ОСКВЕРНЕННЫЙ ТОБОЮ

— Чёрт возьми Коул, прийди сюда сейчас же и разберись, какой ублюдок это сделал! А как найдешь, я сам лично пасть ему расковыряю его же подставным кормом! — в трубку отдавалось чьим-то бормотанием. — Мне плевать на твою встречу, ты нужен мне здесь и сейчас же. Сию минуту! Рука дрожала от гнева вместе с пальцами на столько, что на экран кнопку «завершить вызов» попалось не с первого раза. Слезы сами поступали из глаз, проливаясь горечью и отчаянием. Тихие всхлипывания перешли в истерический крик, а груда метала мобильника шумно втрескалась в стену, издавая звук разбитого стекла. Джин безнадежно откинулся на колени, больно ударяясь об пол. Джангу все так же лежал неподвижно… Ким слишком привязался к этому живому существу, который за 10 лет жизни стал таким родным. Наверное, в буквальном смысле он был единственным его другом. Оставаясь одиноким на всем свете, этот пёс спустился с улицы, брошенным, словно ангел с небес. Казалось бы, породистый и ухоженный, зачем избавляться от такой красоты? Но видимо в этой жизни судьба надсмехается даже над великолепием существования. И Джин ждёт того самого момента, когда эта учесть достигнет и его. Дураку понятно, что Джангу отравили не просто так. Это сообщение, предвещающее угрозу. За что? Ким понимал ясным проблеском неба. Причина одна- зависть и тщеславие. Слава, которую у модели хотят отнять. И это не удивительно. Такова оплата престижной карьеры. Осталось разузнать какой именно враг это сотворил. У Джина каждый второй под расстрелом списка «таких». Цена популярности такова. Особенно модели. Либо ты уверенно идёшь по подиуму, расстаптывая все на пути, либо спотыкаешься, позволяя растоптать себя. Но Ким не допустит своего падения. Несмотря на все препятствия, он уверенно и грациозно будет ходить от лопатки до бедра. Схватившись за голову, Джин нервно расхаживал по кухне из угла в угол, глазами иногда попадая на прикрыкрытый черным пакетом труп. Слёзы не переставали литься из глаз от горечи. Кажется, Намджун, наблюдавший за всем этим и сам был на грани прослезиться. Но демонам не свойственно так размазно себя вести. В такой момент эмисар жалел о жестокости своей природы. Он искренне жалел своего спутника, его утрату. С самого начала Джун прочувствовал эту связь, завязанную в твердый узел между Джином и псом. Джангу был слишком дорог для него. И Намджун понимал почему. Ким Сок Джин одинок. Теперь ещё больше, чем раньше. И эта пустая дыра все больше заполнилась ничем. — Если он проник в мой дом, значит это кто-то из знакомых. Тот, кто хорошо меня знает, и я его тоже знаю, — начал разговаривать Джин, размышляя сам с собой и все так же маячась вокруг. В дверь неожиданно раздался звонок. Ким быстрым шагом направился ко входу. — Где тебя носило? — возмущённо произносит Сокджин парню невысокого роста в кепке. Слезы уже иссохли на красивом лице модели, но опухлость дала о себе знать. — Чёрт, Джин я же тебе не робот в конце концов, у меня и свои дела есть, — буркнул тот в ответ, проходя в дом. Ким ничего не ответил, понимающе вздохнув. Кажется, он и правда переборщил. Слишком много накопилось в себе. Но и извиняться перед Коулом он не собирается. Выше его чести. Но хакер рисковал, обделяясь таким тоном с моделью. Однако Джину это терпимо сошлось. Коул единственный, кому Ким так позволял себя вести. Даже непонятно, почему. Наверное что-то в этом парнишке ему нравилось. Намджун пошел следом за двумя парнями, на финише заходя в какую-то комнату, схожую на офис. Ничего себе, у него и такое имеется. Будто спальня президента, а не офис. Коул достаёт с джинсовки что-то похожее на чип и вставил в системник, включая огромный дисплей на компьютере. Три пары глаз устремились в экран, разбегаясь по нескольким отделениям комнат с камер наблюдения. Выбирая