Лагерное путешествие Арсения Попова

Каждое действие несёт за собой последствия. Наутро Антон не может разговаривать своим обычным голосом, потому что вчера слишком много кричал. Ему бы стоило быть осторожней, но в крови бушевал адреналин, а в голове гормоны. Шастун вообще мальчик шумный, поэтому когда его максимумом становится шёпот, он уже понимает, что будет сложно. Очень сложно. — А потом я открываю эту дверь, к которой меня привела Катя, а там Антоха с чокопаем сосётся. Я таааак ахуел, — рассказывает за завтраком свой ночной кошмар Серёжа. Его сны вообще были вещью интересной, ради которых и книгу создать не жалко. Правда после этого парня заберут в психушку. Антон, не ожидавший такого поворота событий, вскидывает голову вверх и начинает хлопать в ладоши, чувствуя что сейчас из него вырвется мощная волна смеха. Но юноша слишком рано радовался. Горло отзывается резкой болью, от которой шатен неприятно морщится, возвращается в прежнее положение и поглаживает шею, понимая что это всё равно никак не поможет. Дима с Серёжей с состраданием смотрят на мученика. Арсения нет в их компании, потому что тот сегодня дежурит в их комнате, но Шастун даже рад этому. После вчерашней шутки разговор не клеится, в глаза не смотрится, ноги не тянутся друг к другу. Антон чувствует себя виноватым, хоть ничего и не сделал. Ему стыдно за его открытость, из-за которой он теперь может потерять друга. Арсений ему нравился, правда сильно нравился. Но если на взаимность он не надеялся, то дружбу хотел сохранить. Чувства проходят, а настоящие друзья навсегда остаются настоящими. Шаст имел плохую интуицию на тестах в школе, но хорошую на людей. Брюнет ему с самого начала показался прекрасным другом, а с каждым днём всё больше это подтверждал. — Антон, а тебе сегодня хорошо спалось? — спрашивает Серёжа, когда отряд уже идёт на линейку. После Серёжи своим сновидением делился Позов, а сейчас Матвиенко решил обратиться к третьему участнику их беседы. — Да! — хрипит Антон, используя свой голос на максимум. Шаст злится на судьбу, но и благодарит в это же время. Он никогда не понимал, насколько важно правильно пользоваться своим голосом, ведь без него юноше тяжела каждая минута. — Чего, чего? — переспрашивает Серый, не услышав товарища. — Я говорю, что мне хорошо спалось! — кричит шатен, приближаясь к друга. Если он продолжит в том же духе, то голос вернётся не скоро. — Да понял я, понял, — дуется Матвиенко, держась за ухо, в которое только что крикнули. Позов хмыкает, ну какие же они дети. Сзади них слышится шелест листьев, отчего все четверо поворачиваются, словно по щелчку. Попов успел взять куртку из корпуса, из-за чего ощущает на себе множество завистливых взглядов. Утром было намного теплее, многие были не готовы к такому неожиданному похолоданию. — Шастун, если ты продолжишь так нагло раскидывать вещи, я тебе уши надеру, — недовольно рычит в ухо юноши Арсений. Антон свободный мальчик, который не любит тратить своё время на глупые, по его мнению, правила. Его полочка в их шкафу находится выше всех. Да, Шаст высокий, но шкаф ещё выше. А учитывая, что он и так не любит складывать одежду, то тут прям идеальная отговорка. — У меня слишком высокая полочка, я не достаю, — приводит этот аргумент подросток. Брюнет находится близко к другу, чтобы отчётливо слышать каждое его слово. На линейке громко играет музыка, слышатся разговоры людей со всех отрядов, а у Антона потерянный голос. — Но я же как-то достал! — он резко отводит голову, чтобы видеть бесстыдное выражение лица своего товарища. Это возмутительно! Арсений ниже шатена на сантиметров семь-восемь, но смог убрать весь тот беспорядок. После этого возмущения он возвращает голову в её прежнее положение, потому что Шастун явно намеревался что-то сказать. — Зачем мне вообще это