Демон - Тот, кем я стал

      Дьявол встал и пошел к двери, жестом зовя Эммануэля за собой. Слуга покорно вышел за ним. Из комнат в холл падал мягкий свет. Потолок, обшитый натяжной тканью, сиял, плитка на полу с золотыми узорами была уложена красиво и аккуратно.       В большой комнате Эммануэль увидел прямоугольный современный камин у стены. На стекле виднелись виртуальные дрова — оставалось лишь нажать на нужную кнопку пульта. За огромными трехметровыми окнами виднелись высотки, а огни ночного города не прекращали сиять. Парень понял, что он находится на вершине холма, а над ними раскинута долина.       — Проходи, — сказал Демон. — Сейчас подадут ужин.       Эммануэль напрягся, потому что услышал шум и движения посторонних, но все же последовал за хозяином к огромному обеденному столу, где смертные уже ставили большие тарелки с аппетитными и сочными блюдами. В нос ударила курица, которую Эммануэль так сильно любил есть в детстве. Он не сомневался, что это проделки дьявола, чтобы растрогать его душу.       Взирая на Демона, Эммануэль сел за стол, пока слуги накладывали еду в тарелку. Он заметил, что все они не подозревают о существовании дьяволов, Ада, и относятся так же, как и к обычным людям.       — Не обращай внимание, и они не посмотрят на тебя, — сделал замечание Демон, но Эммануэль не обратил внимание. — Они работают на меня, а я плачу им деньги за выполненную работу. Ты достаточно знаком с современным миром, чтобы понять меня.       — Да, я прекрасно понимаю, — ответил Эммануэль.       Взяв ткань, дьявол положил на колени. Парень последовал его примеру и сделал тоже самое.       — Сейчас самое главное — утолить голод и жажду. — сказал хозяин и взяв стакан виски со стола поднял его, а после сделал маленький глоток, оценил его, облизывая губы и поставил на стол. Эммануэль заворожено наблюдал за ним, пытаясь понять, как дьявол так сильно любит виски. Но ничего не смог сказать.       — Демон?       — М? — Демон заинтересованно посмотрел на своего собеседника.       — Смогу ли я отплатить тебе за твое добро?       — Уже отплатил сполна, — ответил Демон.       Эммануэль облегченно вздохнул и принялся за еду, и сам не заметил, как голод взял над ним вверх. Он получал удовольствие от вкуснейшей курицы, по которой так сильно соскучился и запивал сладким вином. Демон так и продолжал сидеть и наблюдать за гостем, словно он смаковал его удовольствие. Парень заметил это. Ему стало неловко. Оторвавшись от еды, он посмотрел на молчаливого хозяина и заговорил:       — Значит, все это время ты жил в мире Грешных?       — С того момента, как стал демоном, — ответил Демон. — Здесь очень удобно прятаться от Ада, ведь люди никогда и ни за что не поверят в наше существование. А мы понимаем их и покупаем за деньги душу.       Черные глаза смотрели серьезно, лицо было безмятежно, словно в душе нет ни одной зловещей тайны, ни следа ненависти. Но его слова обманчивы.       — Тогда зачем я был тебе нужен?       — Ты не был нужен. Ты свободный демон, Эммануэль, но сказав тебе смысл жизни в Аду, я внушил в тебе чувство долга, чтобы ты не поступил так же, как Майкл.       Демон горько улыбнулся.       — Когда у демона есть цель, он причиняет вред всем, кто стоит на пути… и даже невинным.       — Я в этом убедился, — прошептал Эммануэль. — Люцифер ни перед чем не остановится.       — У меня было намного хуже, поверь. Какого это приобрести и потерять все сразу за считанные минуты?       Демон сделал глоток виски и тяжко вздохнул. Эммануэль не знал, что и ответить. Он не держал обиду за поступок хозяина и дал это понять, тепло улыбнувшись.       — Вторая жизнь подарила мне современный мир и кое-какое осмысление. На моей совести не было еще ни одной погубленной души. А моя душа обрела несколько другие оттенки восприятия действительности. Я научился думать и отвечать за свои поступки, при этом исправляя ошибки прошлого. Самое главное, что страшный Ад больше не тревожит меня так, как тревожит тебя, Демон.       — Да, ты совершенно прав. — Улыбка Демона стала шире, — Ты начал пробивать милосердие, путь к Богу. Но увы, никто еще никогда не шел из Ада в Рай.       — Презираешь Бога? — настороженно спросил Эммануэль.       — Дело не в этом, — ответил Демон. — Я утратил веру в религию, но, по правде говоря, ее у меня и не было, ибо за все чудеса я не увидел в них Бога, в моей жизни не было чудес. Не поклоняясь даже Люциферу, я отношусь что к нему, что к богам, как к обычным людям.       