Пять раз, когда Тони ждет, а Стив не приходит.

Вы знаете, что такое зависимость? Бывает зависимость от другого человека. Я хочу, чтобы вы попытались себя от этого оградить. Арсений Попов

Подписание закончилось 4 часа назад. Напротив графы: «Капитан Америка» стоит прочерк. Он не пришёл. У Тони в голове бардак. Он больше не понимает, что происходит. Вроде бы ничего не изменилось. Он все так же молод и красив, Хэппи все так же возит Пита в школу по утрам, Пеппер все ещё злится на него за то, что он пропустил совет директоров в среду. Люди все так же обожают его, а все девушки хотят его автограф у себя на груди. Но что-то не так, чего-то не хватает и Старк чувствует это. 

Тем утром, когда Тони проснулся в больнице, он почувствовал какую-то странную пустоту внутри. Рядом Пеппер говорила что-то о том, что он вернулся и сразу же отключился, видимо из-за внутреннего кровотечения и переутомления, но Старк не слушал. Он пытался понять, что за пустота образовалась у него в груди и как скоро она пройдет. Пеппер, на стуле у кровати, льет слезы счастья. Тони крепко сжимает ее руку, хватаясь словно за единственный оставшийся якорь и несмело улыбается. Поттс останавливается на полуслове и растерянно переводит взгляд с лица Тони на его руку. Девушка быстро берет себя в руки и сжимает его ладонь в своей. Старк выдыхает. Он не один. События Сибири возвращаются к нему обрывками, но основную суть он улавливает сразу — у них с Роджерсом все конечно. Они перевалили за ту черту, после которой вряд ли можно было бы остаться друзьями, не то что супругами. Их брак теперь похоронен под тонами грубо брошенных фраз, лжи, ударов и под щитом капитана, будь он неладен. Стив выбрал Баки и это настолько очевидно, что Тони хочется истерически рассмеется. Потому что, если задуматься, то все было понятно с самого начала. И сколько бы Старк не изощрялся, Стив всегда будет выбирать Баки. Так было всегда. Роджерс выбирает Барнса. А Барнс — Роджерса. И Тони в этом уравнении лишний, теперь он это понимает. Стив уходил, помогая Барнсу, не обращая внимания на корчащегося от боли и злости мужа, оставляя Тони на произвол судьбы. В этот момент в гении что-то сломалось. Тони думал, что потерять Стива — самое страшное, что могло с ним случится. Но как только Старк попадает домой, он понимает — это далеко не предел. Дома гения встречает шумный топот детских ног и самые искренние объятия. И на секунду, прижимая к себе сына, Старк чувствует вселенское облегчение. Его не было дома всего три дня, но он чертовски соскучился по своему пацану. Тони трепет Пита по голове, а тот с запоем рассказывает ему о том, как дела в школе или о наборе лего, который они собрали вчера вместе с его другом Недом. Они устраиваются на диване и Старк с улыбкой наблюдает за ребенком, понимая, что ни за что и никому его не отдаст. Питер — теперь самое дорогое, что есть у Тони. Всегда был. Они смеются и постепенно Старк расслабляется, понимая, что он наконец-то дома и в безопасности. Брюнет расспрашивает мальчика обо всем на свете и Питер даже признается, что Пеппер, которая следила за ним последние пару дней ему очень нравится, а потом интересуется, не может ли женщина остаться с ними навсегда. Тони хохочет и обещает сыну, что обязательно поинтересуется у Поттс при первой же встрече. Они сидят еще какое-то время и Тони выглядит на удивление спокойным и даже немного жизнерадостным. Но вся напускная легкость уходит, когда Питер невинно у него интересуется о том, когда вернется папа. И вся та речь, что он репетировал по пути из больницы стирается из его памяти в тот момент, когда мальчик заглядывает ему в глаза. Потому что Тони видит — Питер скучает. Мальчик отца любит больше всех на планете и это не удивительно, ведь до определенного момента тот и правда был великолепным отцом. Стив учил Питера рисовать, водил его на разные кружки и даже по возможности делал с мальчонкой домашку. Но это не самое худшее, потому что помимо тоски в глазах сына, Тони видит непонимание. Питер не понимает почему папа молчит и не отвечает на такой простой вопрос или почему второй папа ему даже не звонит, хотя раньше делал это ежедневно, когда находился в отъезде. Питер вряд ли понимает, что на его глазах распадается семья, но, кажется, чувствует. Старк ощущает себя на минном поле, где каждый неверный шаг влечет за собой мгновенную смерть. Потому что сказать ребенку он не знает. Вряд ли Питер поймет его правильно, если тот ему скажет, что отец бросил его ради однорукого психа и возвращаться не собирается. Поэтому мужчина глубоко вдыхает, а затем вновь поворачивается к сыну и говорит. Речь у Старка путанная, отрывистая, он объясняет как может, так, чтобы мальчик не возненавидел отца в секунду, пытается открыть ребенку истинную причину всего происходящего, не руша при этом некрепкую психику. В конце своего импровизированного монолога он даже умудряется вымученно улыбнуться заплаканному сыну, которого расклад событий никак не устраивает и пообещать, что все наладится, надо только немного подождать.