делать? Если я привык не убираться в шкафу, то почему должен меняться? Только потому что так захотел граф Попов? — недовольно шипит Антон. Арсений аж теряет дар речи от такого поведения. Он открывает рот, а потом возмущённо закрывает обратно, так и не придумав, что сказать. У Шастуна и злость постепенно уходит от такого зрелища. Профиль друга, который сейчас очень сильно напоминал рыбу, смешил не хуже хорошей шутки. Но через мгновение это веселье пропадает. — Это не моя прихоть, если тебе интересно знать, Шастун! — рычит брюнет, слишком резко поворачивась. Шатен замолкает, когда прямо напротив его глаз оказываются другие, кристально-чистые. Их носы больно ударяются друг о друга, но юноши не спешат отстранятся. Антон смотрит то в правый, то в левый глаз собеседника, чувствуя вчерашний ком внутри. Сердце в груди бешенно бьётся, что сказывается на дыхании юноши, которое выходит из его слегка приоткрытых губ. Арсений же выбрал один глаз, в который неотрывно смотрит, наблюдая за такой реакцией. Он не хочется отдаляться от приятеля, хоть и понимает, что нельзя продолжать так стоять. Что подумают люди? Как он потом будет объясняться перед Антоном? Что они скажут Диме и Серёже? Но всё это уходит на второй план, когда по животу разливается приятное тепло. Он готов стоять так вечность, если потребуется. Вот только Шастун не готов. Он чувствует на себе множество интересующихся взгляд, что заставляет чувство стыда взять вверх. Он пихает Попова в грудь и, напоследок зло посмотрев на юношу, двигается в передние ряды. — Чёёёёрт, — шипит парень, присаживаясь на корточки. Он зло теребит волосы, закрывая лицо локтями. Его тоже достигло чувство стыда, и теперь он не Арсений Попов, а сеньор помидор.

***

Шастун игнорирует существование Арса до самого обеда. Не то чтобы Арсений подходил к нему поговорить, но если что, Антон его игнорирует. Попов выглядил очень растерянно, и когда его взгляд сталкивался со взглядом Шаста, то юноша стыдливо отводил глаза в сторону, больше не смотря в ту сторону. Антону, если по секрету, тоже было ужасно стыдно. Когда он вспоминал утреннюю случайность, то внутри всё начинало гореть. Вот за что ему такое нечитаемое чудо? Если ему так нравится Ира, то почему он делает постоянные знаки внимания в его сторону? Поведение объекта симпатии можно было объяснить только одним фактом, из всех знакомых юноше, на Антоне огромные розовые очки. Возможно брюнет просто очень тактильный человек. Не будем забывать, что Арсений сильно похож на не особо общительного интроверта. Может он не может делать знаков внимания в сторону Кузнецовой, потому что слишком стесняется? От этой мысли Шаст рычит и недовольно смотрит в сторону Попова, хоть и злится на самого себя. Брюнет чувствует этот злой взгляд и невольно сжимается от него, чувствуя горку вины и камешек сверху. — Антон, привет! — после столовой к юноше подбегает жизнерадостная, к огромному удивлению, Ира. Она вся буквально светится от счастья. И как ему сейчас нагрубить ей, чтобы та не подходила к нему? Что за огромный груз проблем на него сегодня упал? — Чего тебе, Кузнецова? — Шаст продолжает идти в корпус и не смотреть на девушку. Будет слишком мучительно видеть как светлые глаза постепенно гаснут. — Не нужно пытаться мне нагрубить, — не теряет напор девушка, прыгая вокруг Антона. Она преграждает ему путь своей тушкой и рукой поперёк груди. — Вчера я поняла, что никакой ты не грубиян. Но должна тебя похвалить, у тебя хорошо получается играть эту роль. — Что за чушь ты говоришь? — Антон щурится. Кузнецова не болела синдромом спасателя, так что вряд ли ей захотелось разобраться с внутренним миром парня. — Забей. Ты классный парень, Антон. Но я чувствую неприязнь в свою сторону. Почему? Я ведь ничего не сделала, — Шастун хмыкает, смотря вниз. Ира