Пушистый комочек зла

За окном солнце только начало касаться своими лучами облачного неба, восходя из-за острых пиков скалистых гор, озаряя всё вокруг красно-розовым светом. Только легкий дым из трубы небольшого охотничьего домика на окраине соснового леса вносил нотки чьего-то присутствия в царство природы. Ветер легко покачивал штору, занося в разбитое окно снежинки, которые поблескивая, тут же таяли, словно перламутровая вуаль. В хаосе комнаты на диване, усыпанным осколками битого стекла, с телефоном в руке сидел пёс. На нём была рваная бардовая кофта, из-под которой выглядывал воротник гольфа и плотные синие джинсы, заправленные в высокие армейские ботинки песчаного цвета. С ног до головы он был испачкан кровью. Некоторое время он молча сидел, глядя перед собой. Перевёрнутый стол, разбитые стулья и опрокинутый сервизный шкаф. Дверь на полу. Битые и просто разбросанные по полу стеклянные бутылки. Угли, тлеющие в топливнике камина. Треснутое зеркало, что висело над ним. Четыре изувеченных тела разных животных в неестественных позах. «Конечно же, я один…» попуская жгут на левом бедре подумал он и аккуратно привстал с кровати. Стекло под его задницей легко похрустывало. «…додумался уснуть на разбитом стекле…надеюсь не нужно будет его ни от куда выковыривать теперь». Отодвинув рукав кофты, он взглянул на наручные часы. «Прошло пару часов с момента, как здесь всё закончилось. Нужно бы начальству отчет отправить.» Набрав пару коротких текстовых сообщений на телефоне, положил его в карман кофты. Он громко чихнул и схватился за бок. «Отлично, теперь снова от боли в ребре мучиться.» Пёс медленно похромал к одному из трупов в засохшей луже крови. Это был лис в красной клетчатой рубашке. В его голове торчал огромный колун, практически дошедший до основания шеи. Рядом лежали две половинки расколотых наушников и вылетевший из орбиты глаз. — Эй, Чарли, помнишь, я одалживал тебе денег на сигареты? Пора вернуть должок. –присев над телом и запустив лапу в нагрудный карман рубашки, оттуда достали бумажную помятую пачку. «Lucky stryke? Да ты прям знал, что я люблю.» Но к сожалению большая часть пачки была испорчена спекшейся кровью. Достав одну из немногих уцелевших сигарет, пес зажал её в зубах и похлопал себя по карманам джинс. В его руках блеснула фирменная зажигалка Zebbro. Он медленно выдохнул первый дым и направился к зеркалу (точнее, его остаткам) над камином. Снова затянувшись он вдумчиво посмотрел в своё отражение и выдохнул прямо в него. «Годы идут, а я всё краше и краше…» Из зеркала на него смотрел доберман с яркими серыми глазам, с типичными для них чертами морды и окрасом. На левом купированном ухе, сбоку не хватало маленького кусочка. Над губой справа еле заметный короткий шрам. Над бровью, с той же стороны — круглый, и более явный, будто след от выстрела. В паре мест начали проявляться синяки, а левый глаз припух. — Зато зубы целы! — улыбнувшись и резко оскалившись, крикнул доберман. Улыбаться было больно. — Не то, что у тебя, да, Елена? — отвернувшись от зеркала и направившись ко второму телу добавил он. У стены, в сидячем положении с запрокинутой головой находилось тело саблезубой львицы. Одного из фирменных клыков в пасти не хватало. Он по самое основание был вогнан ей в грудь. Из одежды на ней были только камуфлированные штаны и чёрная майка. Запустив лапу в карман штанов, пёс извлёк оттуда пару монет, жвачку, и маленький чёрный прямоугольник. Зажав его между большим и указательным пальцем, он посмотрел сквозь него на свет из окна. — Midlwest? Хах, а я думал, ты к сородичам хотела переметнуться. Но, за