Перевёрнутый мир.

Конец лета.

Гарри вышел в сад за домом Малфой Хаоса и решил посидеть в беседке. Совершенно скоро им следует вернуться в школу, чего ждал даже Драко. Наверное, это самое лучшее лето в его жизни, и за это он был благодарен другу и его семье. Хоть временами он чувствовал себя чужим, глупым, но его никто в этом не попрекал. Гарри же не виноват, что рос среди маглов и не знал культуру волшебников, этикет и особые правила чистокровных магов. Внезапно Гарри весь напрягся: из середины кустарника за ним явно кто-то следил. Гарри вскочил со скамейки; — в густой листве мелькнули два огромных зеленых глаза. — Что ты тут делаешь? — спросил Драко, вышедший из дома. — Твои родители готовятся к приходу какого-то гостя, не хотел мешать, — ответил Гарри, ещё раз посмотрев на кусты, где уже ничего не было. — Мешать? — Драко приподнял бровь. — Знаешь, я им тоже мешаю, однако я не ухожу на улицу. — А где ты сейчас стоишь? — Я за тобой вышел, а не потому, что считаю себя лишним, как некоторые Гарри Поттеры. — Драко! — окликнул сына Люциус, от чего блондин закатил глаза. — Нам с мамой нужна твоя помощь. Младший Малфой посмотрел на друга с сожалением, но Гарри уверил его, что всё нормально, и что он пойдёт в свою комнату. Гарри чуть не ахнул от удивления, но удержался. На кровати сидел маленький человечек, ушами напоминавший летучую мышь, и таращил на него выпученные зеленые глаза величиной с теннисный мяч. Гарри сразу его узнал — это он следил за ним из кустов живой изгороди. Человечек не сводил с него глаз, Гарри отвечал тем же. А тем самым временем внизу раздались голоса. — Позвольте взять Ваши пальто, мистер и миссис Макмилланы? — донесся снизу почтительный голос Драко. Человечек соскользнул с кровати и низко поклонился, коснувшись ковра кончиком тонкого, длинного носа. Одет он был в старую наволочку с дырками для ручек и ножек. — П-привет, — поперхнулся Гарри. — Гарри Поттер! — пронзительным голосом воскликнул нежданный гость (мистер Люциус в гостиной наверняка услышал). — Добби так давно мечтал с вами познакомиться, сэр… Это такая честь… — Б-благодарю вас, — кивнул Гарри. Двигаясь вдоль стенки, он достиг письменного стола и опустился на стул рядом с просторной клеткой, где спала сейчас сова Букля. Гарри хотел было спросить незнакомца, кто он, но, подумав, что это неучтиво, спросил только его имя. — Добби, сэр, — ответил человечек — Просто Добби. Добби-домовик, если угодно, домовой эльф. — В самом деле? — В другой раз это известие немало удивило бы Гарри, но сейчас было не до того. — Видите ли, сегодня… э-э… не лучший день для знакомства с домовиком. Только, пожалуйста, не обижайтесь. Снизу доносился на высоких нотах смех гостей. Добби-домовик понурил голову. — Не подумайте, что знакомство с Вами мне неприятно, — поспешил Гарри утешить эльфа. — Но не могли бы Вы… объяснить мне… э-э… цель Вашего посещения. — Да, сэр. Конечно, сэр. Добби пришел… это трудно выразить… Добби не знает, как начать…  — Садитесь, пожалуйста, — Гарри указал на кровать. И тут, к его ужасу, домовик разразился громкими рыданиями. — Садитесь! — голосил он. — Никогда… никогда еще… Разговор внизу явно застопорился. — Простите, пожалуйста, — прошептал Гарри, — Я не хотел вас обидеть. — Какая обида! — задохнулся эльф. — Никогда еще ни один волшебник не разговаривал с Добби, как с равным, не приглашал сесть… — Да тише вы, — взмолился Гарри и подтолкнул эльфа к кровати, стараясь сохранить самое доброе выражение лица. Эльф взобрался на кровать, сел поудобнее — он походил сейчас на большую растрепанную куклу — и начал нервно икать. Наконец, он справился и со слезами, и с икотой и устремил на Гарри восхищенный взгляд огромных, блестевших, как изумруды, глаз. — Вам, должно быть, редко встречались хорошо воспитанные волшебники, — Гарри пытался утешить эльфа. Добби кивнул. И вдруг, прыгнув на подоконник, стал яростно биться головой об оконную раму. — Гадкий Добби! — кричал он при этом. — Мерзкий, гадкий Добби! — Пожалуйста, не надо, — полушепотом попросил Гарри. — Что Вы делаете? Вскочив со стула, он опять водрузил эльфа на постель. Но тут, как назло, проснулась Букля, как-то особенно громко крикнула и бешено забила крыльями о решетку клетки. — Добби обязан наказать себя, сэр, — произнес домовик, у которого глаза от ударов стали немного косить. — Добби сказал плохое о своей семье, сэр… — О своей семье? — О своих хозяевах, сэр… Добби — домовый эльф, его участь до конца дней жить в одном доме, служить одной семье… — А они знают, что вы сейчас здесь? — полюбопытствовал Гарри. — Нет, сэр. Конечно нет! — воскликнул эльф, и его всего передернуло. — Добби придется сурово наказать себя за это. Очень сурово, сэр. Прищемить уши печной дверцей. Если они когда-нибудь об этом узнают… — А разве они не заметят, что Вы подвергаете себя наказанию? — Добби сомневается в этом, сэр. Добби все время себя наказывает. Хозяева велят. Напоминают, что лишнее наказание не повредит… — Почему же Вы не бросите их? Не убежите? — Эльф-домовик может стать свободным, только если хозяин даст ему вольную. А эта семья никогда не даст вольной… Добби будет служить ей, пока не умрет. — А я думал, хуже моей участи нет. — нахмурился Гарри. — Да маглы — ангелы по сравнению с вашей семьей. А не может ли кто-нибудь помочь Вам? Хотя бы я? Или может чистокровные Малфои? Сказав это, Гарри тут же раскаялся: из груди Добби вырвался вопль благодарности. — Пожалуйста, — зашептал Гарри в отчаянии. — Пожалуйста, тише. Наши гости не должны отвлекаться на такой шум. Этой встречи мистер Малфой ждал пол года. — Гарри Поттер сказал, не может ли он помочь Добби… Добби много слышал о Вашем величии, но о Вашей доброте Добби не ведал. Кровь горячей волной залила щеки Гарри. — Разговоры о моем величии просто чушь, — сказал он. — Я даже не самый лучший в классе у нас в Хогвартсе. Лучше всех учится Гермиона. У нее… — Гарри Поттер скромен и смирен, — почтительно произнес Добби, его круглые глаза так и сияли. — Гарри Поттер не хвастается победой над Тем-Кого-Нельзя-Называть. — Над Волан-де-Мортом? — спросил Гарри. Добби зажал ладошками торчащие уши и взвыл: — Не произносите это имя, сэр. Умоляю, не произносите! — Простите, пожалуйста, — поспешил принести извинение Гарри. — Я знаю, многим оно не нравится. Мой друг Драко… Добби подался вперед. Глаза у него горели ярче автомобильных фар. — Добби слыхал, — хрипло произнес он, — Что Гарри Поттер еще раз встретился с Темным Лордом. Всего несколько недель назад… И Гарри Поттер опять спасся. Гарри кивнул, и на выпученных глазах Добби навернулись слезы. — Ах, сэр, — выдохнул он и вытер лицо углом грязной наволочки. — Гарри Поттер благороден и смел! Он уже одержал столько побед! Но Добби пришел, чтобы защитить его, предупредить об опасности. И пусть потом придется защемить уши печной дверцей… Гарри Поттеру нельзя возвращаться в «Хогвартс». Ему нельзя находиться среди волшебников. В комнате воцарилось молчание, прерываемое голосом мистера Малфоя, бряцанием ножей и вилок, доносившимся снизу. — По-по-почему? — Гарри от неожиданности стал заикаться. — Я должен ехать в школу. Учебный год начинается первого сентября. Я только и живу этой жизнью. Вы не представляете себе, что мне приходилось раньше чувствовать. Моё место в вашем мире. В школе волшебников. — Нет, нет, нет! — Добби так сильно замотал головой, что уши заколыхались. — Гарри Поттер должен оставаться там, где он в безопасности. Великий, несравненный Гарри Поттер — всеобщее достояние. В Хогвартсе Гарри Поттеру грозит страшная опасность! — Какая опасность? — еще больше удивился Гарри. — Существует заговор. В Школе чародейства и волшебства в этом году будут твориться кошмарные вещи, — прошептал Добби и вдруг задрожал всем телом. — Добби проведал об этом уже давно, сэр, несколько месяцев назад. Гарри Поттер не имеет права ввергать себя в пучину бедствий. Он всем очень нужен, сэр! — Какие еще кошмарные вещи? — напрямик спросил Гарри. — Кто их затевает? Добби издал странный сдавленный хрип и стал неистово биться головой об стену. — Ну будет, будет, — Гарри схватил домовика за руку, пытаясь остановить истязание. — Я понимаю, Вы не можете ничего сказать. Но почему Вы предупреждаете меня? — И тут его пронзила внезапная мысль. — Постойте! Не связано ли это с Вол… простите, с Вы-Знаете-Кем? Если не можете, не отвечайте, — но, увидев, что лоб Добби опять в опасном соседстве со стеной, поспешно прибавил: — Только кивните или покачайте головой. Добби медленно задвигал головой из стороны в сторону. — Нет, сэр, это не Тот-Кого-Нельзя-Называть, — внятно, по слогам произнес он. Но глаза его выпучились еще сильнее. Гарри видел — Добби явно старается навести его на какую-то мысль. И попробовал догадаться: — Может, у него есть такой же коварный брат? Добби сильнее замотал головой, а глаза его чуть не