действительно не виновата. Виновато его тупое сердце, которое заставляет чувствовать симпатию с сторону хорошего друга. Юноша поднимает глаза обратно и натыкается на терпеливую девушку напротив. Она уже не преграждает путь, понимая, что подросток никуда не уйдёт, а только постоянно трогает пальцы и тяжело дышит, крепко смыкая губы. — Прости, Ира. Прости, — он чувствует себя плохо. Сейчас Кузнецова ему кажется такой милой, да и никакого зла в его жизнь она не принесла. Вся ненависть, которую он испытывал при одном воспоминании девушки, уходит. — Всё хорошо, Антон, — облегчённо выдыхает Ира, держась за сердце. — Мы с тобой очень похожи. Не хочешь попробовать нормально общаться? Я думаю, мы с тобой можем хорошо поладить, — широко улыбаясь, предлагает шатенка и протягивает руку. Это похоже на мини-соглашение, которое им нужно закрепить. Подросток смеётся на такой жест, но всё же пожимает маленькую ладошку, положительно кивая. Ему необязательно ненавидеть девушку, если в неё влюблен объект его обожания. К тому же они взаправду чем-то похожи. Жизнь состоит из неожиданных поворотов. Антон из тех людей, которые считают, что все изменения к лучшему.

***

— Арс, ты чего такой напряжённый? — беспокоится Дима. Они все, кроме Шастуна, лежат по кроватям. Арсений часто и нервно стучит ногтями по стенке. — Ничего, — фырчит юноша. Дима тяжело вздыхает и поднимается со своей постели. Он подходит к тревожному телу и несильно стучит по одной из конечностей, ногам. Попов подгибает их к себе, освобождая место другу. — Ну ты чего? — продолжает парень, заботливо гладя спину брюнета. Он видел их сегодняшнюю ситуацию с Антоном. Видел ту заторможенность на линейке, видел их неловкость, видел их молчание, всё видел. Но не думал, что всё настолько серьёзно. — Мне нравится Ира, — шепчет брюнет, но Серёжа и Дима его прекрасно слышат и ждут продолжения. — Антону тоже. — Поэтому вы сегодня утром не могли оторваться друг от друга? — подаёт голос Серёжа, сидевший на кровати Шастуна. Та находилась ближе к Арсению, поэтому юноша пересел со своего места на неё. Матвиенко тоже волновался за отношения друзей, волновался за Арсения, но совершенно не умел подбирать слова. Позов замахивается на него, недовольно смотря. Конечно он не сможет ударить Серёжу на таком расстоянии, даже если захочет. Так он заставляет Матвиенко лучше думать, прежде чем что-то сказать. Попов молчит. Молчит долго, лишь сильнее сжимаясь. Дима тоже напрягается, понимая, что они сделали лишь хуже. Но сказать что-то ещё нет сил, потому что ещё немного, и они кто знает, что может случиться с их другом. — Ире видимо тоже начинает нравиться Шаст, — договаривает Арсений, пропуская последнии слова Серёжи мимо ушей. Он прекрасно их услышал, но решил оставить без комментариев. — С чего ты взял? — спрашивает Дима, переставая гладить спину. Теперь он гладит волосы товарища, потому что это успокаивает лучше, а ситуация серьёзная. — Ты бы видел как она светилась рядом с ним, — хмыкает Попов, проглатывая неприятный ком в горле. Позов тяжело выдыхает и крепко прижимается к Асрению. Ему нужна поддержка, а тактильность - лучший способ её выразить. Серёжа решает повторить действие друга. Он подходит к другой кровати и обнимает двоих парней. Но жизни похоже мало, и она решает расстроить Попова ещё больше. В комнату открывается дверь, и у брюнета почти нет сомнений насчёт того, кто пришёл. Он хмурится и сильнее прижимается к подушке, почти пряча в ней своё лицо. — Чё случилось? — спрашивает Антон, пытаясь говорить эту фразу, как можно равнодушней, но выходит, откровенно говоря, плохо. В ней отчётливо слышится интерес и немного переживания. — Ты случился, — мямлит себе под нос Арс, но звукоизоляция в их комнате так себе, так что все его слышат. С трудом разбирая слова, но слышат. — И