***

Мужчина возвращается в реальность, ощущая на себе несколько обеспокоенных взглядов. Напротив него сидит генерал и испытывающее смотрит прямо в душу. Тони переводит взгляд на Пеппер и Роуди, которые стоят чуть поодаль, бросая на друга нервные взгляды. Старк кивает им, как бы говоря, что все в порядке и он справится. Он берет ручку, неопределённо хмыкает, осознавая всю тяжесть своего положения, а потом ставит свою размашистую подпись напротив графы «Железный человек» и переводит ожесточенный и слегка насмешливый взгляд на генерала. Тот удивленно поднимает брови, а после одобрительно улыбается и протягивает Тони руку. Старк пожимает ее и Талбот уходит, говоря на прощание что-то об их будущем сотрудничестве. Тони рассеяно кивает и переводит взгляд на свою копию злосчастного договора и тянет руку к бокалу с недопитым виски, опрокидывая внутрь всю порцию. Роуди стремительно, насколько позволяет созданный Старком протез, подходит к нему и опускает руку на плечо, как бы говоря, что тот все сделал правильно. На него смотрит напряженная девушка, которая растягивает губы в ободряющей улыбке, когда Тони поднимает на нее глаза. Старк подтягивает к себе папку с договором и, заодно, лежащие неподалеку несколько личных дел новоявленных преступников. Он кивает друзьям, мысленно благодаря обоих, что они рядом, а затем вновь погружается в себя, задумчиво крутя ручку. Он открывает первое досье и как назло это дело солдата. Старк недовольно фыркает и не понимает почему все вокруг пытается напомнить ему об этом психе. Как будто, он когда-нибудь сможет забыть человека отобравшего у него все. Тони всматривается в фотографию Барнса на первой странице его личного дела и отчаянно силится понять, чем он хуже этой однорукой принцессы. Солдат улыбается ему с выцветшего фота, одной рукой обнимая Роджерса за плечи и смотрит в, тогда еще, счастливое будущее. Старк прокручивает в голове все ту маленькую жизнь, что связывала его со Стивом и пытается понять, ради какого человека он бы мог поступить с ним так же. Ради Питера и больше никого. Первые пару недель, когда Стив только озадачился поисками Барнса, Тони не возникал, понимая, что каждому хотелось бы помочь другу детства, которого тот считал погибшем. Поэтому Тони старался помогать как мог и обещал, что они вместе помогут Баки, когда найдут его. И по началу Роджерс благодарно прижимался к мужу и Тони видел в его глазах давно померкнувшую надежду, которая соединяла настоящее и прошлое в его мире. Этот взгляд Тони не видел со времен, когда капитан очнулся в госпитале ЩИТа и думал, что все происходящее глупый розыгрыш. Но все меняется очень быстро. Чем лучше Барнс прячется, тем хуже становится состояния Роджерса. У Стива сдают нервы и он срывается при любом возможном случае. Иногда на Тони. Чаще всего на Тони. Капитан становится одержим поисками и полностью забывает не только о том, что у него есть работа и муж, но и о том, что у него есть сын. Тони вместе с Пеппер и Сэмом пытаются вставить ему мозги, но все без результатно и вот тогда они впервые начинают выбирать стороны. Скандал за скандалом, непонятные звонки с базы посреди ночи и частые командировки капитана: «Это новая зацепка, Тони. Я должен проверить. Вдруг это и правда он?». Все это прекращается, когда последняя вылазка становится удачной и они правда напали на след Барнса. Тогда Стив вновь становится собой на пару дней. Он покупает Тони цветы, готовит завтраки, отвозит Пита в школу, а после тратит несколько часов в магазине, чтобы подобрать ему лучшие краски. Старк выдыхает и наконец-то спит без кошмаров, потому что они вновь становятся семьей. И наблюдая вечером, как муж с сыном собирают только что купленный конструктор, Тони решает, что терпеть в своем доме солдата он будет готов сколько угодно, если все останется так, как есть сейчас. Потому что именно сегодня вечером он чувствует себя счастливее, чем когда-либо. Поэтому спустя два дня он со спокойной душой отправляет капитана на последнюю операцию, перед тем, как они возьмут отпуск и полностью займутся возвращением Барнса в Америку. Он совершенно не переживает и лениво целует мужа на прощание, будучи в полной уверенности, что все пройдет как нельзя лучше. И правда, что такого может случится в Лагосе? А потом… Следующие пару дней Тони помнит смутно. Команда возвращается из Лагоса понурой и неразговорчивой. Старк, занятый все неделю презентацией, лезет в интернет, чтобы узнать, что произошло и натыкается на сотни злых комментариев под видео с рынка. Он крепко обнимает Стива и убеждает того, что все будет хорошо, мол и не из такого выбирались. Подумаешь, посидит Ванда пару недель на базе, а затем все уляжется и ведьмочка сможет вернуться к работе. Роджерс практически верит ему и прижимает мужа к себе, будто хочет впечатать в себя его запах. Они стоят так, посреди гостиной, в полной тишине, хватаясь за остатки контроля, пока их не прерывает звонок генерала, вызывающий их на срочное совещание. Мужчины собираются и едут на базу, крепко держась за руки и даже не подозревают, что это последнее, что они делают вместе. Разговор с Талботом проходит плохо. Им не дают вставить и слова, отчитывая как детей, припоминая все промахи и напрочь забыв о победах. А потом делают контрольный в голову, говоря, что выбора у них нет. Или они подписывают, или становятся мишенью. Стоит двери за генералом закрыться, как все с цепи срываются, споря о том, что важнее: свобода или контроль. Тони отходит к барной стойке и опирается руками о столешницу. В его голове набатом бьется мысль, что у них получится спасти солдата, только при условии сотрудничества с правительством. Только так, Талбот может пойти на сделку. Наташа выдергивает его из раздумий, спрашивая, что он думает. Старк удивляет всех, говоря, что намерен подписать, выдавая историю о погибшем мальчике за чистую монету. Многие задумываются на мгновение, а затем продолжают ругаться. Гений опускается на диван, сетуя о том, как же болит голова. Он лежит так несколько минут, а после переводит взгляд на слишком молчаливого мужа. Тот поднимает на Тони уставший и загнанный взгляд, за которым просматривается призрачная решительность и Старка прошибает холодным потом. Он не подпишет. Тони усмехается. Ну конечно же, это бравый капитан Америка. И о чем он думал, когда решил, что тот променяет свою свободу здесь и сейчас, на стратегический план Тони, который может затянуться на годы? Роджерс не такой, он слишком «правильный» и даже совместная жизнь со Старком этого не искоренила. Гений уж было собирается встать, прекратить этот балаган и забрать Стива, чтобы спокойной, как взрослые люди обсудить все наедине, но его планам не суждено сбыться, потому что Стив бросает взгляд на мобильник, а после извиняется и стремительно покидает помещение. Через несколько минут Старк получает смс о том, что Пегги Картер умерла и Стиву срочно нужно уехать, чтобы заняться похоронами. Домой он больше не возвращается. Дальнейшая череда событий и вовсе кажется Старку адом наяву и самым настоящим бредом шизофреника. Он помнит, как встречает арестованного кэпа и убеждает того, что даже после всего что они с дружками наворотили у них есть шанс, только пусть подпишут договор. Стив смотрит на него волком, заявляя что не нужны ему подачки и Тони начинает закипать, потому что это не Роджерс полтора часа распинался перед половиной правительства о том, что он готов взять ответственность за каждого из нарушителей и поселить их всех под своей крышей, лишь бы решить все мирным путем. У Старка чутье на всякого рода неприятности и он чувствует, что все буквально рассыпается у него на глазах. Но он думает, что Питеру еще рано видеть войну. Поэтому засовывает свою гордость и желание врезать Стиву куда по дальше и просит того подумать не только о семье, но и о Барнсе, которого без их помощи поместят в Вакандскую тюрьму. 

