Заставь меня гореть

      Твой автомобиль и вправду красив. Красивее, больше, массивнее. Намного лучше, нежели в моих фантазиях. Он тебе подходит. Это будет звучать абсолютно абсурдно и глупо, но вы дополняете друг друга. Если бы ты смогла прочитать мои мысли, то посмеялась над этой фразой. Я знаю, что ты бы посчитала это милым, сказала бы, что это по-детски. Эта фраза вертится в моей голове, я не могу её выбросить из головы, пытаюсь не посмеяться. К сожалению не выходит. С моих уст срывается едва различимый смешок, который мало кто услышит, но ты его заметила. Ты поворачиваешь голову и смотришь на меня таким нежным взглядом, что моё сердце начинает биться быстрее, сильнее. - Ты чего? - ты посылаешь мне небольшую улыбку, тем не менее она греет меня, абсолютно всю, такое чувство, как будто я залезла в горячую ванну. - Ничего, - с моих губ срывается новый, непроизвольный смешок и твоя улыбка становится немного шире. - Ну же, говори, - я правда не могу устоять перед этим взглядом и этой улыбкой, они даже на допросе развяжут мой язык. - Ты посчитаешь меня ребёнком, - фаланги моих пальцев нежно проводят по двери твоей машины и доходят до капота, а ты словно завороженная следишь за моими движениями, - я подумала, что вы дополняете друг друга, - с моих уст снова сорвался непроизвольный, неконтролируемый звук. - Дополняем? - я видела в твоих глазах смятение, которое было таким милым, что я еле держала себя в руках, дабы не свалиться на асфальт, так как мои ноги меня уже не держали. - Я правда не знаю, как точно это сказать, - недолгая пауза, - такое чувство, что вы чем-то похожи.       Ты некоторое время постояла, я видела какие усилия ты прилагала, чтобы не рассмеяться, но выходило ужасно. твоя выдержка ужасна, с самого начала я знала, что смеха не избежать. Подошла ко мне ближе. В ярком пламени огней твои глаза казались мне ещё глубже. Мне пришлось закрыть свои веки, иначе бы мы стояли здесь целую вечность.       Я почувствовала нежное прикосновение руки к моей щеке и, как будто это рефлекс данный мне с рождения, прислонилась ближе, как будто я пыталась влиться в твою ладонь, словно хотела стать с тобой одним целым. - Ты такая красивая, - твой шёпот окутал меня, как если бы на меня вылили ведро ледяной воды, она заставил меня открыть глаза и взглянуть на тебя, - ты чертовски прекрасна, знаешь ведь? - я не смогла сдержать улыбки, никогда бы не смогла, если я рядом с тобой. - Пошли скорее, идиотка, - я схватила тебя за руку и потащила к водительской двери, а ты, в свою очередь, разразилась громким, лающим смехом.

