вряд ли он сейчас вспомнит что-то ключевое. Кроме того, к еще слабому Бирсаку даже копов вряд ли подпустят. Нет, пусть пока отдыхает. Энди никуда не денется (Эшли мысленно сплюнул, чтобы не сглазить. Кто знает, не достанут ли вокалиста в больнице).       Только оказавшись дома, один на один с Сандрой, Парди сделал один важный звонок, приступая к тому плану, который они оговорили с Ронни.       — Энди очнулся?! Слава Богу… — было слышно, с каким облегчением выдохнул Мэтт.       — Именно. Но я звоню не только по этому поводу. Ты один? — серьёзно спросил басист.       — Ну… да. Я на старой квартире, где временно остановился, а что? — парень напрягся.       — Как насчет поездки за город?