объект «Кухня» парни внимательно наблюдают. Пока тишина. — Отмотай в пределах с 8:00 утра до часу дня, — указывает Джин, напрягая извилины у переносицы. Парень послушно тыкает по нужным клавишам, заставляя дисплей сфокусироваться на заданном объекте. Дожидаясь на перемотке плёнки что-то важное, наконец появляется подозрительная фигура. Каким-то образом, неизвестный с лёгкостью отпирает дверь квартиры связкой ключей, в руках пронося черный непроницаемый пакет. Видно тот самый с ядом. Судя по фигуре, это мужчина. Маскировка тоже была точно продумана до костей. Обширная ветровка, широкие черные штаны, кепка, перчатки, маска. Все признаки, чтобы запутать точности телосложения. Наблюдая за картиной, как этот убийца нагло игнорирует громкий собачий лай пса, проходя в дом, выводит Джина из себя, заставляя ушам пропустить алый прокрас. Но что произошло дальше, привело модель в шок. Фигура уперто сопротивлялась нападениям пса. Резким движением взмаха руки, мужчина хватается за собачью пасть, жестоко растягивая мышцы челюсти. Ослабив хватку животного, черные, накрытые кожанкой руки достают из кармана шприц, вводя в сонную артерию жертву. Спустя несколько минут борьбы, Джангу обессиленно опускается вниз, не издавая признаков жизни. Обходя свежий труп, незнакомец освобождает пакет, доставая пачку с ядом и раскидывая корм мимо миски, дабы для правдоподобности алиби. — Усыпил… — еле слышно произносит Ким, вытаращив глаза. Кажется, если бы у него были ногти, от лакировки поверхности стола ничего бы не осталось. — ОН ЕГО УСЫПИЛ! — уже переходит на крик, хватаясь за волосы. — Этот урод его усыпил, под предлогом отравления, чтобы я понял суть угрозы, — нервно произносит Джин, метаясь по комнате. — Вот, выпей, — похлопывая по плечу модели, парень передает стакан воды. Делая жадный глоток, Ким пытается восстановить дыхание и начать хоть как-то соображать. — Ну и новости конечно, — так же шокировано произносит хакер. — Но зачем было усыплять, чтобы в итоге сделать вид, что отправил? Если в его целях было предупредить тебя, что ты следующий, к чему было усыплять животное. Почему нельзя было сразу и отравить, — в непонимании размышлял парень. От услышанного модель получает скрежет по сердцу. Рассуждения Коула вполне логичны. Поступки этого живадера вовсе не опрометчивы. Видимо, у маньяков это нормально. Сам факт того, что с Джангу так поступили мотивировало найти этого урода, и мучительно пытать до самой смерти, наблюдая как он так же перестает дышать, как то беззащитное невинное животное. Ким пытается прийти в себя минут 5, просиживая за столом и таращясь в экран. Зацепку найти никак не получается. Должно же что-то быть, какая-то деталь, которая является подсказкой. Увлеченный всей историей и процессом, Намджун так же напряжен, изучая видеоматериал. Просслеживая очередную перемотку Джином, он останавливается на процессе самого захода во двор черную фигуру. Вот он заходит, идёт по тропинке из дизайнерских камней рядом с газоном, достает ключи, просовывает в щель, закручивая. Стоп. Вот оно! Ключи. Очень знакомая связка. Где-то Намджун уже видел эту комбинацию метала с брелком дельфина. В воспоминаниях мелькает ясная картина: В тот самый первый день, когда Нам с Чимином сидели в ожидании спутника, Джин навалил девушку приказами. Джейси, кажется. " — Джейси, привези сегодня к вечеру корм для Джангу — повелительно произнес Джин, спуская окно автомобиля, обращаясь к миниатюрной даме на каблуках и в офисной форме. Девушка копошась с кучей пакетов на руках, направилась к автомобилю, выкладывая каждый и загружая в машину. — Да, господин Ким. Во сколько вам будет удобно? — запыхавшись спрашивает она. — К 8. — плавно надевая солнечные очки отвечает тот, заводя автомобиль. Жмурясь от нахлынувшей пыли из-за мощности