что же я сделал? — не понимает таких обвинений Шаст. — Это я клеюсь ко всем подряд, когда мне нравится определённый человек? Я, Арс? — парень прожигает спину Арсения взглядом, закипая изнутри. У юноши никогда не чесались кулаки в таких ситуациях, зато язык ещё как. Антон не любит проигрывать в жизни, она сильно, так что хочется задеть сильнее, хочется навредить больше. Подросток потом часто жалеет о сказанном, но сложно думать о последствиях, когда внутри закипает вулкан. — А не много ли ты на себя берёшь? — резко вскакивает второй с кровати, от чего несколько секунд шатается. В глазах потемнело, но это быстро проходит. — Я ведь не целовать тебя пытался. Даже и обнять не хотел, просто рядом стоял. Чего же ты так долго ждал, если тебе было противно? — рычит парень, смотря прямо в душу. А Шастун опять тушуется, бегая глазками. Не от страха, больше от вида такого красивого Арсения. Дима закрывает глаза ладошками, понимая, что бессилен в этой ситуации, и просто ожидает конца. Серёжа прилипает к стенке и, не моргая, наблюдает за ситуацией с чуть приоткрытым ртом. — Пошёл нахуй, Попов, — выплевывает шатен и покидает комнату, напоследок громко хлопнув дверью. А Попов и так там. Он присаживается на край своей кровати и берётся руками за голову, сильно сжимая волосы. Он очень дорожит Антоном как другом, но находиться с ним рядом становится всё сложней. Дима продолжает мягко поглаживает спину друга, смотря на Серёжу. Такую путаницу будет сложно распутывать.

***

До своей комнаты в корпусе Ира доходит такая же счастливая. Мира перед глазами не существует, сейчас она главная героиня своего романа. Всё пролетает перед глазами и быстро забывается. Зайдя в комнату, девушка всё же возвращается в реальность. На её кровати сидит другая милая девушка в позе бабочки. Оксана начала всё больше времени проводить рядом с Ирой, даже сон-час ей не помеха. Никто и не против, Фролова прекрасно ладит с каждой девушкой в комнате. — Ну как поговорили? — нетерпеливо спрашивает Окс, стоит Кузнецовой переступить порог. Она ложится к стеночке и активно болтает ногами в воздухе. — Потрясающе! — радостно делится девушка, пробегая к своей кровати, и занимая свободное место. — Он согласился нормально общаться. Я думаю, всё получится, Окси, — говорит девушка, обнимая подругу от переизбытка чувств. — Я видимо упустила что-то важное, — врывается в разговор Катя, откладывая книгу в сторону. Она думала, что поймёт примерную тему разговора по предложениям, сказанных между девушками, но поняла полное ничего. — Поделитесь? — спрашивает она, укладываясь набок, и опираясь на левую руку. — Почему нет, да? — солнечно спрашивает Ира, посмотрев на Фролову, будто эта тайна принадлежит ей. — У меня есть небольшие проблемы с агрессией. Ну и я немного закрытый человек. Конечно, сейчас у меня появилась поддержка в вашем лице, но мы с вами очень сильно отличаемся. Я могу вам выговориться, могу поплакаться, но внутри я совсем не меняюсь. А с Антоном мы сильно похожи, просто он справился с некоторыми проблемами быстрее меня. Я думаю, нам будет полезно общаться друг с другом, — под конец девушка слегка хмурится. Звучит так, будто она хочет дружить с Шастуном ради собственной выгоды, но это не так. Антон её притягивает как личность, он ей кажется положительным персонажем, с которым хочется общаться и проводить время. — Ну посмотрим, — кивает своим мыслям Добрачёва. Девушки ещё много о чём говорят. Обсуждают совершенно разные темы, серьёзно не зацикливаясь на каждой. Они обсуждают позитивные темы, потому что через стекло светит яркое солнце, а в комнате стоит тёплая атмосфера. Люди и так часто грустят, так что стоит наслаждаться такими моментами. В комнату стучатся пару раз, отчего все девушки замолкают. — Входите, — впускает незнакомца Катя, садясь на