***

      Несколько минут мы ехали в полной тишине, умиротворяющей, спокойной. Никакой неловкости не было, была тишина, которая нас устраивала, успокаивала. Я не могла оторваться, не могла перестать смотреть на неё, я смотрела будто заколдованная. Особенно красива она была, когда мягкий оранжевый свет фонаря окутывал нас, как то самое пламя, в котором мы будем гореть, когда подохнем, как то самое пламя, которое окутывает не только моё сердце, но и всё моё тело, когда я смотрю на неё, когда я нахожусь в метре от её тела, даже когда понимаю, что она моя. Вся и полностью моя.       Впереди нас абсолютно пустое шоссе, ни души, ни звуков, буквально ничего, не считая одной единственной машины, мчащейся на огромной скорости, которая разрушает городскую тишину. Мой взгляд всё еще направлен на неё и я вижу, что она это замечет, я вижу её ухмылку, вижу искры в глазах, которые вряд ли потухнут в скором времени. В моем желудке происходит переворот, и описать это как "бабочки в животе" будет мировым преуменьшением. Она божественна, с этой ухмылкой, с этими блестящими глазами, с этими пухлыми и манящими губами. В который раз я уже думаю, что она не из мира сего, что она греческая богиня. Не важно, есть ли у неё мешки под глазами, в мешковатой одежде, уставшая, полна энергии, моё сердце все равно стучит так, словно его слышно за километры и километры от того места, где мы находимся сейчас, я слышу его везде, но в то же время не слышу, как будто оно остановилось от такой красоты, не выдержало такого давления, не выдержало тебя, не выдержало этого напряжения, которое росло и росло, в геометрической прогрессии и не желало останавливаться. Да и я этого не желала.       Она не щадила меня, была беспощадна, даже не замечая как на меня действует. Она была моей смертью, моим ядом, который я сама добавляла во все напитки, во всю еду. она была ядом, который я добавляла добровольно во всё. Не думаю, что мне даже пришлось делать выбор, ведь у меня не осталось выбора с тех пор как она вошла в мою жизнь. Моя любовь не прекратится, даже если всё закончится именно на этом пустынном шоссе, окутанным тишиной и желтым мерцающим светом города. Это чувство не прекратится, до тех пор пока я жива. Хотя даже смерть не помешает мне любить тебя, дорогая.       Она смотрит на меня, улыбается так нежно, так искренне, что мне начинает казаться, вот именно здесь, именно сейчас, с глупой улыбкой на губах, глазами, полными любви и слез счастья, крепкими объятиями наших рук, я умру. Всё же решаюсь посмотреть в её глаза, в которых явно бушует ураган, и мои мысли исчезли. Словно по щелчку пальцев. Ни одной мысли, в голове одна пустота. Я застыла, я околдована. Конечно же, опять веселит моя реакция, она улыбается всё шире и шире, с каждой секундой улыбка растет и начинает превращаться в ухмылку. Её смех раздаётся эхом по салону авто, и это превосходный звук, который я поставила бы на репите в своей голове. Я не хочу чтобы это чудо прекратилось, хочу остаться именно в этом мгновении, в этом моменте, с ней и только с ней.       Моя ладонь крепче сжимается на её руке, я боюсь, что это всего лишь сон, безумная фантазия моего не менее безумного воображения. Но нет, это не сон, ты здесь, в пламени фонарей, я держу твою руку, вижу твои глаза, наполненные нежностью и любовью, ты всё ещё улыбаешься, именно той улыбкой, которая убивает меня, из-за которой все мои внутренности переворачиваются раз двести, ты целуешь мою щёку, оставляешь влажный след, но уж поверь, это мало меня беспокоит, ведь рядом со мной ты, а когда ты рядом, я забываю всё: кто я, своё имя, как ходить, как думать, как разговаривать, я забываю всю себя. Я забываю, что в этом мире существует кто-то кто не является тобой.

***

      Я просыпаюсь от надоедливого, мерзкого, звенящего звука, который разрушает идиллию моего сна. Клянусь, когда-нибудь этот треск выбесит меня настолько, что мне прийдется сломать этот грёбанный будильник. Я слышу, что на мой смартфон приходят уведомления. Один за другим. Еще одно, еще одно и еще. Жуткая вибрация, продолжающаяся секунд 30, всё же мотивирует меня поднять задницу, схватить гаджет, и прилагать огромные усилия, дабы не запустить его в стену или же в голову звонящего, что явно было моим любимым вариантом.       Не смотря на именование абонента, я нажимаю зелёную кнопку и пытаюсь сказать хоть что-то, что не будет похоже на посылание нахуй, оскорбления и многое другое, что для других могло бы показаться некультурным: - Я слушаю, - я уже почувствовала свою же ненависть, которая уж точно будет заметна абоненту, у меня не будет удивления, даже если замечу, что из моих ушей идёт пар. - Вау, как официально, - и конечно же, именно Марина должна была позвонить, разрушить мой сон, хотя чисто теоретически это сделала не она, - Ли, я конечно всё понимаю, понедельник и всё такое, но сука, я не хочу провести в школе одна, весь день, - на другом конце линии я услышала трель, которая подозрительно была похожа на школьный звонок, - так что вставляй свои красивые ножки в свою не менее красивую задницу и беги ко мне.       Оторвав от своего уха телефон, и посмотрев на время, я мякго говоря была в культурном шоке. Чёрт возьми, сейчас десять утра. В школе я должна быть уже как два часа. И уж поверьте, так я не бегала давно. Все учебники, все тетради летели в рюкзак без разбору, времени было не много, а думать где какая тетрадь была просто лишней тратой времени. - Эй, ты там подохла что-ли? - Чёрт, Марин, скажи, что я опоздаю на... что там вообще?,- ах точно, химия, еще лучше, - скажи Вере, что я опоздаю. - Окей, я то скажу, но если ты не придёшь, то тебе не жить, - и на конце трубки раздался звук, оповещающий о том, что настал конец разговора.