мотора, девушка запихнула в сумку связку металлических ключей. Солнечный блеск издавал блик на ярко красующейся фигурке дельфина, переливающийся прозрачной синевой.» — Чёрт, это же ключи той секретарши! — бубнит про себя Джун, в надежде быть услышанным. Но никто не слышит эмисара. Наивный глупый Джин все ещё не замечает очевидного, проматывая моменты. Думай Намджун, думай. Точно! Внезапно озаряясь, демон движением ловкости пальцев совершает технику овладения сознанием, стараясь как можно понятней внушить Джину, куда нужно смотреть. Разум модели был на столько сосредоточенным и закрытым, что Джун истратил почти всю свою энергию, пытаясь достучаться до желаемого, пуская в ход магию. Кажется, наконец, он добивается результата, когда глаза Джина на секунду заполняются тьмой. Хорошо, что Коул этого не заметил. — Твою мать… — растерянно вздыхает Ким, стиснув зубы. — Что, что-то нашёл? — интересуется парень, из конца комнаты прибегая к компьютеру. — Ключи… ЭТО МАТЬ ТВОЮ КЛЮЧИ ЭТОЙ ШЛЮХИ! 🌘🌑🌒 — Ох девочки, все тело ноет, — устало удовлетворена Юнджи. Швыряя обувь, сестры следуют тому же примеру, освобождая ступни и наслаждаясь прохладой плитки пола. Время близилось к вечеру. Уставшие тела приятно гудели от боли и хороших запечатанных теперь в памяти воспоминаний. Мин Хо по традиции валится на любимый диван, залипая в телефоне. Джин Хо в скором времени присоединяется, сначала по привычке проверив свой драгоценный инструмент на работоспособность. — Я в душ, — мямлит старшая, по лестничному пути уже освобождаясь от количества одежды. Младшие в ответ лишь промычали. Кажется, они готовы вырубиться прямо сейчас, удобно свалившись в диван. Лучи ало-белесого вечернего заката пропускались сквозь прозрачный омут стеклянных стен, озаряя комнату в палитру разных оттенков изящества природы. Глаза девушки вот-вот погружались в мир грёз, ослабевая хватку рук, все ещё держащие телефон. Джин Хо тоже на грани. — Снова уснут на диване, — усмехается Юнги, тайком прикрывая обоих спутниц одеалом. — Милота. Они хорошо потрудились и провели время, — помогая укрыть вторую девушку произносит Пак Наслаждаясь картиной, как Чимин сливается в эту атмосферу, Юнги не сдерживается. Схватив сзади серафима за талию, острый подбородок ложится на хрупкое плечо. — Я тоже хорошо провел время. — вдыхая любимый запах шеи, произносит Мин. Один оргазм от одного только прикосновения к этому искусству под именем Пак Чимин. Нежная кожа хрупкой шеи, выпирающая жилка на венах, доказывающая, что ангелу самому крышу сносит, возбуждала Юнги ещё больше. Пальцы невольно сжимаются в белоснежной ткани длинного топа, заставляя Чимина зажмуриться от давящих прикосновений демона, что будоражат тело. Мин отчётливо слышит учащенное сердцебиение ангелочка, который всеми силами пытается упрятать громкое содрогающее дыхание. — Я хочу все осмотреть, — резко вырывается из хватки Пак, победно ликуя и дразня эмисара своей неприступностью. Ухмыляясь детским лепетом, ангел со скоростью ветра поднимается на второй этаж, оставляя Юнги стоять в замешательстве. — Ть, долго не протянешь малыш. Хочешь осмотреться? Я тебе покажу все прелести этого мира, — произносит про себя Мин, лукаво улыбаясь. 🌘🌑🌒 Следуя за «невинным» серафимом, Мин оказывается как раз в нужной комнате. Видно, Чимин как чувствовал, что надо заглянуть именно сюда. — А тут… Просторненько, — произносит Пак, как пушинка наваливаясь на обширную кровать, отдаваясь лёгким прыжком. Глаза демона невольно находят оголенный участок ангельского торса, что раскрылся в порыве ветра при прыжке. Облизав губу, эмисар направляется к высокой тумбе с зеркалом. — Знаешь, почему ты зашёл именно сюда? — опущенным темпом ласкает Мин, изяществом пальцев окутывая ручку ящика, притягивая к себе. -Ммм… Потому что она первая с