океаном, похоже, платят больше… — пробубнив это под нос, он убрал прямоугольник с линии взгляда продолжая смотреть в окно. «А солнце уже высоко, пора бы отсюда валить.» Сделав пару шагов в сторону двери его взгляд упал на совершенно целую винную бутылку на полу. «РЕПЛИКА: Жан-перме 1894 года» Кощунственно было бы её здесь оставлять, даже подделку. Подобрав бутылку, добер вышел из дома и направился к своей машине. На улице их было две: его белый пикап и чёрный микроавтобус, принадлежащий животным, что остались в доме. Приложив руку к ручке автомобиля, её хозяин услышал характерный звук и забрался внутрь. В салоне было не на много теплее чем на улице. «Ну давай, удиви меня» нажав на кнопку запуска двигателя подумал он. Несколько слабых оборотов стартера и тишина. Послышался удар лапой об руль…Не удивила. В отличии от солнечного утра, день был пасмурным. По заснеженным улицам маленького, опустевшего городка, выбрасывая из-под колёс снег, мчался белый пикап. Горы становились выше, пространство вокруг начинало понемногу сужаться, ограничивая обзор, и вскоре автомобиль ехал по дну каньона с отвесными стенами из скальной породы. Рев двигателя отдавался эхом, а еле заметные камеры на штативах поворачивались ему в след. «Как крыса в тоннеле…» Выбросив окурок сигареты в открытое окно, подумал доберман. Продолжая движение по бесконечной извилистой кишке каньона без единой развилки, он оказался на прямом участке, в конце которого находился аванпост с высокой бетонной стеной и массивными стальными воротами, преграждающими проход. На стене стояла пара крупнокалиберных турелей с дистанционным управлением и система залпового огня. Машина медленно сбросила скорость и остановилась у ворот в свете прожекторов и пристальным взглядом десятков камер. Несколько напряженных секунд молчания были наполнены только звуком работы двигателя. После чего пространство резко разразилось грохотом подмерзшего механизма открывающихся ворот. Когда створка поднялась достаточно, чтобы автомобиль мог проехать, пикап медленно тронулся и продолжил движение. За стеной никого не оказалось, система была полностью автоматической и управлялась дистанционно. Спустя ещё несколько минут езды по прямой, наконец показался величественный храм из металла и бетона, раскинувшийся, словно дамба, между стен каньона высотой с многоэтажку. На покрытых инеем бетонных стенах, располагалось множество прожекторов, освещающих пространство перед ним. Вместо окон только пустые проёмы, из которых торчали стволы стационарных орудий разного калибра. Это была целая крепость, подобная средневековым замкам. Никаких излишеств, украшениями его служили только балконные дзоты, огромные ледяные сталактиты, и огромная чёрная аэрография: «CHRYSLER SOUTH» «Дом…милый дом». Подъезжая ближе, подумал доберман. Он оказался перед стеной, похожей на ту, что проезжал ранее, но на этот раз между стен был обычный разрыв, перекрытый поросшим льдом шлагбаумом. С правой стороны была расположена сторожевая будка. Из окна которой выглядывала недовольная морда самца немецкой овчарки. Через несколько секунд он вышел из сторожки и позёвывая обошёл автомобиль, чтобы поговорить с водителем. Окно медленно опустилось, демонстрируя ехидное лицо добермана. Он начал первым: — Доброго утра, падре! Как служба? — Если я падре, то судя по твоему внешнему виду, мне тебя скоро отпевать. — зевнув ещё раз, ответила овчарка. — И вообще, то, что я считаю себя святым, меня таким не делает… -доберман тихо посмеялся. — Ладно, святой отец, раз грехи мне здесь отпустить не кому, то можно я проеду? — Я вообще не