***

      С такой скоростью последний раз я бежала... Да в прочем никогда. Тем не менее я добежала, к сожалению живой, но думаю, что это счастье продлиться не долго. И я совсем забыла в какой кабинет мне нужно идти. хотя в моём случае лучше бежать. - Так-так-так, где этот стенд? - это было в слух сказано, я знаю, - опа, вот, - пальцами и глазами просто пытаюсь найти расписание для 10 Б, - ну же, блять, где ты, - опять я бурчу под нос, спасибо, что подсказали, - да, наконец-то, 38 кабинет.       Со всех ног я бегу на 4 этаж и удивительным образом не сбиваю с ног мальчика из началки. Перед моими глазами начинают проноситься номера кабинетов. 34, 36, 37, 38. Вот он! Около минуты я просто стою перед кабинетом, то ли восстановить дыхание, то ли просто бось зайти. А может и всё вместе, черт его знает. Решаюсь, костяшками пальцев ощущаю дерево и слышу звук, разрушающий всю тишину этажа, абсолютно пустого этажа. Нажимаю на ручку ладонью, тяну на себя и вижу класс, а так же учительницу, скрестившую руки на груди и словно она пытается прожечь во мне дыру. Я выдаю нервную и кривую улыбку и осторожно, словно в вольер к дикому животному, еще не способному подавлять свои инстинкты, вхожу в класс, стараясь не разрывать с ней взгляд. - Доброе утро, Елизавета, - я в дерьме, - какова причина сегодня? - Думаю, что я проспала, - эта кривая улыбка не сходила, а сердце начало биться быстрее,- ну не думаю, а точно знаю, что я проспала. - Ну спасибо за честный, - она мне весело улыбнулась и черт возьми, убейте меня, если я не буду права, что ее подменили, - иди садись уже. Буквально ничто не могло выйти из моего рта, просто, -...Что, простите? - я крайне удивлена, правда это опять же, сказано очень мягко. - Я же сказала, иди садись, - она слегка прищурила глаза из-за чего вокруг начали собираться морщинки, - или хочешь постоять? - Нет-нет, что вы? -я крепко берусь за ручку своего рюкзака и как можно быстрее иду к Марине, у которой до боли нелепое лицо, - я сейчас же сяду на своё место, а вы продолжайте.       Как можно скорее, я вытащила из рюкзака тетрадь и учебник и сделав вид, что интересуюсь темой тупо смотрела в одну точку. Всё-таки настроение ужасное, когда я не высыпаюсь, что хочется убить всех. - Ты слышала, что у нас появиться новая англичанка?, - Мари настолько неожиданно и тихо подобралась, что я могла бы схватить инсульт - Марина, блять! - Ммм? - она смотрела на меня, ожидая реакции на предыдущий вопрос, но так и не дождавшись, продолжила говорить так, что теперь хрен остановишь, - в общем, на первом уроке классуха пришла, начла балаболить хрен пойми что, как обычно, ты сама знаешь, - как она только не задохнулась, всегда этому удивляюсь, - ну балакала, балакала и вот собирается уже уходить, но остановилась и так резко повер- - Ближе к делу, Марин. - Короче, у нас новая учительница английского, - она смотрела на меня серьёзным лицом, не излучая никаких эмоций, - вроде нашу группу обучать будет. - Окей, - пауза, для того чтобы смогла подобрать нормальные и подходящие слова, потому что я всегда удивляюсь ее рассказам и тем, как она это рассказывает, - а можно было сразу сказать, что у нас новая учительница, Мариш? Какого вообще хуя?       В ответ на мои вопросы было лишь лицо, не выражающее абсолютно никаких эмоций. За 4 года нашего общения я должна была привыкнуть, если честно даже уже начала привыкать, но она меня удивляет каждый раз всё больше и больше.