краю? — беззаботно произносит Пак, лениво покачивая обвисшие лодыжки. Направляя взгляд на Юнги, Чимин поднимается на локти, с удивлением и любопытством наблюдая странный предмет в руках эмисара, направляющийся в его сторону. — Неверный ответ, — хриплым голосом отвечает Мин, прокусывая губу и наблюдая за невинным удивлением ангелочка. Подойдя к кромке кровати, эмисар упирается ногами об колени Пака. Чимин, тем временем, продолжает смотреть в растерянности из — подлобья, слегка выделяя второй подбородок в ожидании дальнейших действий демона. Наклонившись и опираясь левой ладонью руки, темный омут глаз гипнотизирует лазурный отлив, распаляя своим горячим дыханием в губы. От одного взгляда в этот разрез глаз небесного сияния режет сердце пополам, взрывая всплеск безумия и желания. Юнги жаждит Чимина. Прямо сейчас. Всегда. Везде. Дважды за день. Мало. Каждую секунду он хочет испробовать его во всех ракурсах, позах, местах. Слышать любимое «Шуга, ещё… быстрей…» Иногда, хочется записать эту прелестную мелодию звучных стонов на диктофон, чтобы прослушивать во всякий раз, когда их разделяет расстояние. Сдержаться сложно. Невозможно. И Юнги не собирается. Если Пак и хочет сыграть в игры на воздержание кто сильней, то Мин церемониться не вздумает. И ангелочку не позволит. Особенно сейчас, при необычных обстоятельствах, которые дьявол сготовил для Чимина. — Знаешь что это? — громким шепотом ядовито спрашивает Юнги, убивая птичку проницательным взглядом, держа в руках небольшой предмет, с размером миновой ладони. По форме напоминает мужскую массивную бритву, но округленную по краям. Расцветка ближе к темно — сиреневому, с черными непонятными узорами. Поверхность керамического происхождения, на ощупь с добавлением винила. Рассмотрев предмет ближе, Чимин выпучивает глаза. — Н.нет, — дрожащим голосом произносит Пак, стараясь как можно правдоподобней сыграть роль глупца. Чимин прекрасно знал, что это. Но в голову ударял слишком большой сплеск адреналина и эндарфина, чтобы о чем-то мыслить и например задаться вопросом, что это делает в ящике Юнджи. Хотя, видимо, для современного молодежного общества это в порядке вещей. Поражаясь наглому актерству белобрысого, Юнги ловким движением руки сводит чиминову ладонь к макушке, крепко сжимая запястья, в правой своей ладони продолжая держать предмет. — Лжёшь, — надменно рычит Мин, демонстративно нажав большим пальцем на кнопку " Пуск». Все тело охватывает дрожь от одного только звука этого препарата. А от распаленного взгляда Юнги и вовсе улетаешь в космос. Ещё ничего толком не началось, а Чимин уже готов взорваться и умереть. Видимо такова цена увековечения. Быть одержимым настолько, сколько не существует даже слов, чтобы описать значимость. Юнги был прав. Чимин лжёт. Он прекрасно знал, к какой роли предназначалась эта вещица. Хоть и вся их жизнь состоит из старых нравов и магии, но нанотехнологии тоже не дают о себе забывать. Особенно такое превосходство, как интернет. А уж тем более редкое, но все же используемое в поисковике «ХХХ», пока серафим чувствовал себя одиноким. И мама не горюй, обучен и повидал он многое. Проводя вибрирующим гулом по пухлым губам, Юнги уже чувствует возбуждение Чимина, что так твёрдо упиралось в его пах. От скачкообразного прикосновения вибратора, Пак раскрывает рот, извиваясь в искушении и ожидании. Глаза сами по себе подводятся к верху, а голова приподнимается, откидываясь назад. Пухлые пальцы со всей силой пытаются впиться в простынь, дабы сдержать свой пыл и неприкосновенность. — Все ещё скажешь, что не знаешь, Чимин~и? — баритонно ласкает шёпотом Мин, пуская в мочку уха волны мурашек. Тем временем «Lelo-Nea» уже добралась до бусинок сосков, что твёрдо торчали из-под белого шёлка, поддаваясь дрожи от новой волны пульсаций. Юнги