вылезли из орбит. — Ну ладно. Только я представить себе не могу, кто еще мог бы причинить мне зло в Хогвартсе. Ведь там же есть Дамблдор. Вы знаете, кто такой Дамблдор? — Да, конечно, — кивнул Добби. — Альбус Дамблдор — самый великий ректор в истории Хогвартса. Добби это знает. Добби слышал, что могуществом Дамблдор не уступал Тому-Кого-Нельзя-Называть, даже когда тот был в самой силе. Но, сэр, — перешел Добби на энергичный шепот, — Есть враги, которых Дамблдор не может… враги, которых ни один уважающий себя волшебник… И не успел Гарри глазом моргнуть, как Добби соскочил с кровати, схватил свечи с подставкой и начал колотить себя по голове, сопровождая наказание душераздирающими криками. Гости и хозяева внизу притихли. Гарри услыхал, как кто-то затопал в коридоре, и у него бешено забилось сердце. — Скорее в шкаф! — шепнул Гарри, схватил Добби, толкнул его туда, захлопнул дверцу и успел одним махом метнуться на кровать. В тот же миг ручка двери повернулась. — Что происходит, Гарри? — спросил зашедший Драко. — Извини за шум, я не хотел вас отвлекать. — Пошли лучше вниз, с нами сядешь. — предложил блондин. — Нет, я буду мешать вам только. У меня же нет познаний этикета, я всё испорчу, а твой отец ждал эту встречу пол года, — ответил Поттер, посматривая на шкаф. — Давай, я останусь с тобой? — поинтересовался друг. — Не стоит, ты нужен там. Пожав плечами, Драко вышел из комнаты. — Видишь? У меня тут есть друзья, а там, у маглов, у меня нет никого, я там чужой. — Друзья, которые не раз подвергали опасности Гарри Поттера? — Они тут совсем ни при чём. — Гарри Поттер даст Добби слово, что не вернется в Хогвартс? Ах, сэр, Вы не имеете права подвергать себя такой опасности! Обещайте Добби, что не поедете больше в школу. — Ни за что! — отчеканил Гарри. — Так знайте, сэр, — печально проговорил эльф. — Добби придется прибегнуть к крайним мерам. Другого выхода нет. И не успел Гарри опомниться, как Добби выскочил из комнаты, толкнул дверь и кубарем скатился по лестнице. Во рту у Гарри пересохло, сердце чуть не выскочило из грудной клетки. Он бросился вслед за домовиком, стараясь не издавать шум. Перемахнул через шесть последних ступенек и неслышно, с ловкостью кошки приземлился на ковер прихожей. Огляделся по сторонам: куда мог деваться Добби? — Пожалуйста, расскажите Нарциссе ту смешную историю про китайских волшебников, мистер Макмиллан. Она умирает от любопытства, — донеслись из столовой слова Люциуса. Гарри бегом бросился в кухню и обомлел. Чудо кулинарного искусства от Нарциссы — огромный пудинг из взбитых сливок и засахаренных роз, а так же из достаточно дорогих волшебных фигурок драконов парил под потолком. А наверху буфета, в углу, съежившись, сидел Добби. — Не надо, — простонал Гарри. — Гарри Поттер должен обещать, что он не вернется в школу. — Добби, умоляю… — Обещайте, сэр. — Не могу! Добби с состраданием посмотрел на него. — Тогда Добби придётся на это пойти. Ради Вашего блага, сэр. При этих его словах торт полетел в сторону столовой и с сильным хлопком врезался в гостя. Клочья сливок заляпали окна, стены, всех, кто находился в помещении. А Добби, будто щелкнув невидимым хлыстом, исчез, словно его и не было. В столовой раздался визг. На кухню вбежал Драко и закрыл своей спиной друга, когда вслед за ним вбежал мистер Макмиллан. — Это что ещё за шутки такие? Я — чистокровный волшебник, и не потерплю такого отношения к себе. Это он сделал? — кричал гость, указывая на брюнета, прячущегося за спиной друга. — Подумаешь, какой-то торт. Он же в Вас не петарду кинул. — Это неслыханная наглость! Малфой! — крикнул Макмиллан по направлению в столовую. — Какое воспитание ты дал своему сыну? — Я не хочу с тобой разговаривать по поводу воспитания своего ребёнка. Ты сам отец и знаешь, что дети, они всё-таки в первую очередь дети, а раз ты не понимаешь детских шуток, то можешь уйти, — холодно отрезал Люциус, гордо зайдя на кухню, весь измазанный кремом. — Отлично! Можешь забыть о партнёрстве! Сам виноват! — воскликнул гость, схватив свою жену, и удалился из Малфой Хаос. Малфой старший поднял голову к потолку, глубоко вдохнул, а потом на мгновение посмотрел на мальчишек, из-за чего Гарри стало очень стыдно, и ушёл. — Я, наверное, впервые вижу такую обречённость в его глазах. — пробубнил Драко, опустив голову. В тот вечер Гарри рассказал всё Драко, хоть лучше от этого не стало, но друг его не винил в случившемся.