ожидал, что ты остановишься. Вот, даже спросить вышел, на кой хрен. Тебя ещё на подъезде запилинговали. — он с недовольсвием посмотрел на своего собеседника. — Ну как я мог проехать мимо старого знакомого, вдруг тебе скучно? — Мне было скучно, а теперь ещё и холодно. — повернув голову на бок и устремив взгляд в пустоту, сказал он. — Сигареты не будет? Что б я не зря выходил. — Так ты ведь вроде не куришь? — удивился добер. — Это не мне. У меня там в сторожке…гости. — Агаааа…то есть, у тебя там девчонка, и ты жалуешься, что тебе скучно? — овчар поморщился. — Не девчонка, а вполне зрелая женщина…пирожков вот принесла, захотела погреться… — Далеко же её со своими пирожками занесло…ладно, на. — доберман дал ему две оставшихся сигареты. — От сердца и почек, так сказать, мадам привет. — Спасибо, а теперь ехай на… отсюда! Пока колёса не вмёрзли. Стекло медленно поднялось и пикап тронулся с места. Напоследок взгляд добермана снова упал на окно сторожки из которого выглядывало милое молодое личико снежной рыси. «На вид ребёнок ведь ещё совсем. Чёртов педофил…ну точно католический пастор…» Он медленно проезжал мимо укреплённых траншей и маленьких железных вагончиков разного назначения. Какие-то были просто складами, другие — центрами радиосвязи. А некоторые серверными и генераторными. Так же было раскинуто несколько палаток для обслуживающего персонала, в которых можно было временно находиться с комфортом. На одной из развилок он повернул налево и припарковал свой автомобиль в один ряд с военными джипами и грузовиками. «Вот поменяю тебя на один из таких — кивнул пес на один из хаммеров, закрывая двери автомобиля — что с тобой станет?» Теперь, кроме кофты, на нём была одета чёрная длинная куртка с капюшоном, обшитым мехом. «Что-то снова похолодало» — выдохнув теплый воздух в лапы, подумал он, и немного прихрамывая, направился ко входу в саму крепость. Рядом с огромными стальными воротами цвета хаки, в которые бы свободно мог въехать танк, была маленькая железная дверь такого же цвета. Справа от неё находилась сенсорная панель. Доберман приложил к ней лапу, и панель загорелась зелёным. Дверь с лязгом сместилась в сторону, и он вошёл внутрь. Некоторое время перед глазами было совсем темно, в помещении было намного меньше света, чем на улице, даже учитывая пасмурную погоду и глазам нужно было адаптироваться. Внутри всё было ещё более уныло, чем снаружи. Пёс оказался в огромном ангаре, наполненном ящиками, огромными контейнерами, накрытой брезентом техникой, стальными колонами и балками с которых капала вода, а стены местами покрылись плесенью и замерзшими каплями конденсата. Вокруг не было ни одной живой души. Доберман взглянул на часы. «Странно…а, ну да, обед же.» У дальней стены находилась грузовая платформа, загруженная множеством ящиков, пачкой танковых снарядов и местами поржавевшем БМП со спущенными шинами. «Что-то не хочу я по лестницам сегодня ходить» — погладив раненую лапу подумал добер. Он встал около пульта управления на самой платформе, задал нужные параметры и движок подъёмника тихо зашумел. Платформа начала опускаться вниз по специальной шахте. «Хоть что-то здесь не скрипит и не кряхтит» — опершись о колесо БМП, подумал он. Через некоторое время лифт остановился в ангаре, но уже значительно меньшем. Стены и воздух были значительно суше, и температура внутри была ближе к комнатной. Пёс расстегнул куртку и пошел к двери, что находилась в дальнем конце ангара и больше напоминала герметичный шлюз. Он опустил массивную ручку, потянул на себя дверь. Та открылась, со звуком, напоминающим дверь холодильника. Помещение, в