Эммануэль не скрывал удовольствие от того, что слышал. Ему была приятна эта беседа. Демон никак не изменился. Такой же грешник, стоящий за свое мнение и относит всех к равным себе. Однако он такой противоречивый… Это заставляло демона думать и рассуждать.       — А кольцо на твоей руке? Это же вера в Бога, не так ли? — спросил Эммануэль.       Демон глянул на кольцо на безымянном пальце и тут же снял его, но не для того, чтобы спрятать, а показать своему слуге. Он подошел к Эммануэлю и положил на стол рядом с ним. Парень взял драгоценность только после того, как хозяин убрал руки и отстранился. Он почувствовал огромную силу, которую по мнению душеподобого не мог удержать в себе ни одно существо. С восхищением он рассмотрел кольцо в виде перстня: драгоценное золото блистало рядом с серебряным крестом.       Эммануэль поднял голову, чтобы посмотреть дьяволу в глаза и обнаружил в них безмятежность.       — Хоть я и католик, но это моя вера в человечность. Она мотивирует меня переворачивать весь мир. Когда господин создал меня, он надеялся, что человек, близкий к Богу уничтожит несправедливость под землей.       Он сделал паузу и пристально глянул на кольцо.       — Многие столетия это не повторяли, как сделали это с Иисусом, — сказал Демон. — Но однажды крест стал моим наказанием. Ты все это давно знаешь.       Эммануэль удивился.       — Нет, я ничего о тебе не знаю. Если у тебя есть желание рассказать, я с радостью выслушаю.       Он сделал паузу и пристально посмотрел на Эммануэля.       — Тебе и вправду интересно?       Эммануэль кивнул.       — Да, очень.       Демон, коротко вздохнув, выровнялся и вернулся к своему месту. Рукой он коснулся спинки, но видимо садится он не собирался.       — Но для начала ты хочешь понять все, что происходило на протяжении трех лет пряток, отношения между душеподобными и Адом и как я выжил, несмотря на то, что меня убили.       В голосе первого душеподобного Эммануэль уловил легкое раздражение, но отчего-то был уверен, что не имеет к этому отношения. Несколько мгновений парень задумчиво всматривался в своего собеседника и наконец ответил:       — Да, я хочу это узнать.       Он вдруг осознал, что смотрит прямо в глаза Демону и что тому известны все его мысли.       Демон отвел взгляд и обратил его на двери, что вели к выходу, а потом без лишних церемоний предложил:       — Тогда, для начала мы сядем у камина.       Эммануэль кивнул.       — Хорошая идея. Так будет лучше.       Эммануэль поднялся и ради приличия подождал, пока дьявол пойдет первым, и они вместе направились в маленькую гостиную.       В ней, в почерневшем прямоугольном очаге, сложенных из кирпичей горел огонь. Настоящий огонь! Эммануэль резко остановился и еще несколько минут смотря на пламя, чувствовал, как оно грело ему душу. В то же время, хозяин дома удобно устроился на черном кресле и ждал гостя.       — Садись где тебе удобно… Или рядом со мной, — ласково сказал он. — Если хочешь, я подкину дров в огонь.       — Если можно, — Эммануэль улыбнулся. — Я давно не слышал треск и не ощущал тепло.       — Понимаю. Я тоже соскучился.       Демон наклонился к корзине с дровами, стоявшая рядом с диваном, взял одну и бросил в огонь. Пламя яростно вспылило, а после начало ничтожно поедать добычу. Треск подарило парню облегчение. Он наблюдал за такой светлой и в то же время опасной стихией, усаживаясь на толстые мягкие подушки. А затем пристально глянул на хозяина, показывая, что готов внимательно слушать его.       — Мне нечего скрывать, — начал Демон. — Таких, как мы много, но Ад избавил нас коммуникации. Это что-то вроде проклятия. Мы все по-своему одиноки. К кому я не приду, я остаюсь рядом на месяц, а потом опять ухожу или уходят от меня… навсегда. — Демон вновь перевел взгляд на огонь. — Я создал себе подобных, потому что они нуждались в моей помощи. Но еще полное одиночество для меня невыносимо. Я был сам по себе, не доверял никому, даже себе и правильно делал. Ибо с самого рождения, все, кто был рядом погибали. Раньше мне казалось, что Ад — это второй дом, а в итоге я настолько пересытился темнотой и болью, что предпочитаю банальное и глупое, как добро, в которое верят люди. Я стал смотреть на людей и верить им.       — Понятно, — отозвался Эммануэль, — ты вернул свою человечность.       Демон промолчал, но затянувшаяся пауза заставила его заговорить снова:       — Моя душа изначально была дьявольской. Я родился и этим убил свою мать. Я о ней ничего не знаю, только иногда ощущаю ее присутствие. И запомнил, что она пахнет лавандой.       Демон искренне улыбнулся, но в тоже время улыбка стала горькой. Он кивнул и тихо со вздохом прошептал.       — Мама…       Эммануэлю стало жаль Демона. Ему хотелось, чтобы улыбка оставалась счастливой и искренней, чтобы лицо его подольше сохраняло столь удивительное выражение, однако через мгновение оно вновь стало невозмутимым, а взгляд, устремленный в огонь, — отстраненным. Похоже, он с головой погрузился в печальные воспоминания. Освещенные пламенем волосы казались совсем черными.       — Ты не искал ее в Аду? — спросил Эммануэль.       — Искал, но боюсь, что это невозможно.       Демон замолчал. Повисла звенящая тишина — должно быть, воспоминания оказались для него слишком тяжелыми.       Он смотрел на пламя, исполнявшее свой вечный трепетный танец.       — Почему? Это проделки Люцифера? — спросил Эммануэль.       На что Демон недовольно взглянул на него.       — Если тебя интересует только он, то я тебя огорчу, он здесь не причем. Его поступки иные, страшнее, чем это. Ты знаешь, что когда-то он предал Бога, передав свою ненависть Еве. Однако, в те времена, когда душеподобных еще не существовало, был миф, что Бог создал Сатану. Ангелы не поверили Люциферу, что тогда стал королем Ада и началась война. Потери были и у Рая, и у Ада. Всех дьяволов закрыли в камере, думая, что они поддались искушению, однако все оказались верны Люциферу, включая моего хозяина Дэмиануса. Все секреты он держал строго в тайне и даже докладывал королю о предателях. Мой Господин любил его настолько, что отдал свою душу без остатка. Но Люцифер его предал: убил семью, запер в круге Ада и приказал контролировать. Так меня вытащили из огненного мира и окунули в самое его сердце, превратив меня, демона, когда Германия решила отомстить за позор во время Первой мировой. Совпадение?       — Как можно было любить Люцифера, если он сам никого не любил?       Эти слова произвели на Демона странное впечатление. Он бросил холодный взгляд на Эммануэля и снова повернулся к огню.       — Думаешь?       Судьба резко сводила меня с Люцифером, да и наши отношения не были достаточно хорошими. Скорее… мы видели друг в друге конкурентов. Я стал его фаворитом, но это все ложь. В моей жизни один сплошной обман. Но никто не простит его за ненависть к душеподобным.       С одной стороны, я его прекрасно понимаю. Бог любил людей, они принесли ему боль, а в последующем и грех в то время, как чувство ангела были сильны и искренне, но не были услышаны. Но причем здесь душеподобные? Понимаешь, о чем я?       — Да, — кивнул Эммануэль. — Ненависть непостижима, Демон. Его часто путают с любовью.       — Думаешь, если бы не ненависть, то все было по-другому? — спросил Демон, хмурясь, — Возможно, но я очень в этом сомневаюсь. А теперь, я расскажу, что случилось совсем недавно, отчего ты и твоя семья могла бы умереть у врат Сатаны.       Прожив сто пять лет, я ни разу не забывал каким я стал, поэтому вдруг мне пришло в голову исправить свои ошибки, чтобы обрести покой. Это было что-то, вроде эксперимента, в котором подопытные оказались грешниками. Но и другого я придумать ничего не мог. Люцифер слишком вовремя подкинул мне душу, что не попала в Рай. Мне пришлось принять его, иначе душа бы погибла. Это был знакомый тебе Майкл Льюис. Обычный парень. Особенностей у него не было, кроме того, как он бил мать, когда она избивала его. Я подумал, что, сделав его душеподобным, его жизнь хоть как-то наладится.       Но он возненавидел меня без особых причин и пошел на поводу у Ада. Мне казалось, что его создали специально, чтобы убить меня. Но дар быть «злом» оказался для него огромной ношей. Он хотел открыть путь в Рай потому, что догадывался о несправедливости.       Все уроки, которые преподавал ему, Майкл воспринимал в штыки. Он слишком углубился в человеческие суеверия и не догадывался, что добро тоже вредит. Он не знал, что хотел, поэтому с каждым днем его психика ломалась, и он не мог сделать окончательный выбор. Люцифер, считай, что приютил его, напоил обманом и накормил силой. Майк стал его воином против душеподобных. Убить меня это была его цель, месть за то, что я создал его, лучшего друга, который погиб в моем далеком прошлом.       