Мечты сбываются...

      — Эй, Раф! — до моего уха донесся звонкий голос Кейси. Кажется, мое появление удивило и обрадовало его. — Иди-ка, дай-ка я тебя обниму!       Парень не давал мне и шанса вставить хоть слово, вываливая на меня все свои эмоции, которые, видимо, в этот момент его переполняли. Признаться, такое ребяческое поведение этого вечного молодожена ненадолго заставляло меня забыть о событиях двухгодовой давности. Про таких, как он, говорят «взрослый с душой ребенка» или «вечный ребенок»… Вообще, как Эйприл справляется с ним? Хотя, зря я вообще задался этим вопросом.       К моему счастью, Джонс довольно быстро израсходовал свой эмоциональный запас. Хотя, правильнее говоря, я пережил несколько странных секунд эйфории Кейси (никогда бы не подумал, что когда-нибудь смогу довести человека до такого состояния…), и теперь меня ждет медленное успокоение.       — Подожди, — выпалил он, вцепившись мне в плечи, — ведь это твой первый визит с того самого момента, я не ошибся? Боже, это же было та-а-а-ак давно! Рассказывай, приятель, какими судьбами? Что нового? Как тебе на месте лидера?       — Воу-воу, парень, попридержи коней: не все так сразу, — мои старания сделать свой голос более живым пошли прахом: он все равно звучал сухо. Похоже, жизнь лидера сделала меня сухарем. Взяв небольшую паузу, чтобы вспомнить нашу последнюю встречу, я ответил. — Да… наша последняя встреча была девять месяцев назад. Это и правда, довольно давно…       Сказать что-то еще было выше моих сил; а Кейси не сводил с меня глаз. Он ждал продолжения, но мне не удавалось найти ни одного слова. Я не знал, с чего начать: слишком много мыслей было в голове. Да и какое вообще я имею право что-либо говорить о Лео? Мне никогда не сравняться с ним, каким бы сильным не были мои стремление и желание.       Пока я пытался связать слова в единый текст, Джонс уже успел сбегать на кухню и вернуться с горячей пиццей и двумя бутылками пива.       — Спасибо, Кейси… — мой голос снова разрушил неловкую тишину, поселившуюся в нашем с ним окружении; парень изобразил небывалое облегчение. — Скоро будет два года.       — Да, я знаю, — ответил Бёрнид Джонс, протягивая пиво. — Это сильно сказалось на тебе, Раф.       — Да брось, — отпив холодный алкоголь, мне впервые удалось не затянуть паузу. Почему-то в этот момент мне вспомнилась наша последняя стычка с более-менее достойным врагом, где я поступил, как последняя сволочь. — Все мы рано или поздно умираем: такова уж судьба. Вспомни хоть этого Винтерса. Он хотел вечной жизни — и получил. Но, спрашивается, был ли он рад этому? Конечно же, нет. Тридцать веков топтать землю ему не показались забавными. По мне, это день сурка длиной в три тысячи лет, из которого хочется как можно скорее вырваться. А, чтобы сбежать из него, нужно умереть. Вот почему Винтерс хотел поймать тринадцать монстров, — осекшись, краем сознания мне удалось уловить, что, погружаясь в воспоминания, я теряю нить разговора. — Ну, а мы ему помогли… Правда, все могло бы быть более гладко.       — Слушай, если так произошло, то, значит, так должно было произойти. И никак иначе. В том, что Лео был похищен каменными статуями, нет твоей вины. Они поступили подло, напав на безоружного, — Джонс похлопал меня по плечу.       — Вообще-то… — я начал было придумывать оправдания, но через секунду бросил это гиблое дело. — А, впрочем, ты прав. Что было сделано, того уже не вернешь, как бы сильно мы не стремились исправить свои ошибки… какими бы серьезными они ни были…       — Раф…       — Совсем скоро и уже будет два года, как не стало Лео. И все это время меня съедает изнутри невыносимое чувство. Днем и ночью, оно гложет и гложет, не давая толком сосредоточиться ни на одной мысли, — я почувствовал, что больше не могу контролировать себя: в тот момент мне просто нужно было выговориться. — Постоянно в голове мысль о том, что это смерть брата лежит целиком и полностью на моих плечах; а все остальные — и Майк с Доном, и ты с Эйприл — все вы помогали Лео справиться с болезнью… И виной всему мои зависть и желание быть на его месте, быть лидером! Не такой ценой я хотел стать лидером, не такой… Паршивое чувство!       — Честно, я даже не предполагал, что Лео имеет какую-то заразу, пока ты мне об этом не сказал… О! А-а помнишь выражение лица Дона, когда мы объявились у вас и начали его расспрашивать о Лео? Он был в шоке. Типа: «Э-эй, ребята, вы чего? Свихнулись? Я ничего не знаю». Это могло быть забавным, если бы не существующие тогда обстоятельства       — Он актер, Кейси. И он уважал авторитет Лео. Можно сказать, Дону было комфортно идти за ним: только он мог подобрать наиболее удачную тактику.       Кейси хотел что-то сказать, но звук поворачивающегося в замке ключа заставил его замолчать; это была Эйприл. И она только что вернулась с работы; ну… разумеется, при условии, что это можно было назвать работой. Ведь если она не в разъездах по миру, то за день ей не в новость слетать от одного конца Нью-Йорка до другого и обратно в поисках достойного покупателя на очередных каменных истуканов. Завязывала бы ты с этими статуями, Эйприл…       Мы с Кейси услышали, как с шуршанием упали пакеты, как девушка шаркающими шагами прошла на кухню; с тихим, но вместе с тем предательским и противным скрипом открылся шкафчик. За скрипом последовали звуки глухих ударов посуды друг о друга, льющейся воды и, наконец, спустя несколько секунд, стук кружки о столешницу, за которым снова последовали шаркающие шаги, но на этот раз девушка шла к нам.       — Ох, Раф! — вздохнула новоиспеченная миссис Джонс, едва войдя в зал; от ее былой усталости не осталось и следа. — Я так рада тебя видеть! С того момента ты сам не свой: даже перестал отвечать на звонки. Я знаю, ты сильный, но надеюсь, что у тебя все в порядке. Кейси случайно не решил устроить тебе здесь допрос?       — Думаю, ты права, Эйприл. Мне нужно выговориться… — я снова взял паузу, собираясь с мыслями. — Эм… а вы готовы все это выслушать?       — Разумеется, Раф, — полным понимания и сочувствия голосом отозвалась О’Нил (ой, уже миссис Джонс); Кейси же убедительно кивнул головой.       — Что ж, — выдохнул я, собираясь с духом, — тогда я начинаю…