котором он оказался ударило по глазам ярким светом. Это были жилые комнаты, оформленные куда более приятно и привычно. Белые крашеные стены, с развешанными на них картинами, потолок «чешка», светодиодные светильники. Даже комнатные растения в горшках вдоль коридоров и в углах комнат. Единственным, что могло напомнить о том, что это всё-ещё смесь бункера и горной крепости — это толстые пучки проводов и трубы, идущие вдоль стен и потолка. А также широкая вентиляционная шахта, по которой при желании мог бы проползти даже он, и без которой здесь было бы жарко как в аду. Пройдя по коридору и повернув пару раз направо, он наконец вышел в небольшой холл, похожий на приёмную в больнице. У одной из стен находилась даже стойка рецепшена, выполненная из пластика и дешёвой древесины. За стойкой сидела молодая и фигуристая хаски-секретарша, одетая в строгую голубую рубашку со знаками отличия, в виде погонов на плечах и шеврона с именем на груди. Она увлечённо листала что-то в телефоне, попутно попивая кофе из огромной кружки. Доберман тихо подошёл к стойке и через несколько секунд молчаливого соглядания, постучал фалангой пальца по столешнице. Хаски медленно перевела взгляд от экрана телефона на него. Спустя секунду молчания прямо на него вылетел целый фонтан, распылённого из её рта, кофе. — ОСВАЛЬД?! КАКОГО ХРЕНА?! — завопила она. Освальд же театрально провел лапой сверху вниз по морде пытаясь стереть капли жидкости. — О.…тёпленькая пошла. А ведь курточка была единственной чистой одеждой на мне. — А нехрен было так подкрадываться, дебил! Ты себя видел вообще?! Ты как ходячий мертвец! — Ну прости, сложный рабочий день выдался. — Улыбнулся он. — На, хоть морду вытри — секретарша протянула ему пачку бумажных полотенец. — Спасибо, Берточка. — Для тебя, Бертруда. — Как скажешь… Берти — вымакивая остатки кофе и посмеиваясь сказал доберман. — Меня там Хельга ждёт… — А, ну вообще-то давно… — Бертруда взглянула на настенные часы позади неё и опперла голову на лапы. — А еще сказала, что такой отчет, как ты прислал, прокатил бы лет десять назад… — Не знаю, по-моему, вполне достойно. — Освальд достал из кармана кофты телефон и показал ей. Холл наполнится женским смехом. — Ахаха, ну даааа. Теперь я понимаю, что она имела в виду…ладно. Она и в правду уже беситься. Но я бы на твоём месте хотя бы в раздевалку заглянула, привела себя в порядок. Не комильфо перед начальством в таком…рабочем виде появляться. — Да уж, пожалуй. Да и тем более, у меня уже всё чешется. — Освальд отошёл от стойки и направился к раздевалке. — Ей, а это что! — окликнула его хаски кивая на бутылку, которую он нёс в руке. Доберман остановился, и взглянул на бутылку так, будто она появилась в его лапе только что — А… это? Да так, трофей. — А угостишь? — Не, это на подарок. Я тебе как-нибудь другое куплю. — А я надеялась на свидание… Освальд просто махнул свободной рукой и покачиваясь продолжил идти. Легкая железная дверь раздевалки тихо открылась. Доберман шёл вдоль рядов синих шкафчиков, на ходу снимая куртку, кофту и успевшую прилипнуть к телу водолазку. Ботинки и штаны он снял уже стоя в кабинке под тёплыми струями воды, подставив им свою морду и простояв так с минуту. Кровь вместе с водой стекала по его телу ручьями, согревая затёкшие мышцы и ссадины. Как и положено военному, он был крепкого телосложения, множество затянувшихся шрамов покрывали руки, грудь, живот и ноги, будто лечение ран проходило варварским способом, либо вовсе без медицинского вмешательства. Но больше всего выделялась спина. Начиная от основания шеи, вдоль позвоночника выступали