По губам Демона скользнула горькая усмешка, и лицо его словно осветилось изнутри, но так, как озаряется лицо человека, исполняющего печальную песню.       — Что же ты его не уничтожил? — не сдержался Эммануэль. — Я бы убил.       Демон только покачал головой.       — Я бы предпочел уничтожить самого себя. Решил, что будет лучше, если разорвется мое сердце.       — Но почему?       — Не могу объяснить. Сам не нахожу ответа на этот вопрос. Наверное, я слишком хорошо понимал Майкла. Вся эта путаница сводила с ума, а быть монстром тоже невыносимо. Он смотрел на меня и не понимал мою жестокость, спокойствие, и как я вот так смирился с Адом.       Лицо Демона значительно напряглось. Волнение выдавали и пальцы, с силой сжавшие ручки кресла.       — Но согнулся ли бы у него палец, чтобы нажать на курок? Нет. Его руки дрожали, когда я смотрел на него. Он был потерян, напуган, как мальчишка. Оружие против меня взяла Анастасия. Она та, к которой я сильно привязался. Однажды вылечив ее от черной болезни, я думал, что она вылечит мою вину к сестре, которую убил. Я сам удивлен, что, до сих пор жив. Видимо, Люцифер не хочет моей смерти.       — Он определенно хочет войны! — воскликнул Эммануэль. — Ты же слуга Дэмиануса и именно ты единственный мудрый дьявол, поддерживающий цель.       — Я убедился в этом, когда душеподобные не смогли обойтись без меня.       — Понимаю, — кивнул Эммануэль. — Я видел.       — Им нужен кто-то достаточно мудрый, чья сила будет на ровне с Люцифером. Его уже не уговорить, да и времени на это нет. Майкл будет сам убивать себе подобных. Но я не держу на него зла и сказал ему об этом. Он всего лишь не хотел быть одиноким. А сам просидел здесь три года, чтобы все утихло, и я додумал до конца свой план, после которого я сотру Ад вместе с Люцифером.       — Ты не врал Майклу?       — Да, конечно врал.       — Тогда почему ты не изольешь свой гнев на него, почему не отомстишь? Он же предал тебя! Навлек на всех несчастье!       — Потому что я все равно хотел его любить, — объяснил Демон, как будто нашел этот ответ давным-давно. — Я думал и думаю до сих пор, что он поймет всё и вернется ко мне, чтобы навеки править седьмым кругом и любить меня, как дьявола с душой грешника и мудрого учителя. Я соскучился за человеческими отношениями, а легкомысленность только туманит действительность.       Эммануэль жестом попросил его помолчать, откинулся на спинку дивана и задумался. Он застыл, словно увидел какую-то истину и так оно и было. Парень никогда раньше не задумывался о легкомысленности людей, из-за которого потом и происходят беды.       — Похоже, что ты говоришь о чем-то другом. О том, что сжигает тебя изнутри.       — Вина — мой спутник. Именно она до сих пор напоминает мне о смертной жизни и чем больше я желаю избавится от нее, тем больше она меня засасывает, потому что во всех бедах виноват первый душеподобный. Именно поэтому я не могу забыть о легкомысленности, пока я не стану монстром или превращусь в прах. Вот что не дает мне покоя. Смерть положила руку мне на плечо. Смерть пришла под видом разочарования и вины.       — Разочарование уже давно со мной, — откликнулся Эммануэль. — Я спрятался у людей, но и они меня разочаровали. Ад похож на мир Грешных. Всё такое же жестокое и разрушительное. Это выживание, ложь, самолюбие и ненависть. Они рядом, везде. И я понимаю, что рано или поздно, люди сами же себя уничтожат.       — В Аду много места, — прошептал Демон. — Мы, как демоны с душами людей стараемся пересматривать собственную жизнь, но уже всю, целиком. Ведь люди, поступившие со мной так жестоко всего лишь часть моей гнилой души и жизни. Я вспоминаю разные эпизоды своего существования — выбор велик.       — Расскажи мне историю своей жизни, — попросил Эммануэль. — Все, что ты мне рассказываешь окутано большой тайной. Твое прошлое как-то связано со всем этим, и я хочу понять тебя настолько глубже, насколько могу.       Демон задумался.       — Почему бы и нет? — наконец ответил он. — Пусть моя история послужит тебе уроком. Пусть все твои проблемы покажутся мелочью, и ты поймешь всю тонкость моей души.       Эммануэль улыбнулся.       — Да, конечно. Я готов полностью довериться тебе. Так начинай же…