Rejette ce qu’il ne t’es pas

Кругом темно. Где-то вдалеке появилось голубое сияние, которое становилось всё ярче. От него исходил не только ослепляющий свет, но и приятное тепло, которое так и манило к себе. Набравшись смелости, Жанна подошла к свету ближе и он, приобретя более конкретные очертания и прекратив сиять, превратился в человека. А точнее, в призрака. Улыбка на лице стала шире, когда она поняла, кто перед ней сейчас стоит. В следующее мгновение они оказались в лесу, совсем недалеко от озера. Небо, на котором поблёкла луна, было усыпано множеством звёзд, оно дарило умиротворение. Жанна не заметила изменений и готова была застрять в этом мире навеки. «Только бы это чудесное мгновенье не заканчивалось…» — со вздохом думает она, вслушиваясь в голос, который не слышала давно. Для счастья ей больше ничего не надо. Счастья, которое прекратилось также внезапно, как и появилось. Вокруг не было дивного леса, светлячков и умиротворения. Лес охватило бушующее пламя. Оно уничтожало всё вокруг и сеяло панический страх. Деревья горели, трава тоже. Всё горело. Поднялся чёрный дым, загорелись искры. Перепуганная Жанна не знала, как выбраться из кольца огня, в котором она застряла. Неужели это конец? Неужели… «А как же…» — вспомнила про важного человека она и резко обернулась. Призрак, постепенно отдаляясь, начал исчезать прямо у неё на глазах. Как бы она не кричала, звала его, пыталась дотронуться — все попытки были тщетными. Он растворился в алом пламени, так и не отозвавшись на последний крик. Слёзы горечи стекали по её щекам до тех пор, пока в спину не ударил холодный ветер и она не обернулась. Перед ней внезапно появился тёмно-синий силуэт, который уже протягивал руку. Руку спасения ли? Тем не менее, если это так, если незнакомец поможет выбраться из адского пламени и выжить… то пусть будет так, пусть она, взглянув на масштабную катастрофу, возьмёт его за руку, крепко сожмёт и… никуда не убежит? Жанна посмотрела на него непонимающим взглядом и тут же убрала руку, пожалев о том, что доверилась. Силуэт, будто увидев разочарование, показал рукой в одну сторону, потом в другую, прося посмотреть на них и показать, что страшного огня здесь… больше нет. Лес остался нетронутым, светлячки спокойно летали, где-то наверху ухала сова и синее небо снова освещала луна. Словно пожара здесь никогда не было! «Ладно… вижу, что всё наладилось странным образом!» — наконец-то успокоилась женщина и стала наблюдать за тем, как силуэт спасителя буквально проваливается сквозь землю, как в её голове прозвучало уверенное: — Всё хорошо. Смутно знакомый голос оборвал сон и заставил проснуться. Удивительно, что в глаза не лезли лучики солнца. Вместо прекрасной погоды небо заслонили серые тучи, напоминающие о том, что во дворе далеко не лето, а лишь начало осени, лишь сентябрь. Жанна привстала, протёрла глаза и, оглянув помещение, осознала, что она находится в гостиной. Она дома? Но как она тут оказалась? «Ничего не понимаю… а?» — удивлённо вскинула брови, когда убрала влажную тряпку со лба и затем, увидела спящего на стуле Савелия. Вид у него был таким, словно он бодрствовал всю ночь и смог уснуть буквально несколько минут назад. М-да… тут попахивает чем-то неладным! И это надо срочно вспомнить. Попытка сложить пазл из всех вчерашних событий выходит неудачной — голова резко закружилась, вызвав у Жанны болезненный стон и потемнение в глазах. — Что за чёрт… я ничего не помню! — проворчала она, заметив, что тот проснулся и сонно посмотрел на неё. Видимо из-за болезненного стона. — И вообще, я должна была проснуться в Мюнхене сейчас! — Ты не помнишь? Серьёзно? — зевнув в кулачок, с печальной улыбкой спросил он и навёл ещё больше подозрений. Так, всё, тут действительно произошло кое-что странное! Кое-что… вышедшее за рамки приличия? — Даже про своё… кхм… высказанное недовольство и возвращение? — Недовольство? Возвращение? — именно это слово стало толчком к недавним событиям, к возвращению размытых воспоминаний.