блестящие пластинки, повторяющие по форме его собственный, будто вылезший наружу, от него же расходились жилки металла и вонзались под кожу в районе плечей и поясницы. Это были следы от имплантатов последнего поколения. Основная их часть вживлялась под мягкие ткани носителя и давала множество преимуществ путём улучшения контроля над собственным телом, а также вмешательством нанороботов, и различных химических реагентов в работу внутренних органов. Пес начал аккуратно начал смывать кровь с тела с помощью лап и мочалки, попутно пытаясь понять, где были повреждены ткани, а где были просто ушибы. Несмотря на количество смываемой крови, большая её часть принадлежала не ему. Не учитывая мелких царапин от стекла, рана на ноге была единственной. Закончив с душем, он обмотался полотенцем и собирая по пути разбросанные вещи шёл к личному шкафчику… — Буп…- Освальд почувствовал щелчок пальцем по одному из купированных ушей и резко обернулся. — Ля… Кот, напугала. Как давно ты здесь? — перед ним стояла акула атлетического телосложения, примерно с него ростом в черной штатной майке и серых карго-штанах, заправленных в чёрные берцы. У неё была тёмно-синяя кожа и фиолетовые волосы, которые прекрасно сочетались с зелёным цветом глаз. Она стояла, спрятав руки за спиной, широко улыбалась и покачивала массивным хвостом. Когда она немного наклонилась вперед жетоны на её шее весело звякнули, будто заманивая взглянуть на объемную грудь за ними. — Ещё с того момента, как ты сюда вошёл. Ты был так целеустремлен, не стала тебя отвлекать. — Понимаю…много видела? — Хах, да было бы на что смотреть! — она шутя толкнула его в плечо кулаком. — Ну да, это ведь ты у нас…женщина загадка. Кстати, ты чего в мужской раздевалке делаешь? Ты ведь вроде в женской должна быть? — Хах, да я бы с удовольствием. — она скрестила руки на груди. Да только меня одна леди преследует. Всё хочет выяснить, чего я то в одной раздевалке, то в другой. Можно сказать, я просто прячусь здесь. — взгляд метнулся на Освальда и та развела руками. — Грудь есть. Смазливое личико — есть. Бёдра, — она шлёпнула себя по заднице. — ещё как есть. А стоит снять штаны, как и те и те начинают визжать на весь этаж. Надоело, честно. — Ну, я первый раз ведь тоже удивился. — «Удивился» и захотел себе глаза выколоть немного разные вещи. — снова улыбнулась и продемонстрировала свои острые зубки Кот. — Ну да ладно… где это тебя так потаскало? Неужели кто-то стоящий попался? — Ага, довольно зубастые были. Пришлось попотеть немного. — Хыыыыы! — с явным задором в глазах и улыбкой маньяка выдавила она, после чего лицо сменилось наигранной грустью — А мне всё ни как. Что чихнуть, что высморкаться. Столько времени прошло, а ни кто даже и близко не был к тому что бы меня на тот свет отправить… — акула повернулась к полноростовому шкафчику и открыла дверцу. — А кто были эти ребята? — будто невзначай добавила она. — Стой, а это что? — Освальд указал на её волосы. Часть из них была короче, чем остальные и явно выделялась, будто кто-то вырезал попавшую в них жвачку. — Кот запрокинула голову назад и громко рассмеялась. — АХАААААХ. ЗАМЕТИЛ-ТАКИ?! Это моя гордость! — доберман непонимающе смотрел на приступ эйфории от поставленного им вопроса. Акула повернулась к нему и продолжила активно жестикулируя. — В общем, штурмуем мы точку, где узкоглазые из азиатского сектора засели. Я бросаю хлопушку, потом выскакиваю из-за брони и бросаю вдогоночку, осколочную, прямо к ним в траншею! — фраза сопроводилась театральным кидком, демонстрирую весь профессионализм девушки. — Пока ребята прикрывали, удалось