кровать. В комнату заходит злой и взъерошенный Антон. Он закрывает дверь и проходит в комнату маленькими шагами, что не свойственно его росту. Но он чувствует себя неуютно, потому что не знает куда ему сесть, лечь, куда ему себя деть. Добрачёва замечает эту растерянность и двигается ближе к окну, без слов приглашая юношу к себе. Шаст благодарно кивает и садится рядом с ней. — Вы не будете против, если я посижу с вами, пока идёт сон-час? — спрашивает шатен, снимая тапочки, и с ногами залазия на кровать. Он упирается о стенку и обводит взглядом каждую девушку. — Конечно. Что-то случилось? — добродушно спрашивает Оксана, принимая сидячее положение. — Я с Арсом слегка поссорился, — неловко пожимает он плечами. Врать Антон не умеет, да и не хочет. Это не золотая информация, так что нет смысла скрываться. — Ой, а что случилось? — подключается Ира, переводя взгляд с Оксаны на Шаста. — Забей, — машет рукой подросток и, закусив нижнюю губу, задумчиво смотрит на ясную погоду за окном. — Может прогуляемся? — спрашивает Катя, заметив взгляд Шаста. Утром погода была не такая хорошая, да и вечером вряд ли такой будет. Оксана и Ира смотрят на девушку непонимающе. Сейчас ведь нельзя выходить из корпуса, как она хочет выйти на природу? — А пойдём, — соглашается Антон, тоже не понимая предложения Добрачёвой. Но погода за окном такая прекрасная, а Катя человек разумный, так что вряд ли сказала это без какого-то плана. — Вы с нами пойдёте? — кивая, спрашивает девушка, обращаясь к подругам. — Я не пойду, — озадаченно говорит Оксана, всё ещё ничего не понимаю. — Я тоже не пойду, — отрицательно кивает головой Ира, с интересом наблюдая за дуэтом напротив. Катя пожимает плечами, её дело - предложить. Она встаёт с кровати и подходит к окну, после чего лёгкими движениями открывает. Сетка на окнах держится разве что на Божей помощи. Ну и на скрепках, которые можно оторвать, не применяя грубой физической силы. После этого небольшого мошенничества девушка выпрыгивает из окна, благо они живут на первом этаже. Шаст усмехается такой суперзащите. Он-то думал, что так только у них в комнате. Парень следует примеру девушки и выпрыгивает следом. — Если в комнату зайдет Паша, Стас или Ляся, то нас с Антоном никогда не существовало, — говорит напоследок Катя, после чего отбегает от окна к шатену. — Предлагаю пойти на площадку. — Которая рядом с первым корпусом? — спрашивает парень, идя уже в правильном направлении. — А у нас другой и нет, — это правда. Полноценная площадка была только для младших отрядов. Глупо злиться, потому что пройти пару метров для взрослых детей не составляет особого труда. А рядом с их корпусом находится поле с сеткой, которую можно в любой момент снять. До площадки собеседники доходят в молчании. Солнце ярко светит, заставляя глаза слипаться, а тело превращается в мягкую и расслабленную массу. Но лучи света не жарят, а только греют, поэтому спрятаться в кровати и уснуть желания нет. Хочется лечь на траву и растекаться по ней, словно ты плавленый сырок. Впрочем, Антон так и делает. Стоит знакомым добраться до той самой площадки, Шаст мягко приземляется на траву, потягиваясь во весь рост. Катя срывает значительное количество одуванчиков и садится рядом. — Ты умеешь плести венки? — удивляется юноша, заинтересованно посмотрев на девушку. — Да, есть такие умения, — улыбается Добрачёва. — Хочешь тебе сплету? — хитро щурясь, предлагает девушка. Антон активно кивает. Венок из одуванчиков это его такая маленькая мечта. Он как бы очень рад его получить, но сам делать не хочет, лень. — Антон, почему ты поссорился с Арсением? — у Кати уже составлены все вопросы, которыми она собирается донимать юношу. Это понятно по её лицу. Подросток тяжёло, сглатывает, боясь сказать лишнее слово. Вопросы скорее всего будут провокационные, а