***

Аэропорт. Зал ожидания. Ресторан. Жанна сидела за столом и словно выпала из реального мира. Перед ней стояло поистине судьбоносное решение, причины которого до сих пор были неизвестны. Она не реагировала ни на что: ни на шум вокруг, разговоры посторонних и даже на раздражающие детские крики, которые изредка проносились мимо неё. Она, выпрямившись как струна, посмотрела на лежащий телефон, на зажигалку в руках. Сердце просило прислушаться к нему, предчувствие громко вопило о том, что сейчас, прямо сейчас должно произойти что-то хорошее или плохое. Но что именно? Жанне отчаянно хотелось добраться до ответа на вопрос и главное — понять себя, свои мысли. Правильно ли она поступает сейчас, солгав о «командировке»? (НЕТ! :, D) На телефон приходит первое сообщение от мужа, спрашивающее о том, добралась ли она успешно до аэропорта. Жанна не обращает особого внимания на это, но и не игнорирует. Она не знает, что ответить. А может вовсе не хочет? «Не понимаю, чёрт возьми! Не понимаю!» — кричал внутренний голос, оглушая навязчивые мысли. Женщине захотелось перевернуть стол, стул, всё вокруг в этом чёртовом месте. Но добьётся ли она ответа на вопрос таким способом? — «Нет… Это тоже бессмысленно!» — она бросает долгий взгляд на зажигалку, пытаясь найти ответ в ней. Вскоре приходит и второе, более краткое сообщение, спрашивающее всё ли с ней в порядке. Долгий ответ начал не на шутку волновать его. Мало ли, что может жена натворить… Жанна переводит взгляд на телефон, понимая, что нервный срыв вот-вот случится. Если бы не… — Что за?! — вздрагивает она, когда подошедший молодой официант из-за неаккуратности роняет кофе на стол, когда коричневые горячие капли попадают на её руку. — Блять, рука! — Из-звините! Я сейчас принесу новое кофе… ещё раз извините, — испугался её недоумевающего взгляда паренёк, вытерев стол тряпкой, забрав полупустую чашку и спешно удалившись. (да ты всё правильно сделал) «Вот же слепой дурак! Хорошо, что руку облил, а не одежду… кошмар!» — вытерев руку влажной салфеткой, нахмурилась Жанна. Истерика отступила, её место пока что заняло другое настроение. И этого времени было достаточно для того, чтобы через несколько минут её телефон начал вибрировать. — «О нет…» — пронеслось в голове, когда она увидела контакт звонящего и, взяв себя в руки, ответила на звонок. — Д-да? — после неуверенных слов, она услышала его обеспокоенный голос. Голос… тон которого был настолько тёплым, что Жанне невольно захотелось заплакать, прекратить это безумие и вернуться. Но в то же время ей захотелось разбить телефон об стенку и поскорее улететь отсюда. Как же быть? Как ей поступить? Как разобраться в собственных мыслях? — «Надо выпить…» — на том порешила она, молча сбросив трубку, оставив деньги за еду и уйдя из злосчастного аэропорта. Чем дальше она отдалялась от него на такси, тем сильнее росло желание выпить алкоголь в кафешке, сидя у барного столика и томительно ожидая, когда бармен в очередной раз нальёт в стакан виски. Или что-то покрепче, фиг его знает. — «Нет, так не пойдёт… это слишком долго!» — вдруг острое желание пропадёт, как только она переступит порог кафе? (хах, с чемоданом…) Поэтому её следующей станцией становится большой продуктовый магазин, находящийся неподалёку от дома. — «То, что надо! Так, где мой коньяк… ах, вот он!» — обрадовавшись, покупает находку и, отойдя от магазина, делает несколько глотков желанной янтарной жидкости. Совсем скоро, когда небольшая бутылка была опустошена и выброшена, у Жанны появилось внезапное смятение, жар в горле, на щеках горел румянец, голова потеряла способность соображать, думать над словами, в глазах плыли разноцветные круги. Брюнетка, тяжело дыша, шла по пыльной дороге и тащила за собой чемодан. — Твою ж мать, блять! Ёбучий чемодан… нахуя я его вообще взяла?! — выругалась