дразнит, издевается, истощает, приманивает в свои опасные сети, испытывает, обольщает. И Чимин поддается этому дьяволу смерти и наслаждения. Убийце, который уничтожил всё святое в хрупком, чистом ангелочке, оскверняя в нём самые невинные порывы мыслей. Слишком горячо, слишком опасно. Давление со всех сторон. Чимин в ловушке. Тело сгибается мостом, а ногти впиваются в ладони сквозь пелену простыней, в момент, когда «новый механический дружок» доходит до самого сокровенного объекта, заставляя головку давно затверделого органа откинуться прыжком, сопротивляясь безумно тесным брюкам. Ещё немного и штаны сами разорвутся на части. — Может так вспомнишь? — с лёгкой надменностью мычит Мин, впиваясь языком в сочные от выделяющей слюны губы, что ответно отдаются в самопожертвовании. — Ю…н.г.и… — простанывают в поцелуй покрасневшие от укусов губы. — Перестань… Я… больше не могу… — волной извивается Пак, до крови кусая нижнюю губу. — Малыш, я ещё не начал, — будораюжуще шепчит Мин, впиваясь в ушную раковину Пака, вызывая новую волну фейерверков в животе. Это правда нереальное ощущение. Ещё немного, и Чимин уже дойдет до финала, даже не начав толком все веселье. Ещё одно «впервые» с Юнги в списке ангела. И с каждым разом он наполняется все насыщенным содержанием. Чимин хочет, чтобы этот список не кончался. Никогда. Душу дьяволу продаст, только бы тот испивал ее каждый миг, будто ангел единственное, что у него есть. С Юнги сногсшибательно. С Юнги ошеломляюще. С Юнги умопомрачительно. И Чимин отдастся до последней капли в сети этому пауку, лишь бы тот насытился. Но демон не наестся добычей никогда. Охотнику мало своей птички. И даже яда со стрелами будет не достаточно. Сами того не замечая, влюбленные оказываются на краю подоконника. Откинув Чимина к окну, Юнги берется за ремень, быстро освобождаясь от штанов. Возбуждённый орган уже всем зовом указывал на Чимина, который из белоснежного снежка превратился в вишню. Кажется таким пылающим и растерянным Юнги Чимина не видел. Он даже…выглядел жалким. Настолько хрупкое чистое существо могло в секунду превратиться во что-то пошлое и порочное создание, которое оскверняет всю свою непричастность и простодушие. Нежные бледные щеки покрылись алым румянцем, а глаза кажется стали в два раза больше. Это были глаза мольбы, страдания, желания, вожделения… Ощущение, будто ещё немного, и он заплачет. Настолько сильно Чимин сходил с ума от Юнги… И больше ни с кем так не будет. Только с ним. Наслаждаясь этой возбуждающе жалкой картиной, Юнги замедлил темп, продолжая наблюдать на сколько Чимин сейчас нуждается в нём. Самое любимое — видеть, как ты желанен для своего партнёра. Для Чимина. И это ужасно распаляло. Сводило с ума. Чимин в негодовании сводит брови, уже раздражаясь бездействию эмисара. Извиваясь на окне, ангел судорожно начинает себя ласкать, мучительно постанывая. «Просто загляденье», — пронеслось в мыслях Мина. — Х… хён… — чуть ли не плачет Пак, сжимая пальцы на опухших жилках шеи. Юнги на пределе сдерживания. Птица завела охотника в ловушку. Чимин никогда ещё не отзывался так. Слушать что-то впервые, так красиво и сексуально исходящее из этих ангельских уст, взрывало мозг и сводило тело в камень. Это «хён» теперь на первом месте списка «любимых фраз, готовых слушать вечно «. Осталось проверить на сколько красиво и звучно это будет при стонах. — ЧЁРТ ЮНГИ ТРАХНИ МЕНЯ УЖЕ НАКОНЕЦ, СЕЙЧАС ЖЕ! Колба выдержки уже пуста. Мимолётно сорвавшись с места, эмисар с рычанием зверя безжалостно хватает упругие бедра, которые давно освобождены от одежды и намокли от персиковой смазки, горящие желанием. Ловко придвигая к себе ближе Чимина, Юнги ещё немного подразнивает малыша, большим пальцем руки водя круговоротные движения по алым влажным губам. Сверля демона скверным взглядом, Пак