значит он ходит по острому и опасном лезвию. — Он много о себе возомнил, — фырчит парень. Он всё ещё зол на друга, но сейчас испытывает больше непонимания. Ему до сих пор непонятна причина такого грубого наезда. — С чего такие мысли? — продолжает допрос девушка, не смотря на юношу. Внешне всё её внимание принадлежат венку, но на самом деле это совсем не так. Она делает венки из одуванчиков так часто, что и с закрытымт глазами может легко справиться. — Ему нравится одна девушка, — Шаст начинает теребить теребить кольца и немного морщится в лице, что не остаётся незамеченным от чужих глаз. Арс уже надоел просачиваться в разговорах, но Антон не хочет что-то менять. Лучше пусть его имя будет звучать в каких-нибудь обыденных темах, нежели будет постоянно находиться в голове, не давая никакого покоя. — А тебе нравится Арсений? — спокойно спрашивает собеседница, заканчивая со своим делом. Юноша поднимается с травы и сидит в позе бабочки, ошарашенно смотря на девушку. Добрачёва надевает украшения на голову своему собеседнику, придусмотрительно убрав чёлку в одну из сторон. — Не волнуйся, я никому не скажу, — шепчет Катя, будто их может кто-то услышать. — Да с чего ты взяла вообще? — и без того хриплый голос, кажется сейчас ещё более севшим. То ли от ужаса, то ли от волнения. Девушка словно ожидала такую реакцию. Она медленно переходит на плечи, ободряюще их хлопая. — Антон, я не так слепа, чтобы не видеть твоих щенячих глаз, — объясняет она истину ребёнку. — Ты немного не умеешь скрывать чувства. — Ты такая умная, Господи, — хмыкает парень, отводя глаза в сторону. Нет смысла оправдываться, Катя уже всё сама поняла. — Знаешь, из тебя бы получился прекрасный психолог. — Сплюнь, — приказывает девушка, несильно ударяя друга по плечу. Парень смеётся с такого жеста. Чтож, наверное, девушка выбрала для себя другое будущее. — А почему нет? — всё же интересуется юноша. Девушка могла бы многого достичь в этой сфере со своими знаниями. — Я люблю людей, но не готова помогать им каждый день. Не выдержу, — Катя даже не рассматривала себя в этой профессии, она себя там совсем не видит. — Я стилистом хочу быть, — Добрачёва начинает плести новый венок, от чего собеседники на какое-то время погружаются в приятное молчание. — Так что же ты собираешься делать с графом? — Катя хмыкает, когда ловит на себе непонимающий взгляд. — С Арсением. — А что я могу сделать? Думаю, я скоро остыну, надо просто подождать. — Тош, не хочу расстраивать, но так многие так говорят, — сочуствующе начинает девушка. — Но хочу сказать, что у тебя правда есть шансы с Арсом. — Знаю, я что так многие говорят, — хмурится парень, отводят взгляд в сторону. Прокрутив все слова в голове, он понимает смысл второй половины фразы. — Погоди. Что ты сказала? — Что? — искусно удивляется Катя, хотя прекрасно понимает о чём речь. — Кааааатя, — тянет парень, приближаясь к подруге. Он кладёт руки и голову на колени девушки, пытаясь поймать на себе взгляд Добрачёвой. Ему получается это сделать, и он умоляюще на неё смотрит, чуть ли не скуля. —Я не могу говорить точно, но мне кажется он в тебе заинтересован. Необязательно как в партнёре, но интерес к тебе чувствуется. Надо развить этот интерес, Тош, — Шаст её внимательно слушает, запоминаю каждое слово. Катя фигни не скажет. — А как это сделать? — спрашивает юноша, нетерпеливо облизнув губы. — Тут по ситуации надо смотреть. Вот сегодня утром ты хорошо сделал, — на этом моменте парень отводит взгляд в сторону и смущается. — Играй с ним по его правилам. Продолжай смотреть такими де жалобными глазами, но не подпускать к себе. — Звучит жестоко, — хмурится подросток. — Жизнь сама по себе жестокая, — пожимает плечами Добрачёва. Шастун хмыкает и кивает. Стоит попробовать. Попытка не пытка, как говорится. Наверное.