она, подходя к родному дому всё ближе. Вместо того чтобы позвонить в домофон, Жанна начала долбить дверь ногами со всех сил, не боясь последствий. — ОТКРОЙ МНЕ ДВЕРЬ, СКОТИНА ТАКАЯ! НЕМЕДЛЕННО БЛЯТЬ! Я ЧТО ДОЛЖНА ДВА РАЗА ПОВТОРЯТЬ, А?! Я… — тут же замолкла, как только железная дверца открылась, и она увидела шокированное лицо мужа. — Ж… Жанна?! Что ты тут делаешь?! А как же команди… — Не мямли, блять, лучше чемодан этот ебучий возьми! Я заебалась его таскать! — пройдя мимо него, продолжила ворчать Жанна и вошла в дом. — Ох, ебать, я чуть не грохнулась… — вовремя схватилась за перила, поскользнувшись из-за собственного и неустойчивого равновесия. — Жанна, милая, будь осторожна, прошу… — поспешил подойти к ней взволнованный Савелий, оставив чемодан в коридоре. — Д-да отвали ты! — заплетавшимся языком ответила пьяная в стельку жена и смылась в гостиную. — И я тебе тут не милая, ясно?! Сразу же возникает такое чувство, будто бы я какая-то игрушка… не в этот раз! — засмеялась она, смахнув прядь с лица. Её позабавило волнение милого муженька с выразительными глазами. — Тс-с-с! Тише ты! Дети уже спят! — перепугался сильнее он, перейдя на шёпот, закрыв дверь. — Ты хочешь их разбудить?! — Тебя, блять, только это волнует?! Ах, ты, сволочь! Я так и думала! — с силой оттолкнула от себя и сжала руки в кулаки, сдержав желание укусить его губу. Кажется, сейчас она начнёт свою тиранию, выпустит зверей из клетки и выскажется обо всём наболевшем. (о щас начнётся…) — Я… я… господи, твоя бессонница меня толком заебала! Из-за неё ты стал таким чертовски усталым, невнимательным, понимаешь?! Ты даже не помнишь, о моём предупреждении, не начал подозревать о заметном обмане насчёт «командировки», о странном поведении из-за одного случая в прошлую пятницу в клубе… чёртов поцелуй от той шлюхи, аргх… мне казалось, что я вот-вот поменяю ориентацию… — помотала головой, словно отбрасывая ненужное воспоминание в сторону, ибо есть причина злости похуже. И эта причина — Савелий. — Не важно! Мне просто показалось. Сейчас главная проблема заключается в тебе! Ты потерял свою чертовскую рассудительность! Ты… ох, боже! — глаза предательски защипало, поэтому она опустила голову. — Ты прекратил замечать всех нас, сконцентрировавшись на работе, на мечте о должности директора! Сколько же раз из-за этого я успела проклясть свою мать… Почему всё так сложно?! — теперь она спрятала лицо в ладонях. — Эти изменения в тебе показались… скучными? Невыносимыми? Не знаю, я просто должна была помочь тебе в этом, подсыпать снотворное, которое недавно купила, но я этого до сих пор не сделала… ужасная я жена, не так ли? — Жанна, это не так, поверь! Я всё делаю ради вас, ты же знаешь, — с заметной дрожью в голосе произнёс шатен, тоже позабыв о сне детей. — Знаю… я тоже не глупая, между прочим, — со стоном проговорила синеглазая и резко убрала руки с лица. — Но дьявол! Настолько углубляться в это, позабыв о семье и отдыхе — это неправильно с твоей стороны! Мне напомнить о том, что у тебя есть заместитель, которому ты можешь поручить хотя бы малую часть заданий?! Хотя бы попросить составить тот же итоговый отчёт?! Нет?! — всё закипала от появившейся злости Жанна, не контролируя себя и особенно свои слова. — Конечно не-е-е-ет, Жанна, ты с ума сошла?! Я же такой трудоголик, мне не нужна помощь и бла-бла-бла! Потому что… ах, да, блять, я забыла! Потому что этот заместитель — моя милая и лучшая подружка, которую нагружать поручениями я не хочу, ибо я добряк до мозга костей, даже несмотря на то, что давать поручения входит в преимущества гендиректора! Где твоя справедливость?! Как. Это. БЕСИТ! Я ВОЗНЕНАВИДЕЛА ТЕБЯ СИЛЬНЕЕ ИЗ-ЗА ЭТОГО, ЕБЛАН! — взорвавшись словно бомба, закончила тиранию любимая жена, восстанавливая дыхание, пока очнувшийся Савелий не растерялся и подсыпал снотворное