отвечает своей тактикой " кто кого», начиная медленно посасывать лакомство. Пока Мин стоит в замешательстве и наслаждении, пухлые маленькие пальцы уже невтерпеж сами берутся за дело, сердито разрывая ширинку черных брюк, наконец, освобождая белоснежные утонченные бедра. Предоставляя Чимину власть, Юнги произносит первый рык, откидываясь назад, пока теплые хрупкие пальцы вгоняют в себя холодный возбуждённый орган. — Ааааа-sssss! Наконец-то птичка получает желаемую долгожданную дозу. Ещё бы немного, и началась бы ломка. Не успев того заметить, в комнате оказывается ещё один гость. — Хм, странно. Не помню, чтобы я его доставала, — просушивая полотенцем волосы произносит Юнджи, заметив вибратор, никчемно валяющийся на кровати. — Блин, так странно. Надеюсь, девочки не видели его, — хихикает девушка, обливаясь румянцем. Подозрительная мысль посетила Юнджи, что возможно кто-то из сестёр… Нет-нет, быть того не может. Если бы и они пользовались им, так очевидно на постели не оставили бы следы. А возможно, что они сделали это по приколу, дабы посмеяться над старшей, что они в курсе ее тут интересов и увлечений. Ну и ладно. Приближаясь к ящику, чтобы скрыть обратно предмет, телефон начинает вибрировать в кармане черного атласного халата. Взглянув на экран, кто звонит, девушка ехидно улыбнулась. — Девушка самого красивого, секси известного рок звезды у телефона, — милым голосом произносит она. Забывая о своих действиях и зачем вообще нужно было у тумбы, Юнджи счастливой походкой направляется к креслу, не заметив того, захватив с собой «Lelo-Nea». Тем временем Юнги не спешит ускорить свой темп, нежно оседлая ангелочка на окне и выслушивая тихое частое «шуга-хён, юнги-хён». Шепот, звучащий как сладкое заклинание, будоражующее голову. То, что за ними «наблюдают» вдохновляло обоих ещё больше. Лучшее ощущение секса, когда ты знаешь, что не видят тебя, но ты видишь всех и всё остальное, при этом все равно ощущая чье-то наблюдение за содеянным безрассудством и грязным постыдством. — Наверное, этот рокер самый везучий на свете, раз удостоен чести слышать через телефон этот голос, — проносится вдоль трубку. -Чем занимаешься, детка? От одного этого уставшего хриплого голоса Юнджи готова продать душу дьяволу, лишь бы слушать его вечно. — Только из душа. Болтаю с одним красавчиком по телефону, а ты? — лениво разложившись на темно-бордовом кожанном кресле произносит девушка. В ответ слышится долгое молчание в минуту. — Милый? — Во что… ты одета? — баритонно выдыхает JK в трубку с ноткой усталого рычания. На фоне голоса послышался металлический звук. «Он что, снял ремень?» — думает Юнджи. Кажется, это будет самый приятный вечерний разговор. Юнджи обожала такие звонки. Парень всегда умел раскрепостить девушку своими необычными и пошлыми выходками. На самом деле, оба нуждались в этом. Дабы хоть как-то утешить себя, насладиться друг другом на расстоянии и покрыть тоску, возлюбленные порой баловались такой услугой. Слишком редко в последнее время удаются встречи. Нужно хоть как-то это покрывать. Поняв настрой любимого, Юнджи удобней располагается на месте. — На мне… Халат. Драконний шёлк, который ты дарил на день рождения, — ласково произносит девушка, пронзительно упираясь взглядом в стену, ожидая последующих слов в трубку. — А под ним…? — в один слог нервно произносит парень. -… Ничего… Прерывыстый выдох ласкает женские уши, заставляя мурашкам пройтись по телу. — Юнджи… От услышанного нежным голосом имени, сердце получает укол, распаляя ниже таза плавленным огнём. Пальцы сами тянутся к верёвке, которая так сильно казалась затянутой к халату и раздражала кожу. — М? — сипло произносит девушка. — Хочу, чтобы ты поиграла с нашей малышкой. Сделай это, — соблазно в трубку шепчет демон. Услышав указания, пальцы рефлекторно