***

— Мальчики, вам письма из школы. — С этими словами мистер Малфой вручил Гарри с Драко по конверту. Конверты были одинаковые, из желтого пергамента с адресом, выведенным зелеными чернилами. — Дамблдор знает, что ты у нас, ничего от этого человека не скроется. Минут пять в кухне было тихо. Гарри и Драко погрузились в чтение. В письме Гарри сообщалось, что первого сентября, как обычно, ему надо сесть на вокзале Кингс-Кросс в экспресс «Лондон — Хогвартс», который и доставит его в школу. К письму прилагался список учебников для второго курса: «Учебник по волшебству», 2-й курс. Миранда Гуссокл, «Встречи с вампирами». Златопуст Локонс, «Духи на дорогах». Златопуст Локонс, «Каникулы с каргой». Златопуст Локонс, «Победа над привидением». Златопуст Локонс, «Тропою троллей». Златопуст Локонс, «Увеселение с упырями». Златопуст Локонс, «Йоркширские йети». Златопуст Локонс… — Новый преподаватель защиты от темных искусств точно поклонник Локонса. Спорим, что будет ведьма! — сказал Драко. Но тут блондин перехватил взгляд матушки и принялся сосредоточенно намазывать на гренку яблочный джем. — Комплект книг Локонса стоит немало. — Драко искоса глянул на родителей. — Где возьмем столько денег? — На чем-нибудь сэкономим, — неуверенно проговорила миссис Малфой, но вид у нее был явно озабоченный. — А может быть я куплю? — спросил Гарри, после чего на него обратили внимание. — Исключено! — отрезал Люциус. — Эти деньги тебе оставили родители, и не стоит ими разбрасываться. Мы что-нибудь придумаем для сына. — объяснила недовольство мужа Нарцисса. В среду миссис Малфой разбудила ребят рано утром. Заглотив каждый по пять кусков яблочного пирога, мальчишки натянули куртки, а миссис Малфой сняла с каминной полки цветочный горшок и заглянула в него. — Почти ничего не осталось, Люциус, — вздохнула она. — Не забыть бы сегодня купить еще… Гарри, ты у нас гость, иди первый. Миссис Малфой протянула ему горшок. Гарри растерянно взглянул на горшок, потом на хозяев, явно что-то от него ожидавших. — А… а что надо сделать? — спросил он, заикаясь. — Он никогда еще не летал при помощи «летучего пороха», — сказал Драко. — Прости, Гарри, я совсем об этом забыл. — Никогда? — изумился мистер Малфой. — А как же ты в прошлом году покупал школьные принадлежности? На чем добрался до Косого переулка? — Приехал на метро. — В самом деле? — с нескрываемым восторгом воскликнула миссис Малфой. — Я слышала, там есть лестницы-чудесницы! Но как именно… — Не сейчас, Нарцисса. — Мистеру Малфою явно не хотелось слушать лекцию об устройстве метрополитена. — «Летучий порох» куда быстрее. Но если ты никогда им не пользовался… — Все будет в порядке, мама, не волнуйся, — сказал Драко. — Я пойду первым, а ты, Гарри, смотри. Взяв из горшка щепотку пороха, Драко шагнул в камин и бросил его в огонь. Пламя вспыхнуло, загудело, изумрудно-зеленые языки взметнулись выше человеческого роста и увлекли с собой мальчика. — Косой переулок! — крикнул младший Малфой и исчез. — Говорить надо четко. И смотри не перепутай каминные решетки, — напутствовала Гарри миссис Малфой. — Что не перепутай? — занервничал Гарри. — Над нами и под нами много волшебных каминов — выходов на улицы, — продолжала объяснять миссис Малфой. — И чтобы не заблудиться, надо говорить четко и ясно. — Успокойся, Нарцисса, он справится, — с этими словами мистер Малфой взял немножко пороху и пошел к камину. — Дорогой, а вдруг он потеряется? Что мы тогда скажем его дяде и тете? — Они долго горевать не будут, — заверил Нарциссу Гарри. — Разве что Дадли лопнет со смеху, что я затерялся в дымоходе. — Ну ладно. Пойдешь вслед за Люциусом, — решила миссис Малфой. — вступишь в камин, сразу скажи, куда лететь. И руки по швам. — И, конечно, зажмурься, в трубе полно сажи. Стараясь удержать в голове все эти наставления, Гарри взял щепотку пороха и подошел к краю камина. Глубоко вздохнул и вошел в огонь. Пламя показалось ему приятным ветерком. Гарри открыл в изумлении рот, глотнул пепла и закашлялся. — Ко-косой переулок, — запнувшись, проговорил он. Огненный вихрь завертел его волчком и понес вверх. Свист пламени оглушительно бил по барабанным перепонкам. Гарри боялся зажмурить глаза: вдруг пролетит мимо своей каминной решетки. От этого кружения зеленого вихря к горлу подступала тошнота. Ой! Что-то больно стукнуло по локтю, и Гарри еще сильнее сжался. Вихрь продолжал вращать его; струи, овевавшие щеки, становились все холоднее. Украдкой поглядывая сквозь очки, Гарри видел, как один за другим мимо проносятся расплывчатые пятна горящих каминов и примыкающие к ним части гостиных. Стали давать о себе знать и съеденные пироги. Гарри зажмурился. «Господи, когда же это кончится», — подумал он и в тот же миг ничком вывалился из камина на холодный пол какой-то комнаты. От удара стекла очков жалобно звякнули. Прижимая к лицу треснувшие очки, слегка пошатываясь, Гарри поднялся на ноги. Голова кружилась, он весь был вымазан в саже, и ни Драко, ни Люциуса в комнате не было. — Да где же это я? — прошептал Гарри, оглядывая большой, слабо освещенный зал. Что это волшебная лавка сомнений нет. Но в