в кружку. — Надеюсь, тебе стало легче, д-дорогая, — подавив странный страх, он протянул ей кружку воды. — Советую выпить это. — Это водка? — посмотрела на прозрачную жидкость в кружке. — Эм… да. Водка, — в нынешней экстренной ситуации ему пришлось солгать. — Ох, Савелий, я просто… скорее всего, мне сильно не хватает твоего внимания, как вчера, перед уходом, — призналась перед тем, как выпить залпом всю воду. Воду, а не водку. — Какого?! Это вода! Ты обманул меня, ирод! «Снотворное, пожалуйста подействуй…» — мысленно взмолился всем богам мужчина, ощутив как женские руки сжали ткань чёрной футболки. — ДА ТЫ ЕЩЁ И ОБМАНЩИК ХРЕНОВ! — через несколько минут снотворное подействовало — Жанна стала зевать чаще. Было видно, что её клонило в сон. Пришло время действовать. Пришло время уложить её на диван, накрыть одеялом и облегченно вздохнуть. Она, запутавшись в своих мыслях, выпила алкоголь и приняла решение. «Приняла решение благодаря моему звонку. Поэтому она снова здесь, а не там, где должна была появиться вопреки своему истинному желанию. Выходит, она… прислушалась к своему сердцу? Как мило…» — с той же грустной улыбкой Савелий наблюдал за сменой эмоций жены из-за нахлынувших воспоминаний. — Кхм, вижу… ты вспомнила обо всём. Что ж, в таком случае, позволь мне рассказать о сегодняшней ночи. — Это не то, о чём я сейчас подумала? — подозрительно прищурилась Жанна, намекая на перепихон. Мало ли, что с ней могли сотворить, когда она крепко спала… — Оу… эм… к-конечно нет! — густо покраснел он. — Я… т-ты же знаешь, я уважаю тебя и… в общем, это другая история! Совсем другая, — убедив в обратном, Савелий начал рассказ.

***

«О боги, я такой болван! Жанна держала это в себе так долго, она не хотела говорить мне об этом, а я… идиот!» — время было далеко недетское. Полная луна не зависала над серединой неба и медленно-медленно опускалась к горизонту. Высказанная в лицо фатальная ошибка не давала покоя. Она впилась в его мозг и мучала, вселяя ненависть к самому себе, к своей невнимательности. Как же давно его не переполняли столь отвратительные чувства… — «Жанне тоже было нелегко! Быть может, если она улетела бы в Мюнхен… то вскоре начала бы чувствовать вину? Нет, здесь виноват только я и мой трудоголизм!» — беспокойно ходя по всей гостиной, размышлял Савелий. Спать совсем не хотелось. Ему надо анализировать услышанное, всё обдумать и постараться… стать лучше? Несомненно. Безоговорочно. Куда же без этого? На ошибки ему указали, он не остался без вопросов. Осталось прийти в себя и начать исправляться. — «Простите меня дети… прости, Жанна… я был так слеп. И как я мог упустить из виду её позднее возвращение в пятницу? Идиот я, правильно она сказала!» — прислонившись к стенке, рвано выдохнул шатен. — «Насчёт справедливости и преимуществ она права… я должен вести себя, как подобает настоящему гендиректору отеля. Значит всё… пора» — он прислушался к тишине и постарался успокоиться до тех пор… пока не услышал голос Жанны. — «Она проснулась?» — решился подойти к ней поближе. И не зря. Судя по скатившимся слезам ей снился кошмар. Да ещё какой… — Папа… папа! Нет! (ой бляяя…) — с мольбой звала она, вытянув руку. — Не уходи, прошу! Остановись, папа! — Ей снится мистер Вернер?! Ох… опять! Бедная Жанна… — опечалился Савелий и, коснувшись её лба, ужаснулся. У неё был жар. — Ж-жар?! Какой ужас! Я-я… так, спокойно, Савелий! Сейчас ты уберёшь его, — ушёл на кухню, чтобы намочить чистую тряпку и положить её на лоб. — Фух… вот так, — поправив одеяло, успокаивается вместе с женой и сжимает её руку. Правда, недолго он её держал. Жена, что-то проворчав сквозь сон, резко отдёрнула её. — Ну и ну, — это позабавило Савелия. Всё ещё страшась возможных кошмаров, он ставит стул рядом с диваном, целует её в щёку и, чуть наклонившись, шепчет нежное: — Всё хорошо.