Кубок огня или Турнир Юных Волшебников

      Роза Уизли       Роза стояла в школьном коридоре и смотрела из окна на Диего. Он лежал на траве около озера подальше от кучки иностранцев, которые решили отпраздновать окончание мастер-классов. И почему они не могут быть нормальными подростками?       Ей было страшно. Любой поход к оборотням вызывал страх, но она в те моменты хотя бы знала, что родители осведомлены, где она, Владимир знает, где она, если она не вернется, они все забьют тревогу. Сейчас же они ввязывались в чистой воды авантюру.       План звучал логично, отсюда и настораживал. Родители ей всегда рассказывали, что никогда ни один из их планов не работал так, как изначально задумывался. Вроде, все просто, Диего их отвлечет, она сумеет помочь Драко, но что-то в душе предчувствовало нехороший исход.       — Привет, — вдруг сзади ее талию обвили сильные руки. — Ты чего здесь одна стоишь?       Роза повернулась к Владимиру и обвила руками его шею, нежно улыбаясь. С ним тут же стало спокойнее, в его сильных руках она всегда чувствовала защиту. Оттого сейчас будет противнее ему врать.       Роза поднялась на носочки и поцеловала Владимира. Он тут же ответил на ее поцелуй, легко отрывая ее от пола и сажая на подоконник. Раздвинув ее ноги, он вплотную приблизился к ней.       Ей хотелось никогда не покидать его объятий, вечность наслаждаться его поцелуями и прикосновениями. Но сегодня ей придется это сделать. Ей придется его обмануть.       — А где мне надо быть? — усмехнулась Роза, облизывая свои губы, снова чувствуя на них лекарственный привкус.       — Ну, праздновать окончание со всеми, — Крам кивнул на компании в школьном дворе.       — Настроение что-то не особо праздничное, — тяжело вздохнула Роза, спрыгивая с подоконника, так как в коридоре появился ученик.       Все же она староста школы, ее не должны видеть в таком виде.       — Кажется, я знаю, как его тебе поднять, — Крам снова прижал ее к себе, начиная целовать в шею. — Пойдем в Выручай-комнату?       — Нет, я сегодня не могу, — Роза попыталась его оттолкнуть, но ее тонкие руки не могли сделать ничего с этими широкими плечами.       — Не ври, не могла ты на той неделе, я помню, — усмехнулся он, зарываясь носом в ее волосы и начиная покусывать мочку уха.       — Нет, не поэтому, — судорожно выдохнула Роза, чувствуя руку Владимира под ее юбкой на внутренней стороне бедра. — О-ох.       — Что тогда? — он продолжал ее соблазнять.       — Мне надо к МакГонагалл, — соврала Роза. — Завтра же Турнир. Инструктаж и все такое. Да и тебе нужно тренироваться.       — Не хочу сегодня, — Крам, видимо, посчитал, что ее визит к директору достойный повод остановить свои попытки соблазнения. — Я устал. Я столько тренировался. Будет, как будет. Знаешь, золотое правило квиддича, что за день до матча никаких тренировок. Тем более, самый главный свой приз я уже давно получил.       Крам решил проводить ее до директора. Черт, придется сделать круг. Розе лишь оставалось надеяться, что оборотни призовут Диего не так скоро, а ближе к сумеркам.       — Ты чего такая напряженная? — ответно перенял ее тревожность Крам, видимо, чувствуя неладное.       — Волнуюсь за тебя, — сказала Роза. — Хочется, чтобы ты победил, особенно эту Сато.       — Я выиграю, — уверенно сказал Крам. — Когда я знаю, что ты рядом и болеешь за меня, у меня открывается второе дыхание.       Они подошли к коридору с горгульей, ведущей в кабинет директора. Крам намеревался подождать ее, и Роза безуспешно убеждала его, что это надолго. Ее спас Новак, который сообщил Краму, что того ждет их директор школы на финальный инструктаж. Роза еще никогда не была так рада появлению серба. Но как только парни скрылись за поворотом, и она была готова идти к Диего, в коридоре появилась МакГонагалл.       — О, мисс Уизли, — сказала директриса. — Как хорошо, что Вы тут. Я совсем закрутилась и забыла про инструктаж на завтра. У меня мало времени, поэтому не будем ждать мистера Поттера, сами ему передадите.       Вот черт. Она последовала за МакГонагалл. Каждый раз одни и те же правила. Ну почему так долго? Лучше бы МакГонагалл поймала Альбуса и все рассказывала бы ему.       — Все понятно, мисс Уизли? — наконец, спросила у нее директриса, закрывая свою тетрадь.       — Да, — Роза тут же вскочила со своего места. — Я могу идти?       — Идите, — кивнула МакГонагалл. — Только не забудьте все передать остальным старостам, в особенности мистеру Поттеру.       Роза выбежала из кабинета и понеслась по коридору к ближайшему окну. Диего там больше не было. Черт.       Роза бросилась бежать вниз по лестницам, которые меняли свое направление совсем не так, как ей было нужно. В человеческом облике она бежала явно медленнее, чем если бы превратилась в лису. Но не может же она так рисковать, это будет странно, если кто-то заметит бежащую лисицу по лестницам.       Они не договаривались с Диего идти вместе. Но она должна была следовать почти сразу за ним. Она должна была слышать и видеть, куда он уводит оборотней, чтобы построить собственный план.       Надо было выбирать другое место для слежки за ним. Как Владимир ее вообще нашел, она была уверена, что он сразу пойдет тренироваться, как он и планировал. Наверное, он себя неважно чувствует, поэтому решил не разбрасываться магией на сегодня.       Наконец, Роза вышла из замка. Спрятавшись за кустами, она смогла превратиться в лису и побежать к лесу через Гремучую Иву, пусть так дольше, зато там никого нет. Слежка ей не нужна.       Прибежав на нужную поляну, Роза учуяла запах Диего. Хорошо хоть обоняние ее не подводит сегодня. Взять след было просто.       Роза шла медленно и осторожно. Она прислушивалась к каждому шороху, каждому звуку, каждому запаху. Роза помнила, как подарила Владимиру на Рождество особый аромат, чтобы его чувствовать, но сейчас она уже намного больше развила свое лисье чутье, что научилась чувствовать не запахи духов или каких-то гелей, а именно запах человека.       Роза узнавала и местность. Диего шел явно в лагерь оборотней. Неужели ему не удалось увести их подальше?       У них не было шанса на ошибку. Если оборотни не изменили свое мнение за сутки, то Драко конец. У них не будет другого шанса.       Вдруг Роза учуяла еще один запах. Кажется, того самого человечного оборотня из всех. Его запах смешивался с запахом Диего, но продолжал вести к лагерю.       Видимо, он его тут встретил.       Роза начинала красться все бесшумнее, как только все больше начинала чувствовать запах остальных оборотней. Лагерь был рядом. Через пару шагов она пересекла эту черту, оказываясь на их территории.       Тишина.       Видимо, Диего все же удалось увести их подальше.       Роза еще больше принюхалась. Оборотни оставляли за собой невероятную вонь, которая держалась долгое время. Она не могла с уверенность сказать, что тут никого нет.       И если нюх ее и подводил, то слух нет. В лагере была абсолютная тишина, как и в его окрестностях. Видимо, Диего увел их достаточно далеко отсюда.       Роза не стала тратить время на проверки, сразу направилась к яме. Она не чувствовала запах человека. Но ее это не насторожило, среди всей той вони, которую она ощущала, это было неудивительно.       Роза подошла к яме и аккуратно туда заглянула.       Пусто.       Внутри ее охватила легкая паника. Этого не может быть. Они не могли его убить, нет…       Роза пыталась отыскать запах, но у нее не получалось. Если даже Драко куда-то переместили, вряд ли бы это делали из самой ямы, да и это невозможно, Роза знала, что на лагерь оборотней Блэк наложил антитрансгрессионные чары. Должен остаться его запах в любом случае, такого быть просто не может.       Но вонь от оборотней все перекрывала, просто не оставляя Розе другого выбора.       Убедившись слухом, что вокруг тихо, Роза превратилась в человека. Опасно до безумия. Но она обещала Урсуле спасти ее отца.       — Ревелио, — произнесла Роза, направляя палочку на весь лагерь, прокручиваясь вокруг.       Никого.       Нет. Этого не может быть. Роза отказывалась в это верить.       Его не могли убить. Что, если они его взяли с собой на тренировку с палочками? Скорее всего, это наиболее вероятный вариант.       — Ревелио, — повторила Роза.       Снова ничего.       Наверное, самым правильным поступком было бы уйти отсюда. План не сработал и прежде, чем действовать дальше, им нужен новый. Но как она посмотрит сегодня вечером в глаза Урсуле?       Ей нужно убедиться, что Драко присутствует на этом обучении. Ей нужно помочь Диего. Один он не справится с его освобождением.       Роза снова превратилась в лисицу и начала искать запах. Она пыталась найти среди той вони Диего, но это тоже было непросто. В конце концов, Роза напала на нужный след и отправилась по нему вглубь леса.       Она кралась все дальше, пока не послышались вспышки заклинаний и дикий смех с характерным волчьим завыванием.       — Остолбеней! — крикнул хриплый бас, а до Розы донесся скулеж, а затем и зарево от заклинания.       Роза бросилась туда, осторожно выглядывая из-за кустов.       Да, обычная лесная поляна превратилась в дуэльную. Тринадцать оборотней держали в своих волосатых руках с длинными когтями волшебные палочки искривленной формы. Двое оборотней приняли дуэльные позиции, стоя напротив друг друга.       Роза осмотрелась по сторонам. Драко тут не было. Забавно, но если его забрал себе Блэк, кажется, это было лучшим исходом для него.       — У меня ничего не получается! — рявкнул на Диего один из оборотней, оскалив свои зубы.       — Нужна далеко не одна тренировка, чтобы заклинание имело направленный характер, — сказал Диего. — Вы привыкли окружать себя своей собственной магией, с палочками другая техника, вы должна выпустить из себя свой импульс.       — Самый умный? — оборотень направил палочку на Диего. — Может, ты решил нас надурить, а?       — Лиам, прекрати, — сказал главарь стаи. — Он выполняет мой приказ, а тебе надо больше терпения.       — Давай, атакуй, — безэмоционально сказал Диего.       У оборотней получалось плохо, нецеленаправленно и слабо, но Роза, как и Диего, понимала, что это дело времени. Роза так внимательно наблюдала за попытками оборотней атаковать, что совсем не заметила, как один из них пропал с поляны. Она учуяла его, когда было слишком поздно.       — А я-то думал, чего это понесло едой, — послышался голос за ней, а затем характерное облизывание.       Роза пустилась бежать, оборотень погнался за ней. Остальные, видимо, почувствовали ее, поэтому началась настоящая погоня. Роза ни разу не была в этих краях леса, бежала куда глаза глядят, совсем не понимая, что волки гонят ее в тупик.       — Попалась, — снова лающим смехом рассмеялся один из них.       Роза уперлась в скалу. Пути дальше не было. Оборотни окружали ее полукругом, нацелив палочки.       Она еще никогда не чувствовала себя такой уязвимой в своей анимагической форме. Обычно в лисьем облике она ощущала свободу, ее не сковывали никакие рамки, она доверялась природе. Сейчас же тринадцать оборотней с палочками голодными глазами смотрели на нее.       Хлопок, и Роза стала собой, крепко сжимая в своей правой руке волшебную палочку. Она понимала, что даже с неопытными оборотнями, которые могут поставить блок, ей не выстоять. Она видела, как каждый из них хотел наброситься на нее, но вожак им не позволял.       — Диего, сын мой, — проговорил главарь стаи. — Может, ты покажешь пример, как уничтожить волшебника его же оружием? Покажи своим братьям, к чему они должны стремиться. Мы долго гонялись за этой девчонкой, но теперь и у нас есть оружие.       Роза смотрела на Диего. Желтые глаза сейчас были полностью закрыты черным зрачком. Он склонил голову, смотря на нее.       Нет… Неужели Владимир был прав? Неужели Диего и правда может оказаться в ситуации, когда перестанет владеть собой?       Он сделал шаг вперед. Остальные покорно ждали, наблюдая за его действиями. Роза видела, как Диего все сильнее сжимает в кулаке свою палочку.       — Диего, — прошептала она так тихо, но знала, что он услышат, что все услышат.       Диего шел к ней медленно, но уверенно. Роза отказывалась до последнего верить, что он на нее нападет. Он не может не владеть собой, нет, Владимир ошибался.       — Пожалуйста, — Роза пыталась его вразумить, достучаться до него, он должен прийти в себя, должен ее вспомнить.       Диего выставил палочку вперед.       — Остолбеней! — воскликнул он.       Роза хоть и до последнего не верила в то, что он ее атакует, но подсознательно ждала нападения, поэтому успела выставить щит. Диего продолжал на нее нападать, а она обороняться. Ей удавалось иногда тоже переходить в атаку, Диего ловко уворачивался.       Оборотни стояли смирно. Видимо, никто не имеет право нарушить приказ вожака стаи, даже если очень хочется. Роза все еще не верила, что Диего нападает на нее по своему желанию, но от этого было не легче, осознавать, что он зависим от этих приказов.       Их заклинания сталкивались друг о друга, разрушаясь, за ними тут же следовали новые. Но в один момент ее щит дал слабину. Диего воспользовался этим и отправил в нее свое финальное заклинание.       — Экспеллиармус, — сказал он.       Роза чувствовала, как заклинание ее подхватило, подняло в воздух и отбросило назад. Она ударилась о скалу и упала вниз. Роза почувствовала адскую боль и услышала, как хрустнула кость где-то в районе бедра.       — Видели, дети мои? — раздался голос главного. — Я хочу, чтобы каждый из вас овладел таким преимуществом…       Роза думала превратиться в лису и сбежать, пока внимание направлено не на нее. Но все равно с раненной ногой это будет сделать сложнее. Она обнаружила, что ее палочка лежит прямо рядом с ней, поэтому Роза потянулась за ней и крепко сжала.       — Ну а теперь… — сказал главарь. — Можете делать с ней все, что хотите, и лучше не оставить следов.       Роза видела, как на нее двинулись оборотни. Ей конец. Даже со здоровой ногой она бы не выстояла против них.       Как вдруг вспышки заклинаний начали озарять поляну. Оборотни, которые подошли к ней слишком близко, разлетались в разные стороны. Остальные мигом забыли о ней и повернулись.       Диего. Он атаковал их. Он защищал ее.       — Остолбеней, — Роза помогала ему, как могла.       Диего справился с пятью, затем еще двое, потом трое. Наконец, осталось всего два оборотня. Тот самый наиболее человеческий и главарь.       — Вот значит как, — задумчиво сказал главарь. — Ты не послушал меня и мой приказ.       — Я не подчиняюсь твоим приказам, — сказал Диего. — Может, в полнолуние ты и имеешь надо мной власть, но не сейчас.       — Ликаон, сынок, займись девчонкой, а я пока научу твоего брата слушать приказы, — сказал главарь.       Роза видела, как полу-человек, полу-оборотень направился к ней быстрым шагом. Она знала, что он лучше владеет палочкой. Против него у нее точно нет шансов.       — Петрификус Тоталус, — вдруг откуда-то сверху на него упало заклинание.       Ликаон пал на землю парализованный, а из сумеречной темноты откуда-то сверху с ветки дерева спрыгнул Крам.       — Владимир? — ахнула Роза, когда он подошел к ней. — Там Диего, помоги ему!       Крам повернул голову. Главарь оборотней набросился на Диего, кусая его за спину, не давая ему защищаться палочкой, а в облике человека Диас не мог сделать ровным счетом ничего. Может, в полнолуние их битва была бы равной, но не сегодня.       — Сектумсемпра! — безжалостно сказал Крам.       Заклинание угодило оборотню точно в спину. На поляне раздался скулеж. Главарь отпустил Диего и рухнул на землю. Он пытался зализывать раны, которые открывались по всему его телу, но справиться с темным заклинанием от волшебника его магии было не под силу. Диего, который тоже был весь в крови от царапин, выпрямился и посмотрел на Крама.       — Спасибо, — сказал он.       Владимир ничего ему не ответил и направился к ней.       — Можешь встать? — спросил он, но от него веяло таким холодом, что Розе было страшно.       — Нет, — покачала головой Роза. — У меня, кажется, сломано бедро.       — Роза, — к ним подошел Диего. — Я…       — Не смей подходить к ней, — Крам встал и приставил к подбородку Диего палочку.       — Владимир, перестань, он… — запнулась Роза, вдруг осознавая, что произошло. — Спас меня.       На поляне повисло молчание, если не считать скулеж умирающего оборотня.       — Прости, я должен был сделать вид, что повинуюсь ему, иначе… — покачал головой Диего, все еще находясь под прицелом.       — Я знаю, я сама виновата, я не должна была здесь быть, — сказала Роза. — Владимир, отпусти его, он спас мне жизнь, он атаковал всех их, иначе они бы меня разодрали.       — Кстати о них, нам нужно скорее убираться отсюда, пока они не очнулись, — сказал Диего. — Правда, без вожака они будут дезориентированы, но не исключено, что каждый захочет мстить по одиночке.       Крам опустил палочку и присел к Розе, снимая свой ремень со штанов и делая из него жгут, чтобы кровь не лилась так сильно, все же никто из них не слишком силен в целительских чарах, а рана была очень глубокой, обычное заживление не справится. Он с ней не разговаривал. Роза чувствовала слезы на глазах.       — Владимир, прости, я… — Роза не знала что сказать.       — Я помогу, — сказал Диего, снимая с себя рубашку и промокая ее кровь с ноги.       — Да, я соврала тебе, но… — начала Роза, но тут же замолчала.       На Крама накинулся Ликаон, на которого прекратило действие заклинания. Роза видела, как его заостренные ногти впились в предплечье Крама. Диего быстро скинул его, отчего тот покатился по траве, все еще плохо контролируя свое тело.       — Уходите отсюда, — скомандовал Диего. — Я разберусь.       Крам поднял Розу за руки и зашагал прочь из леса. Роза с ужасом смотрела на небольшую вмятину от когтей, из которой капали капли крови. Нет, Владимир же говорил, что ему нельзя.       — Ты ранен, — сказала Роза. — Ты…       — Все нормально, — отрезал Крам. — Я ничего не чувствую.       — Но… — Розе было страшно, она так боялась его потерять. — Тебе нужно в Мунго, чтобы они сказали…       — Со мной все нормально, — рявкнул на нее Крам. — Он меня не заразил, я это чувствую, анимагия помогает. Тем более, сейчас не полнолуние, а у этого даже когтей нормальных нет. Я хочу услышать, что ты скажешь в свое оправдание.       — У меня была веская причина, — сказала Роза.       Пока они шли по лесу, Роза рассказала все про Драко, про их план, что сегодня случилось в лесу. Крам ничего не ответил на ее рассказ. Она закончила как раз, когда они вошли в Больничное крыло, а Крам положил ее на ближайшую кушетку.       — Мерлин, что произошло? — обеспокоенно спросила мадам Помфри, начиная хлопотать вокруг нее.       — Я… — Роза думала, какой из вариантов будет правдоподобнее. — Я упала с трибуны. Я староста, должна была подготовить все на завтра. И вот как-то закружилась голова, я оступилась.       — Трещина, — скомандовала мадам Помфри. — Костерост, ночь здесь, и завтра с утра будешь снова бегать.       Мадам Помфри пошла за лекарством, а Крам молча превратился в ворона и вылетел в открытое окно палаты.       Роза закрыла рот рукой и всхлипнула. Кажется, она испортила и без того их хрупкие отношения. Если Владимир ей просто не договаривал о своем состоянии, то она ему обещала больше не ходить к оборотням.       Мадам Помфри дала ей успокоительное, и Роза провалилась в сон.              На следующее утро просыпаться не хотелось. От успокоительного веки были тяжелые, глаза не открывались, да еще и за окном было пасмурно, как и на ее душе. Нога больше не болела, и мадам Помфри ей разрешила позавтракать с остальными в Большом зале. Роза выбежала из Больничного крыла, желая найти Владимира. Но ее тут же перехватила Урсула.       — Роза, я так испугалась за вас вчера… — затараторила Малфой. — Когда вы не вернулись к обусловленному времени…       — Это ты рассказала все Краму? — ахнула Роза, теперь понимая, как он их нашел.       — Да, — закивала она. — Точнее… Я сначала пришла к Хьюго и все ему рассказала. Мы с ним вместе ждали, когда вы появитесь в пределах карты, там видна только опушка леса. Но вас так долго не было. Мы пошли к Краму и все ему рассказали, все же он знает, где эти оборотни, да и долететь ему было бы быстрее…       Роза глубоко вздохнула. Наверное, глупо злиться на Малфой. Если бы не она, велик шанс, что они вчера были бы мертвы с Диего. Он спас им жизнь. И она поймет, если он больше ей не захочет верить.       — Ты все сделала правильно, спасибо, — улыбнулась Роза.       Между ними повисло молчание. Наверное, Урсула видела ее состояние, как тяжело дался ей вчерашний вечер. Но она здесь все же чтобы узнать про отца, а не о ее здоровье.       — Вам… удалось что-то узнать про папу? — осторожно спросила Урсула, чтобы не показаться бестактной.       — Его вчера там не было, — поджала губы Роза.       — Они его… — в глазах Малфой появились слезы. — Убили?       — Я не думаю, — честно ответила Роза. — Я не чувствовала его запаха. Скорее всего, его забрали еще вчера, вскоре после меня. Во всяком случае оборотни его вряд ли тронули, скорее всего его забрал Блэк.       — И что мне теперь делать? — спросила Урсула.       — Тебе — ничего, — строго ответила Роза. — Не вздумай никуда лезть.       — Но… — попыталась возразить Малфой.       — Никаких но, — перебила ее Роза. — Блэк только этого и будет добиваться, чтобы перед вами выставить отца, а вас перед ним. Если он вдруг что-то тебе напишет, сразу иди к нам. Мы что-то придумаем, во всяком случае, сейчас им нет никакого смысла убивать твоего отца.       — Ладно, — сказала Урсула.       — Мы обязательно его достанем, — пообещала Роза. — Думаю, можно будет завтра вызвать Вегу и поговорить с ней, тем более, кажется, я теперь уверена еще в одном кандидате.       Урсула кивнула и направилась прочь, а Роза продолжила свой путь в Большой зал.       Ожидаемо, тут было целое столпотворение. Кто-то раскрасил лица в цвет герба школы, за которую болел, кто-то размахивал флагами, укутываясь в них как в мантию, кто-то тряс плакатами, которые сделал собственноручно. Роза заметила, что в основном все имеет красные цвета, значит, большинство из них болело за Крама.       Вот только самого Крама в этой толпе Роза не видела. Она была уверена, что если бы он тут был, его бы окружила вся школа. Неужели он настолько не хочет с ней пересекаться, что предпочел не завтракать? Хотя у Розы была одна надежда, что он не пришел потому, что предполагал, что тут будет происходить утром. Сейчас ему нужна тишина, чтобы настроиться, дело вовсе не в ней, но ведь перед матчем по квиддичу он хотел ее видеть…       — Новак, — подошла к сербу Роза. — Ты Владимира не видел?       — Его никто не видел, — фыркнул он. — Наверное, решил держаться подальше от толпы.       — Наверное, — поджала губы Роза. — Спасибо.       Она хотела направиться к гриффиндорскому столу, но вспомнила, что ей нужно инструктировать старост. Формальность, но надо. Она подошла к паре девочек и попросила их передать информацию всем старостам на своем факультете, а сама направилась к Лили и Хьюго.       — Через десять минут собрание, — сказала она. — И передайте остальным.       — Какое собрание? — удивилась Лили. — Я же не староста турнира в этом семестре.       — МакГонагалл сегодня просила всех, — пояснила Роза. — Представляете, что будет сегодня на трибунах, а главное после окончания?       Лили кивнула и пошла искать старост с шестого и седьмого курсов, а Хьюго вопросительно на нее посмотрел.       — Ты не мама и я не буду перед тобой отчитываться, — сказала Роза, беря с тарелки тост и начиная мазать его джемом.       — Я и не собирался, — фыркнул Хьюго. — Просто это было слишком безрассудно.       — Возможно, — пожала плечами Роза.       Роза откусила тост и начала его пережевывать. Есть совсем не хотелось, отчего ее начало подташнивать. Она себя успокаивала только тем, что Владимиру сейчас еще хуже.       — Ты как себя чувствуешь? — спросил Хьюго. — Я видел, что ты ночевала в Больничном крыле.       — Порядок, — отмахнулась Роза. — Мадам Помфри кости заново выращивала, что ей какая-то трещина.       — Да, трещина от оборотней это самое малое, что можно получить, — кивнул брат.       — Все, все будут через десять минут, — сказала Лили, присаживаясь обратно на свое место.       — Спасибо, — кивнула Роза.       Она дожевала этот невкусный тост и еще раз осмотрела зал. Ну да, глупо было ожидать, что за это время пришел Крам. Восторженных возгласов не было по-прежнему.       Не было в зале и Сато. Может, им их директора посоветовали не приходить? Это звучало логично.       Где бы Крам сейчас не был, она старалась передать ему всю свою любовь.       — Пошли, — скомандовала Роза.       Собрание она решила провести не в их классе, где они всегда собирались, а в кладовке возле Большого зала. У них было не так много времени на инструктаж. Скоро МакГонагалл объявит о начале, и толпа побежит занимать лучшие места.       — Сегодня задача стоит очень ответственная, — говорила Роза. — На сектор должно быть минимум по четыре старосты. Можете разбиться по факультетам или курсам, можете вообще как угодно, главное соблюсти численность в каждом секторе. За вами будут закреплены места с краю, вы можете наблюдать за турниром, но если в рамках вашего сектора кто-то начнет излишне эмоционально себя вести, ваша задача успокоить, ясно?       — Да, — послышался гул.       — Когда закончится задание и все начнут выходить, распределитесь по двойкам, — командовала Роза. — Двое остаются на трибуне и регулируют движение, другие выстраиваются на пути к замку, тоже внимательно смотря, чтобы не было никаких драк, криков и прочего.       Старосты начали перешептываться, кто где хочет быть и с кем, Роза была уверена, что хотя бы тут ей не придется расставлять их как маленьких.       — Альбус, — Роза обратилась к кузену. — Нам МакГонагалл в этот раз поручила личное задание. В какой-то мере мы сегодня охрана Чемпионов. Нам нужно быть в их раздевалке, пропустить к ним журналистов, сделать так, чтобы их не разорвали фанаты, и они спокойно после окончания турнира добрались до своих спален.       Альбус кивнул, но тут же начал что-то бурчать себе под нос.       — Не забываем про вечернее мероприятие в Большом зале, за дисциплину тоже отвечаем мы, — напомнила старостам Роза. — Раз всем все ясно и нет никаких вопросов, выдвигаемся к стадиону, а мы с тобой, Альбус, останемся тут и будем следить, чтобы из Большого зала все вышли без приключений.       Старосты ушли, все же в огромном предвкушении интересного зрелища, а они с Алом остались в холле.       — У тебя все нормально? — поинтересовалась Роза. — Какой-то ты… не в настроении.       — А ты была бы в настроении, если бы тебе весь день пришлось бы «охранять» своего бывшего, который заявил, что не любит тебя и бросил? — фыркнул Альбус. — Не хочу ее видеть.       — Я тоже с Владимиром вчера сильно поругалась, — сказала Роза, тяжело вздыхая. — Только тут он не захочет видеть меня.       Альбус вопросительно на нее уставился, а Роза рассказала о вчерашнем их приключении с Диего.       — И я с ним полностью согласен, это безумие, Роза, даже будучи анимагом соваться в такую авантюру! — ругался на нее и Альбус. — А если бы этот главный оборотень и правда чуть больше имел влияние на Диего?       Роза хотела было ему возразить, но в Большом зале послышался голос МакГонагалл, который доносился и до них.       — Уважаемые студенты, — скомандовала она. — Через час начнется последний этап Турнира Юных Волшебников. Двое Чемпионов уже находятся в подтрибунном помещении и готовятся показать свои способности и завоевать Кубок. Прошу не устраивать столпотворений и медленно направляться к выходу, мест хватит всем. То же касается и возвращения со стадиона. Не толкаемся и выходим по очереди. Официальное награждение будет в семь часов вечера в Большом зале, форма одежды парадная. Огромная просьба уважительно относиться к победителю, даже если вы болели за другого участника.       Разумеется, МакГонагалл мало кто услышал, да и никто не опирался на свой опыт. Мест на трибунах и правда всегда хватало всем, а большой экран было прекрасно видно как с первого ряда, так и с последнего. Но вся толпа буквально побежала занимать лучшие места, что им с Альбусом пришлось создать магический барьер и пропускать всех по одному.       — Кажется, все, — Альбус убедился, что Большой зал пуст, там остались только несколько преподавателей. — Пошли?       Роза кивнула, и они тоже направились по направлению к лабиринту. Все же Чемпионов и правда просили не приходить на завтрак. Сейчас она откроет дверь и по Краму поймет, злится он на нее или нет.       — Как думаешь, кто победит? — спросила Роза, чтобы эти пять минут до стадиона не терзать себя сомнениями.       — По всей логике должен Крам, но я не удивлюсь, если после твоего рассказа это будет Сато, — хмыкнул Альбус.       — Почему? — удивилась Роза.       — Ну, Ацуко плоха в защитной магии, все это абсолютно не ее, она очень боялась финала, а когда я ее тренировал, в общем, прогресса было мало, — сказал Альбус. — Но она не дура. Она прекрасно видела, как подавленное состояние чемпиона как психологическое, так и магическое могут влиять на результат. Ты посмотри, кто вылетал все предыдущие раунды. Диего, потому что был без ума от Доминик. Холли, которая просто слила все задания, потому что ей было морально плохо и не до этого. Я, который страдал по Холли. Доминик, которая едва выписалась из больницы. А сейчас вдруг перед финалом ты ссоришься с Крамом. Да еще как.       — Слушай, я тоже о ней не лучшего мнения, но… — усомнилась Роза. — Я решение принимала сама, Диего не хотел меня впутывать.       Альбус лишь усмехнулся.       — Что? — спросила Роза.       — Ты не забывай, что она с ними, — указал Поттер. — Оборотни давно знали твою анимагическую форму. Она могла им приказать позвать Диего. Ты говоришь Урсуле Савар сказала? Так она тоже с ними. Они в связке. А в итоге Драко там и не оказалось. Обе заманили вас туда в нужный день, аккурат перед турниром. Знали, что Крам побежит тебя спасать. А если бы нет и тебя убили бы оборотни, да конечно он плюнул бы на турнир и снялся. Да даже сейчас Крам после ссоры с тобой далеко не в лучшем состоянии.       — Я не думала о таком… — прошептала Роза.       А ведь она и правда не думала. У нее не возникло никакого сомнения, что все правда задумал Блэк. Да, ей было странно видеть такой поступок Савар, как и Урсуле. Но неужели за всем этим и правда стоит Ацуко? Роза не могла в это поверить, но и совпадение и правда было слишком подозрительное, ведь она услышала, что уже сегодня Драко не будет, поэтому они пошли вчера, как и позвали Диего, чтобы расчистить ей путь.       — А ей настолько нужна победа? — поинтересовалась Роза. — По сути все Чемпионы пошли туда, потому что хотели что-то показать родителям, а не самим себе. Пусть Владимир считает, что отец в нем разочаруется, если он не выиграет, но я знаю, что это не так, как не разочаровались в тебе и твои родители. Но что у Сато за взаимодействия с дедом?       — На самом деле я идиот, что не слушал ее раньше, — покачал головой Альбус. — Она еще на пасхальных каникулах моим родителям сказала, что какие бы у нее не были конфликты с дедом, она все равно уедет в Японию и будет продолжать его дело, потому что должна. Ей, действительно, нужна победа, чтобы их народ видел в ней новую правительницу, самостоятельную и независимую. Думаю, ей и правда нужнее чем Краму, поэтому она не отпустит этот титул, а в борьбе все средства хороши, она не такая добрая и пушистая какой кажется, иначе шляпа не определила бы ее на Слизерин, и дело тут совсем не в чистой крови.       — У них же кроме других изданий будет еще брать интервью и Роксана, — осенило Розу. — Попросим ее спросить об этом. Рокси найдет, как подать эту информацию. Даже если она ей соврет, может, хотя бы секундное замешательство на ее лице мы заметим.       — Не думаю, что она спалится, — покачал головой Альбус. — Играть она умеет, так умело изображала чувства ко мне.       — Но ты ее все еще любишь, — сказала Роза как утверждение, хотя и планировала задать вопрос.       Альбус какое-то время сохранял молчание.       — Нет, не люблю, — отрезал он. — Знаешь, я всегда думал, что разлюбить это долго. Я переживал предательство Бриттани, с Холли тоже все было как-то постепенно. Но с ней все исчезло будто в один миг, когда я все осознал.       Роза все равно сомневалась в словах кузена. Да, определенно, такая боль оставляет отпечаток. Но если бы у Альбуса не болело сердце, екая каждый раз при ее виде, он бы не пытался забыться с Бриттани. Роза видела, что их соединяет только дружба, несмотря на то, что поведение Симпсон так и кричало о желании большего. Но Альбус не переходил эту черту, и дело было не в Бриттани и даже не в нем самом, что он не простил ее, он знал, что его сердце все еще принадлежит Ацуко.       Если бы он любил Холли также сильно, то ее отъезд из Хогвартса ничего бы не решил. Он бы не посмотрел на Ацуко, не начал бы к ней тянуться еще осенью, все эти разговоры по душам. С Холли у него было что-то мимолетное, а вот Ацуко глубоко проникла в его душу, даже если в этом и был ее план, она смогла.       То же было и с Лили. Роза видела, что она все еще бросает взгляды на Малфоя. Да и она сама, никогда бы не отказалась от Крама, как бы они не ссорились, ее сердце всегда будет принадлежать ему.       — Можно? — Роза постучалась в дверь.       Они с Альбусом вошли в раздевалку, но тут была только Ацуко. Роза видела, как она тут же спрятала взгляд, чтобы не смотреть на Поттера, да и на нее тоже. А вот учащенное сердцебиение Альбуса в этой тишине она слышала отчетливо. Да, себя можно обмануть, а вот свое сердце нет. Может, Ацуко поэтому прячет глаза, потому что и она врала Поттеру и все это ей зачем-то было нужно?       — А где Владимир? — спросила Роза.       — Не знаю, еще не появлялся, — ответила Ацуко.       — Странно, — Роза посмотрела на время.       До начала оставалось сорок пять минут. Может, он настраивается как-то иначе. А что, если он ей соврал и оборотень все же поцарапал его с последствиями, поэтому теперь не в анимагической форме ему плохо?       — А вот и я, — гробовую тишину нарушил громкий голос Роксаны, которая влетела в раздевалку со своим пером. — Интервью участников перед самым важным испытанием в их жизни!       — Только одного из них нет, — буркнул Альбус.       — Ничего страшного, — не растерялась Роксана. — Сначала поговорим с Ацуко.       — Можно оставить меня на пять минут в одиночестве? — попросила японка. — Я должна доделать медитацию.       — Конечно, — подпрыгнула Рокси. — Кузены, пойдемте.       Они вышли из раздевалки и встали неподалеку от входа. Роза воспользовалась моментом и попросила Рокси попытаться выведать у Ацуко имеет ли она какое-то отношение к заранее подготовленной дезориентации соперника. Кажется, Рокси восприняла это как вызов.       — Мои заказы с каждым днем все интереснее и интереснее, — потерла ладошки Рокси. — То Джеймса обелить, то Ацуко вывести на чистую воду.       — Джеймса? — нахмурился Альбус.       — Да, — пожала плечами Рокси. — А ты разве не знал, что это я написала ту статью, что он якобы в Америке?       — Так он не в Америке? — ахнул Альбус.       — Насколько я поняла нет, но эта статья должна ему как-то помочь выбраться от этого Блэка, — Роксана не стеснялась в выражениях.       — И кто ее у тебя заказал? — спросил Ал.       — Эй, я не могу сказать, это журналистская тайна, — гордо подняла подбородок Роксана, подмигивая ей. — Хоть вы мне и кузены, но профессия есть профессия, так что я сама по себе.       Роза вдруг вспомнила про список тринадцати, в котором была Рокси. Это сейчас ее отказ? Раз она сама за себя.       — Все, я пошла, — сказала Роксана, когда пять минут истекли. — Как только Крам подойдет, тоже пускайте его ко мне.       Они с Альбусом стояли молча, Роза лишь изредка на него поглядывала. Альбус смотрел в сторону Запретного леса. Эта тишина начала ее угнетать.       — Ты не пробовал с ней поговорить? — спросила Роза.       — Мне не о чем с ней разговаривать, — сказал Альбус.       — Видно, что тебе плохо без нее, — поджала губы Роза.       — А по ней видно, что ей хорошо без меня, — фыркнул Альбус. — Я лично не собираюсь навязываться.       — Да и ей не все равно на тебя, — сказала Роза. — Иначе не прятала бы глаза от тебя.       — Чего ты добиваешься? — Альбус зло посмотрел на нее. — Тебе же она не нравится.       — Да, но странно все это, — задумчиво сказала Роза.       Роксана вышла к ним через пятнадцать минут. Роза и Альбус на нее вопросительно посмотрели. Она лишь покачала головой.       — Даже если все так, она никак не раскололась мне, — сказала Роксана. — Она сконцентрирована на себе и своей победе, будто бы ей нет дела до других. Я еще у нее спросила, ммм… Поддерживает ли ее любимый человек.       — И что она сказала? — усмехнулся Альбус.       — Сказала, что по восточным преданиям в моменты ответственных жизненных решений и событий полезно быть наедине только с собой, — пояснила Роксана.       Они втроем зашли в раздевалку, где Ацуко уже была полностью готова к выходу. Владимира так и не было. Роза начала переживать.       — С ним что-то случилось, — сказала Роза, доставая свои часы. — Странно, я была уверена, что тут смертельная опасность.       — Куда он мог по-твоему пойти? — спросила Роксана. — Вы же не первый раз с ним поссорились.       — Больше странно, что он до сих пор не вернулся, — сказал Альбус. — Крам ответственный парень, и я не думаю, что из-за ссоры с Розой он мог бы сорвать мероприятие всей школы.       — Вот именно, — беспокойство нарастало все больше. — Он бы никого не подставил вот так вот, не явившись, значит, ему плохо…       — Я бы не сказала, — вдруг проговорила Ацуко. — Он сейчас испытывает чувство свободы, спокойствия, умиротворения.       Роза бросила взгляд на японку. Пытается убить ее бдительность? Роза понимала, что Крам сейчас находится в анимагической форме, но что если он как раз не может из нее превратиться, потому что только так не чувствует боли? Он уже один раз ей соврал, что ему не больно. Мог скрыть и второй.       — Так, ну что, Чемпионы готовы? — в помещение вошли директоры школ, фотографы, журналисты.       — Нет, — сказала Роза. — Владимира нет.       — Как нет? — ужаснулась МакГонагалл.       Далее последовал допрос, кто и где его видел последний раз, что он говорил. Роза не могла рассказать всем правду, отсюда ее рассказ не звучал как стоящее оправдание. МакГонагалл впервые была так растеряна, она не знала, что делать с Турниром, а главное где искать ученика.       — Вы уверены, что его нет в замке? — суетилась директриса. — Может, он проспал?       Сотни домовиков были посланы исследовать замок, но вернулись без какого-либо результата. У Розы начиналась истерика. Что, если он бросил ее, бросил все…       — Тише, — успокаивал ее Альбус. — Мы найдем его.       — Где? — всхлипнула Роза.       — Не знаю, — Альбусу было нечего на это ответить.       Пока директор Дурмстранга рассказывал, что вчера Владимир был настроен на победу, остальные пытались отправить Патронусы, чтобы хотя бы они нашли Владимира, но время шло, а Крама все не было.       — Где его отец? — спросила МакГонагалл.       — Должен быть на трибунах, — сказал директор Дурмстранга. — Пойду посмотрю.       — С ним точно что-то случилось, — у Розы начиналась паника.       — О нет, мисс, с ним все в порядке, — сказал Фукуда. — Его душевное состояние сейчас в полнейшем покое.       — Но где он? — спросила Роза.       Фукуда ничего не ответил, лишь загадочно пожал плечами.       — Его отца нет на трибунах, — сказал директор Дурмстранга. — Это странно, обычно он отменял все дела и всегда приезжал, а тут финал, точно должен быть.       Точно что-то случилось, раз их нет вдвоем. Может, ему все же стало хуже, и он направился в Мунго, откуда и вызвали его отца? Роза вскочила на ноги и побежала к выходу, ей было плевать на свои обязанности, ей нужно быть рядом с ним, но как только она открыла дверь, там тут же показались Владимир и Виктор Крамы.       — Простите, уважаемые господа, — извинился Виктор, проходя внутрь и чуть подталкивая сына, положив ему руку на плечо. — У нас возникли некоторые семейные обстоятельства…       — Потом с этим разберемся, — МакГонагалл была все еще бледной, как смерть. — Владимир, быстро переодевайся и на выход.       — А интервью? — возмутилась Роксана.       Кажется, с Роксаной спорить никто не хотел, поэтому Крам отвечал на вопросы в ее присутствии, пока переодевался, а Ал с Розой пошли к своим местам, которые для них подготовили в ложе для преподавателей и прочих гостей. Роза увидела в первых рядах дедушку Ацуко, который разговаривал с Фукудой. Виктор Крам присоединился к своей жене и занял тоже место в первом ряду рядом с директором Дурмстранга.       Толпа бесновалась, не понимая, почему Чемпионы еще не вышли. Розу все еще трясло. То ли она еще не успела отойти от произошедшего, то ли уже волновалась за исход состязания.       Наконец, под оглушительные аплодисменты, в середине небольшого пространства между трибунами и входом в лабиринт появилась МакГонагалл, которая подняла руки, призывая к тишине.       — Добро пожаловать на финал Турнира Юных Волшебников, — торжественно сказала она. — Поприветствуем наших финалистов! Ацуко Сато, Махотокоро! Владимир Крам, Дурмстранг!       Сато и Крам вышли из-под трибунного помещения. Хоть они и старались улыбаться, все равно было видно, как они переживают. Сато упорно не смотрела на их трибуну, а Крам едва заметно улыбнулся отцу, а тот ему помахал.       — Итак, правила последнего тура! — начала МакГонагалл. — В этот раз в лабиринте находятся два совершенно идентичных пути. На этом пути Чемпионам будут встречаться различные препятствия, связанные с темными искусствами. Их задача пройти путь и дотронуться до флага своей школы. Если в прошлых турах дуэль предназначалась только для решения спорных ситуаций, то в этом туре она обязательна. Жюри подсчитает разницу во времени и набранных очках между участниками. Таким образом у того, кто первый доберется до флага, будет преимущество в дуэли. Второй участник на протяжении времени, которое объявят члены жюри, не будет иметь возможности атаковать, только защищаться. Как только время истечет, будет дан звуковой сигнал, когда второй участник сможет приступить к ответной атаке. Кто победит в дуэли, тот станет победителем Турнира Юных Волшебников и заберет Кубок, денежный приз, а также не будет лишен славы, став первым победителем Турнира. Напоминаю участникам о разрешенных заклинаниях в дуэли, в случае применения заклинания не из списка последует немедленная дисквалификация. Все остальные смогут наблюдать на экране за тем, что происходит внутри. Все понятно?       Ацуко и Крам кивнули друг другу, пожав руки, и разошлись к разным входам лабиринта. Крики в поддержку Крама разносились по всему полю, но Ацуко стойко это выдерживала. Она встала спиной ко входу, закрыла глаза и сложила руки в замочек. Владимир на нее так и не посмотрел. У Розы сжималось сердце от плохого предчувствия.       — На старт, внимание… — проговорила МакГонагалл, а затем раздался выстрел пушки. — Начали!       Крам и Ацуко вбежали в лабиринт, который тут же за ними закрылся, а у них у всех появилось два изображения на экране.       Кажется, несмотря на то, что время было важно, Ацуко никуда не спешила. Она шла медленно и размеренно, будто выверяла каждый шаг и не опускала палочку. Крам же бежал вперед, палочку в его камере не было видно, но в один момент он остановился.       Он повернулся, посмотрев туда, откуда пришел, затем с явным подозрением изучал кусты. То ли он что-то оттуда услышал, то ли просто решил перестраховаться, поэтому он наложл защитный барьер на кусты, чтобы оттуда никто не выскочил.       — Сато этого не сделала, — сказала Роза Альбусу и Роксане, которая тоже присоединилась к ним. — Кто может активироваться от быстрого движения?       Те лишь пожали плечами.       Тем временем, Крам уже добрался до полянки. Так, здесь точно что-то должно произойти. Полянки никогда прежде не встречались Чемпионам просто так.       Вдруг весь стадион вскрикнул, а девочки завизжали. Откуда ни возьмись поляна заполнилась огромными акромантулами, которые буквально окружили Крама. Он взял палочку и начал отбиваться от них, расчищая себе дорогу дальше.       — Задание для первого курса, — недовольно сказала Роксана.       Роза на нее шикнула. Она боялась, что все же эта ночь не прошла бесследно для Крама. Вдруг, ему сейчас сложно даже простейшие заклинания.       — О, а вот и Сато добралась, — сказала Роксана, помечая что-то в своем блокноте.       Ацуко, как и Крам, быстро расправилась с пауками, и по второй дорожке шла быстрее и увереннее. Но вдруг они оба застыли на середине пути. Кажется, обоих что-то интересовало в кустах.       Вдруг камера Ацуко дрогнула, а в нее крупным планом попал один из Корнуэльских пикси, который тащил Ацуко за ее длинные черные волосы. Камера Крама более четко передавала эту атаку пикси, которые вылетели на них из зарослей лабиринта. Розе вспомнилась полоса препятствий, которую им для тренировки давал Тедди, она была уверена, что и к этому заданию именно он приложил больше всех свою руку и фантазию.       Наконец, Ацуко удалось высвободиться от самого надоедливого Пикси, и она использовала Иммобилюс, Крам же выбрал более жестокий метод — замораживающее заклинание.       — Уже интереснее, — сказал Рокси, снова помечая в своем блокноте все необходимое.       Тем временем Крам и Ацуко уже были на новой поляне. Только в отличие от предыдущей, где им встретились пауки, она не была похожа на лес. Сейчас это скорее была комната с зеркалами.       Весь стадион попытался разглядеть что-то в зеркалах, но было тщетно. Во всяком случае Крам быстро разбил все заклинанием, открывая себе проход дальше. А вот Ацуко застряла.       Розе быстро стало очевидно, что они просто не видят того, что видит она. Заклинание иллюзии. Ацуко вертелась вокруг своей оси так быстро, что начинала кружиться голова от таких скачков камеры. Наконец, она чуть-чуть пришла в себя и использовала заклинание Риктусемпра, которое помогало прогнать иллюзию. Зеркала осыпались, открывая путь ей дальше.       — Интересно, расскажет, что ей там привиделось? — хмыкнула Роксана, помечая себе в блокнот и ставя восклицательный знак.       Роза не была так уверена, что Ацуко расскажет, да и Ал был озадачен.       Тем временем, пока Ацуко только разобралась с зеркалами, Крам уже оказался на следующей точке. Палочка была наготове, но все было тихо. Вдруг, как и пауки, на поляне появился оборотень.       По стадиону разнесся удивленный возглас. Роза даже вскочила на ноги, готовая возмущаться таким заданием. Это же опасно!       — Сейчас же не полнолуние, — нахмурился Альбус.       Роза обессиленно села на свое место. Точно. Боггарт. Крам боится оборотней. Интересно, с детства или после вчерашнего?       Крам начал его атаковать, но заклинания пролетали буквально насквозь животного. Стадион снова удивился, но, кажется, и Крам теперь начинал понимать, что происходит. Заклинание Ридикулус.       Теперь весь стадион захохотал. Устрашающий оборотень теперь был в балетной пачке, старался удержать равновесие и ел мороженое. Крам полюбовался своим произведением и двинулся дальше, а все уставились на экран Ацуко, всем было интересно, чего боится она.       — А вот сейчас будет очень интересно, — сказала Роксана, довольно потирая ладошки.       Роза видела, как и Альбус чуть подался вперед и уставился в ее экран. Ацуко как раз подходила к пустой поляне. Хотя, если присмотреться, она уже не была пустая.       Около прохода дальше кто-то лежал, свернутый калачиком. Это был скорее всего человек, а фигура была женской. Ацуко медленно шла к этому человеку, а боггарт даже не пытался пугать или как-то шевелиться, Роза вообще впервые видела статичного боггарта, который не атакует.       Ацуко подошла ближе, но едва ли кто-то смог заметить или определить, кто это, потому что Ацуко быстро отошла назад и судя по камере села на землю, поджимая ноги к себе, закрыв коленями обзор камеры.       — Ну и что это? — спросила Роксана, больше обращаясь к Альбусу, а тот лишь пожал плечами.       Никто не понимал, что происходит. Все настолько были заинтересованы происходящем у японки, что на Крама обратили внимание только тогда, когда в его камере появились вспышки заклинаний. Роза быстро переключила свое внимание.       Из стен лабиринта в него летели атакующие заклинания. Сначала Владимир пытался отбивать каждое заклинание, но они не прекращались. Ему пришлось как и в самом начале наложить щит на сам проход, после чего он смог идти спокойно.       Тем временем камера Ацуко снова начала показывать. Тела человека больше не было, на том месте лишь росли цветы. По стадиону раздался гул неодобрения, все ожидали чего-то смешного на подобии, как у Крама, а Роза видела, как Альбус сжал кулаки, смотря на толпу.       — Кажется, это был не Ридиккулус, — задумчиво проговорила Роксана.       Ацуко попалась в ту же ловушку, что и Крам, начиная отбиваться от заклинаний. Кажется, она не думала, что можно наложить щитовые чары не на себя, а вокруг себя, просто ждала, когда они кончатся. Крам тем временем оказался на следующей поляне.       Камера начала запотевать. Сквозь небольшую часть на экране, которая все еще оставалась видимой, Роза заметила иней на траве. Ожидаемо, дементоры.       У Розы тоже все похолодело в душе. Крам умел создавать Патронус и был силен, но она боялась, что не сейчас. Он всегда ей говорил, что она его самое большое счастье, но вчера его счастье его предало, Роза не была уверена, что он сможет найти сейчас в себе такую силу.       — Экспекто Патронум, — сказал Крам.       Большой серебристый ворон показался на экране. Он широко распахнул крылья, отчего дементор стушевался, улетая прочь. Крам пошел дальше, а защитник полетел за ним, все еще сохраняя свою силу.       Ацуко тем временем сумела отбиться от заклинаний. Все же они оказались скончаемыми. Но сил она потратила явно больше.       Все снова уставились на ее экран. Им было интересно узнать, какой Патронус у японки. Роза была уверена, что он существует, и она умеет его создавать, иначе такое задание просто бы им не сделали.       — Она умеет? — все же для подстраховки поинтересовалась Роза у Альбуса.       — Не знаю, она мне не говорила, — напряженно сказал он. — Ей в целом защита и заклинания не очень удаются…       — Вряд ли бы сделали такое испытание, если бы она не умела, — озвучила ее мысли Роксана.       Камера начала запотевать, дементор подлетал. Сейчас у Ацуко не оставалось сомнений, что это реальный дементор и какое заклинание ей нужно. Сквозь запотевший экран было видно, что из ее палочки вылетели парочка искорок, но они погасли.       Еще одна попытка, снова неудачно.       Наконец, поляну залило серебристым светом. И если Патронус Крама был обычный ворон, просто большой из-за магической силы, то у Ацуко, видимо, само животное было большое. Когда камера снова начала показывать нормально, весь стадион увидел дракона.       — Ничего себе, — открыла рот от удивления Роксана. — Дракон?!       — Я сам в шоке, — Альбус будто бы оправдывался. — Тедди говорил, что магических животных могут создавать только очень сильные волшебники, которых выбрала сама магия.       — Не думаю, что ты сомневался, что она слабый маг, — фыркнула Роза. — Все же заслуг у нее полно. И это не обычный дракон, это же Японский дракон (Рю) — символ мудрости, силы, покровительства, он ассоциируется с водой и небом — стихиями гармонии. Помните, дядя Чарли рассказывал.       В отличие от Патронуса Крама, который все еще летал вокруг него, Патронус Ацуко исчез, едва только справился с дементором.       — Может, это их тотем? — предположила Роза. — Семья правителей, мощь рода.       Между тем Крам уже стоял около новой опушки. Точнее, возле болота. Нужно было перейти его, чтобы оказаться около следующей тропинки. Наверное, если бы ты оказался просто перед болотом, вряд ли бы сразу подумал, что оно кишит гриндилоу или красными колпаками. Но здесь было очевидно, что там спрятались какие-то твари.       — Умно, — сказала Роксана, когда Владимир перед тем как войти в болото, использовал парализующее заклинание, опустив кончик палочки в воду.       Теперь он зашел в болото, которое ему было чуть выше колена, и пошел по нему, явно увязая порой в водорослях, которые обвивали его ноги, отчего ему пришлось использовать режущее заклинание.       Ацуко снова была не настолько дальновидна. Она залезла в воду и медленно пошла по илу, постоянно применяя заклинание Релашио для водорослей. Вдруг камера резко оказалась в воде.       По стадиону снова прошелся гул. Теперь все увидели, как много под водой гриндиллоу. Они тащили Ацуко вниз.       — Она же сейчас задохнется, — не верила своим глазам Роксана, что такое задание и правда сделали.       Роза чувствовала напряжение, исходившее от Альбуса. Он явно за нее переживал. Настолько, что готов был понестись в этот самый лабиринт и достать ее оттуда.       Кажется, у Ацуко получилось высвободить одну руку. Невербально она произнесла Эверте Статум, отчего путь расчистился. Она вынырнула из болота, явно пытаясь отдышаться, но времени у нее не было, это заклинание не действует на долгую перспективу.       Ацуко сумела выбраться, откинула свои волосы с камеры и побежала дальше.       — Дальше хуже, — прошептал Альбус, видимо понимая, что с каждой поляной испытания все сложнее.       Крам уже был близок к поляне. Как только он вошел на нее, проход за ним закрылся. Пути назад не было.       Вдруг земля начала шевелиться. Роза сначала подумала, что это растут какие-то деревья. Но нет, это были не такие безобидные существа.       Инферналы.       — Они совсем чокнулись? — Альбус открыл рот от удивления. — Их же можно победить только Адским пламенем. Это Темная магия! Они что, приветствуют это?       Роза не знала, что на это ответить. Она была уверена, что Крам сможет создать такое заклинание и бороться, он ей рассказывал, что в школе они проходили эту тему. Вот только ей тоже совсем не нравилось, что и без того не всегда устойчивый Крам, который пытается себя сдерживать, сейчас наоборот должен себя отпустить.       Поляну озарил яркий оранжевый свет. Пламя разрасталось все сильнее, отчего выходило за пределы лабиринта. Все теперь могли видеть местоположение Крама и понимать, что до финиша ему оставалось совсем немного.       Жар от пламени доходил аж до них. Камера ничего не фиксировала кроме огня. Наконец, он начинал стихать.       — Вот это да, — восхищенно проговорила Роксана.       Вся поляна была сожжена. Стены лабиринта обуглились. От инферналов не осталось ничего.       — Она с этим не справится, — испуганно сказал Альбус, смотря на то, как Ацуко подходит к такой же поляне.       — Ты и про Патронус не знал, — фыркнула Роксана.       — Но Патронус это все же светлая магия, а японцам запрещено использование темной, она никогда не станет… — бормотал Альбус.       Ацуко тоже увидела, как из земли поднимается нечто. Секундное замешательство. А затем озарение сначала на экране, а потом над лабиринтом. Только оно не было красным, как у Крама. Белое.       — Люмос? — скептически спросила Роксана.       — Теоретически возможно, но практически мало эффективно, — сказала Роза. — Нужно слишком много сил, да и ты не уничтожишь инферналов, можешь ослепить, но это лишь небольшой выигрыш времени.       — Их же инструктировали, — защищал действия Ацуко Альбус. — Наверное, им не обязательно убивать все живое на своем пути, главное — очистить себе путь к новой дороге.       Свечение прекратилось и все погрузилось в полумрак, а Ацуко оказалась на новой дорожке, за которой закрылись кусты, отчего инферналы точно не последуют за ней.       — Смотри! — Роза услышала, как на соседней трибуне ахнули какие-то девочки. — Крам близок.       И правда. Поляна, на которой стоял Владимир, имела две дорожки. Одну в чащу лабиринта, а вторую напрямую к поляне с флагами. Последнее усилие. Почему он не бежит?       — Почему он стоит? — тоже не понимала Роксана.       Может, как с зеркалами, они чего-то не видят? Владимир медленно пошел. Он остановился возле развилки дорог.       — Чего тут думать? — Роксана ерзала на своем месте от нетерпения. — Все же очевидно.       — Может, что-то слышит? — предположил Альбус.       — Посмотрим, как Ацуко пройдет, — пожала плечами Роза.       В отличие от Владимира Ацуко не стала стоять на месте. Как только она вошла на поляну, сразу продолжила путь. Вот только вместо дороги, которая вела ее напрямую к флагам, она шла совсем к другому пути.       — Она что, слепая? — фыркнула Роксана.       