ней никаких школьных принадлежностей. В витрине под стеклом красовались сушеная рука, заляпанная кровью, колода карт и пристально смотревший хрустальный глаз. Со стен таращились зловещие маски. А на прилавке, — кошмар! — разложены человеческие кости разных форм и размеров. С потолка свисают ржавые, заостренные инструменты для пыток. И самое неприятное — темная, узкая улочка, которую видно сквозь пыльное окно, — явно не Косой переулок. Надо уносить отсюда ноги, и чем раньше — тем лучше. Ушибленный нос все еще саднил, но сейчас это пустяки. Гарри метнулся было к входной двери и на полпути замер. К магазину приближались двое. Один из них — человек, которого Гарри, перемазанный в саже, с треснувшими очками на носу меньше всего хотел видеть. Это был злокозненный Рональд Уизли собственной персоной. По левую руку Гарри заметил большой черный шкаф и, не долго думая, шмыгнул туда. Потянул на себя дверцу, оставив щелку, и в ту же секунду зазвенел звонок. Входная дверь отворилась, Рональд вошел в лавку, за ним следом… ну, конечно, его отец. То же тёмное лицо, рыжие волосы и веснушки. Вылитый Рон! — Руками ничего не трогай! — приказал мистер Уизли сыну, который уже потянулся к хрустальному глазу. — Но ты ведь хотел купить мне подарок. — Я тебе обещал скоростную метлу. — На что она мне? Я же не играю за свою команду. В прошлом году Гарри Поттер купил себе метлу «Нимбус-2000», получил особое разрешение от Дамблдора и стал играть за свой Гриффиндор: как же, знаменитость! И все из-за этого дурацкого шрама на лбу, — злился Рон, разглядывая шеренгу черепов на полке. — Все считают его умником. Ах, распрекрасный Поттер! Ах, какой шрам! Какая метла! — Заладил свое! Ты мне уже сто раз это говорил, — рассердился мистер Уизли. — Напоминаю тебе: плохо относиться к Гарри Поттеру нельзя. Весь народ считает его героем. Ведь это из-за него не стало Темного Лорда. За прилавком возник сутулый человечек с сальными, зализанными назад волосами. — А-а, мистер Горбин… — Добро пожаловать, мистер Уизли! Всегда рад видеть у себя Вас и Вашего сына, — голос у хозяина лавки был такой же елейный, как и волосы. — Что желаете-с? У меня есть, что показать. Только что получили товар, и цены умеренные! — Сегодня я не покупаю, мистер Горбин, — важно произнес Уизли-старший. — А продаю. — Продаете? — улыбка сползла с лица Горбина. — Вы, верно, слышали, Министерство объявило очередной рейд. А у меня дома…м-м… кое-что есть. И если ко мне придут, я могу оказаться в неловком положении. С этими словами Артур достал из сумки свиток пергамента и поднес его к глазам лавочника. — Неужели Министерство осмелится беспокоить Вас, сэр? — возмутился Горбин и водрузил на нос пенсне. Уизли скривил губы. — Министерство уже начало под нас копать. Ходят слухи, что готовится новый закон в защиту маглов и редких животных. Не сомневаюсь, за этим стоит вшивая любительница простецов и редкая дура мисс Малфой, — Уизли затрясся от гнева. — Боюсь, кое-какие яды могут показаться… — Конечно-конечно, сэр, — закивал головой Горбин. — Дайте подумать… — Папа, ты не купишь мне вот это? — перебил хозяина лавки Рональд, указывая на витрину с подушечкой, на которой покоилась сушеная рука. — Рука Славы! — воскликнул Горбин. — Купите эту руку, вставьте в нее горящую свечу, и никто, кроме Вас, не увидит ее огня. Лучший друг воров и разбойников! Сэр, у Вашего сына отличный вкус! — Надеюсь, мой сын тянет на большее, чем вор или разбойник, — холодно процедил мистер Уизли. — У меня и в мыслях не было обидеть Вас, это ведь только к слову пришлось, — засуетился Горбин. — Да, учится он не то, чтобы очень, — голос Уизли стал ледяным. — Но это отнюдь не значит, что мозгов у него нет. — Я в этом не виноват, — вскинул голову Рон. — У всех учителей есть любимчики. Хотя бы Гермиона Грэйнджер. — И тебе не стыдно! — приструнил его отец. — Какая-то простачка учится лучше тебя по всем предметам! Уизли-младший потупился. «Ага! — подумал Гарри. — Спесь-то и с тебя можно сбить!» — Извечная история, — потек елейный голос Горбина. — Волшебная кровь везде ценится меньше. — К кому-кому, а к моей семье это не относится, — сказал Уизли, раздувая ноздри. — В конце концов, все мои дети были одними из успешных учеников школы, если не считать… — он посмотрел на сына. — Разумеется, сэр, — Горбин отвесил низкий поклон. — Тогда давайте вернемся к списку. Я очень спешу, у меня сегодня много важных дел. Хозяин и гость начали торг, а Рональд пошел ходить по лавке. Полюбовался петлей на которой повесили не одного преступника, остановился у витрины с опаловым ожерельем. — «По преданию, ожерелье отняло жизнь у девятнадцати простецов. Осторожно. Не трогать. Проклято», — злобно хихикая, прочитал он. Шаги Уизли приближались к шкафу, где сидел Гарри. Вот он, совсем рядом, сейчас откроет дверцу. Сердце у Гарри екнуло. — По рукам! — донесся довольный голос мистера Уизли из-за прилавка. — Рон, идем скорее! — Рональд поспешил прочь. Гарри вытер рукавом лоб. — До свидания, мистер Горбин. Завтра жду Вас у себя в замке. Всего наилучшего. Входная дверь захлопнулась, и елейность Горбина вмиг испарилась.