запрыгнуть прямо в их крысиные ходы. Ох кое же счастье было от того, что взяла свой мосберг, ты не представляешь. Беги да стреляй. — она счастливо подпрыгнула. — Одного вроде даже на штык посадила. И вот я разряжаю последний патрон в их командира, как тут слышу из-за спины какую-то тарабарщину на их языке. Поворачиваюсь — снова поворот акулы боком. — и вижу, как один из них, уже с кишками под ногами, стоит и выцеливает меня из РПГ. РПГ, ПРИКИНЬ! — повторила Кот с полным восторгом. — Я только и успела что в сторону на пузо ляпнуться. Повезло, что это у него из последних сил было и не слишком точно. Потому что снаряд был с напалмом. Горело всё! У меня даже бронепластина из плитника выпала, от того что прогорел. И волос вот теперь чуток не хватает… Затоооо! — она запустила руку в шкафчик. — У меня теперь есть РПГ-7! ТРОФЕЙНЫЙ! Хочу его везде таскать теперь! –- вскидывая на плечо грозное оружие перешла на крик Кот. Освальд молча собирал в кучу мысли. — РПГ…то есть, ты чуть не умерла и теперь у тебя есть…это? И ты никому ещё не сказала? Зачем тебе вообще это старьё? — Не старьё, а классика! — с гордостью проговорила Кот. — Не епонимаешь ты… Такие теперь хрен днём с огнём найдешь. Здорово, правда? Я назову его…хмммм… Бубуш старшый! — Бубуш? Окей…удачи с этим. Но, смотри, что бы никто из руководства не узнал, а то отнимут твою игрушку. — Освальд смотрел на Кота, как на маленького ребёнка, натягивая футболку. — Пусть попробуют! — надув щеки добавила она. — Ладно, мне сегодня ещё оформлять перевод и вещи собирать. — А куда тебя переводят? — Ещё не знаю, надеюсь, куда-то потеплее. От холода у меня кожа сохнет. Ещё увидимся. Никому не говори про Бубуша… — договаривала акула по имени Кот, закрывая за собой дверь в раздевалку. — Сумасшедшая…абсолютно. — глядя во внутреннее пространство уже собственного шкафчика подумал Освальд. Позже, он стоял посреди светлого коридора, прямо перед тяжёлой стальной дверью, с узким и продолговатым, словно смотровая щель танка, матовым окошком. Под окошком была прибита блестящая позолоченная табличка, гравировка на которой гласила: «генерал-майор К. Роутхард». Доберман сглотнул и поправил бордовый шейный платок, заправленный под воротник штатной военной формы их корпоративного сектора. Платок был единственным элементом на нём, не относящимся к военной форме для псовых. Сшитый по заказу компании Chrisler и выполненный в чёрном мультикаме. «В который раз стою перед этой дверью, а каждый раз нервничаю как в детстве». Он с усилием открыл тяжёлую дверь и вошёл в кабинет. Интерьер разительно отличался от стерильности и фальшиво-созданного уюта в остальных жилых помещениях базы. Множество элементов мебели было выполнено из натурального красного дерева, книжные шкафы высотой под самый потолок и забитые пыльными книгами, массивные деревянные плинтуса и пилястры, невысокая винная полка, резной потолок с внушительного размера люстрой, возможно, даже хрустальной. Электронный камин в углу, над которым висел портрет то ли пса, то ли волка в полный рост в военном кителе прошлой эпохи. Паркетный пол, выстеленный ёлочкой. Противоположную стену практически на всю площадь занимало, наверное, единственное на всей базе застеклённое окно. Оно уже было довольно грязным, заснеженным, местами его взяла изморозь, но сквозь него всё ещё пробивалось достаточно света, что бы на его фоне был виден только силуэт зверя, сидящего за огромным письменным столом перед этим окном. — Проходите, подполковник, я ждала вас многим раннее, но рада, что вы соизволили явиться хотя-бы сейчас. — прозвучал уверенный женский голос.