***

— Ну и куда он ушёл? — волнуется Арс. Ему стыдно, потому что Шаст находится неизвестно где уже больше часа. Но не только в этом проблема. Его нет в их комнате именно по его вине. — Арс, спокойней. Он не мог уйти далеко. Помни, мы в лесу, — обнадёживает друга Дима. Попов знает, но на душе всё равно нет того спокойствия, которой его редко покидает. Арсений стучит ногой по комоду мелодию, известную только ему. Видимо судьба решила перестать издеваться над юношей и через несколько минут в комнату закрадывается Антон. Попов смотрит на его спину и выдыхает с огромным облегчением. Неприятная дрожь и громкое биение сердца постепенно покидают его. Повернувшись шатен натыкается на виноватый взгляд друга. Шаст смотрит в ответ, не отводя взгляд в сторону. Наоборот, наклоняет голову в бок, заинтересованно смотря. Арсу становится неудобно под таким напором, поэтому он перебрасывает изучающий взгляд на стенку, будто до этого момента и не замечал её. Антон хмыкает и направляется к своей кровати, поздоровавшись с остальными парнями в комнате. — Антон, прости, — шепчит брюнет, садясь на кровать друга. Попов шепчет это прямо в ухо, потому что тема кажется слишком личной, хоть и видели происшествие все в этой комнате. Шаст жмурится от табуна мурашек, вызванного горячим дыханием. — За что же ты извиняется? — спрашивает юноша, повернувшись лицом к товарищу. Он бегает глазами по лицу собеседника, часто задерживаясь на приятных голубых глазах. Арсений перестаёт дышать, смотря в ответ. Это так напоминает утреннюю случайность, что все слова из головы вылетают. Не только слова но и любые мысли. Попов смотрит в эту зелёную рощу, желая остаться в таком положении навсегда. Но на одной из кровати случайно, а может и нет, сильно кашляет Дима, чем приводит Арса в чувства. — Я вывалил на тебя весь негатив, которые ты не заслужил, — отвечает подросток на поставленный ранее вопрос. Антон медленно проводит языком по губам и щурится. — Только за это хочешь извиниться? — Шаст специально вспоминает утро. Это ставит Попова с затруднительное положение, но просто встать и уйти нельзя. — Утром, — начинает он, подбирая слова. — Я не должен был, — и он замолкает. Ситуация вышла неловкая, виноват в ней наверное Арсений. Если бы первым оттолкнул он, то всё было бы иначе. Извиниться он за это должен, но что он сделал не так? Как сформулировать извинения, если ты и сам не понимаешь? — Хорошо, Арс. Я думаю, мы друг друга не так поняли, всё бывает. Но если ты ещё раз мне так нагрубишь, — фыркает юноша, после чего щипает друга за бок. — Я тебя съем, не сомневайся, — атмосфера в комнате сразу разряжается. Пусть соседи это не говорят, но всем стало намного легче. В лагере бывают разные ситуации. Ты не можешь быть вечно приветливым и дружелюбным с людьми, с которым проводишь двадцать четыре часа в сутки. Но они обязательно со всем справятся, потому что у Антона есть план, а у Арсения интерес. Кто заманит в ловушку, а кто в неё попадётся, покажут лишь время и поступки парней.