***

На верхних ступеньках у входа в банк стояла Гермиона Грэйнджер. Увидев старых друзей, девочка бросилась им навстречу. Ветер трепал ее густые каштановые волосы. — Гарри! Что с твоими очками? Здравствуй, Хагрид. Как же я рада вновь вас видеть! Ты, Гарри, идешь в «Гринготтс»? — Привет, Гермиона. Ты угадала, я иду в банк. Но сначала надо найти Малфоев. — Ну, долго-то искать не придется, — улыбнулся в бороду лесник и как в воду глядел; к банку спешили оба блондина. — Гарри! — переведя дух, крикнул мистер Малфой. — Мы надеялись, что ты проскочил не выше одной решетки. — Он вытер лоб, поправляя свою причёску, и уже вернув своё самообладание, продолжил. — Нарцисса от беспокойства чуть с ума не сошла. Она сейчас подойдет. — Ты из какого камина вышел, Гарри? — спросил Драко. — Не знаю. — Он высадился в Лютном переулке, — сдвинул густые брови Хагрид. — Нифига себе! — воскликнули Драко и Гермиона. — Нам туда ходить категорически запрещено… — откровенно позавидовал Драко. — Знамо дело! Там и сгинуть недолго, — прохрипел Хагрид. — Гарри! Нашелся! — Миссис Малфой мчалась к ним на всех парусах. — Гарри! Ведь ты мог погибнуть! Подбежав, миссис Малфой мгновенно достала из сумки платяную щетку и принялась сметать с мантии Гарри остатки сажи. А мистер Малфой снял с носа Гарри очки и прикоснулся к ним волшебной палочкой — раз, два; — и очки как новые! — Мне, однако, пора. Свидимся в школе, — попрощался Хагрид, вызволяя руку из ладоней Нарциссы, которая все никак не могла успокоиться: — Лютный переулок! А если бы ты его не нашел! Лесничий двинулся в обратном направлении, возвышаясь над прохожими чуть ли не на голову. А вся компания отправилась в банк. — Угадайте, кого я видел в лавке «Горбин и Бэркес»? — спросил Гарри Драко и Гермиону. И тут же сам ответил: — Уизли и его отца! — Артур Уизли купил там что-нибудь? — живо поинтересовалась мисс Малфой. — Нет, он сам продавал. — А-а, занервничал, — Мисс Малфой была явно недовольна. — Хотелось бы мне на чем-нибудь его подловить! — Будь осторожнее, Цисси, — сурово проговорил мистер Малфой, следуя в банк за низко кланявшимся гоблином. — Эта семья опасная. Не зарься на кусок, который не проглотишь! — Ты считаешь, мне с Уизли не потягаться? — возмутилась миссис Малфой. Но тут увидела родителей Гермионы и сразу же про него забыла. Грэйнджеры стояли у стойки, которая тянулась вдоль стен мраморного холла. Они ожидали, когда Гермиона представит их, и заметно волновались. — Здравствуйте, друзья! — по доброму приветствовала их мисс Малфой. — Маглы? Родители Гермионы? Пришли поменять деньги, да? Смотри, Люциус, настоящие фунты, — и она показала на десятифунтовую банкноту в руке мистера Грэйнджера. — Мама, если ты хочешь быть вежливой по отношению к родителям моей подруги, то у тебя плохо выходит, — осёк ее Драко. — Встретимся тут, Гермиона, — сказал Гарри, и Малфои вместе с Гарри отправились в подвалы банка, где находились сейфы. К сейфам вели рельсы, по которым бегали вагончики. Вагончиками управляли гоблины и возили волшебников туда и обратно. Дорога соединяла все подземные банковские помещения. Гарри очень понравилось путешествие. Какой головокружительный спуск! Вот и сейф Малфоев, который выглядел внушительно снаружи. Дверца сейфа открылась, и Гарри почувствовал себя хуже, чем в Лютном переулке. Внутри было огромное пустое помещение с одним столом, видимо, ручной резьбы, на котором стоял кубок, где была жалкая горстка серебряных сиклей и всего пару золотых галлеонов. Миссис Малфой одним махом все монеты высыпала к себе в сумочку. Затем пошли к сейфу Гарри. И тут он совсем расстроился: у него-то в сейфе хранилось целое богатство! Чтобы не унижать друга и его родителей, Гарри заслонил собой содержимое сейфа и быстро побросал в кожаный мешок несколько пригоршней монет. После чего все вместе подождали вагончик и поехали наверх. Гарри, Драко и Гермиона брели по извилистой, вымощенной булыжником улочке, оставив на родителях ответственность за покупку всего, что нужно к школе. «Гарри! Гарри! Потрать нас! Купи что-нибудь, пожалуйста!» — звенели у Гарри в кармане золотые и серебряные монеты. Гарри купил три больших рожка клубничного мороженого с шоколадом и арахисовым маслом. Друзья с наслаждением его уплели. Ходили долго, разглядывая витрины