У него почти получается убедить Роджерса и маленький Тони внутри ликует от победы, но у солдата сносит крышу, прихватив тормоза. Тогда они не сговариваясь срываются с места, надеясь разрулить все по-быстрому и без особых потерь. Тони уверен, что у него все получится, аж до того момента как выстрел Баки он останавливает перчаткой в миллиметре от своего лица. Стив видит это и все равно сбегает вместе с Барнсом, даже не поинтересовавшись о том, в порядке ли муж. Но даже тогда Старк и думать себе запрещает, что это конец. Он потирает рукой стремительно наливающийся кровью синяк под глазом и направляется к Талботу, чтобы выиграть им еще немного времени. Аэропорт Тони вообще хочет стереть из памяти навсегда. Мало того, что он избивал собственного мужа, так еще чуть и не лишился лучшего друга из-за чьего-то сложного характера и сомнительных моральных принципов. Но Роуди, когда приходит в себя и получает известие о том, что поврежден позвоночник и самостоятельными передвижениями теперь, мягко говоря, напряженка, почему-то не осуждает. Тони боится посмотреть ему в глаза и Джеймсу чудится, что он видит его такого виноватого и разбитого чуть ли не впервые. Когда Старк все-таки решается взглянуть на него, карие глаза смотрят на него с пониманием и абсолютной безмятежностью. Роуди не говорит этого, но они оба понимают, что Старк выбирает Роджерса даже после всего, что произошло. Тони выходит из палаты, сталкиваясь с разъярённой Пеппер, которая кричит о том, что не понимает, чем они думали соваясь в Германию, решая поиграть в войнушку. Девушка злая и испуганная, поэтому Тони прижимает ее дрожащее тело, в попытке успокоить и осознает, как ему, от себя и всего происходящего, тошно. Вместо того чтобы отправится домой и увидеть сына, Тони едет на базу, вжимая педаль газа в пол и пытается заглушить чувство вины страхом. Он не готов смотреть Питеру в глаза и разговаривать о Стиве и он понятия не имеет, что сказать ребенку, ведь Роджерс свалил хрен знает куда и его о своих планах не предупредил. Поэтому он откладывает разговор с Питером на потом, думая, что с Хэппи тому сейчас явно лучше, чем было бы с ним. Тони паркует автомобиль и сразу отправляется на нижние этажи в лаборатории. Работа — вот, что сейчас может его спасти. Он ведь обещал поставить Роуди на ноги.

