КИСА

<center> — Ваня! — Твои ребята прибыли. Но немного припозднились. Тут уже началась суета… — Ты сделал свое… Вениамин Семёнович терпеть не мог менторский тон своего опекуна, поэтому вздох обреченного на непонимание человека не смог сдержать (или даже не хотел). Кроме того, он все ещё по привычке думал о нем как о опекуне, а ведь давно уже не ребёнок, и срок влияния этого человека давно истёк. Но психология восприятия этого человека осталась (да и куда деться-то, опекун он и в Африке опекун). Родной человек, не по крови, но отцом не поворачивается назвать, увы, тут психологическое восприятие давит даже на голосовые связки и вместо слов может быть просто голосовой звук п-п-п… Да пошло оно кверху ногами, ни отец, ни папа Вениамин вслух никогда не произносил, и смысла задумываться о существовании этого человека нет… Наверное. Лицо на экране ноутбука тут же преобразилось, складка между бровей разгладилась, но жёсткий взгляд зелёных глаз все так же сверлил через пространство. — Я, конечно, понимаю, — Вениамин нарочно громко хмыкнул, — у вас должность и т. п., и т. п. Но не надо забывать, что я на вас не работаю… Резкий взмах руки, прямые линии густых бровей опять сошлись на переносице. Сам он навис над камерой видео связи и складывалось впечатление, что мужчина собирается вылезти из экрана. — Ты… Вениамин Семёнович тут же поднял руки вверх в жесте «сдаюсь, сдаюсь»… Маска безразличия с лица не слезла, а вот веселья в голове прибавилось: «хенде хок» — бубнило внутреннее я и хохотало в голос… Вы мой опекун, все никак не поймёте, что для меня ваше вспышки раздражения — это особенное развлечение для того, чтобы развеять скуку. Но так как они уже две недели были в ссоре, то данного развлечения Вениамин был лишён. И тут такой повод! Ура! Недолго радовался Вениамин Семёнович возможности поиграть на чувствах опекуна. Тот, зная пасынка как свои пять пальцев, спокойно занял место в кресле, чуть прищурив глаза, усмехнулся и спокойно продолжил: — Ваня, надеюсь твои незаменимые таланты все-таки помогли моей организации и ты, вопреки тому, что не работаешь на меня, все-таки сделал все необходимое для помощи нам в решении данной проблемы? — Ваша похвала в мой адрес очень греет мой эгоизм, дорогой опекун, — Вениамин отобразил на лице самую яркую и очаровательную улыбку. Которая через секунду растаял без следа, спокойный лик смотрелся в отражении экрана театральной маской. Молчание и игра в гляделки двух упрямых мужчин могла затянуться надолго, если бы не медведеподобный парень. Этот субъект бесцеремонно отодвинул тушку Вениамина от ноутбука и пробасил в микрофон: — Бос, зачистка проведена. За пострадавшими оставлен пост из двух оперативников. За целью направлен хвост… Цель пока не обнаружена, но возможность обнаружения составляет пятьдесят процентов… Какие будут дальнейшие команды? — Действовать по обстоятельствам. По возможности брать живым. Приоритет в цели — это причина помутнения рассудка населения… Второстепенно — анализ причин, объёма и количества пострадавших. Конец связи… С тобой, Миша. Свободен.       Медведеподобный хмуро бросил взгляд на Вениамина Семеныча и заскользил (ну никак Ваня не мог по другому описать его походку) прочь от джипа.       Опекун переместил свою физиономии ближе к экрану и чуть растянув губы так сказать в улыбке, сказал :       -Как Анастасия Андреевна?       -В той же куче где все, - Вениамин чуть брезгливо повёл плечом.       -Я полагал, что между вами назревает что-то серьёзное. Как-то твой ответ…       -Вы можете считать, полагать что душе угодно, - Вениамин перебил своего опекуна, не считая необходимых слушать витиеватые намёки.       -Когда же ты угомонишься!? - скорее восклицание, чем вопрос. Настоящие эмоции на лице, да и в голосе, были видны, что очень удивила Вениамина Семеныча. Опекун не часто, да что там говорить, очень скупо делился эмоциями, поэтому Вени так нравилось доводить его до гневных всплесков, которые были скорее каплей в море, чем белым пятном на темном пиджаке (его неизменный атрибут, а белое пятно это кончик платка торчащий из кармашка. Все как в лучших домах Европы).       -Что-то случилось, Сергей Анатольевич? - Ваня весь подобрался, чтобы услышать какую-то гадость, касающуюся личного здоровья опекуна. В последнее время он сильно похудел.       Опекун лишь покачал головой. Но от Вениамина не укрылось, как тот отвёл глаза.       -Блин горелый! Да в чем дело!? - Вениамин Семеныч не играл, эмоции действительно имели место быть.       "Может быть перерыв в общении так влияет, или все таки это настоящее беспокойство? Да ну!? “ - внутренний голос спорил сам с собой, а Вениамин пытался проанализировать все факты. Увы данных для анализа было недостаточно. Чем заняться в ближайшее время Вениамин знал, теперь надо расставить приоритеты, так сказать отдать самому себе приказ. Играть в гляделки с Сергеем Анатольевичем было бесполезно. Это закаленный различными экстренными ситуациями субъект мог молчать как партизан целую вечности. А как говорится, вечности ни у кого нет в наличии. Только определённый отрезок в общей массе существования. Отдельная личность в общем масштабе - это маленькая капелька в море жизни. Время дано каждому, но оно идёт само по себе не думая о том, что кто-то хочет идти вместе с ним до конца. Оно есть, существует, но ты для неё нет. Философии бытия времени и отдельных существ, населяющих землю, помогала Вениамину Семеновичу скоротать время (корому вообще было пофиг на Вениамина) и подавить скуку в разные аспекты своей жизни. Но вот сейчас дело было не до скуки. Назревает интересненькое дело и даже не одно. Вениамин Семёнович усмехнулся и вернулся мыслями и телом к ноутбуку, где на экране все также отображалось поджарое тело опекуна, завернутое в строгий костюм с уголочком платочка, выглядывающего из кармашка.