лавок. Вдруг у Драко загорелись глаза: в окне лавки «Все для квиддича» красовался полный комплект экипировки любимой команды «Пушки Педдл». Гермиона оттащила его от витрины и повела друзей в соседнюю лавку пишущих принадлежностей за чернилами и пергаментом. Там они встретили близнецов с Ли Джорданом. Те застряли у прилавка с холодными и влажными чудохлопушками доктора Фойерверкуса. А в крошечной со стороны лавке, торгующей палочками на заказ, переделанными медными весами, старинными мантиями и прочими эксклюзивными вещами наткнулись на Перси. Он стоял у прилавка, углубившись в скучнейшую книжонку «Старосты, достигшие власти». — «Старосты Хогвартса и их дальнейший жизненный путь», — громко прочитал Драко текст с задней обложки. — Не мешай! — выпалил Перси, не отрываясь от чтения. — Я слышал как Уизел говорил, что Перси очень честолюбивый и целеустремленный. Хочет быть министром магии, — отойдя от старосты, объяснил Драко друзьям вполголоса. Через час они поспешили в магазин «Флориш и Блоттс». И, надо сказать, не одни они туда торопились. Подойдя к магазину, друзья, к своему изумлению, увидели огромную толпу у входа, рвавшуюся внутрь. Причиной этому была, очевидно, огромная вывеска на верхнем окне: «Златопуст Локонс подписывает автобиографию «Я — ВОЛШЕБНИК» сегодня с 12:30 до 16:30». — Мы сейчас увидим самого Локонса, — в восторге пролепетала Гермиона. — Он же написал почти все учебники из нашего списка! Толпа главным образом состояла из женщин возраста миссис Уизли. У входа затюканный волшебник без конца повторял: — Спокойнее, леди, спокойнее! Не толкайтесь! Пожалуйста, аккуратней с книгами! Гарри с Драко и Гермионой протиснулись внутрь. — Ну и ну! Очередь тянулась через весь магазин в самый конец, где Локонс подписывал свои книги. Взяв по книжке «Каникулы с каргой», все трое устремились вдоль очереди, туда, где стояли Уизли и родители Гермионы. — Вот и вы! Прекрасно! — взволнованно дыша и приглаживая волосы, сказала Нарцисса. — Еще минута, и мы увидим его! И вот, — о, счастье! — увидели. Он восседал за столом в окружении собственных портретов. Все они подмигивали и одаривали ослепительными улыбками поклонниц и поклонников. Живой Локонс был в мантии цвета незабудок в тон голубым глазам. Волшебная шляпа лихо сдвинута на золотистых локонах. Коротышка нервозного вида приплясывал вокруг стола, то и дело щелкая большой фотокамерой, из которой при каждой вспышке валил густой пурпурный дым. — Не мешайся! — рявкнул он на Драко, пятясь назад и наступив ему на ногу. — Не видишь, я снимаю для «Ежедневного пророка». — Тоже мне! — Малфой потёр отдавленную ногу другой. Локонс услыхал восклицание. Посмотрел в сторону Драко. И вдруг вскочил с таким видом, как будто в магазине приземлилась летающая тарелка. — Не может быть! Неужели это — сам Гарри Поттер! — возликовал он. Возбужденно шепчась, толпа расступилась. Локонс ринулся к мальчику и, схватив его за руку, потащил к столу. Толпа разразилась бурными аплодисментами. Позируя перед фотографом, Локонс с силой затряс руку вспыхнувшего до корней волос Гарри. Фотоаппарат щелкал, как бешеный, пуская в сторону семейства Малфоев густые клубы дыма. — Гарри! Улыбнись шире! — Локонс и сам ослепительно улыбнулся. — Мы с тобой украсим первую полосу! Коротышка кончил снимать, и Локонс выпустил руку мальчика. Разминая занемевшие пальцы, Гарри хотел было присоединиться к своим, но Локонс, схватив его за плечо, не дал сделать и шагу. Притянув Гарри к себе и мановением руки потребовав тишины, он торжественно известил: — Леди и джентльмены! Какие незабываемые минуты! Позвольте обратиться к вам с одним маленьким заявлением. Юный Гарри пришел сегодня во «Флориш и Блоттс» купить мою книгу с автографом, но ему не придется тратить деньги. Я дарю ему все мои книги. Зрители снова зааплодировали. — Это еще не все, — Локонс слегка тряхнул Гарри, отчего очки у мальчика сползли на кончик носа. — Знай, Гарри, ты получишь гораздо больше, нежели просто мою книгу «Я — волшебник». Отныне ты и твои друзья получат в свое распоряжение живого меня, волшебника. Да, леди и джентльмены. Я с превеликим удовольствием и гордостью сообщаю Вам, что с первого сентября я приглашен занять пост профессора защиты от темных искусств в Школе чародейства и волшебства «Хогвартс»! Зрители