моменты

      Дети — невыносимые существа. Особенно в возрасте 12 лет, когда они ещё не настолько взрослые, чтобы понять основные принципы жизни, но и не малыши, которым достаточно погрозить пальцем.       Классическая команда: 2 мальчика и девочка. Хорошо владеют базовыми техниками и тайдзюцу. Все трое достаточно сообразительны и способны работать в команде. Но есть минус. От них очень много шума.       Особых методов для тренировок у меня нет. Просто обучаю их новым печатям и заставляю оттачивать ниндзюцу каждый день. Обязательно тренировки на местности для отработки тайдзюцу и сюрикендзюцу. Иногда чередую силовые и сложные методы сенсеев для сплочения команды. Тем не менее, дети со всем отлично справляются раньше генинов других команд и требуют от меня большего, чего, к сожалению, я им вряд ли смогу дать.       Кроме иръёниндзюцу похвастаться мне не чем. Так как у моего клана нет ни особых техник, ни улучшенного генома — талантов нет и не будет. Поэтому осваивать мне что то сложное — бесполезнее чем дрессировать кошку. Тем не менее, контроль чакры мне достался хороший для ниндзя-медика. Но обучать детей медицинским техникам с моей квалификацией по кодексу пока нельзя.       Как хорошо бы мои ученики не схватывали всё, чему бы я их ни учила — абсолютно бесполезно без практики. Только на миссиях можно понять — сможешь ли ты идти по пути ниндзя или нет. Приблизительно на этом моменте, либо на чунинском экзамене генины покидали свои команды, поняв, что этот сложнейший путь не для них. И как бы я не пыталась объяснить это, дети не поймут. Понять что то можно лишь на собственном опыте, ощутив настоящую опасность и, переборов себя, продолжать идти, совершенствуя тело и дух.       К сожалению, миссий выше D-ранга хокаге пока не давал, несмотря на достаточные навыки детей. И когда генины других команд прошли минимум 2 миссии C-ранга, моя команда продолжает отлавливать сбежавших кошек и обрабатывать рис. Главная причина — мой недостаточный ранг. Опять.       Надо ли решать эту проблему — однозначно да. Но тревожить хокаге лишний раз я не стала, решив первым делом обсудить всё с Шикамару.       Завтра утром он должен был вернуться с миссии, но так как после пяти дней напряжённой беспрерывной работы шиноби требуется отдых, я решила зайти к нему вечером. Убедившись, что мои генины доделали последний поход упражнений (я вместе с ними, не помешает), отпустила всех домой.       Лёжа уже в кровати после душа я перечитывала то самое пособие, которое дал мне коллега-джоунин, воспитывающий по ней уже вторую команду. Поняв наконец, что бесполезно трачу время, я слышу стук в окно.       Живу я не на первом этаже, поэтому ко мне вряд ли долбились пьяницы, но и не настолько высоко, чтобы в окна врезались птицы. Услышав стук ещё раз, я встала с кровати.       Честно говоря, я сильно удивилась, оттянув плотную штору. Открыв в изумлении окно и пропуская Шикамару в комнату, я сию секунду покрываюсь мурашками от сквозняка. Замечая это, он тут же его закрыл. — Привет. — Ты уже вернулся? Должен же был только утром? — Да, но я закончил раньше, поэтому в деревне уже час. Быстро сдал отчёт и домой. И вот, решил тебя проверить.       В упор не замечаю, как мои уголки губ непроизвольно поднимаются, оголяя зубы. Обычно люди контролируют улыбки. Но бывают исключения. Всё таки долго не видев дорогого человека, начинаешь понимать, как сильно скучаешь.       Свободные штаны, футболка. Влажные после душа волосы, но не туго затянутые, как обычно, а еле закреплённые на затылке, из-за чего короткие каштановые пряди вылезли на лоб. Кажется, он тоже улыбается.       Вдоволь налюбовавшись, обнимаю его, утыкаясь носом в ямочку между ключиц. Он ближе прижимает меня к себе за талию, глубоко вдыхает и целует макушку. — А почему через окно? У меня была дверь. — Твоя консьержка не пустила. Сказала что без предупреждения нельзя. — А, точно. У нас новая какая то. Вреднючая.       Аккуратно отодвинувшись, парень осмотрел мою комнату. — Тоже в полумраке живёшь? — заметил Шикамару. — Ага. Не люблю яркий свет. Пусть глаза отдохнут.       Присев на кровать, парень заметил ту несчастную книгу, которую я зачем то заучиваю вот уже три недели. — Проходишь курс примерного сенсея? — Да чего уж там. Всё что можно уже перепробовано. Но бесполезно. — Почему же? — Потому что мы сортируем мусор и выгуливаем собак. — До сих пор? — Да. Притом, что другие команды завершили минимум две миссии C ранга. — А почему Хокаге не даё...       Заметив мой поникший взгляд, Шикамару вспомнил. — Я всего лишь чунин. Мне нельзя доверять генинов. — Но так же всё оставлять нельзя. Ты говорила с Хокаге? Я отрицательно помахала головой. — Я не хотела беспокоить. И без меня проблем в деревне последнее время... Думала с тобой посоветоваться. — Я понял. Подумаю об этом. Но завтра.       После этих слов замечаю, как с его лица уходит напряжение, и он наклоняется и целует меня. Целует настойчиво, будто давно этого ждал, поэтому и не хотел откладывать визит до завтра. Притягиваю ладонями лицо, провожу пальцами по острым скулам, от подбородка к мочкам ушей, затем спускаюсь по шее к плечам. Чувствуя, насколько мои пальцы холодные, он перехватывает мои ладони и переплетает пальцы. Я медленно отстраняюсь, продолжая оставлять мелкие поцелуи, пока не замечаю свежий шрам на его предплечье с уже запекшейся кровью. — Что такого могло произойти во время визита в Суну? — На обратном пути. Местные бандиты, не больше. Просто задели кунаем. — Ты обрабатывал? Вдруг на кунае был яд? — Точно нет. Я призвал твоего харька, он не учуял. — Аки помогал тебе? Неужели привык? Я усмехнулась, а затем начала лечить эту рану, вспомнив, как заставила его заключать договор с моим призывом. Аки — мой харёк, невероятно полезен в разведке. Шикамару, почувствовав прохладное покалывание чакры, хотел потянутся и потрогать шрам, однако я опередила его вопросом. — И как только обычные бандиты смогли оставить такой глубокий шрам у такого шиноби как ты? — Не выспался, вот и пропустил. Когда я прекратила лечащую технику, медленно потянулась. Заметила, как он сладко зевает и прикрывает веки. — Тогда спи. Наверное тебе стоило отдохнуть. Ложится поверх меня, укрывает одеялом и утыкается носом мне в живот. — Ты не рада что я пришёл? — Вовсе нет, я просто вижу как ты вымотался. А ты в одной пижаме и с сырой головой расхаживаешь в холод по всей Конохе. С этими словами, я кажется, забыв обо всём, позволяю себе невероятное. Аккуратно стянув с его волос злосчастную резинку, начинаю перебирать его волосы. В нос ударил аромат шампуня. На ощупь волосы были влажными и тонкими. Пройдясь пяльцами по всей длине, аккуратно прочёсывая их пальцами, массирую и кожу головы, где у него образовались заломы. В ответ слышу приятное мычание, похожее на мурлыкание. Кажется, происходит что то невероятное...