Владимир тем временем тоже сделал шаг по направлению к неправильной тропинке, но снова остановился. Ацуко же остановилась, повернулась и удивленно смотрела назад, хоть проход обратно на поляну уже закрылся. Кажется, она не понимала, почему она вошла сюда и что ей теперь делать.       — Я поняла, — прошептала Роза. — Это Империус. Ацуко не смогла сопротивляться, ее сбивали, и она поддалась. Владимир борется.       И, кажется, Краму удалось победить внушение. Он медленно, но верно шел к короткой дороге. Наконец, ему удалось покинуть поляну. Он тоже обернулся назад. Видимо, это задание удивило их больше всего.       — Крам первый, — у Роксаны загорелись глаза.       Да, Владимир быстро добрался до своего флага и сорвал его, фиксируя время. Жюри тут же начало совещаться и выставлять ему баллы. Через десять минут появилась и Ацуко, хватая свой флаг, отчего лабиринт буквально пал, являя их перед ними. Оба были мокрые, грязные и немного ошалевшие. Волосы Ацуко были все в тине.       — Крам победит, — уверенно сказала Роксана. — Сато оставила больше сил на полосе.       — Ну не скажи, — поспорил с кузиной Альбус. — Адское пламя отнимает много сил.       — Ты сам говорил, что в дуэлях она посредственна, — фыркнула Роксана. — Крам пробьет ее защиту до того, как она успеет вступить в игру.       Зал скандировал их имена. Владимир подошел к Ацуко, кладя ей руку на спину, что-то сказал, она кивнула. Оба сели на землю, ожидая вердикта судьи, который вышел к ним.       — Итак, тщательно все подсчитав, мы пришли к выводу, что мистер Крам может начинать атаку сразу, а мисс Сато приступит к ответным действиям через одну минуту и тринадцать секунд, — сказал он. — Дуэлянты, прошу на свои исходные позиции и напоминаю про разрешенные заклинания.       Стадион замер. Наверное, все ждали, что Крам нападет на нее раньше, чем организаторы дадут старт, но он лишь встал в атакующую стойку, а Сато заняла оборонительную позицию. Наконец, звук пушки дал начало финальному состязанию года.       Крам тут же атаковал. Ацуко отбила заклинание разовым щитом. По стадиону пронесся гул.       Те, кто болели за Крама, скорее высказали свое разочарование, что он использовал обычный Экспеллиармус, все же даже среди разрешенных заклинаний было кое-что мощнее. Альбус же, сидящий рядом, вздрогнул, когда в японку полетел луч. У Розы были смешанные чувства.       — Чего он не атакует очередью? — задала вопрос Роксана. — Она точно бы поплыла раньше, чем ей дали бы возможность вступить.       А Роза понимала Крама. Это как нападать на безоружного. Ей бы тоже в душе было некомфортно. Крам не такой человек, она это прекрасно знала. Он ждет начала честной борьбы.       — Можно, — сказал один из организаторов.       Ацуко, которая до этого все же выставила общий щит, убрала его, отбивая заклинание вручную, а потом атаковала Крама. Тоже совсем не сильно. Владимир даже не стал выставлять щит, он просто увернулся.       Кажется, сначала они и правда то ли жалели друг друга, то ли чувствовали себя не комфортно в предложенных им условиях, но чем дальше они шли, тем больше их брал азарт. С каждой атакой их нападения становились сильнее. Если ты терял позицию атаки, то явно приближался к проигрышу, это понимал и стадион, начиная громче кричать, когда один из соперников начинал атаковать сильнее и чаще.       В какой-то момент оба участника шли ва-банк. Они перестали использовать защитные заклинания вовсе. Теперь только атака. Пока что они действовали слажено, что заклинания встречались и разбивались друг о друга, демонстрируя стадиону красочные искры. Но рано или поздно одно заклинание окажется сильнее.       Альбус не находил себе места. Роза тоже видела, как Ацуко устала, все же это и правда была совсем не ее стихия. Крам уверенно приближался к своей победе.       Атака, еще одна, третья. Ацуко перешла в защиту, изредка посылая в него Экспеллиармус. Роза начала переживать. Нет, ей было плевать, если Ацуко пострадает и улетит от заклинания за пределы поля. Она переживала за состояние Крама.       Он вошел в азарт. Она видела, как в нем просыпается та самая злость, которую он пытается сдерживать, но не всегда получается. Теперь она начинала бояться и за Ацуко, что он может перейти черту, и за него самого, кто знает, каким образом потом на нем скажется этот приступ.       Стадион ревел, все понимали, что для Крама осталось буквально пара атак, Ацуко уже еле-еле стояла на ногах. Вдруг Крам резко поднял руку и темное заклинание, имеющее характерный темный цвет, улетело в воздух. В это же время Ацуко использовала Экспеллиармус, он был настолько слабый, что был способен максимум выбить палочку, а не сбить противника с ног, да и еще она его пустила куда-то выше тела, словно ради галочки, неосознанно, но за счет того, что Крам поднял руку, оно угодило в цель.       — Как это? — Роксана открыла рот.       Весь стадион замолчал, поэтому палочка Крама упала на помост с характерным звоном.       Альбус выпрямил спину и смотрел на Сато. Кажется, та ничего не понимала, стояла, совсем не двигаясь. Взгляд был рассеянный, она не понимала, выиграла ли она, или что будет происходить.       Дуэлянты замерли. Крам тяжело дышал, очевидно, пытаясь прийти в себя. Роза чувствовала, что ему все равно на исход дуэли, он сейчас благодарит Мерлина, что это самое заклинание улетело вверх. Он явно не боялся дисквалификации. Он не хотел серьезно покалечить Ацуко.       — Победителем Турнира Юных Волшебников становится мисс Ацуко Сато, Махотокоро, — объявила МакГонагалл.       Но стадион так и сидел смирно. Раздались лишь легкие хлопки со стороны японской делегации, громе всех из них хлопал Такахаси. Никто не верил, что Крам проиграл, да и в целом все не верили, что дуэль кончилась именно так. Наверное, со стороны это выглядело как постановка, что Крам ей отдал победу. Но Роза знала, что это не так и какие тому причины.       — Я не верю, — проговорила Роксана.       Кажется, больше всех не верила сама Ацуко. Она осматривала трибуны, а потом задержалась взглядом на Краме. Он все еще тяжело дышал, но улыбнулся ей.       Да, именно Крам первый нарушил молчание стадиона. Он подошел к Ацуко и протянул руку. Она пожала ее.       Стадион начал потихоньку приходить в себя. Где-то раздавались аплодисменты, кто-то начинал переговариваться. Некоторые встали и направились на выход, очевидно, слишком разочарованные результатами.       — Фотографы, сюда, мистер Крам, мисс Сато, вот сюда, — выбежали организаторы, начиная свою обязательную работу.       Роза видела, как старосты, согласно ее приказу, распределились по трибунам и дорожке к школе. Награждение будет вечером в Большом зале, поэтому все не видели смысла тут оставаться. Роза заметила, как Виктор Крам пожал руку дедушке Ацуко, они о чем-то стали переговариваться, но они с Алом и Рокси спустились в раздевалку, где и ждали Чемпионов.       Роза не знала, что ей сказать Владимиру. Да и будет ли он ее слушать. Уместно ли будет ее беспокойство? Пусть на публике он не выглядел расстроенным от поражения, но она знала, как он хотел победить. Роза чувствовала себя виноватой и за то, что случилось вчера, и за то, что его проблемы с агрессией тоже из-за нее, из-за ее глупой женской обиды.       Дверь раздевалки распахнулась, являя перед ними Крама. Видимо, Ацуко осталась фотографироваться одна, как победительница. Владимир удивленно на них посмотрел, а потом поджал губы.       — Крам, это было круто, — первым заговорил Альбус, пожимая руку Владимиру. — Это все какая-то нелепая случайность…       — Нет, все нормально, я сам виноват, — покачал головой Крам. — Увлекся. Ацуко молодец, что сориентировалась. Все нормально, правда, я не расстроился.       — Но ты же так хотел победить, — сказала Роксана, уже доставая свое перо.       — Все хотят победить, Роксана, — сказал Крам. — Просто победа достается тому, кому она… нужнее. Я знаю, что мой отец любит меня при любом исходе. Это и есть моя победа, что мне не нужно заслуживать любовь таким способом, поэтому все случилось так, как должно.       — Так, все уйдите, мне нужно взять интервью, прочитаете в завтрашнем выпуске, — Рокси вытолкала их с Алом из раздевалки.       Они молча стояли и смотрели на толпу, которая возвращается в замок, обсуждая финал.       — Как ты? — спросила Роза.       — Я рад, что с ней все в порядке, — сказал Альбус. — Крам прав, что ей была нужна эта победа. Если отбросить наше личное, то… Черт, Роза, я, правда, не знаю, что я чувствую, прекрати меня мучить.       — Ладно, — сказала Роза.       Они молча смотрели на верхушки Запретного леса.       — Ты… останешься тут? — спросила Роза. — Когда Крам выйдет, я хотела бы уйти с ним. Я понимаю, что тебе не очень приятно сопровождать Ацуко, но… Мне нужно поговорить с Владимиром.       Альбус нехотя кивнул, и в этот момент появилась Ацуко. Она не выглядела, как победительница. У нее не было той радости, какая была у команды Хогвартса, когда они выиграли финальный матч по квиддичу. Наверное, она знала, что вся школа болела не за нее, а кто-то даже против нее. Да и триумф получился больше не громкий, а случайный. Либо же она пока не осознавала, что произошло. Роза помнила свои результаты по СОВ, она только спустя три дня поняла, что у нее все «Превосходно» и что это значит.       — Поздравляю, — Роза чуть дернула уголками губ, чтобы ее поздравление не выглядело совсем уж неприветливо.       — Спасибо, — задумчиво сказала Ацуко. — Я… я не знаю, как это произошло. Такого не должно было быть. Владимир должен был победить, он заслуживал больше.       — Видимо, будущее было против, — фыркнул Альбус.       Ацуко на него метнула взгляд. Роза уже приготовилась разнимать их дуэль, но из раздевалки вышел Крам. Он не посмотрел на них и двинулся по направлению к замку. Роза поспешила за ним. Она видела, что он сейчас уже был спокоен.       — Владимир, давай поговорим, — сказала Роза, которая почти бежала, чтобы не отставать от него.       — Не нужно меня жалеть, Роза, — сказал Крам. — Это всего лишь Турнир. Я правда считаю, что все сложилось так, как нужно, ей победа была нужнее. Еще сегодня ночью я готов был отказаться от этого проклятого Турнира вовсе, а вряд ли если у чемпиона появляются такие мысли, то он достоин победы, я не прав?       — Где ты был всю эту ночь? — спросила Роза.       Крам остановился и повернулся к ней. Наверное, он принял лекарство, что сейчас был настолько спокоен. Хотя Розе хотелось, чтобы он высказал все, освободился от этого груза.       — Я летал, — сказал Владимир. — Я был так зол на тебя… Я думал, что ты меня предала. Я думал, что никогда не прощу тебя, что ты нарушила обещание, данное мне.       — Думал? — Роза зацепилась за надежду. — Ты что, больше не сердишься на меня?       — Нет, — ответил Владимир.       Роза удивленно на него уставилась. Она была уверена, что он никогда ее не простит. Нет, конечно, она была рада, если он сейчас говорил ей правду, но что-то ее останавливало верить в это так скоро.       — Почему? — спросила Роза.       — Я летал всю ночь, хотел улететь отсюда далеко и никогда не возвращаться, но я понимал, что я все равно не смогу без тебя, — сказал Крам. — Я знал, что мои родители приехали еще вчера и остановились в Хогсмиде. На рассвете я пришел к ним. Мы проговорили с отцом несколько часов.       — И что он тебе сказал? — сглотнула Роза.       — Он спросил меня, влюбился бы я в тебя, если бы ты не была личностью, а строго слушалась моих приказов, — пояснил Крам. — Разумеется, мой ответ был нет. Отец смог до меня донести, что я люблю тебя как раз за этот твой характер, за твое желание всех спасти, за эту гриффиндорскую храбрость и отвагу. Я не должен пытать тебя переделать, я должен просто принять тебя такой, какая ты есть, как ты это делаешь со мной.       — Владимир, — прошептала Роза. — Да, меня не переделать. Да, друзья и спасение мира для меня всегда будут важными. Но никогда и никого в моей жизни не будет важнее тебя.       Роза подошла к нему и крепко его обняла. Она чувствовала, как Крам тоже сжал ее тело и поцеловал в макушку. Кажется, именно здесь и сейчас они поняли истинную силу своих чувств.       — Ты правда не расстроился из-за Турнира? — спросила Роза, когда они уже за ручку шли по замку, все выше и выше.       — Конечно, немного обидно, но… — пожал плечами Крам. — Я ведь хотел доказать отцу, что я его сильнее. Но я понял, что и ты, и он любите меня не за какие-то мои заслуги, а просто так. Это и правда важнее победы. Нет, я не сдался, я правда все равно хотел победить, раз я вышел. Но приступ застал меня не в тот момент. Значит, так было надо. Я рад за Ацуко, правда.       — Кажется, она сама не ожидала, — усмехнулась Роза.       Они вошли в Выручай-комнату. В лесу было тихо и спокойно. Роза усадила Крама на траву и села на него верхом.       — Прости меня, — прошептала она ему в губы, прижимаясь своим лбом к его.       — Простил, — ответил Крам. — Ты все сделала правильно. Хотела спасти невинную жизнь. Да и в Диего ты верила и оказалась права, он оказался сильнее, чем я о нем думал.       — Я рада, — сказала Роза. — Но тем не менее, я еще не до конца извинилась, что я сейчас же хочу исправить.       Роза повалила Крама на траву, а сама начала спускаться вниз по его мускулистому телу. Наконец, она дошла до спортивных штанов, приспуская их. Крам удивленно поднял голову и посмотрел на нее.       Роза улыбнулась, беря его член в ладошку и начиная проводить по нему. Он снова откинулся на траву, издавая стон. Роза усмехнулась и провела языком по головке его члена.       Она редко радовала его. Наверное, не сказать, что ей очень нравилось подобное, а Крам это чувствовал. Он никогда ни на чем не настаивал, а Роза и не предлагала. В конце концов, она тоже прекрасно знала, что он всегда хочет доставить удовольствие в первую очередь ей, а не себе. Роза любила его ласки, но еще больше любила единение их тел и душ. Но сегодня ей как раз хотелось, чтобы все было для него. Она и правда не задумывалась, что именно он в их отношениях всегда поддерживал ее, зачастую забывая о себе. Даже тот самый день рождения. Он устроил праздник ей, даже не упомянув, что это и его день тоже.       — Роза, — судорожно выдохнул Крам. — Еще…       Она усмехнулась и погрузила его член в рот глубже, продолжая играться язычком с его головкой.       Последнее время их близость зачастую была более грубой и резкой. Разумеется, порой им удавалось попасть в поток спокойного настроения Крама. Но их секс скорее превратился в необходимую терапию снятия напряжения, чем занятием любовью.       Сегодня они оба были готовы исправить это.       — Ты… невероятная, — Крам с трудом выговаривал отдельные слова, так как его дыхание сбивалось все больше.       Роза почувствовала, как горячая струя его спермы ударила ей в горло, а Крам издал громкий стон. Роза снова легла на него и погладила по волосам, оставляя поцелуй на губах. Они сумеют пройти все трудности, что уготовила им судьба, они будут вместе вечно.       — У нас же есть пара часов до награждения? — усмехнулся Крам, начиная расстегивать ее блузку, а Роза с удовольствием сдалась в его плен.              — Ты чего вся светишься? — усмехнулась Сюзанна, когда они с девочками одевались к вечернему приему по случаю окончания Турнира. — Крам же проиграл.       — Это просто Турнир, — отмахнулась Роза. — Он прав, что мы выиграли гораздо больше.       — Значит, окончательное примирение и никаких мыслей о расставаниях? — спросила Сюзанна.       — Нет, — улыбнулась Роза. — Открыт вопрос с операцией касательно магии, но думаю, что смогу его уговорить, ведь по сути то, что случилось на дуэли сегодня и есть последствия.       — Не знаю, согласится ли он… — поджала губы Сюзанна. — Столько лет его уже знаю…       Они вошли в Большой зал, который был украшен уже привычными для них круглыми столами с закусками, Кубок стоял в центре зала на специальном помосте, а под звездным небом Большого зала висели флаги японской школы. Роза увидела, как Сато позирует на специальном фоне для новой толпы журналистов, а неподалеку сидит Альбус и не отводит от нее взгляд. Роза осмотрела зал и нашла Крама, который разговаривал со статным мужчиной, тот вручил Владимиру какой-то свиток и скрылся в толпе.       — Привет, — сказала Роза. — Кто это?       — Ты замечательно выглядишь, — Крам поцеловал ее в висок. — Я очень сильно люблю тебя.       — Я тоже люблю тебя, — выдохнула Роза.       Никого не стесняясь, они начали целоваться, пока к ним не подошел ее отец с характерным кашлем, но все же пожал руку Краму и сказал, что его выступление было достойным.       — Кажется, отец окончательно принял наши отношения, — улыбнулась Роза.       Все налаживалось. Она даже не верила, что такое возможно. Осталось написать экзамены и победить Блэка. Кстати о нем. Завтра нужно будет поговорить с Доминик и вызвать Вегу, чтобы представить Крама и Диего как кандидатов.       — Дамы и господа, — послышался голос МакГонагалл, а в зале начал постепенно стихать гул. — Этого момента мы ждали весь учебный год и вот, наконец, он настал. Буквально несколько часов назад нам стал известен победитель Турнира. Мисс Сато, прошу, пожалуйста, выходите.       Зал раздался аплодисментами. Ацуко прошла по ковровой дорожке среди толпы людей. Она была одета в красивое кимоно в цвет флага своей школы, волосы были затянуты в тугой пучок, закрепленный двумя деревянными палочками. Ацуко была как всегда сдержана. На ее лице не было даже подобия улыбки.       — Мисс Сато, поздравляю Вас еще раз с победой, Вы заслужили этот Кубок, — сухо улыбнулась ей МакГонагалл, которая была очень напряжена, словно Ацуко бросила не только Альбуса, но еще и ее. — Ну а вручать сегодняшний главный трофей будет главный спонсор Турнира, благодаря которому он и состоялся — Лукорус Блэк.       Большинство людей начали аплодировать и ему, в то время, как некоторые из них замерли в этом зале. Роза почувствовала, как Крам слишком сильно сжал ее руку. Она наткнулась взглядом на Лили, которая сморщила лицо так, будто увидела кучу навоза от гиппогрифа, недалеко стоявший Малфой сжал кулаки, словно был готов наброситься на него сейчас же. Роза посмотрела и на своих родителей, которые стояли вместе с родителями Владимира, и тоже неодобрительно смотрели на происходящее. Теперь Роза понимала и напряженность МакГонагалл. Она знала, кто этот человек и что он делает, но ничего не могла поделать. Ацуко оставалась невозмутимой и старалась снова не смотреть в сторону своего деда.       — Спасибо, директор, — лучезарно улыбнулся Блэк, словно не был самым жестоким ныне живущим убийцей на свете. — Я очень рад возможности, наконец, лично посмотреть в глаза многих юных талантливых волшебников. К сожалению, работа не позволяла мне присутствовать на самих соревнованиях, но это награждение я не мог пропустить. Скажу также, что я получил результаты экзаменов по мастер-классам, и некоторыми результатами я чрезвычайно доволен. В скором времени эти люди получат от меня письма с предложениями лучших стажировок в моих компаниях и компаниях моих партнеров по всему миру. Ну а пока что я хочу поздравить нашу победительницу!       Блэк взял красивый расписной кубок и вручил его Ацуко, которая подняла его над своей головой.       — Прекрасно, мисс Сато, — похлопал ей Блэк. — В добавок к этому скромному кубку личный подарок от меня. Я знаю, что Вы хотели продолжить учебу. Этот сертификат позволит Вам поступить в любой магический университет мира, а также гарантирует стипендию в шестьдесят тысяч галеонов. Ну и конечно, приз тысяча галеонов сверху, как победителю. Надеюсь, данная сумма позволит Вам быть независимой.       Сато видела, как Блэк метнул взгляд на дедушку Ацуко, который встал со своего места. Кажется, он был близок к тому, чтобы забыть о своем статусе и устроить дуэль с Блэком прямо тут. Но больше всего не выдержал Альбус, который вышел из зала сразу после этой информации.       — Спасибо, мистер Блэк, — Ацуко смотрела туда, где только что испарился Альбус. — Я бы хотела поблагодарить всех, кто меня поддерживал на этом нелегком пути. Мою семью, моих однокурсников, преподавателей. Спасибо Вам, мистер Блэк, за такую возможность. Конечно, я хотела бы поблагодарить всех моих соперников, вы все достойны стоять на этом месте, просто мне повезло немного больше. А еще я всем бы хотела пожелать удачи на приближающихся экзаменах, главное, сами верьте в себя и в свои силы, тогда у вас все получится.       Ацуко спустилась с помоста. К ней тут же направился ее дедушка, но толпа уже окружила ее, желая хотя бы дотронуться до кубка. Роза же не спускала взгляда с Блэка, который о чем-то разговаривал с МакГонагалл.       — Пойдем отсюда, — шепнул ей Крам.       Роза кивнула. Ей было неприятно находиться в одном помещении с этим человеком. Если бы у них хоть что-то было на него, если бы Гарри был свободен, они смогли бы устроить задержание прямо здесь. Но нет, Блэк знал, что он чист, поэтому и пришел, пришел позлить их, дать увидеть и понять, что он неуловим. Роза почувствовала, что игра началась. Это то, о чем говорила Вега. Они вышли на финишную прямую и приближались к той самой дате, которая будет для них решающей.       — Роза, — воскликнула Роксана, которая бежала вслед за ними с колдокамерой.       — Рокси, пожалуйста, давай без твоих фотографий, — взмолилась Роза. — Сейчас не то настроение.       — Я не собиралась вас фотографировать, смотри, — сказала она, протягивая ей какой-то пергамент.       Роза пробежалась по нему глазами. Приглашение на работу в один очень крутой журнал. Они писали, что видели все статьи о Турнире от Рокси, были впечатлены ее профессиональными качествами, поэтому предлагают место в штабе в головном офисе в Нью-Йорке.       — Я еду уже в понедельник! — прыгала сестра. — Завтра сдаю материал по Турниру и все. Ты представляешь, сколько у них командировок по всему миру! Я знала, что этот Турнир даст толчок моей карьере, надеюсь, что тетя Джинни меня отпустит…       — Рокси, кто дал тебе это? — напряглась Роза.       — Домовик, — сказала Роксана. — Сову с приглашением не пустили в Большой зал, вот он…       — Рокси, не надо, тебе не стоит ехать, все это очень подозрительно, — напряглась Роза. — Почему так скоро?       — Роза, это не то предложение, над которым надо думать, — закатила глаза Роксана. — Пока, сестренка!       Роксана убежала в припрыжку через Большие ворота, а Роза вопросительно посмотрела на Крама.       — Думаешь, это Блэк? — спросила Роза.       — Не знаю, наверное, нет… — неуверенно сказал Крам. — Зачем ему нужна Роксана? А ее статьи и правда хороши. Она заслужила.       — Минус один в списке, — вдруг дошло до Розы, теперь она точно была уверена, что это приглашение дело рук Блэка.       — Чего? — спросил Крам. — В каком списке?       — Да так, ничего, — все еще задумчиво проговорила Роза.       