устроили Локонсу бурную овацию, а сам Локонс подарил Гарри все свои семь книг, и Гарри наконец обрел свободу. Он увидел за толпой стоявшего друга и тут же побежал к Драко. — Возьми, я себе могу купить и другие. — сказал Гарри, протягивая учебники другу. — Поттер, то, что у моих родителей мало денег — это не значит, что мне нужно дарить даренные учебники. — с усмешкой отклонил книги блондин. — А я настаиваю! Ты мой друг, а твои родители подарили мне лучшее лето. И если ты их не примешь, то я выкину их, — сказал Поттер, замахиваясь книгами в урну. — Ладно, — Драко удержал руки Гарри и отнял книги. — Была бы тут Гермиона, она бы тебя укорила, что ты хочешь позариться на священные знания. — Вижу, ты счастлив! — раздался за спиной голос, который Гарри сейчас же узнал. Гарри выпрямился. Рядом с ним стоял Рональд Уизли и улыбался своей нагловатой улыбкой. — Знаменитый Гарри Поттер! Не успел войти в книжную лавку и тут же попал на первую страницу «Пророка»! — Отстань Уизли. К ним подошла Гермиона. — У-у-у. Небось после сегодняшних покупок твои родители с голоду сдохнут. Драко покраснел. Бросив книги в сумку, он ринулся на Уизли, но Гарри и подруга успели схватить его за полы мантии. — Драко! Сейчас же перестань! — крикнула миссис Малфой, пробираясь сквозь толпу с мужем. — Идите на улицу. Это не магазин, а сумасшедший дом. — Ба-а! Кого я вижу! Нарцисса Малфой! Это был мистер Уизли. Подойдя к сыну, он опустил руку ему на плечо и ухмыльнулся — точь-в-точь, как Рон. — Здравствуйте, Артур, — холодно приветствовал его мистер Малфой. — Слыхал, что у Министерства прибавилось работы. Все эти рейды, знаете ли! Хоть сверхурочные-то вам платят? Хотя, о чём я. Отдел сохранности редких животных и прав маглов такие незначительные для министерства, что находятся так близко, не так ли, Нарцисса? С этими словами он сунул в сумку Драко руку и среди глянцевых книг Локонса откопал старый, потрепанный учебник «Руководство по перевоплощению». — По-видимому, нет, — вздохнул он. — Стоит ли позорить имя волшебника, если за это даже не платят? Миссис Малфой покраснела ещё гуще сына. — У нас с Вами разные представления о том, что позорит имя волшебника, мистер Уизли, — отрезал Люциус. — Это очевидно. — Артур перевёл глаза на родителей Гермионы, которые со страхом взирали на разгорающуюся ссору. — С кем вы якшаетесь! Ниже падать некуда, помимо выбранной стороны? Туг уж и старший Малфой не выдержал. Он ринулся на мистера Уизли, на ходу схватил волшебную палочку и, швырнув его на книжную полку, приставил палочку к горлу. — Я тебе покажу, что значит выбирать не ту сторону, — крикнул он, ловя падающие на него тяжеленые книги. — Люциус! Не надо, прошу тебя, — умоляла миссис Малфой. Толпа ринулась к выходу, сметая на своём пути книжные полки. То ли Уизли не понравилось противостояние на палочках, то ли он боялся её сломать, а поэтому это превратилось в размахивание кулаками и книгами. — Джентльмены! Пожалуйста, прекратите! — надрывался продавец, стараясь навести порядок. — Чисто сумасшедший дом! А ну, валите все отсюдова! — громыхнул чей-то голос. Ну конечно это спешил на подмогу Хагрид. Он с легкостью преодолел завалы книг и в мгновение ока растащил в стороны сцепившихся драчунов. У мистера Уизли была рассечена губа, а у мистера Малфоя красовался под глазом здоровенный фингал — след от удара толстенной «Энциклопедией поганок». В руках у старшего Уизли все еще был учебник Драко. Он сунул его обратно в сумку, глаза у него при этом недобро блеснули. — Вот твоя книжка, мальчик. Получше твой отец не в состоянии купить. С этими словами он высвободился из рук Хагрида, выразительно посмотрел на сына, и оба поспешили убраться восвояси. После Хагрид сказал, что не стоит обращать внимание на Уизли. Магазин покинули всей компанией. Продавец хотел было остановить их, но он был Хагриду ровно по пояс и благоразумно передумал. Мистер и миссис Грэйнджеры дрожали от страха, а миссис Малфой кипела от ярости. — Хороший пример ты подаёшь детям… Подраться прилюдно… Боже! Что подумает Златопуст Локонс. — Златопуст Локонс был наверху блаженства! — успокоил Драко мать. — Не слыхала, как он просил того типа из газеты вставить в репортаж сцену сражения? А я слыхал. Совсем на популярности помешался! Продолжение следует…