***

Когда он вновь возвращается из своих воспоминаний в комнате не останется никого, кроме него самого. Он доливает себе еще виски и бросает взгляд на часы. Пошел пятый час, как официально закончилось подписание, а Роджерса нет. В глубине души, Тони понимал, что тот и не собирался возвращаться, но все равно верил, что есть шанс и Стив образумится. С-Т-И-В Четыре буквы, выжженные у него на сердце так неприятно жгут изнутри. Имя того, с кем он разделил долг, страну, вечер, завтрак, фамилию, воспитание сына, постель, быт и, в конце концов, жизнь. Тони смотрит на свое кольцо, которое он так и не решился снять. Старк редко верил в себя, но почему-то с самой первой встречи безоговорочно верил в Роджерса. Не удивительно, ведь тот герой его детства, поэтому какая-то часть Тони верила, что тот появился в его жизни, чтобы спасти от темноты. Осветить весь его мир своей улыбкой и любовью. Тони думает, что если Роджерс войдет сейчас в эту дверь, если подпишет договор, пусть даже и на своих условиях, Тони простит его. Забудет последнюю неделю как страшный сон и сделает все, чтобы отстроить хрупкое семейное счастье заново. Договорится об освобождении команды, наймет Барнсу лучших специалистов, заберет его в башню под свою ответственность и поклянётся больше никогда не вспоминать то, что произошло в Сибири. Потому что Старк совсем не знает как без Роджерса. Тони Стива любит. Тони на Стива подсел. За последние 10 лет Роджерс стал неотъемлемой частью его жизни. У Тони не было ничего, а потом был он. Была семья. К хорошему быстро привыкаешь. К заботе, к любви, к огромной разнице в росте, которая так нравилась Роджерсу и не нравилась Старку. К совместным завтракам. (Кто бы мог подумать, что Тони вообще когда-нибудь будет завтракать). Тони даже к вечным ссорам умудрился привыкнуть и даже их полюбить, ведь потом можно так разнообразно мирится. Мужчина не представлял свою жизнь без мужа и не думал, что однажды придется. Но в зале заседаний все так же тихо и пусто. За окном давно стемнело, а в здании осталась только охрана. Старк вливает в себя еще виски и ему начинает казаться, что договор смотрит на него осуждающе. Он закрывает папку и отпихивает ее на средину стола. Он снова смотрит на часы и разочарованно качает головой. Тони проводит рукой по волосам и направляется к выходу. Через несколько минут, яркий спорткар уже мчится по трассе, направляясь в башню. Старк останавливается на светофоре и фонарь освещает его лицо, обнажая его истинные чувства. Хорошо, что сейчас ночь и он совершенно один. Потому что гению, миллиардеру и далее по списку, плакать не пристало. Потому что отважный супергерой и самый желанный мужчина в мире прячет свою боль за маской сарказма и хорошего настроения начиная с 20 лет. Но Тони, человек, который осознал, что его счастливая семейная жизнь только что безвозвратно канула в вечность, сглатывает слезы обиды и въезжает на парковку. Сегодня, сейчас, пока никто не видит, ему можно все. В конце концов, он только что потерял семью. Опять.