Они поднимались по лестнице на Астрономическую башню. Обоим сейчас хотелось уединения. Остальные пусть веселятся внизу.       — Раз уж Роксана подняла тему переездов… — сказал Крам, смотря на звезды. — Я хочу показать тебе кое-что.       Он достал тот самый свиток, который ему вручил мужчина перед началом церемонии награждения. Роза пробежалась по нему глазами. Это был контракт на ближайшие пять лет с одной из австралийских команд.       — Здесь точно все чисто, — сказал Крам. — Это друг отца и он точно не имеет никаких связей с Блэками.       — Ты… подпишешь его? — сглотнула Роза, понимая, что в противном случае Крам будет всегда так далеко от нее.       — Только если ты будешь согласна переехать со мной в Австралию, — улыбнулся Владимир.       Роза удивленно посмотрела на него. Они никогда не обсуждали свои планы на будущее конкретно. Наверное, сначала их отношения еще не вышли на уровень чего-то большего, а потом они и вовсе не видели ничего, кроме Блэка. Роза знала, чем хочет заняться по жизни. Наверное, в Австралии она сможет поступить туда, куда мечтала.       — Я согласна, — улыбнулась Роза и поцеловала Крама.              Утро воскресенья встретило их пасмурной погодой, соответственно и Большой зал был хмурым и серым. Казалось, будто здесь вчера и не было масштабного праздника. Кто-то еще продолжал обсуждать вчерашний финал или причитать о проигрыше своих денег в тотализаторе, но в основном все уже готовились к экзаменам, ведь уже завтра в расписании стояла Астрономия у всех курсов.       — Привет, — поздоровалась Роза с Лили.       Кузина сидела за столом одна, заткнув уши и что-то повторяла про себя, похожее на формулы заклинаний.       — Привет, — кивнула Лили. — Вы куда вчера ушли?       — Не хотелось участвовать в этом спектакле, — поморщилась Роза. — Что-то было интересное?       — Нет, преподаватели ушли, Блэк тоже, — пожала плечами Лили. — Ацуко тоже быстро ушла, в общем, остались те самые беззаботные на дискотеку, а у меня лично после появления этого урода все настроение пропало.       Вдруг Роза почувствовала легкую вибрацию. Лили тоже достала галеон, который им отправила Вега. Она звала их сегодня в Выручай-Комнату, снова в одиннадцать вечера.       — Да, — кивнула Роза, отвечая на немой вопрос Лили, что сегодня состоится собрание. — Я сейчас приду, нужно кое-что сказать Доминик.       Кузина тоже почувствовала вибрацию своей монеты, поэтому выискивала ответно Розу среди толпы.       — Сегодня, — кивнула Роза на Диего. — Игра началась вчера. Нам тоже надо действовать. Вега это понимает. Нужно как можно скорее сформировать список. Я возьму Владимира.       Доминик кивнула, а Роза направилась обратно за свой стол.       — У меня сегодня сюрприз для тебя, — шепнула она Краму на ушко. — Пол одиннадцатого зайди за мной, ладно?       — Интрига, — расплылся в улыбке Крам. — Ну хорошо.       — Ты же пообещал вчера принимать меня такую, какая я есть, — усмехнулась Роза.       Она чувствовала, как Крам напрягся, но сжала его руку, успокаивая одним лишь взглядом.       — Роза, а ты сегодня очень занята? — щенячьим взглядом, какой обычно был у Джеймса, посмотрела на нее Лили.       — Ну, вроде не очень, — пожала плечами Роза, смотря на Крама. — Мы просто хотели погулять, а потом начать подготовку к экзаменам, древние руны уже в среду.       — Я как раз насчет экзаменов, — поджала губы Лили. — Мне неудобно уже просить Фрэнка, тем более, у него свои экзамены тоже, да, не СОВ и не ЖАБА, просто школьные, но это не значит, что ему не стоит готовиться. Погоняй меня по практике по Заклинаниям. Я бы попросила Урсулу, но…       — Ладно, не проблема, — согласилась Роза, уж уделить пару часиков кузине в воскресный день она могла. — Но Заклинания только же в пятницу.       — Да, но в Астрономии и Рунах я уверена, в теории по Заклинаниям тоже, мне важна практика, — сказала Лили. — Знаю, Флитвик, Тедди, МакГонагалл на обычных экзаменах точно мне бы поставили хотя бы «Удовлетворительно», но это СОВ, будет комиссия…       Через полчаса они втроем вышли в школьный двор. Кажется, все боялись возможного дождика, поэтому предпочти разойтись по библиотеке и факультетским гостиным. Так было даже лучше, Лили никто не будет смущать, все же тяжело концентрироваться, когда все на тебя пялятся.       — Лили, ты огромная молодец, — сказала Роза, когда на третий раз Лили не допустила ни одной ошибки из своего собственного списка заклинаний, который ей помогли составить Фрэнк и преподаватели. — Уверена, что по Заклинаниям ты спокойно получишь «Выше ожидаемого».       Лили хотела было что-то ей ответить, как в пустом дворе раздался крик Урсулы.       — Скорпиус, пожалуйста, прекрати! — кричала она брату.       Но Малфой ее не слышал. Он быстрым шагом шел к ним, где-то за двадцать метров доставая палочку. Роза напряглась.       — Акулетто, — вскрикнул он, пуская заклинание в Розу.       Роза вскрикнула. Волна боли от жалящего заклинания прошла по всему телу. В том месте, куда оно попало, а именно в районе ключицы, началось раздражение и покраснение, которое продолжало гореть и жечься.       — Скорпиус, что ты делаешь? — ахнула Лили.       Но Крам уже взялся за дело. Он начал отправлять в Малфоя заклинания, судя по их лучам, они были темные. Скорпиус защищался, но Крам его быстро одолел, поднимая Левикорпусом высоко над землей.       — Владимир, пожалуйста, не надо, я все объясню, — взмолилась Урсула. — Отпусти его.       — Сначала объясни, а потом я подумаю, что с ним сделать, — прорычал Крам. — Ты уже один раз напал на нее, я не позволю…       — Это из-за папы, — выдохнула Урсула. — Я ему все рассказала.       — Это его не оправдывает… — начал Крам.       — Владимир, отпусти его, — сказала Роза, расчесывая места заклинания, которое пошло уже волдырями.       Крам послушался, но не отпустил Скорпиуса, а опустил свою палочку, из-за чего тот резко с трех метров упал на землю, корчась от боли.       — Ты… должна была сказать мне, — еле-еле проговорил Скорпиус. — Я должен был пойти с тобой…       — Чтобы что? — спросила Роза. — Вот также все испортить? Скорпиус, я бы спасла твоего отца, если бы он там был. Думаю, если ты сегодня вечером спросишь у… Савар и прекратишь врать себе, что она невинная жертва, то она скажет, где он.       — Роза, я вчера поговорила с твоей мамой, она теперь знает, что наш отец исчез, может, они тоже помогут, — поджала губы Урсула.       Роза кивнула. Да, может, если не получилось у нее, как-то получится у ее матери. Но Роза больше надеялась на сегодняшнюю встречу с Вегой, та точно просила их всех собраться не просто так.       — Тебе надо в Больничное крыло, — сказал Владимир, смотря на ее грудную клетку. — А я с тобой, Малфой, я еще не закончил.       Владимир взял ее за руку и повел в замок, по пути проклиная Малфоя, а Роза не знала, как сбавить эти обороты, ведь Малфой в списке, а им внутри своей команды нельзя никак ссориться.       — Просто у него сейчас сложный период, — оправдывала Скорпиуса Роза. — И так каждый день на нервах, а тут еще и про отца узнал. Ты бы не сорвался, если бы твоего отца взяли в плен, а я бы на твоих глазах гуляла с другим?       — Я бы не давал поводов, чтобы ты гуляла с другим, — буркнул Владимир. — Он сам виноват.       — Дать повод гулять с другим можно не только изменой, но и недоверием, — сказала Роза. — Но да, кое в чем вы разные, пусть он не прав, но борется за Савар до последнего, а ты так просто отдал меня другому…       — Это не так, — твердо сказал Крам. — Я дал тебе защиту от того, кто тебе ее точно сможет обеспечить.       — А он не верит, что Розье сможет обеспечить эту защиту ей, — сказала Роза, ставя в этом разговоре точку.       Когда они зашли в Больничное крыло, там были Виктуар и Милана. Люпин проводила какие-то манипуляции над животом Миланы. Свечение было слишком блеклым.       — Выпей это, если завтра ничего не изменится, я не смогу дать тебе разрешение, — строго сказала Виктуар, поворачиваясь к ним. — У вас что?       — Жалящее, — Роза показала свою расчесанную грудь.       — Мерлин, — ахнула Вик. — Сядь, сейчас принесу тебе мазь.       Виктуар скрылась в подсобке с лекарствами, а Роза задала немой вопрос Милане.       — Да, так, мне не разрешают даже писать теорию, — тяжело вздохнула Милана. — Пока договорились на ежедневный мониторинг.       — Ясно, — сказала Роза. — Ты монету видела?       — Да, — кивнула Милана. — Я вечером буду.       Крам, кажется, понял, что у них будет не свидание, поэтому остаток вечера пытался выведать у нее их планы, но Роза загадочно говорила, что всему свое время, а сейчас стоит подучить руны на экзамен в среду.       — Скажи про себя «Тринадцать», — сказала Роза, когда они без десяти минут одиннадцать подошли к Выручай-комнате.       Крам закрыл глаза, а Роза заметила, как проявляется дверь. Они вошли внутрь, и Владимир тут же начал осматривать помещение. Его, как и ее в первый раз, привлекли книги.       — Что это за место? — спросил он.       Но Роза не отвечала на его вопросы, пока не пришли все, включая Доминик и Диего, а последний был удивлен не меньше Крама.       — А он что тут делает? — спросил Владимир, указывая на Малфоя.       — Он здесь нужен, — заверила его Роза.       — То есть, ты с ним уже встречалась без меня, да? — спросил Крам, прищуриваясь.       Роза закатила глаза, не хватало им тут скандалов, но их удалось избежать, так как ровно в одиннадцать в комнату зашла Блэк.       — Владимир, Диего, знакомьтесь, это Вега, — сказала Роза. — Вега, это наши новые кандидаты.       Вега их внимательно осмотрела, а затем взяла пергамент и вписала Владимира на восьмую строчку между ней и Урсулой, а Диего на двенадцатую, между собой и Доминик.       — В общем, мест осталось два, а кандидатов из прошлого списка три, — сказала Вега. — Я общалась с Джеймсом. Он против Бриттани. Альбус?       Поттер ничего не ответил, задумчиво почесывая подбородок.       — Если мы не берем в расчет теорию Альбуса, что здесь все должны быть… кхм, парами, — Роза смотрела на пустые места. — То мы могли бы быть уверены в Хьюго и Рокси, они наши родственники, вот только…       — Только Роксана уехала и сама себя вычеркнула из этого списка, — хмыкнула Вега.       — Откуда ты знаешь? — спросила Роза, напрягаясь.       — Это мой отец прислал ей приглашение, — сказала Вега. — Он догадывается. Он думает, что против него пойдет вся ваша семья, поэтому решил, что если не будет хотя бы одного, то все пойдет не так. Я же считаю, что это знак нам, что Роксаны и не должно было быть с нами. Можешь не волноваться, место в редакции реальное. Иначе я бы не пропустила это письмо, если бы Рокси что-то угрожало.       — Хочется верить, — сказала Роза.       Малфои набросились с вопросами о своем отце, а Вега их совсем не утешила, сказав, что его не видела, Владимир и Диего просили у нее детального объяснения, а Роза думала о Хьюго. Сейчас она понимала Малфоя, который не хотел, чтобы его сестра была в списке. Ей тоже хотелось оставить брата вне игры, тем более, пока что никто из них не отмел до конца идею с парами, а по всей логике недостающими звеньями могли стать Бриттани и Эван.       — У нас мало времени, нужно найти двух недостающих человек, в которых вы уверены, — сказала Вега. — И да, Милана, тебе привет от Джеймса.       Милана впервые за вечер оживилась, а Вега раскрыла ладонь, на которой лежал ключик, похожий на те, что используют в Гринготтсе.