сжимают вибратор, который все это время находился в руках, того не замечая. Не задумываясь ни о чем, будто все так и должно быть, Юнджи нажимает на кнопку «пуск», в доказательство того, что он включен. Рокер слышит вибрацию, исходящую в телефон и убеждается, что девушка подчиняется его желаниям. — Хорошая девочка. Теперь поприветствуй его так, будто это мой член, — голос становится все ниже, позволяя ощутить прикосновения любимых татуированных пальцев прямо на себе. Будто JK здесь, рядом. Соски уже давно затвердели от возбуждения, а тело неестественно сгибается мостом, от внезапной волны пульсаций по чувствительному клитору. Протяжный стон ласкает ухо рокера, который уже как минуту проводит манипуляцию по возбуждённому органу. С каждой секундой Юнджи становилась всё бесстыдней и развращенной, издавая невинный сладкий шепот, переходящий в длинный пошлый стон. Не в силах себя сдерживать, Юнги ускоряется, проталкиваясь в Чимина. Пухлые пальцы впиваются в белоснежную спину, специально оставляя продолговатые царапины. Чем чаще Юнги в Чимине, тем глубже раны, которые распаляют эмисара ещё больше. — А-А-А… Х…х-х-х-ён-н-н… — прерываясь вдохами, при каждом толчке выстанывает Пак, неловко всхлипывая от нехватки воздуха. Член эмисара получает неимоверный зуд, выпрашивая больше. Резко останавливая процесс, Юнги хватает упругие бедра, завивая вокруг себя и направляется к кровати. Швыряя хрупкое тело ближе к спинке, чтоб хоть как-то облегчить Чимину задачу и дать шанс выжить, Мин своими руками приставляет пальцы Пака на крепкое изголовье кровати, дабы тот держался за что-то. Сам доигрался своим «хён». «Пощады не жди, Пак Чимин». Принимая позу «раком», Чимин успевает лишь вдохнуть недостаток кислорода, не понимая, что вообще происходит. Изящные длинные пальцы успевают лишь зажать бедра. Это все, что ожидаемо прочувствовал Чимин. Но что произошло дальше, он ожидать не мог. Эмисар, что есть мочи, проталкивается в расслабленное кольцо мышц, отдаваясь всем тазом, до самой глубины простаты. От неизвестного маневра, Пак переходит на крик, напряжённо зажимая все внутри и крепче впиваясь пальцами в спинку. Главное ее не сломать сейчас. Юнги все чаще и глубже раздирает душу ангела пополам. Такого демона Чимин ещё не видел. Ещё + 1 «впервые». От узости ангела, Мин готов был взорвать все вокруг мыслями. На столько прекрасен был этот сладкий плод. Сносило мозги и тело разом. При каждом слиянии этих двух грешников, все сложней было сдерживать себя и свою магию, чтобы не уничтожить все вокруг от скопившегося наслаждения. Беспощадно хватаясь за белоснежную макушку, рывки становятся ещё быстрей, громкими хлюпами, смешиваясь со звуком выбриаций и женских стонов. — Ш…ш-у-г-ааааааа!!! — Д.Джэй. Кей…ййй! Протяжные мужские стоны с рычанием смешались с женским невинным крикливым выдохом, заглушая звук мотора. Три непорочных тела обессиленно поддавались ритмичным звукам дыхания, что боролись с жадностью непоглащающегося воздуха. — Я люблю тебя, детка, — обессиленно бьётся дыхание в трубку. — И я тебя, мой рокер, — с тяжестью произносит Юнджи, проливаясь в диком поту и пытаясь восстановить дыхание. — Онн-и, ты в порядке? — где-то доносится из коридора. Девушка усмехается, вызывая такой же хохот из трубки. Юнги с Чимином так же забавляются нелепой историей, крепко обнимая друг друга и завалившись на кровать. Обмениваясь нежными взглядами, любовники вцепляются в последний ласковый чмок, восстанавливая дыхание и образующееся головокружение. Исчерпывая последнюю энергию и силы, Юнги взмахом правой руки выпускает черную пелену дыма, убирая порочные влажные следы секса с матовых простыней, пока Юнджи не заподозрила неладное. Сигналы, рычание моторов и шумный гул города, заполняют своей вечерней повседневностью оскверненную комнату.